Спор

- Блять! - Ты проспорил, Дзёно-сан! Для преступника, который просто выстрелил не глядя в надвигающегося на него блондина, эти две реплики прозвучали максимально нелогично. Для Сайгику это значило только одно. Он проиграл спор с идиотом Тэттё и теперь должен ему целое желание (потому что три, как они пытались договариваться в начале, брюнету будет слишком жирно). Тэттё, судя по звукам, исходящим от него, ликовал. На деле, он просто молча стоял и смотрел на преступника, пока тот от страха чуть ли не седел. - Моим желанием будет... - наконец-то начал Суэхиро, но был остановлен коротким "Заткнись". И благоразумно решил, что желание может подождать до того момента, как они останутся одни вечером.

***

Вечером, пока Тэттё, как думалось, свалил за своим отвратительным кофе с соевым соусом, Сайгику успел мысленно обматерить его и вспомнить, как всё это началось: Сначала Дзёно материл какую-то из дур-гражданских, которая столкнулась с ним и пролила горячий кофе на парня, оставляя на его форменной одежде отвратительное мокрое и липкое пятно. Потом Тэттё вмешался, успокоил эту дурочку, что готова была расплакаться для услады внутреннего садиста Дзёно, и предложил для Сайгику спор. "Не матерись целый день". Сматерится блондин - Суэхиро получает право на желание. А если Дзёно с достоинством выдержит это, то получит от напарника сразу три желания. Сайгику думал, что будет легко. Но вот внешний мир с ним не согласился, подсовывая разнообразные подлости и в конце-концов вынуждая парня грязно выругаться... Тэттё приносит не свой кофе, а два наполненных бокала, судя по звону стекла, и объявляет желание: "Хочу, чтобы ты меня поцеловал, когда я этого не ожидаю". Блять. Блять! Сайгику вообще ненавидел эти поцелуйчики и с трудом терпел их от Тэттё, а тут самому целовать... Ну уж увольте, это же ни в какие рамки! Суэхиро видит абсолютно недовольное выражение лица напарника и предлагает ему вино. Парень соглашается, потому что трезвым точно не станет делать ничего подобного (а пьяным когда-то и лисий хвост с ушками надел, чтобы подразнить брюнета). Глоток за глотком, и всё явственнее ощущается чужой взгляд на коже. Это бесит, и только Дзёно открывает рот, чтобы всё высказать, как его перебивают: - Я тебе противен? - Да, конечно. - невозможно сдержать себя и не рассказать, что именно по многим пунктами противно ему в Суэхиро. Начиная от взгляда, заканчивая характером. Напарник молчит, потом тихо и, кажется, даже грустно говорит: - Я тебя люблю, Сайгику. Тэттё к нему обращается так редко, почти никогда в обычных ситуациях. Дзёно по-лисьи усмехается - кицунэ, только без хвостов, - и отвечает: - Я знаю. Меня невозможно не любить. - А меня? Сайгику сначала хочет возмутиться: что это Суэхиро себе такое позволяет, думать, что его можно любить?! Но он замечает, что у напарника немного изменён тон голоса, и всё понимает... Вместо сложного ответа потянуться к Тэттё за поцелуем, чтобы наконец-то выполнить это глупое задание - это просто. Обнаружить себя в следующий момент на чужих коленях, пока собственные губы прижимаются к тонким и сухим, а горячие ладони брюнета скользят куда-то под рубашку - это жарко. Понять, что ты просто-напросто потерял контроль ситуации - неприятно, хотя прикосновения чужих пальцев к плоскому животу заставляют другие мысли перекрывать предыдущие: "Приятно, очень приятно". И хитро досказывать в мыслях: "Но хуй я тебе скажу это, Тэттё. Не заслужил.". А брюнету и не надо одобрение своих действий. Он достаточно выучил чужое тело, чтобы знать слабые местечки. И он планировал использовать все свои знания, чтобы Сайгику не пожалел о проигранном споре.