Солнце

Комната наполнена сладким ароматом мандаринок и сочных персиков. Запах окутывает два мирно посапывающих тела, лежащих в обнимку, под тёплым одеялом нежно-розового цвета. В доме стоит кромешная тишина, и лишь за окном звонко поют птицы. Эта песнь создаёт новогоднее настроение. Под негромкие звуки за окном просыпается блондин с голубыми глазами. Его тонкие и аккуратные руки тянутся к солнцу, а его взгляд обращён на спящего рядом, что обнимает Мичи за талию. Белые локоны хаотично лежат на его лице, закрывая белоснежные густые и длинные ресницы. Рука Мичи неспешно оглаживает отлёжанную щёку парня и оставляет небольшие поблёскивания. Как бы ему не хотелось покидать парня, но пришлось, ведь если их кто-то увидит, то это плохо скажется. Неспешными шагами парень выходит из комнаты и надевает розовый свитер, который брал с собой. Пустые коридоры наполнены тишиной, лёгким запахом хвои и выпивки. Кто бы мог подумать, что в этом мире всё так сложится. Он уже и позабыл как и для чего оказался сдесь. В прошлом мире, его ни во что не ставили;он по уши погряз в долгах и грязи, ещё чуть-чуть и он бы сам умер. А здесь его окружают новые друзья, странные чудеса и удивительный парень... "Странно, Санзу относился ко мне, как к последнему хламу, да и мне он был неприятен, так почему сейчас мне хочется видеть его всё чаще и чаще? Почему хочется крепко обнять и поцеловать его бледноватые губы, вновь огладить небрежные шрамы и прикоснуться к его телу, позволяя ему подхватить меня, прижимая к стене" — размышляя о своих тайных желаниях, парень и не заметил фигуру перед ним, из-за чего с грохотом полетел на пол. —Эй, Такемучи, смотри, где ходишь! Чуть не сбил меня! — надув щёчки, светловолосый парень, с чёрными, словно ночь, глазами, скрестил руки на груди. —Пп...прости, Майки. Задумался просто... — В наказание, ты должен поцеловать меня! — заявил Манджиро, нагло ухмыляясь. Растерянный Такемичи не знал, что сказать и просто сидел на полу. — Майки, но так ведь нельзя... Мы ведь не соулмейты, — затихая, молвит парень. — И что? У нас ведь нет меток, а пока не попробуешь, не узнаешь наверняка. Пока Ханагаки пытался отговорить Манджиро, тот уже в наглую прижал парня к полу. Голубые глаза в страхе бегали в поисках защиты, но рядом не было ни души. Тонкие запястья чуть похрустывали от сильной руки Майки, пока он сам воседал на парнишке. — Не переживай, это всего лишь поцелуй. Мимолётная пауза, и сладкие губы Сано касаются тоненьких розоватых губ Ханагаки. Для Сано это подобно развлечению... Он пропускает свой язык меж губ блондина, заставив того нелепо простонать. Осозновая, что Манджи хотел не только поцелуй, Мичи начинает упорно стараться оттолкнуть того. Его тонкие изящные ноги упираются в накаченный пресс под свитером. — Ох, ты так сильно этого хочешь, что уже ножками лезешь) — шепчет Сано, поглядывая на плачущие глазки, — какой же ты милашка... "Манджиро Сано — тот ещё собственник и извращенец. Будь это омегаверс, на него бы вешались все, и даже я. Хотя по нему и не скажешь, но он так умело это делает...будто уже давно не девственник... Какое паршивое чувство... Я понимаю, что Хару мне нравится, но почему так хочется отдаться этим сильным рукам...хочу, чтоб он связал меня, а после придушил как полагается. О чём я вообще думаю! Я люблю Хару...но" — из мыслей Такемичи выводит звук растёгивающейся ширинки. — Майки!...— парню не дают договорить. Манджиро стягивает джинсы, захватывая трусы, из которых вываливается огромный стояк. Вот так неожиданность... Стоило бы паниковать, но почему-то на лице блондина удивление. Член Манжиро на вид чуть меньше, чем у Санзу, но явно шире — эта информация заставляет Мичи покраснеть, что ещё больше привлекает Сано. Он поднимает голову парня, придерживая член напротив его рта. — Мм..Майки, а если кто-то зайдёт.. — Таке уже никто не слушает. Парень подносит член к тонким розоватым губам, приоткрывая их. Делать нечего... Мичи открывает ротик чуть шире, проскальзывает язычком вдоль небольшой длины, обизывая каждую венку, каждый сантиметр, пока кончик языка плавно не спускается к головке и вновь под член. Сано прикусывает нижнюю губу, после чего аккуратно опускает голову оппонента. Торс блондина вмиг оказывается над милым личиком и тот уже вдадбливается в глотку беззащитному мальчишке, пока вовсе не кончает. — Ого, не ожидал, что ты настолько хорош... Где тренеровался? — в голосе Майки слышна сумасшедшая ревность... Он хочет заполучить тело голубоглазого, — чего молчишь? До сих пор мою сперму не сглотнул? Хах, я не дам тебе выйти, пока не сделаешь это. **************** Дом Ханагаки, 18:35 — Как же мерзко.. Как унизительно... А Хару? Что скажет Хару? По возвращению домой, Мичи охватил жар и резкая боль внизу живота и на правой лопатке. Будто кожу прожигают горячим металлом и тонкая, аккуратная кожеца лопается, оставляя на себе красный след. Опустошённый взгляд парня. Он смотрит на своего белого друга, вновь обнимая его. Только этот друг принял сегодня всё то, что произошло утром. Желудок был совершенно пуст. Мичи чувствовал как мерзкий привкус кислоты, переварившей всю еду, напитки и инородную жидкость, вновь подступает к горлу и вырывается наружу. — Да какого чёрта?! Я тут сижу уже несколько часов... И какой толк? Это уже произошло... А что я скажу Санзу? "извини, Хару, я отсосал Майки, но всё равно люблю тебя" или "Хару, я не сдержал нашу клятву, но он меня заставил" так что ли? У меня даже нет ничего на ужин.. Надо сходить в магазин. Через силу, Мичи отходит от своего белого друга и бессильно ползёт в свою комнату, где вяло лежит розовый свитер Хару. Парень хочет зарыться в него, обнять блондина и никогда не отпускать. С горем пополам, он натягивает широкие джинсы и толстовку Хару и, неспеша, выходит на улицу. Небольшие сугробы, кучи счастливых детей и мелкий снег — прекрасное время для зимней прогулки, но именно сегодня парню не до этого. Он вяло перебирает ногами, еле открывает дверь небольшого магазинчика возле дома, проходит во внутрь, словно призрак. Его расслабленный взгляд сразу падает на отдел с сладким, но даже там он чувствует себя ничтожно. Ему не хватает пару сантиметров, чтоб достать до верхней полки, где лежат любимые печеньки Хару. Пара безнадёжных попыток и Мичи окончательно сдаётся. — хочу к Хару...— шепчет он. —Так и что тебе мешает? — над ухом звучит знакомый голос. Он наполнил этот тоскливый день небольшим счастьем. Наконец, на лице Мичи засияла улыбка. Он тут же разворачивается и крепко обнимает фигуру чуть выше его. — Я тоже скучал по тебе, милашка, — большая ладонь укладывается на всетлую макушку, — чего ты тут делаешь? — Хотел взять твои любимые печеньки, но не дотягиваюсь, — как на зло, целый день перед белым другом даёт о себе знать. Животик громко урчит, из-за чего Таке тут же краснеет. — Оп, кто-то опять не кушал. Никаких печенек. Сегодня я останусь у тебя, буду откармливать, а то совсем исхудал. Вернувшись в квартиру, Санзу чмокнул Мичи в носик и отправился на кухню. Какого же было его удивление, когда вместо порядка он увидил расскиданные вещи и разбитую посуду. Он мигом выбежал в коридор, где возле стенки лежал Мичи. **************** 21:00 Аромат приправ наполнял квартиру. Похмурившись, Мичи сонно потянул руки, что вмиг упёрлись в чью-то грудь. Перед парнем лежал полуголый Харучиё. Его излюбленная голубая толстовка красовалась на теле Мичи, а сам он лежал с оголённым торсом в пижамных штанах с мишками. — Хару, какой же ты милашка, — склонившись, Таке чмокнул возлюбленного в носик. — хи, но ты милее. — Ой, ты не спал? — Да уснёшь тут с тобой. В обморок упал посреди коридора, в квартире срач. Ты что тут делал? — прости... — парень бросился в объятия альбиноса, — Хару, даже если мы не соулмейты, я, я любл... — Тише, — Санзу приложил палец к губам парня, — прежде чем это говорить, вспомни, что у тебя есть соулмейт, и ему будет очень больно... Представь, сколько боли мы уже причинили нашим соулам, когда целовались или трахались. — Хару... Прости — не извиняйся, милашка. Пойдём покушаешь и вместе ляжем спать. И всё же, я был бы рад, если бы ты стал моим соулмейтом. На утро парни вновь проснулись вместе, вместе позавтракали, вместе провели весь день и вместе поехали на собрание. ************** Собрание тосвы, 22:00 Подъехав к нужному месту, Мичи пошёл в одну сторону, а Санзу в другую. Идя по тропинке, Мичи задумался о словах Санзу "сколько боли мы причинили нашим соулмейтам" — а ведь правда...мне было больно, когда это делал Майки, и приятно, когда это было с Хару.... А может ли быть, что мы с Хару... — Эй, Такемичи! Как прошли твои выходные? — невысокий блондин бежал навстречу другу. — Ох, Чифую, всё хорошо. А вы там как? Баджи-кун всё таки сделал тебе предложение. — ой, это кошмар... Нам надо съезжаться и свадьбу играть, а он совершенно не самостоятельный. Ужас в общем. Кстати, Майки сказал подойти тебе к нему.... — Что?... Я? К Майки?... Чифую, я надеюсь, что Кейске образумится и вы будете счастливы... Мичи ускорил шаг, направляясь в стену из спин капитанов. — Где Такемичи? Он что до сих не появился? — возмущался Манджиро. — Нет-нет, я здесь... — светлая макушка вылезла между Нахоей и Баджи, — я что-то не так сделал? — Нет, ничего, просто хотел кое-что сделать. Манджиро схватил Мичи за руку, притянул на себя и поцеловал.... Сладкие губы Манджиро вновь опьяняли разум. Мичи уж было хотел поддаться искушению, но стоило ему отвести взгляд, как он увидел ошарашенное лицо Харучиё, из глаз которого текли слёзы. "Боже, что я делаю?! Остановись, ты не шлюха! Ты любишь Хару! Любишь!" Сердце начинает колотится быстрее, кровь закипает, снова жжёт лопатку и низ живота. Не в силах это выдержать, Мичи отталкивает Сано. — МАЙКИ, ПРОСТИ, ПРОШУ, ТЫ МНЕ ДОРОГ, ПРОШУ, ДАВАЙ ОСТАНЕМСЯ ДРУЗЬЯМИ! Я... Я... Я ЛЮБЛЮ САНЗУ....