Ангел смерти. Марон

Каждое утро в нашей клоаке начинается одинаково. Сегодня исключением не стало. В меня прилетела увесистая подушка, а следом за ней навалилась стокилограммовая туша Ислы. В ноздри ударил запах перьев и вонючего дезодоранта, от которого заслезились глаза. Резким движением я двинул Исле по уху, попав не глядя, и сбросил его с себя. После чего накинул распластавшемуся на полу магу одеяло на голову и, прижав его своим весом, принялся самозабвенно душить этого неудачника. Ткань пропускала воздух, но вокруг шеи обмоталась так плотно, что сделать вдох Исла не мог. За последнюю неделю я проделывал этот трюк в третий раз, и в третий раз он не успевал предотвратить это. Я душил его, пока он не застучал по моему предплечью ладонью, сдаваясь. — Детский сад, — прокомментировал я его жалкие попытки самоутвердиться и в одних трусах направился в ванную комнату. В коридоре пришлось сцепиться с Руисом и Адро — старики никак не могли смириться с тем, что я пользовался доверием Смерти, и продолжали устраивать мне тёмные, не обращая внимания на то, что каждый раз выходят из поединка проигравшими. Вот и сейчас я припечатал одного ангела к стене чёрной волной огня, удерживая его почти под потолком и едва не поджаривая заживо, а второго просто пинал ногами, вкладывая толику магии в удары, чтобы было ощутимей. Но и этого оказалось недостаточно для свободного похода в ванную. Все четыре минуты, что я нежился под горячими струями воды, в дверь беспрерывно ломились, едва не снося её с петель. Когда одной ванной пользуются двенадцать человек, ты либо занимаешь очередь, либо выбиваешь себе возможность помыться. Дальше всё снова предсказуемо: пробежка по тропическому лесу, полному ядовитых растений и хищных животных, тренировка в зале в полном одиночестве и завтрак на общей кухне, где в раковину уже свалена гора грязной посуды, а в холодильнике не осталось ничего съедобного. Припасённая пачка хлопьев, спрятанная в глубине кухонного шкафа, спасла мой день. А в обед день перестал быть скучным. Риада, наша госпожа, обладательница пяти видов магии и по совместительству настоящая Смерть, лично устроила собрание, чем не занималась уже… Да никогда, наверное. За двенадцать лет пребывания в Чертоге Смерти я ни разу не бывал на подобном сборе. Случались балы и вечеринки, но на них никогда не присутствовали сразу все ангелы смерти, да и ещё и с Риадой в придачу. — Знаю, вы отвыкли от таких мероприятий, а некоторые и вовсе не догадываются, о чём пойдёт речь, — начала Смерть, обратив последние слова ко мне. Я непонимающе нахмурился. — Точнее, о ком пойдёт речь. Звонко стуча каблуками по паркету, она прошла вдоль стола, за которым сидела половина ангелов, и положила руку мне на плечо, слегка поцарапав кожу длинными ногтями. Адро, сидевший за другим столом, гневно сверкнул глазами. Я мог лишь посочувствовать ему и себе. Нам обоим не нравилось поведение Смерти, но противиться ей мы не могли. Так что он молча ревновал, а я молча терпел неприятное прикосновение, отдающее могильным холодом. Вообще, рука была тёплой, но мне казалось иначе. — Я несколько лет искала подходящую кандидатуру, — продолжила Риада. — Обычно будущие ангелы обучаются одновременно парами или тройками, иногда даже более крупными группами, и сильнейшие маги становятся частью нашей семьи. — От слова «семья» мурашки по коже побежали у всех. Какими бы друзьями мы ни были, каждый присутствующий здесь хоть раз пытался убить своего соседа. — Найти мага с подходящим уровнем дара было трудно, несколько бедняжек не выдержали испытаний Чертога, но… — На лице Смерти растянулась неприятная, искусственная улыбка. — Кажется, есть одна девушка, способная стать тринадцатым ангелом. Девушка. Это слово напрягло всех. Кто-то уже представлял, какие пакости устроит ей по прибытии в Чертог, кто-то мысленно похоронил кандидатку в ангелы. Я ей посочувствовал. После меня в Чертоге учились три девушки, и только одна смогла выйти из этой истории живой. Когда двенадцать ангелов смерти являются мужчинами, переплюнуть их девушке крайне сложно. — И ответственным за неё будет наш Марон, — когтистая рука ободряюще погладила меня по спине. — Она чёрный маг, ей будет проще учиться с тобой. На автомате я кивнул, но не услышал больше ни единого слова. Смерть что-то говорила и говорила, а у меня в голове стучало «ответственным будет Марон». Из-за меня будет страдать человек. Из-за меня может умереть невинная девушка. Потому что я буду её наставником. И либо я сделаю из неё ангела, либо она погибнет. Конечно, можно рассмотреть вариант побега, но нет гарантии, что Смерть не последует за ней. Следующие несколько недель я наблюдал за своей подопечной. Раздобыл её личное дело, ограбив школьный архив, перерыл всю информацию в сетях. Обычная семнадцатилетняя девчонка с парочкой друзей и парнем-недоумком. Родители, помешанные на общественном мнении, как и большинство местных жителей, брат, занимающийся незаконщиной. Стандартный набор для семьи из Улакрии, где не повезло родиться сверхъестественным детям. Большую часть времени я наблюдал за девушкой из Чертога, но несколько раз выбирался непосредственно в Улакрию, чтобы понаблюдать за ней вживую. Девчонка бойкая, но совершенно не в ладах со своей магией, из-за чего постоянно попадает в передряги. Возможно, обучение в Чертоге даже пойдёт ей на пользу… Риада не обозначила точные сроки, но спустя два месяца слежки я почувствовал, что девушку нужно забирать. Что-то в её жизни шло наперекосяк, и оставалось дождаться лишь подходящего момента. В день операции я последний раз наблюдал за своей подопечной через стеклянный шар, одолженный у Риады. Девчонка брела по городу в сторону автовокзала, и я собирался перехватить её по дороге. Что-то подсказывало мне, что просто так она не согласится пойти в Чертог, так что я вызвал на подмогу Коию и Лураэ. Втроём мы будем выглядеть и убедительно, и устрашающе. В кабинет, где я работал, бесшумно вошёл Сатом — мой наставник и один из немногих друзей. Он единственный, кому я рассказал о тревожащих мыслях по поводу предстоящего обучения. — Знаешь, когда мне дали первого ученика, я тоже ужасно волновался. Боялся, что мальчишка не выживет или окажется недостаточно талантливым для этого места. — Я с надеждой заглянул в глаза старого друга. Он буквально читал мои мысли. — Каждый на твоём месте волновался бы. Но всё не так страшно, как кажется. Ты быстро привыкнешь к новой роли, а девчонка довольно скоро начнёт тебя бесить. Я невольно улыбнулся, вспомнив, как Сатом отчитывал меня за первую гневную истерику, случившуюся на второй неделе обучения. Тогда в приступе отчаяния я набросился на него и попытался доказать, что достоин обращения к себе по имени, но так и остался «надоедливым ушлёпком» в его глазах. — Не хочу, чтобы из-за меня пострадала эта девочка, — признался я. — Тогда ты выбрал не ту профессию, сынок, — хмыкнул Сатом. — Ты не сможешь уберечь её от Риады, но можешь помочь ей тут выжить. Начни с уроков самообороны, объясни, как общаться с нашими парнями. Действуй не напрямую, но помогай. Если Риада выбрала её в кандидаты, значит, по её мнению, у этой девочки достаточно сил, чтобы справиться. — Но Риада уже ошибалась, — напомнил я. — Тогда сделай так, чтобы в этот раз она не ошиблась. Я ещё раз посмотрел в шар, где сквозь проливной дождь уверенно шагала сбежавшая из дома девушка. «Ладно, — обратился я мысленно к ней, — сделаем из тебя большого и сильного мага».