Да, я невидимка, и что?

— Ой-йо, а это что-то новенькое. — донёсся голос от плавающей в воздухе светло-розовой ночнушки. Примечательно, но в комнате никого не было. В стоящем рядом зеркале также никто не отражался. — Ну приплыли. И как я должна с этим работать? — рукав ночнушки приподнялся и провёл по тому, что у человека в такой одежде обычно называли животом и грудью. На ткани появились складки. — Ну хоть не неосязаемая. Девочка? (Ну, голос был детским и женским, к тому же эта комната с плюшевыми игрушками, так что пока остановимся на девочке.) Ущипнула себя — боль чувствуется, проверено. Попрыгала на одной ноге — гравитация и давление воздуха есть, проверено. Подошла к окну, отодвинула шторы. Солнечный свет прошёл тело насквозь — тени нет, проверено. Девочка села на кровать и опять посмотрела на свои руки. — Так, первое правило остаётся неизменным — не паниковать. Второе пока тоже, искать во всём свои плюсы. — ребёнок продолжил говорить сам с собой. — Да, я невидима, но зато сама себя вижу. Размыто конечно, и, это больше похоже на нечеткий контур, чем на реальную кожу, но могло ведь быть гораздо хуже! И с осязанием всё хорошо! — наигранная весёлость в голосе закончилась громким падением в постель. На подушке появилась округлая ямка, видимо на ней сейчас лежит голова. — Как же меня всё задолбало. Домой хочу. Розовая кружевная ночнушка снова поднялась с кровати только через несколько часов, когда солнце начало садиться. Девочка включила свет в своей комнате и начала обыскивать стол и ящики, надеясь на хоть какую-то подсказку в том, кто она. Очень быстро был найден милый девичий дневник в пушистом переплёте. — Это такая шутка? С каких пор мне стало так везти? Имя, фамилия, душещипательные детские проблемы, а также имена родителей, и всё в одном блокноте? А как же час на обыск комнаты? Или окольные вопросы друзьям и родственникам? Чё, вот так просто мне кидают информацию в лицо? Неужели высшая сущность чихнула и поэтому успела кинуть только одну подлянку в лице невидимости? Э-нет, меня так просто не провести, тут точно должна быть своя закавырка. В комнате послышался шорох бумаги. Страницы дневника перелистывались одна за другой. Невидимка читала медленно, но вдумчиво. Иероглифы были японскими, но девочка почти не обратила на это внимания. Понимание языка того, в кого ты попала, наверное единственный подарок для блуждающей по мирам. И если девочка когда-нибудь встретиться с тем существом, которое и швыряет её, как какой-то мячик, она обязательно скажет спасибо. Сначала врежет от души, перемелет кости в труху, потопчется по ним, ну а потом точно скажет спасибо за такой маленький презент. — Я сейчас расплачусь. — в голосе прорезались тягучие нотки сарказма. — Я хочу, что бы меня заметили, увидели! И поэтому я стану героем, буду помогать людям и бороться со злодеями! — преувеличено торжественно озвучила невидимка несколько предложений из дневника. — Ну хоти, хоти. — девочка негромко хмыкнула. — правда уже не в этой жизни, но кто знает, может в другой повезёт. Получается герои и злодеи. Занятный мирок. Родители невидимой девушки в тот день так и не посетили комнату своей дочери, впрочем как и на следующий, и потом, и потом. Как оказалось, они были в командировке, но даже когда вернулись, мало что изменилось. Теперь для девушки стал понятнее тот бзик, который прошлая невидимка постоянно обличала в довольно простую формулировку «хочу стать героем». Игнорирование со стороны отца и матери, отсутствие друзей из-за способности. У Тору Хагакуре причуда появилась в пять лет. И с каждым месяцем становилось всё хуже. Сначала это была маленькая часть тела, а потом больше и больше, и вот через полгода ребёнок стал невидимым совсем. Мутационная причуда — поставили диагноз врачи. И хоть способность не была «злодейской», приятного всё равно мало. Обычно после такого есть два пути: замкнуться в себе или попытаться выделиться. И как не грустно, в этом мире под выделится подразумевают стать героем (реальная профессия!). Новая Тору смотрела на эти детские мечты с иронией. Носить трико, вечно улыбаться перед камерами, плюя на себя, спасать других людей. Фиг вам. Чему Хагакуре и научилась за столько прошедших миров, так это здоровой доли эгоизма. Жить нужно для себя, и только для себя. — Как хорошо быть невидимкой, никто не знает, где ты есть. — напевала про себя девочка, обчищая карманы прохожих. Тору всегда склонялась ко мнению, если есть способности, нужно их использовать. А что может быть гениальнее, как не вор-невидимка в прямом смысле этого слова? Правда в подполье у неё больше прижилось прозвище Фантом. Фантом на чёрном рынке появился не так давно, но уже успел зарекомендовать себя как высококлассного вора. По слухам, частично которые сама же Хагакуре и распространяла, Фантом может достать всё, что угодно. Главное сойтись в цене вопроса. Ограбить банк? Пожалуйста. Украсть бумаги из сверхохраняемого сейфа, находящегося на вершине небоскрёба? Тору уже дважды проделывала такой трюк. Или, что насчёт драгоценного колье известной певицы, исчезнувшего с её шеи прямо во время съёмки? Тору развлекалась как могла. Делала всё, что только в голову придет, не ограничиваясь никакими моральными или уголовными нормами. Хватит с неё правил. В этот раз, когда она выкидывала кубик, выпала шестёрка. А под этой цифрой в списке «кем бы стать мне в этот раз» так удачно затесался «великий вор». Тору ухмыляется каждый раз, когда вспоминает об этом. Нет, ну какая она изобретательная! Тору обожает хвалить себя и свой ум. Этот способ решения проблемы своего жизненного пути девушка придумала давно, и пока он работал безотказно. Жалко, но сейчас клиентов у Тору нет, и, чтобы не потерять навыков, приходится обходиться всякой мелочевкой. На горизонте показалась фигура Всемогущего — героя номер один. О, а у него в карманах есть чему поживиться? Девушка последовала за героем. Поначалу это было до ужаса непривычно, ходить без одежды, но со временем Хагакуре смогла примириться со своим смущением. Правда, её же всё равно никто не видит, тогда какая разница, есть на ней нижнее бельё или нет? Большая проблема оказалась с тем, куда деть честно украденное. Кошелёк, болтающийся в воздухе всегда вызывает подозрения. Сначала Тору пробовала замачивать сумку в собственной крови, но, как оказалось, невидимостью обладает только внешний покров тела. А кровь и другие жидкости прекрасно видно. Тогда Тору попыталась вплести свои волосы между шовными нитками рюкзака. Это было долго, нудно, но усилия окупились. Вещь начала исчезать, не до конца, но это было уже что-то. Пропуская свою энергию (силу? причуду? ауру? один хрен знает чего) через собственные волосы, Тору смогла добиться полного исчезновения предмета. К сожалению, если вливать свои силы в вещь никак не связанную с ней самой, всё, чего можно добиться, это головной боли. Всемогущий ловко перепрыгивал с крыши на крышу, но и мы не пальцем деланы, думала Тору. Если сильно хочется, то и второе и третье дыхание запросто открываются, тем более она этот район похоже лучше него знает. По крайней мере для «не отставать» девушке этого хватило. А благодаря бесшумному шагу, которому её научили в одном из миров, герой номер один даже не заметил своего попутчика. Всемогущий спрятался за высоким рекламным щитом, ярко освещающем улицу, но в тоже время дающем такую удачную тень с другой стороны. Тело мужчины начало сдуваться прямо на глазах. Тору довольно потирала руки. И за сколько можно продать информацию о не таком уж всемогущем Всемогущем? Узнать бы ещё какой лимит у его силы, и Тору остаток жизни будет купаться в деньгах. *** Хагакуре пониже натянула капюшон своего плаща и вошла в неприметную дверь. По ту сторону оказался небольшой, тускло освещенный зал. Столы, стулья, барная стойка, к которой и направилась девушка. — Давай, как всегда полную! Бармен даже головы не поднял. Спокойной снял с верхней полки бутылку с мутным стеклом и налил содержимое в стакан. — Мм, хорошо. — Тору даже прищурилась от удовольствия. Человек, сидящий за той же барной стойкой, но на соседнем стуле, втянул носом воздух и в удивлении широко раскрыл глаза. Яблочный сок. Серьёзно? Но говорить набирающей в последнее время популярность воровке ничего не стал. Репутация об изощрённой мстительности бежит впереди Фантома. Даби как-то стал свидетелем одной из таких её мстей. И это уже был не человек, скорее кусок мяса. А всё просто потому, что не захотел заплатить вторую часть за успешно выполненную работу. Кто бы что не говорил, но Даби на дух не переносит таких отморозков, хотя полиция и его к ним причисляет. Но, вспоминая то «тело», парень признаёт, ему до такого уровня садизма ещё далеко. Откровенно говоря, Даби вообще не хотел иметь ничего общего с таким человеком, но приказ есть приказ. — Лига злодеев хотела бы нанять Фантома. Но из-за особенности товара, не хочет говорить о нём в общественном месте, и поэтому лидер Лиги приглашает Фантома на приватный разговор. — А ты выходит посыльный? — Тору снова отхлебнула из своего стакана. Лига значит. Хороший клиент, богатый, с них можно много чего стрясти. Тем более сейчас ей всё равно заняться нечем, а заказ обещает быть интересным, так с какой радости отказываться? — Веди. За её спиной тут же появляется темный портал, и Тору, будто так и надо, неспешно зашла в него следом за шрамированным парнем. — Вот это сервис. — присвистнула Хагакуре. Маленький аккуратный круглый столик из тёмной древесины, два бархатных кресла по бокам от него и диван, стоящий чуть поотдаль. На полу лежал ковёр. Тору услышала знакомый треск за спиной и обернулась. Да ладно, камин?! А тигриная шкура у них тут нигде не висит? На одном из кресел сидел ещё один парень, который был даже младше Даби. Белые волосы, красные глаза и бледная пребледная кожа. Этот человек вообще слышал, что такое солнце? — Значит ты и есть Фантом? Для чит кода маловата. — Томура внимательным взглядом вцепился в рост вора. Да, один из известных фактов о Фантоме — он низкого роста. Но причина в том, что он карлик, или, что маловероятнее, ребёнок, неизвестно. И по голосу не определишь, говорит воровка исключительно через голосовой модулятор. — Для вора это даже плюс. Больше мест, куда можно проникнуть. — Тору по хозяйски разлеглась в кресле. Если бы не опасения, что её невидимость из-за приподнятого плаща заметят, то она бы и ногу на ногу закинула. Шигараки был недоволен, что ему возразили, но сдержался. Нельзя портить с воровкой отношения. Сенсей прав, им нужна её помощь. — Воровка, насколько ты хороша? — Я лучшая. — Но сможешь ли ты украсть не вещь, а причуду? Тору после этих слов даже приподнялась с места. Причуду? Это что-то новенькое. И такой вызов, ну разве можно устоять? — Не думаю, что причуду можно достать голыми руками. — ответила Фантом. Ни да ни нет, вопрос открыт. — Необходимое для этого устройство мы тебе предоставим. — Ха, ну тогда не вижу никаких проблем. — Как высокомерно. — Шигараки был явно недоволен, тем, как несерьёзно его собеседник относился к этому делу, но папку с документами к Фантому придвинул. Тору жадно вчиталась в строчки. Всемогущий. Преемник. Один за всех. — Как интересно. То есть мне не просто нужно заполучить причуду героя номер один. Мне её ещё и найти надо, потому, что Всемогущий умудрился как-то передать её своему преемнику. И из информации только то, что приемник должен быть героем, учащимся в UA. — Для тебя это слишком сложно? — своим тоном Шигараки только ещё раз подтвердил какого низкого мнения он о способностях Фантома. Но Тору на него даже не обиделась. В её профессии недоверие к навыкам, обычное дело. И вместо того, чтобы мотать себе нервы и каждый раз что-то кому-то доказывать, лучше молча сделать невозможное и после уже проходиться по гордости этих параноиков. — Нет. Но меня интересует цена вопроса. Томура взял ручку и нашкрябал какие-то цифры на бумаге, после чего придвинул её воровке. — И это только аванс, хватит? Тору с трудом заставила себя отвернуться. Столько нулей! Так и манит, но… — Нет, так не пойдёт. Знаешь, ходят тут слухи, что в Лиге есть некто, кто может подарить тебе причуду твоей мечты. — Значит хочешь силы? — протянул Шигараки. — Да. — легко согласилась воровка. — Но определенную. Хочу уметь накладывать иллюзии. Есть такая? Томура замолчал, и ответил только когда ему на телефон пришло оповещение. Как Тору и думала, здесь полно камер, и этот Санта, раздающий причуды, сейчас их подслушивает. С чего это Хагакуре взяла? Всё просто. Ну не может человек, способный на такое, быть обыкновенной шестёркой, а значит он приближенный к боссу. Хотя сама Тору больше склоняется к тому, что этот некто и есть лидер Лиги. Шигараки ещё ребёнок и слишком прямолинеен, чтобы умудриться собрать вокруг себя столько сильных злодеев. Нет, глава Лиги должен быть достаточно изворотлив, чтобы добиться нынешнего положения своей организации в теневом мире. — Есть. Выходит причуда иллюзий в обмен на причуду Один за всех? — Да, честная сделка. Через неделю я предоставлю первый отчёт. — Как нам с тобой связаться? — Тоже время, тот же бар. И пришли ко мне опять Даби, он мне понравился. — Фантом повернулась к камину, возле которого всё это время, притворяясь элементом декора, стоял поджигатель. В комнате опять появился темно-фиолетовый портал. Воровка уже собралась уходить, когда ей в спину прилетел вопрос. — И как ты собираешься проникнуть в UA? У них лучшая защита в стране, и это не пустые слова. — А это уже, дорогой, не твоё дело. До встречи через неделю. Хагакуре этого уже не застала, но Томура громко скрипнул зубами. Как же он ненавидит высокомерных людей, хотя сам такой же. Тору вернулась обратно, в свой любимый бар. Бармен спокойно продолжил протирать бокалы. Фантом бросила купюру на стойку и вышла через дверь. Через два дня девочка невидимка, громко смеясь, здоровалась со своими новыми одноклассниками. У класса героев 1-А был первый урок. Тору, очень нервничая, сдавала нормативы Айзаве-сенсею. Девочка оказалась почти в самом низу списка, но не расстраивалась. Мечта получить хотя бы иллюзорное тело, была как никогда близко. От радостной перспективы, Тору до сих пор не могла сосредоточиться на чём либо другом. Но пора брать себя в руки. Раз вор Фантом сказала, что достанет причуду Всемогущего, значит она это сделает. Тем более на этот раз на кону стоит не только репутация, но ещё и желанный облик. Кто же знал, что для той, кто прошла уже столько миров, что и вспоминать страшно, отсутствие нормальной внешности окажется таким ударом? Но всё в прошлом, а сейчас, за работу.