Наша история на осколках моего разбитого сердца

Итер привёл себя в относительный порядок и спустился ровно через полчаса, как и обещал. Дом конечно был очень большой, но к его счастью гостинная находилась прямо под вторым этажом где располагались их спальни. Большую часть вещей он успел разложить по местам. Если быть честным, то единственное, что оставалось по-прежнему в чемодане, это та злополучная миниатюрная коробочка с кольцами, а ими он планирует заняться как можно позже. Он не знал во что ему стоит переодеться после перелёта так что предпочёл просто пару обтягивающих чёрных укороченных штанов, белую футболку и толстовку. На дворе уже осень и в отличие от другого климата в котором они обитали последний месяц, тут довольно прохладно. "Надеюсь, такой внешний вид не покажется ему слишком глупым." Конечно, на отдыхе ему не приходилось слишком выбирать одежду. На улице всегда было солнце, и лишь в редкие дни можно было встретить небольшой ливень, после которого, всё равно не было заметно перемену погоды. Всегда жарко,всегда ветренно и всегда солнечно. Постоянность - это очевидное кредо Фонтейна. Что в Фонтейне было непостоянным, так это поведение Чжун Ли. До их поездки он и подумать не мог, что последний сможет носить парочку простых цветастых рубашек и шорты. Этот человек перед сном надевает шелковую пижаму, халат и пару теплых махровых тапочек. По сравнению с ним, Итер наверняка выглядел даже слишком...Нелепо? Юноша привык к более простой и удобной одежде. Укороченный топ? Да? Короткие шорты? Да? Пижама с детским рисунком, состоящая из растянутой майки и шорт? Да, чёрт возьми. Наличие в гостинице нескольких спальных мест, как минимум спасло его бедную психику от лишних тревог по поводу совместного деления постели в этом. Ему страшно даже подумать насколько наверное странно они выглядели бы в одной постели: полностью одетый с ног до головы Чжун Ли и скорее раздетый, чем одетый он. Страшнее только представить, что когда-нибудь мужчина узнает о припрятанной в его чемодане ярко розовой пижаме с Хелло Китти, подаренной его сестрой на восемнадцатилетие. Чем раньше он сможет посетить парочку магазинов, чтобы пополнить свой гардероб, тем лучше. И лучше без Люмин. В крайнем случае идея спать голым не кажется ему такой уж плохой перспективой. Бодрящий аромат из гостинной привлекает его внимание, так что мигом пересекая все встреченные лестничные ступеньки на пути, Итер в один прыжок приземляется прямо на мягкий диванчик напротив журнального столика. — Пахнет просто божественно. Чжун Ли уже разливая по чашкам чай, довольно улыбается и не упускает случая пропустить смешок. — Это поэтому ты преодолел сотню ступенек в пару прыжков? — кончики ушей Итера снова краснеют и это зрелище для мужчины лучше любого комплимента. — Я шучу, но раз тебе так нравится запах, уверен от вкуса ты будешь в ещё большем восторге. Смущение блондина исчезает в тот же момент, а на лице расцветает улыбка. — Учитывая, что его приготовил ты, я думаю в его качестве можно не сомневаться. — Вероятнее всего. — заключает Чжун Ли и наконец-то занимает кресло напротив него. Он тоже переоделся, теперь вместо дорожного пальто и свитера на нём его привычный строгий костюм состоящий из коричневого жилета, серой рубашки и чёрных брюк с различными вставками. Даже привычный белый галстук снова красовался на шее. Закатанные ранее рукава теперь были спущены и руки мужчины смело ухватились за чашку с дымящимся напитком. Итер решил не отставать и тоже потянулся к своей чаше. Как он и думал, вкус просто обворожительный. — Итак каков ваш вердикт? — Хм-м, — блондин изобразил крайнюю степень задумчивости, но заветную чашу так и не отставил. — Знаете господин Чжун Ли, я думаю вам придётся повторить процедуру. — Итер улыбнулся одной из своих самых обворожительный улыбок прежде чем снова отпить из чаши. — И не раз! Старший мужчина не удержался и тихонечко рассмеялся прежде чем ответить. — Что ж, тогда мне стоит быть готовым повторять эту процедуру, как можно чаще. Если ещё явишься к завтраку утром, я могу и кофе приготовить. — Ну уж не-е-ет. Так никуда не годится. — бодро прервал его парень. — Если уж ты угощаешь меня таким вкусным чаем, то завтра моя очередь угостить тебя свежесваренным утренним кофе. — О? И ты поднимешься в такую рань, только, чтобы сварить мне кофе? Ритуальное бюро в котором работал мужчина, начинало свою работу очень рано по сравнению с другими, самый рутинный день обычно начинался с шести утра, вот только живя один, зачастую к нему поступали многочисленные просьбы директрисы Ху Тао, приехать ещё раньше. Правда, как только она услышала о его женитьбе,то сразу выстроила ему более нормированный график, но всё же... Не теряя ни секунды Итер, прервал его раздумья. — Ага. Лучший кофе от лучшего баристы Мондштадта , прошу любить и жаловать. Ваш муж. Если бы не журнальный столик, блондин бы ещё и театрально поклонился, войдя в образ и положив руку на сердце. Но вместо этого он на секунду по-ребячески высунул язык мужчине напротив и это стало последней каплей для потери самообладания брюнета, который теперь вот всю хохотал, подхватывая задорный смех Итера. — Боже, Эфир побереги мои старые кости, так смеяться опасно для здоровья. — Ох, неужели? А у меня были такие грандиозные планы на ваши старые кости. — Итер снова не сдержал смешок и от себя добавил. — Ничего, один глоток моего кофе, поставит на ноги даже мертвого. Так что попрощайтесь с старостью и отмените все бесплатные гробы для сотрудников вашего бюро, господин Чжун Ли, вас ждёт весёлое утро! — Славно, буду с нетерпением ждать этого. Тем более... — мужчина выдержал короткую динамичную паузу. — Кофе я варю просто отвратительно. Следующим смехом закатился Эфир, почему-то представляющий, как каждое утро брюнет в розовом фартуке отчаянно сражается с кофеваркой, чтобы получить маленький стаканчик свежесваренного экспрессо перед работой. Успокоившись, он наконец-то опустил пустую чашку, на журнальный столик. — Итак... — бархатный голос Чжун Ли, мягкий и уютный диван в купе с горячим чаем после долго перелёта, было тем, что нужно, чтобы Эфир полностью расслабился и почти задремал на мягком кожаном диване, на котором он сидел. — О, чём ты хотел спросить, Итер? — Ммм, обо всём. То есть... — смахнув ненужную дрёму блондин кое-как разлепил глаза и сосредоточился на фигуре Чжун Ли. — Много небольших моментов. Я понимаю, что это странно, но... — он вздохнул. — Я бы хотел вернутся к своей работе. — К работе? Я думал ты говорил, что просто занимался мелкими поручениями для удовольствия. — Так и было. — Итер слегка поежился от воспоминаний. — Я занимался мелкими подработками пока был... Ну ты знаешь... — он прикусил губу вспоминая Венти. — Мне это нравилось, но я не думаю, что это будет так же нормально в нынешней ситуации. — Итер... Ты же не переживаешь о чем подумают люди, если увидят как ты подрабатывает не смотря на то, что мы теперь... Женаты? — небольшая пауза подсказывала, что Чжун Ли хотел сказать иначе, но был прав. — Да. Я знаю это глупо, но ты один из представителей компании и я не хочу, чтобы у тебя или госпожи Ху Тао были какие-либо проблемы. К тому же... - щеки парня окрасил розоватый цвет и он поспешил прикрыть лицо руками. — Если быть честным Люмин предложила мне вернутся к моему проекту в её компании. — У тебя был свой проект?! Кхем! — Чжун Ли едва не расплескалась остатки чая и подавив восклицание кашлем поспешил исправиться. — Прошу прощения. Я просто был слегка удивлён, однако... Что-то подсказывало мужчине, что блондин многое недоговаривает. Итер отличался от Люмин, но у обоих близнецов была одна общая чёрта: они любили доводить дело до конца. История в которой Эфир бросил свой собственный проект, даже звучит специфично. Даже если это небольшая работа, она наверняка стоящая, вот почему ещё более странно, что сама Люмин не надавила на брата, чтобы он довёл дело до конца. Собравшись с мыслями мужчина рискнул задать вопрос. — Итер, позволь спросить, почему ты не закончил этот проект раньше? Натянутая улыбка юноши едва не разбила ему сердце. — Он не такой уж и маленький, но если бы он стал успешен, велика вероятность, что обычной жизнью я бы жить уже не смог. — блондин закусывает губу от нервов, отводит взгляд и стискивает собственные ладони так будто от крепости этой хватки зависит его жизнь. — Венти хотел простой жизни, а я хотел быть с ним. Вот почему я решил, что эта работа могла бы создать между нами большую пропасть и оставил её. Собственные кулаки Чжун Ли сжались от злости. Венти. Этот бродячий музыкант в первую очередь всегда был его другом. Ветреный, весёлый, лёгкий на подъем и немного пьяный. "Барбатос" как прозвали его знакомые, не был плохим человеком. Но он был излишне легкомысленным и уж точно не созданным для серьёзных отношений, по крайней мере пока он не пожелает этого сам. Но его попытка усидеть на двух стульях и вся та боль, которую он вызволил на Эфира... Чжун Ли был просто в ярости. Он молчал, когда они познакомились, Молчал, когда они стали проводить больше времени вместе. Молчал даже когда они стали встречаться. Молчал даже тогда когда стал подозревать, что последний год его друг ведёт себя более чем странно. Чжун Ли знал Венти, но всё равно позволил Эфиру узнать его самому. От этого знания хотелось рвать на себе волосы. Он не хотел их отношений, не хотел их знакомства и уж тем более их внезапной свадьбы. Всё чего он хотел это счастья, счастья для Эфира. Этот прекрасный юноша сразил его сердце одним ударом и всё. С его появлением он больше не мог найти покоя. Эфир сиял подобно звёздам. Его идеи, стремления, доброта и терпение поражали мужчину каждую новую встречу. Он будто окутывал теплом каждую клеточку его тела. И даже на существующую разницу в возрасте между ними Эфир был тем кто ценил его таким какой он есть. Он с удовольствием слушал его рассказы, даже когда память Чжун Ли уносила его слишком далеко, уважал семейные традиции, изучал родовые значения, старинные легенды и древнюю архитектуру и многое другое, что молодым людям его возраста не только не интересно, но и не важно. Эфир составлял ему компанию тогда, когда никто другой бы не составил. Когда появился Венти, Чжун Ли просил его не заигрываться. Итер не игрушка, не парень на один день и уж точно не средство увеселения. Вот только Венти его не послушал, а Эфир как и подобает молодому парню - влюбился. Отчасти Чжун Ли понимает его. Эта лёгкость, привлекательность, нежность и игривое покалывание между лопаток от каждой новой задумки Венти. В него почти не возможно не влюбится. Хотелось бы чтобы кому-то удалось удержать внимание этого прохвоста, но кто бы это не был, это точно не Эфир. И если уж и сожалеть так это только о том, что он не предупредил Итера об этом раньше. Сейчас то что Чжун Ли знает наверняка, так это то, что его импульсивный поступок и предложение Эфиру поженится во время свадьбы было правильно. Пускай он опоздал, позволил обмануть себя и блондина, допустил их свадьбу и отношения, но он предложил и признался, пускай пока только самому себе. Всё это время он был безнадёжно влюблён в Эфира. И сколько бы времени не прошло, каждый день своей жизни он посвятит тому, чтобы Итер почувствовал его любовь, узнал его и стал счастливым. Если он отвергнет его, это приемлемо, он сможет это принять. Но принять то, что его прекрасный Эфир несчастен? Нет. Мужчина решил, что пауза слишком затягивается, поэтому заставил себя расслабиться и улыбнуться. — Если это то чего ты действительно хочешь Эфир, то у тебя непременно всё получится. Юноша поднял на него свой удивлённый взгляд, а затем просиял и улыбнулся одной из своих самых ярких и ослепительных улыбок. — Правда? Если даже Моракс в меня верит, то наверняка так всё и будет. Старое прозвище слетевшее с губ Эфира заставило сердце мужчины совершить еше один прыжок. "Моракс" — было старым прозвищем Чжун Ли ещё со студенческих годов, поэтому мало кому о нём известно, но юноша знал его по другой причине и вспоминая их первую встречу от этого мелкого замечания сложно заставить себя не улыбнуться. Раньше Моракс был владельцем самого крупного банка в стране и дабы сохранить под собой твёрдую почву и чистый рассудок он избегал всяческих встреч лицом к лицу с клиентами и другими руководителями просто для собственного комфорта. Таким образом со временем прославляясь своими гениальными идеями в области финансов он стал самой загадочной и узнаваемой фигурой финансовой индустрии. На самом деле раз в год он встречался с разными людьми, но даже этой традиции стоило умереть когда он решил оставить дела своей семьи и заняться чем-нибудь, что будет близко ему по духу. Именно в этот момент и появился Эфир. Его сестра активно искала сотрудничество с банком "Золотая палата", но имела свои особые условия для подписания которых требовалась незамедлительная встреча с директором, то есть с ним. Мало кто знал как выглядит "Моракс", но всё с удовольствием общались с господином Чжун Ли. Это было своего рода уловкой, которую он так активно использовал, чтобы узнать истинные цели компаньонов и других инвесторов в которых был заинтересован. Чжун Ли решил стать собой, представив Моракса смертельно больным, а Эфир искал встречи с ним, чтобы наладить молодой бизнес своей сестры. Это были странные, но увлекательные диалоги, которые до сих пор напоминают Чжун Ли, о том что Итер особенный, не такой как все остальные. Пусть и излишне честный, но он был лучшим дипломатом среди посланных своей сестрой. Даже Чаилд вызывал его на различные "схватки", но все их дипломатические соревнования закончились одинаково. В пользу Эфира, конечно же. И даже не смотря на обман с его стороны, они смогли сблизится. Он помнит...

***

Тарталья, подобно урагану, сметающем всё, на своём пути, врывается в крохотную белоснежную больничную палату. Предположительно, она принадлежала смертельно больному Мораксу. Однако пройдя чуть глубже, его улыбка меркнет, а сам он молча замирает. Следом за ним, размеренным шагом в деловом костюме, входит Итер. Он внимательно осматривает помещение и останавливает свой взгляд там же где и Чаилд. Одинокая белоснежная постель без любых признаков, того что там находился хоть, кто-либо ранее. —Его нет. — шепчет ошеломленный юноша с рыжими волосами и ярко-синими как бескрайний океан глазами. Слова, что он произносит дальше, вылетают с нескрываемым разочарованием, или даже небольшой злостью, что маленьким огненным шаром, расцветает в груди. — Но я точно всё проверил. Он должен быть здесь. Итер издаёт неглубокий вздох и мягко похлопывает его по плечу в успокаивающем жесте, прежде чем обернутся на звук отворяющейся двери в палату. —Сяньшэн?*— восклицает Чаилд быстрее, чем открывший дверь брюнет проникает в палату. —Что происходит? Разве вы не сказали мне, что здесь я смогу найти Моракса? Вы, соврали мне? —Чаилд... — тихий шепот со стороны блондина полностью игнорируется и другой юноша в ярости хватает мужчину постарше за воротник недешевого пальто, чтобы набросится с обвинениями. —Вы сказали мне, что он лежит здесь! — Успокойся, Чаилд. — с невозмутимым лицом отвечает брюнет игнорируя все попытки рыжеволосого вывести его из себя. — Я сказал, что вы можете встретится здесь с ним, и я не соврал. — Да, тут же только пустая палата! Не морочьте мне голову. Если он правда болен, то лежит явно не в этой, никем не использованной палате. Где он? Отвечайте! — Чаилд! — с нажимом зовёт Итер и смотрит в упор, на Чжун Ли. — Отпусти его. Тарталья нехотя отпускает мужчину и тот невозмутимо поправляет одежду, прежде чем пройти мимо притихших парней и выглянуть в окно больничной палаты. — Это ведь Вы. — тихо заключает Эфир и глаза стоящего неподалёку парня округляются, а рот открывается в немом возмущении. — Я. — спокойно отвечает Чжун Ли прежде чем повернуться к двум юношам. — Вы Моракс, но вы и Чжун Ли. — блондин выдерживает паузу. — Почему? Но чужой ответ прерывает возмущенный крик. — Не может быть!В-вы... Ты! — рыжеволосый захлебывается в своём возмущении и кричит прежде чем в слепой ярости покинуть палату. — Ты обманщик! Всё это время, ты просто водил меня за нос! —Чаилд... — бархатистый мужской голос, хочет что-то сказать, но прежде чем рыжая голова с голубыми глазами, в которых плещется только ярость, скрывается за дверью, он слышит обвинительное "Лжец", и хлопок закрывающейся двери. — Я поговорю с ним позже.— произносит блондин желая сгладить углы от увиденной сцены, но Чжун Ли только качает головой в отрицании и объясняет. — Не нужно, если он захочет мы обсудим с ним это позже. Возможно, я всё же немного виноват перед ним. — За то что скрыли от него своё настоящее лицо? — Нет, скорее за то, что обманул его ожидания. — Не стоит. — прерывает его раздумья на редкость спокойный юноша. — Чаилд всегда такой, когда пропускает очевидные подсказки или проигрывает. Пройдет время прежде чем он поймёт, что мог бы понять всё с самого начала. — В таком случае... — Моракс складывает руки за спиной и наблюдает за ни капли не удивленным юношей с нескрываемым интересом, когда очередная догадка проникает в его голову. — Как давно ты знаешь? — Где-то с самого начала? — неловко убирая выбившуюся из общей косы прядь отвечает Итер. — Я не знал, только догадывался. — Почему же? Что именно меня выдало? — на его вопрос мальчишка только мягко улыбнулся, прежде чем сказать, фразу, которая прочно засела в его сердце, подобно стреле выпущенной купидоном. — Просто такой потрясающий человек, как господин Чжун Ли, не может быть просто сотрудником банка "Золотая палата".

***

Тогда они стали только друзьями, но юноша стал так дорог его сердцу, что отпускать его от себя больше не хотелось. Так, с этими чувствами Чжун Ли позволил юноше быть одним из немногих, кто знал о нём чуточку больше чем любой другой. Мужчина одним изящным движением своей руки подлил ещё немного чая в кружку собеседника. От былого напряжения не осталось и следа. — Люмин сказала, что как подъедет, то ознакомит меня со всеми бумагами, если я соглашусь вернутся и продолжить работу над проектом. Я буду числится, как сотрудник компании на своём прежнем месте, но на деле проект будет целиком на мне, пока я не уточню сколько человек и какая команда мне понадобится. Сначала я думаю мне стоит ознакомится со всеми бумагами, что есть и отследить, что происходило пока меня не было, поэтому какое-то время я буду здесь, а потом постепенно переберусь в офис для реализации. Это же нормально? — Конечно. — улыбка Эфира заставляла Чжун Ли расслабится всём его существом. Будто бы маленький злобный дракон в его груди резко выдохнул и свернулся в золотистый клубок из колец его чешуйчатого тела, чтобы славно проспать весь день. — Весь дом в твоём полном распоряжении. Мелькнувшая тень беспокойства на лице блондина была тут же раздавлена пояснениями со стороны старшего мужчины. Было ясно, привыкший к самостоятельной жизни Эфир беспокоился о деньгах. — Итер, тебе не нужно волноваться ни о чем. Я знаю, что наша ситуация не стандартна, но я хочу, чтобы мой дом был и твоим домом. К тому же это было бы как минимум странно, если бы я женился на тебе и не позволил бы тебе находиться тут. Конечно, если ты захочешь глобальных перемен это нужно будет обсудить, но я не вижу а этом проблемы, просто скажи мне об этом. — глаза юноши напротив грозились вылететь из орбит, но прежде чем он решил, что сказать, брюнет продолжил. — То же самое касается и денежных счетов. Я ценю твоё желание работать и зарабатывать деньги, но пока ты занимаешься своим проектом, не стесняйся брать столько сколько тебе нужно. — Но... — Помнишь, когда я платил за нас на отдыхе? — Да, но... — Представь, что отдых продолжается. Всё моё, теперь твоё Итер и я хочу, чтобы ты мог ни в чем себе не отказывать. Я знаю, что это может быть слишком много для тебя, но это единственное о чём я прошу тебя. — П-почему ты делаешь это? Я знаю, что мы... Но... Смотря на растерявшегося юношу, брюнет шумно вздохнул и отставив чашку, протянул к Эфиру руку. Ладошка блондина была чуть потной от волнения, но всё равно смело легла в его руку. Чжун Ли накрыл её своей и мягко погладил большим пальцем, заостряя особое внимание на золотом ободке вокруг одного из пальцев. — Я хочу, чтобы ты был счастлив, Эфир. Знаю, это больно вспоминать, но разве ты не делал тоже самое раньше. Это не то, что он хотел обсуждать, но ему пришлось поднять свои золотистые глаза и взглянуть в лицо напротив. — Венти, ведь не тот человек, который стремится зарабатывать, правда? — он грустно усмехнулся, вспоминая старого друга. — Его изначальная цель всегда была творить и ему никогда не было важно где и как и когда это будет. Эфир хотел возразить. В какой то момент он даже думал вырвать свою руку из чужой хватки и резко поднявшись просто удалится из комнаты. В его светло карих глазах внезапно смешалось так много чувств. Печаль, непринятие, злость, отрицание, а потом... А потом он сжал чужую руку только крепче и опустил взгляд. В глазах неприятно защипало. Сначала ему хотелось закричать. Кричать о том, как он ошибается, ругаться, говорить о том что он не понимает, что он не знал Венти, что этот наглый маленький музыкант был другим. Словно тугой комок в горле он проглотил это чувство. А потом. Потом он понял. Чжун Ли знал кто такой Венти. И в его необычных золотистых глазах тоже была печаль. Он не пытался назвать своего старого друга плохим, он пытался сказать ему, Эфиру, что он... Внезапно блондин вспомнил. Вспомнил ту ехидную улыбку и дерзкие смешки. Вспомнил звуки лиры по ночам, дням, утрам или даже сутки напролёт. Вспомнил вечный хаос из нот, стихов и каких-то перьев под ногами. Вспомнил, как Венти просто танцевал на кухне и не беспокоился ни о чем. Его не беспокоился счёт за квартиру, не беспокоил маленький гонорар, пропущенный завтрак или даже угрозы соседей на шум. Венти изгибался под ситуацию, будто незаконченная линия встретившая неожиданное препятствие в виде круга. Иногда он правда платил за квартиру, иногда говорил с соседями, иногда спал весь день или играл на площади. Однако по-настоящему это его никогда не беспокоило, он мог спать на крыше, на полу или даже на дереве, не боялся, что его выгонят, не примут или пошлют к чёрту. А Эфир беспокоился. Правда почему-то когда они были вместе это беспокойство отходило на второй план. Настоящая правда была в том, что именно Эфир был тем кто решал всё это. Тем кто платил за квартиру, тем кто успокаивал соседей, тем кто извинялся перед хозяином гостиницы или бара, даже тем, кто купил их квартиру был он. Посторонний сказал бы, что Итер слишком простодушен, легкомысленно и добр, раз позволил водить себя за нос. Но Итер просто любил его. Сердце в его груди болезненно сжалось, а затем лопнуло как воздушный шарик. Чжун Ли... Вот что он пытался сказать ему. Поднимая голову и вглядываясь в эти тёплые глаза напротив блондин шепчет. — Спасибо. Чжун Ли переплетает их пальцы вместе. А Эфиру внезапно хочется пересечь весь этот журнальный столик и положить голову на чужое плечо, пока в его подсознании мелькает всего одна мысль. Неужели Чжун Ли и правда любит его?