Сопряжение

      Фаотранирмарис Тао не нравился Дромунд-Каас. Ситхи находили какое-то болезненное удовольствие в вечном холоде, дожде и грозовых вспышках, и, наверное, даже на Одессене спали крепче, когда погода портилась до сырого ночного ливня. У неё же Каас ассоциировался с травматичными воспоминаниями о штурме Тёмного Храма, а запах озона рефлекторно призывал формировать энергию в щит Силы.       Еще меньше радости ей доставляли благотворительные приёмы, на Дромунд-Каасе так вообще приобретающие устойчивый зловещий оттенок. Хотя бы потому, что в Республике они были нацелены на финансирование бедных регионов и помощь нейтральным мирам, в то время как Империя предлагала вложить средства в патрулирование торговых маршрутов. Ещё точнее — формировать флот для уничтожения пиратов.       «Тоже благородное дело», — говорила в качестве напутствия Лана.       «А Дарт Содар, организатор вечера, между прочим потратил достаточно времени на фабрикацию нашего с ним родства, чтобы иметь повод для приглашения, — убедительно поддакивал ей Скордж. — Значит, он намерен сделать Альянсу какое-то предложение».       Почему её, лидера свободного государства, могли пригласить только как дополнение к члену Ордена, Нирма спрашивать не стала. Скордж начал бы уклончиво оправдываться, Лана — отводить взгляд, Озарана бы силой удерживали на другом конце базы, чтобы не портить момент максимально ёмкой и правдивой формулировкой, и весь этот энергозатратный цирк Тао прервала коротким сухим согласием.       Теперь за него приходилось расплачиваться, кружа в траурном чёрном платье по древнему, пропитанному смертью и полному ситхов особняку, представляя себя как минимум героиней дешёвого шпионского романа. — У тебя хорошо получается, — Скордж, тихо подкравшийся с фланга, протянул ей бокал кроваво-красного вина. — Скорбное выражение, я имею в виду. Почти как родная здесь.       Нирма осуждающе прожгла его взглядом и одним глотком осушила половину напитка. Во рту появился неуловимый железный привкус, едва спрятанный за фруктовыми нотами. — Просто не могу отделаться от ощущения, что в конце вечера ничего не подозревающую меня выволокут в центр зала, чтобы устроить изощрённую мучительную казнь. — Тут тебя никто и пальцем тронуть не посмеет, — чистокровный незаметно прикоснулся к её щеке. — Кроме меня. — Все и так от меня шарахаются, — хихикнула Тао. — Признай, ты собирался на это посмотреть. — Не в первую очередь. Но… забавно, согласен.       В конце вечера не оказалось никаких представлений с показательными казнями, за что Нирма была чрезвычайно благодарна Великой Силе. Мажордом Содара, высокий и донельзя тощий чистокровный ситх лично вызвался проводить гостей в покои, оставив других на дроидов и помощников. Тао заметила, что он также был одарённым Силой, но, по-видимому, предпочёл войне высокую должность при лорде.       Он остановился у двери, где уже несли караул два солдата Альянса. — Ваши покои, повелитель, — мажордом глубоко поклонился, приглашая войти. — Стражу было велено приставить к командующей, а не ко мне, — громко выразил недовольство Скордж.       Управляющий изменился в лице, всем видом демонстрируя озабоченность. — Для мисс Тао не предусмотрены отдельные покои, — предельно тактично пояснил ситх. — Но она может с комфортом разместиться внутри.       Услышав недоброе рычание за спиной, Нирма поспешила развернуться и едва успела остановить начавшую движение машину для убийства, уперевшись ладонями в его грудь. — Всё в порядке, — успокоила она, но не смогла сдержать иронии. — Посплю на циновке у двери. — В предоставленных комнатах для вас есть отдельная спальня и даже небольшой будуар, — поспешил добавить мажордом. — Времена, когда не-имперцев предлагалось размещать в корпусе обслуживающего персонала, давно прошли. — Это неуважение. К Альянсу. К командующей. Ко мне, — Скордж всё же вынудил Тао отойти, бережно, но настойчиво сдвинув её за плечо. — Будь уверен, лакей, Содару я это предъявлю. — Не сомневаюсь, мой лорд учтёт ваши пожелания при следующем визите, — управляющий снова поклонился. — Хорошей ночи, повелитель. Мисс Тао.       Стоило им зайти в покои, как весь праведный гнев Скорджа исчез, точно по щелчку. Чистокровный невозмутимо обошёл комнату, вытащил пропущенный техниками жучок за зеркалом и ещё один — из торшера лампы. — Та-а-ак, — протянула Нирма. — Я опять не в курсе очередной ситхской интриги? — Я бы не назвал это интригой, — пожал он плечами. — Бенико предположила, что традиционализм Содара так или иначе приведёт к окорблению посланников Альянса, но я не думал, что он настолько легко попадётся. Теперь, какую бы сделку он нам ни предложил, мы вольны упомянуть о друге в Тёмном Совете, которому можно обмолвиться о неподобающем отношении. Значит, условия переговоров уже стали немного выгоднее.       Тао хмыкнула, сердито сложив руки на груди. — Но у нас нет друзей в Тёмном Совете. — Только ему не вздумай сказать! К тому же, — Скордж вновь оказался рядом, а его ладони легли на поясницу, нащупывая потайной замок платья, — что ты собралась делать одна в пустой спальне? — Уж точно не нарушать Кодекс, — притворно возмутилась Нирма.       Когда-то жгущие запретами поцелуи чувствовались правильными и родными, а страсть перестала иметь тёмный оттенок порочности. Любовь придавала всему особое очарование, стирала границы между непримиримыми учениями, и хрупкий баланс, который они с трудом искали, пытаясь удержаться вместе, давно стал чем-то незыблемым.       Она смотрела в алые глаза лорда ситхов, и ни в одних других не видела подобной чистоты эмоций. — Ты — самое дорогое, что у меня есть, — честно и без каких-либо колебаний сказал Скордж, не отводя взгляда. Его пальцы блуждали по обнажённой коже, и Тао, ответно ласково коснувшись лица перед собой, не удержалась от ещё одного поцелуя. — Содар будет мёртв прежде, чем опять попытается задеть тебя. — Надеюсь, неимперские жёны повелителей пользуются большим уважением. А то кто знает, сколько ещё лет и визитов…       Нирма отвратительно понимала мимический язык чистокровных, но сейчас с уверенностью сказала бы, что его лицевые отростки задрожали в ужасе. — Извини, — торопливо добавила она. — Я не имела в виду… О, Сила, как глупо.       Скордж отстранился в совершенно чуждой ему растерянности, и Тао тысячекратно пожалела, что коснулась этой темы. — Я хотела сказать совсем… — Мне нужно разрешение Тёмного Совета! — неожиданно рявкнул он с чистейшей злостью в голосе.       Нирма опешила на долгую, долгую минуту. — Ч-что тебе нужно? — еле смогла выдавить из себя она.       Чистокровный глубоко вдохнул, пытаясь обрести подобие равновесия. — Я не только член Ордена ситхов, но и представитель знатной династии, — уже спокойнее пояснил он. — А любой брак повелителя с кем-то, не входящим в Орден, и тем более не гражданином Империи, должен быть одобрен Советом. Так соблюдается чистота крови и исключаются юридические инциденты. Меня не волнует титул, который мне любезно вернули, Нири. Но в будущем наши дети могут росчерком стилуса стать мишенью для инквизиторов. Их лишат наследства. Не примут ни в одну Академию. Не позволят даже ступить на землю Дромунд-Кааса. Я не знаю, куда Сила заведёт их, будут ли они вообще, но предпочитаю… не обрубать половину путей с концами. И я надеялся, что у меня пока есть время уладить этот вопрос, не ставя тебя в известность. — Много законов изменилось, — Нирма с непередаваемым облегчением обняла ситха снова. — Вдруг и здесь что-то поменялось? — Вряд ли так быстро, — Скордж, поцеловав её в висок, притянул ближе к себе. — И давно проверял? — Позавчера.