Наша история на осколках моего разбитого сердца

Окружающие сочли бы происходящее... неправильным. Именно поэтому они с Люмин решили не посвящать никого в происходящее на свадьбе. Ни о пропавшем женихе, ни об его измене ему... Вероятнее всего его желание всё равно выйти замуж в этот день можно назвать импульсивным или даже немного эгоистичным. Однако это было тем, чего он по-настоящему желал. Это был его день, который он хотел провести именно так. Вот только.... Был ли это его личный эгоизм или нежелание причинять боль другим? Люмин, которая вложила столько средств в эту свадьбу. Барбаре которая тщательно готовила свою речь для молодожёнов. Или всем его друзьям, которые пришли отпраздновать этот особый день и собраться из самых разных уголков света ради него. Может быть поэтому слова Чжун Ли, слетевшие в тот миг, когда уже почти всё пошло прахом, показались ему спасением. — Вместо этого... Позвольте мне жениться на Итере. Глаза его сестры по-прежнему горели праведной яростью. Он уверен, что мысленно она уже придумала, как сделает всё, чтобы все приглашённые гости возненавидели Венти и его любовника. Например, повесить ту самую фотографию, где его жених в свадебном костюме и довольно пикантной позе, предается страсти с другим, прямо у него под носом, на всеобщий стенд и уничтожить эту свадьбу точно так же как он только что растоптал сердце её брата. — Вы сошли с ума? Никто сегодня не же... — Я сделаю это, — его твёрдый ответ заставил Люмин остолбенеть на мгновенье, прежде чем взглянуть на лицо своего брата. В закатных лучах солнца его медовые глаза сияли наполненные решимостью и с ещё не пролитыми бриллиантами его слёз. Белоснежный идеально отглаженный костюм, аккуратно уложенная коса с ниспадающим водопадом цветов по всей длине и ровная уверенная осанка, будто бы не ему пару минут назад, после пятнадцати минут безрезультатных поисков, принесли то злосчастное фото. В этот самый миг старшая близняшка поняла одну важную для себя вещь. Он, Итер, не отступится, пойдёт до конца, не показывая то, как он сломлен внутри. — Я не хочу остаться там совсем один, Люмин, — добавляет он шепотом. Старшая близняшка понимает всё без дальнейших слов. В его самый счастливый день остаться совсем один у алтаря перед сотней приглашенных гостей и объявлять им о том, что церемония не состоится. Это самый худший кошмар любого кто стоит у алтаря. Блондинка кивает, не отводя глаз от фигуры брата. Если это то, чего он хочет, она сделает всё, чтобы этот кошмарный день закончился идеально. Люмин покидает комнату, резко развернувшись на своих маленьких каблучках. Она раздает новые указание Барбаре, придумывает на ходу, что сказать излишне внимательным гостям и как избавиться от всего, что хотя бы намекнёт Итеру о Венти. Свой телефон младший близнец отдаёт ей молча. Его сестра шепчет под нос угрозы и размышляет о всех испорченных тонкостях. О неподходящей одежде, кольцах, стиле... Но если Эфир так хочет, она сделает все, чтобы никто не заметил. А даже, если заметят, то ничего не скажут. Итер остаётся один на один с Чжун Ли и как бы сейчас ему ни хотелось просто остаться совсем одному, как только дверь закрывается, он устало падает на кушетку и позволяет нескольким слезинкам скатится по лицу. Стыдливо прикрывая свой заплаканный взгляд ладонями, он находит в себе силы прошептать всего один вопрос стоящему перед ним мужчине. — Это правда нормально? Но в глазах Чжун Ли напротив нет ни злости, ни жалости, ни сомнений, которые терзали бы его душу. Он, не мешкая, передаёт Итеру стакан холодной воды, мягко вкладывая его в мальчишеские ладони, и произносит самые важные на тот день слова. — Быть эгоистичным нормально, Эфир. Это так же нормально, как чувствовать боль и страдания или желать мести тому... — мужчина с трудом удерживает паузу. — Кто сделал вам больно. Не позволяйте им управлять собой, но проведите этот день так, как вы мечтали, несмотря ни на что. — Я... — его глаза против воли снова начинают слезиться, но, усилием воли вспоминая реплику брюнета, он сдерживается, сделав один глубокий вдох. — Я правда хочу выйти замуж сегодня, господин Чжун Ли. Он снова заглядывает в янтарные глаза напротив, но по-прежнему не видит там ни толики грусти или сожаления. Мужчина медленно опускается напротив блондина и выуживает из кармана белоснежный платок, чтобы стереть с чужого лица остатки слёз. — Тогда давай сделаем это, Эфир, — брюнет улыбается и внезапно переводит тему. — А теперь, я полагаю, нам обоим стоит привести себя в порядок. Жених на свадьбе должен сиять не хуже любой невесты, и я не могу позволить, чтобы твой восхитительный внешний вид был омрачён слезами. Эта мягкая улыбка и полушутливый тон заставляет юношу всего на секунду поверить, что всё и правда пройдёт замечательно. — Так сделаем это? — Да, сделаем.

***

За церемонию Итер ни разу не заплакал. Он улыбался гостям, благодарил за подарки, танцевал с сестрой, угощал сладостями Паймон и ни разу не повернулся в поисках своего телефона или входной двери в зал. Это можно было бы считать достижением, если бы к концу дня его плечи плавно не опустились вниз после исчезновения последнего гостя, и он не задался вопросом, куда именно ему отправится теперь. Их квартира. Вернее сказать, квартира Итера была полностью заполнена Венти. Его запахом, его одеждой, его инструментами или текстами песен. Знание того, что он всё это время мог делить все это с другим. Даже их постель. Его руки против воли сжимались в кулаки, а в горле образовывался ком, и стоявший рядом Чжун Ли ничуть не препятствовал этому настроению. Но вот его ушей достигает поспешный звук каблуков Люмин, и он снова натягивает на лицо улыбку. Она почувствует, она узнает, но это не повод доставлять ей ещё больше беспокойства сегодня. Чжун Ли уже ловит такси и Итер не успевает раскрыть и рта, когда его сестра задаёт простой вопрос: — Вы остановились в гостинице "Ваншен", господин Чжун Ли? — Верно, — мужчина открывает дверь в приглашающем жесте, и Люмин быстро пользуется этой возможностью, чтобы уместить брата вместе с собой на заднее сидение, пока Чжун Ли объясняет дорогу водителю. Прежде чем он решает шёпотом спросить у сестры о происходящем, блондинка уже шепчет ему ответ. — Вы теперь женаты, и я думаю будет лучше, если ты не будешь находится в той квартире какое-то время, — Итер кивает, верно. На самом деле он сомневается, что справился бы с этим. Муж. Вот кто он теперь, но осознание этого факта и действительности происходящего все ещё не доходят до него. Он не помнит даже, как уверенно зашёл в снятый Чжун Ли номер и сел на кровать. Не помнит, как его новоиспечённый муж предупредил и ушёл в душ. Не помнит, как Люмин вернула ему телефон с теперь уже совсем чистым личным содержимым и стала помогать доставать мелкие цветочки, вплетённые в его причёску. — Ты будешь в порядке здесь с Чжун Ли? — она смотрит настороженно, пытаясь уловить хоть каплю беспокойства в родных глазах. — Я буду, — отвечает он ей будничным голосом и перед её уходом, смотря в её грустные полные боли глаза, добавляет с улыбкой. — Я в порядке. Но вся страшная правда в том, что он с самого начала был не в порядке.