Тринадцатая дочь

- Ну, пожалуйста!!!! – Снова заныл мужской голос. - Ты надо мной издеваешься? – Взвизгнул ему в ответ юный девичий голосок. И уже более спокойно продолжил. – Сколько мне нужно сказать «нет», чтобы до тебя дошло? - Да сколько угодно, я ведь от тебя все равно не отстану. Ну, помоги мне!!! - Да пошел ты! Приведи хоть одну вескую причину, чтобы я помогла тебе. - Потому что мы одна семья! – С надеждой произнес мужской голос. - Ха, ха и еще раз ХА! Если ты сейчас пытался давить на жалость, то у тебя ничего не вышло. - Ну почему ты такая вредная? – Устало выдохнул мужской голос. - Потому что мы одна семья? – Едко вставил девичий голосок. - Ладно, уела. А теперь поговорим серьезно. - Давай. - Прошу тебя, помоги мне. - Опиши ситуацию, а то я даже не понимаю, в чем тебе нужна помощь. - Ну… как бы сказать… короче я потерял амулет Вечных. - ТЫ ЧТО СДЕЛАЛ?! Ублюдок, ты где посеял ЕЁ амулет?! – Угрожающе прорычал девичий голос. - В своем мире. - Что? – Уже не грозно, а удивленно проговорила девушка. – С каких это пор ты вхож в доверенный тебе мир? - Я… ну… не знаю короче. Это получилось неожиданно… - Ясно, вы опять устроили с сестрами и братьями пьянку. – Тут вопрос «как» сразу отпадал. Поддатые демиурги могут выкинуть абсолютно любой финт. - У меня всего два вопроса: во-первых, почему меня опять не позвали, и, во-вторых, почему я должна выправлять ваши косяки? Позови кого-нибудь, у тебя есть помимо меня еще одиннадцать братьев и сестер. - Ну, ты еще маленькая, чтобы присутствовать на таком… - Ага, значит восемь с половиной тысяч лет – это мало чтобы выпить в кругу семьи, но в самый раз, чтобы разгребать за вами дерьмо. - … И ты единственная, кто может свободно входит в творения Отца. «Ну да, дурацкое правило. Дебильные традиции. В этом обществе почти абсолютный патриархат. Дочь демиурга не может стать Творцом, а только Высокой Богиней в отведенном ей мире. Сынам же наш папочка раздал по одному миру, и наказал присматривать за ними, до самой его смерти. Только после кончины отца, братья смогут входить в отведенные им миры и создавать свои собственные. И хоть старик уже не молод, думаю, 500 тысяч лет он еще проживет. Одна я как белая ворона. Если все мои братья и сестры были рождены, пусть и от разных, но Светлых Высоких Богинь, то моя мама оказалась Демиургом Темных миров. Единственная женщина в пантеоне Демиургов, которая не только смогла стать выше своих сестер, но и еще подчинить себе силу Хаоса. Нет, не так, она смогла породниться с Хаосом и использовать силу, которая не подчинялась никому. И детей она обычно заводила от своих же темных богов. С чего это ей вздумалось пройти соитие со Светлым Демиургом из Совета, никто не знает. И родители молчат. Только благодаря происхождению моей матери, я не могу быть привязаной к нижнему или верхнему Дому одного из отцовских миров, и могу свободно перемещаться из мира в мир. Только вот мне это надоело в первые 4000 лет, и я засела в одном из миров, где главенствовала в божественном пантеоне одна из моих сестер. Анаэль немного ленива, поэтому я помогаю присматривать за её мирком, изнутри так сказать». - Что вообще у тебя делал амулет Эмилии? – Тихо спросила девушка. - Ну, он у меня хранился последние полторы тысячи лет. Ну, помоги!!! Ты же полностью знаешь эту историю!!! – Снова заканючил мужчина. – Амулет Эмилии попал Главному засранцу с Темной стороны. Это может разрушить весь мир, мне же отец за это голову оторвет. - И будет прав! - Ну не будь такой злюкой. - Сам накосячил – сам выгребай. На Радисе война через 230 лет назревает, мне надо готовиться, а Анаэль опять строит глазки младшему сыну из клана Зведных. Так что, звиняй. Я занята. - А если я отцу пожалуюсь? – С ехидством произнес мужчина. Девушка чуть воздухом не подавилась. - Это подло! Ты же знаешь, что он души не чаял в сестре. А за её амулетом он, может, и отряд Карателей отправить, мир развеять меж звезд. Причем мир, который отец доверил тебе! Мужчина лишь тяжело вздохнул. Угрожать сестре бесполезно, на лесть она не поддается. Значит, придется рассказывать все отцу и ждать наказания. - Ладно, только ради амулета сестры. Значит, я должна только амулет забрать? Тогда отправь меня туда за минуту до финальной битвы и дело с концом. Мужчина едва сдержал радостный вопль. Но быстро взял себя в руки и уже серьезно продолжил. - Если бы было так просто, стал бы я тут преклоняться перед тобой? Нет, сестренка, все гораздо сложнее. Сейчас у него нет тела, но есть амулет, который крепко привязан к его душе. Когда он вернет тело, амулет полностью ему подчиниться и станет крепчайшей связью души и тела. А ты прекрасно знаешь, что в таком случае амулет можно забрать только в момент клинической смерти, когда естественная связь души и тела максимально ослаблена. Тут и амулет не поможет. Боюсь, он прекрасно понимает назначение амулета. Поэтому он не будет сильно трястись над осколками своей души. А это значит, что он будет действовать в отношении Светлой стороны более агрессивно, и боюсь, мой избранный не доживет до своего совершеннолетия. А ты знаешь правила. - Так какой у тебя план? – С сомнением спросила девушка. - Тут есть одна тонкость – амулет не будет действовать, пока в мире присутствует кто-то из нашей семьи. Я отправлю тебя туда до того, как Избранный пойдет в волшебную школу. Таким образом, ты обезвредишь амулет еще до 1991 года, и Том не будет на него так сильно полагаться. Глядишь, и не сильно нагло будет себя вести. А там по ходу познакомишься с избранным, подружишься. Глядишь и в войне будешь с ним бок о бок. - То есть ты хочешь, чтобы я стала его тенью? Ты смеешься? Парню на роду написано быть «львом», а я по любому буду в «змеях». Тут дружбой и не пахнет. - Да, но в десять лет он и понятия не имеет об этих факультетах. - Ладно, но постарайся сделать так, чтобы не было у меня никаких родителей. Играть в семью я не намеренна. - Ты, что, Аэ, все будет в лучшем виде! - Стой, а как же детали… - Поехали! - Сука! *** Уууу! Сволочь! Подлец!!! Слышишь Марк, я тебе этого не прощу! Это надо, так подставить! И что мне делать здесь аж восемь лет? Учиться магии? Опять? Будто я этим не занимаюсь всю свою жизнь. Подлец! УУУУУУУ! Плохо-то как! Развоплотите меня кто-нибудь! Так, вдох-выдох. Месть буду обдумывать позже. У меня еще 8 лет впереди. Конечно, для хорошей мсти нужно хотя бы лет 30-40, но и тут можно что-нибудь придумать. Вдох-выдох. Ох! Кажись, голоса слышу. И нет, я точно не рехнулась. Вроде меня зовут. Ой, головушка моя. Пустая, а болит, словно под завязку чем-то напихали. - Эй, ты меня слышишь? Угу, помимо тебя я почему-то слышу звон соборской колокольни, рев взлетающей ракеты, и визг малолетних фанаток. Хотела уже что-нибудь ответить, но подавилась кашлем. Тут же мне приподняли голову и дали воды. Кайф! Вот она – радость жизни. Ни один золотой унитаз не принесет столько счастья, как стакан воды жаждущему. И в голове проясняется. Живем! - Угу. – Это пока все, на что меня хватает. Чувствую, меня отпускают обратно. Кажется это кровать. Ну, это лучше чем очнуться на холодном мраморе или кафеле. *** Кажется, я отключилась. Интересно и сколько я так провалялась? И главное где я провалялась? Так, пытаемся открыть глаза. О, есть контакт! Ох, бля… Лучше бы не открывала. Я оказалась в довольно просторной комнате, на широкой двуспальной кровати. У стены напротив ближе к окну стоит стол, рядом стеллаж для книг. Слева большое окно и пара кресел под ним, справа шкаф и входная дверь. И АБСОЛЮТНО все это ВЫРВИГЛАЗНОГО РОЗОВОГО ЦВЕТА РАЗЛИЧНОЙ ТОНАЛЬНОСТИ! Епать капать. Убейте и не воскрешайте! Да лучше бы я очнулась в сыром склепе, где на стенах цепи и пыточные устройства стоят по углам. Лучше закрою глаза от греха подальше. Да, так определено лучше. Минут через 15-20 открылась дверь. Я честно хочу посмотреть, кого там принесло, но боюсь увидеть этот розовый ужас. - Ты спишь? – А голос то, какой не уверенный. Женский. Лет 30-35, не более. - Уже нет. Ко мне тут же более уверенно подошли и кровать слега прогнулась. Чувствую руки на лбу. - У тебя глаза болят? – Слышу, беспокоится. - Нет. – Отвечаю по привычки абсолютно ничего не выражающим голосом. - Тогда почему глаза не открываешь? Точно все хорошо? Может врача вызвать? Я просто не могу не съехидничать. - Тогда уж лучше бригаду ремонтников. А то боюсь, если я еще раз увижу этот розовый кошмар вокруг, моя бедная психика этого просто не выдержит. - Так тебе не понравился цвет комнаты? – Странно, голос звучит облегченно, и ни разу не расстроено. Все же рискнем. А она в принципе симпатичная. Правильный овал лица, небольшие раскосые глаза серого цвета. Небольшой носик на конце чуть загнут в низ, но это её ни как не портит. В меру пухлые губы, тонкие брови. У неё в роду были индианки? Скорей всего. - Это мягко сказано. Меня не стошнило только по одной причине – мой желудок совершенно пуст. Женщина тут же расплылась в улыбке. - Если захочешь, можем все полностью поменять. Мне самой, если честно, совершенно не нравится. Но мне сказали, что приедет девочка лет десяти, вот я и обустроила так… - Широким жестом руки она видимо пытается объяснить это «так». – Если тебе завтра будет лучше, можешь съездить в Лондон и все поменять. - Нет, это без надобности. Сама что-нибудь придумаю. – Так, а что это у неё за непонимающий взгляд? Ей что, не сказали, что у неё ведьма жить будет? Последний вопрос я повторила вслух. - Говорили, но я думала вам нельзя колдовать вне школы до совершеннолетия. - Я случай во многом исключительный, так что мне можно. Кстати, меня Аэтерна зовут, но лучше просто Аэ. - Я Эрика Парсон. Но зови меня Рики. - А находимся мы… - У нас дома. Мне для проживания с тобой выделили домик в графстве Сюрей, на одной из престижнейших улиц. - Литл-Уингинг? - Ага. - И то хлеб. Ладно, на кухне есть продукты? А то я жутко голодна. - Если ты себя чувствуешь хорошо, то пойдем, покажу дом и накормлю. А домик оказался нормальным. Жить можно. Два этажа, чердак и подвал. Наверху три комнаты и одна ванная, на первом этаже гостиная, кухня и чулан. Как оказалось на Литл-Уингинг все дома как под копирку. Дом Дурслей оказался прямо напротив нас. Пока Рики шаманила на кухне, я выползла на передний двор, улицу посмотреть. Улица из абсолютно одинаковых домов мне показалась какой-то жуткой. Чтобы развеять это ощущение, посмотрела по сторонам. Мда, время восемь утра, а Поттера уже запрягли лужайку стричь. И кажись меня заметил, стоит пялится. Ну да, новый человек на их улице вселяет видимо в него короткую надежду. Посмотрим, может, действительно подружимся. Пока завтракали, узнала, что брат снова облажался. Эта паскуда должна была отправить меня в 1990 год, а на дворе оказалось 2 мая 1991 года. После завтрака Рики рассказала немного о себе. Семья у неё была самая обыкновенная. Мама, папа, брат и она. Родители были маглами, а вот брат получил письмо из Хогвартса. Где поступил на Хаффлпафф. Сама Рики, так и не дождалась совы на одиннадцатилетние. Она, конечно, немного погоревала, но потом плюнула, закончила школу на отлично, потом университет. До красного диплома чуть-чуть не дотянула. Теперь она работает редактором модного журнала в Лондоне. Меня довольно сильно удивило, что Эрика с каким-то пофигизмом отнеслась к тому, что её буквально заставили жить с кем-то, типа бога. Она не собиралась использовать мою силу ради корысти, не собиралась подать ниц передо мной; не было идеи создать религиозный культ и созвать сторонников. Она вообще относилась ко мне как к ребенку. Не буду спорить, сейчас это было жутко приятно. Особенно после жизни на Радисе, где каждое возрождение – это битва на выживание (по крайней мере для меня). Из найденных бумаг, я поняла, что меня зовут Аэтерна Тенебри, «мои предки» пять сотен лет назад свалили с Туманного Альбиона куда-то на восток, а последние лет 150 жили в России. Так же прилагалось генеалогическое древо. А братик постарался на славу. В предках у меня нет ни одного Основателя Хогвартса, за то затесались Мерлин с Морганой. Как писал брат, Тенебри действительно существовали. И они 500 лет назад уехали из Англии в Китай. Часть семьи погибла при борьбе за местную власть, вторая часть семьи растворилась в магическом обществе Китая, путем вхождения в другую семью при помощи брака. Так что мне никто претензии кидать не будет. И если верить письму, то по сравнению с родом Тенебри, Волан-дэ-Морт невинный младенец. А его опыты с крестражами – не более чем детская забава. Тенебри хранили очень темную и злую магию ( тут я не удержалась и поржала; ага, злая магия) могли поднимать инфери одним желанием, сгнаивали людей заживо просто расстроившись, и все в таком роде. Да, братик действительно постарался на славу. После обеда я вернулась в вырвиглазную комнату. Эрика дала мне полное добро на преобразование комнаты, если только после моего эксперимента сюда не нагрянут авроры. Да без проблем. Ставим щит и начинаем приводить комнату в порядок. Обои стали белыми, и на них тот час расцвели черные розы; кресло и белье на кровати сменили цвет на нежный изумрудный. Вся деревянная мебель из тошнотворно розовой стала светлой; ковер на полу повторил рисунок обоев, но в противоположных цветах: белые розы на черном фоне. Вроде жить можно. До самого вечера осматривала дом. Из трех спален на втором этаже одна принадлежала мне, вторая соответственно Рики, третью сделали зачем-то гостевой. Я лично не желаю видеть здесь гостей, но немного подумав, решила – жизнь любит выкидывать коленца, авось пригодится. В своей комнате нашла небольшую коллекцию книг. Темной и черной магии. Вот оно счастье! Себя я больше считаю маминой дочкой, поэтому магия Хаоса мне роднее. Утром меня разбудило непонятное чувство. Встала, умылась, напялила шорты с футболкой и поплелась на кухню. Там застала Рики с чашкой кофе и парой оладий. Свою порцию нашла у плиты. Только я намерилась расправиться с первым оладушком, как меня беспардонно прервал звонок в дверь. Время девять утра, кому вздумалось придти? У Эрики отпуск до конца месяца, и судя по её выражению лица, она тоже гостей не ждет. После второго настойчивого звонка все же поднимаюсь и иду открывать дверь. Открываю, а там лошадь. Мне понадобилась почти вся выдержка, чтобы самой не заржать. На пороге стояла Петуния Дурсль, а позади неё маялись Вернон и Дадли. Видимо приперлись знакомится с новыми соседями. Нельзя придумать более лучшего способа испортить мне аппетит, чем этот. - Здравствуй, малышка. – Во имя хаоса, меня сейчас вырвет от её писклявого приторного голоса. – Дома есть кто-нибудь из взрослых? - Ри! – тут же крикнула я свою «тетку» Эрика через мгновение показалась в коридоре и начала ворковать с новыми соседями. Через пять минут расшаркивания переместились в гостиную. Вернон с Петунией оккупировали диван, Рика уселась на кресле, а я под шумок свалила на кухню. Все-таки я в себе ошиблась – вид Дурслей никак не испортил мне аппетит. Поэтому я направилась набивать желудок. Дадли увязался за мной. На что я лишь пожала плечами и поставила перед ним тарелку с оладьями и стакан сока. Ну, о чем можно разговаривать с таким ребенком как Дадли? Правильно – ни о чем! Поэтому Дадлик все говорил сам, а я сидела, предавалась чревоугодию, и изредка кивала головой. Когда тарелка опустела, я задала один вопрос. - Почему вы пришли только втроем? Толстячок непонимающе на меня уставился. Видать, он Гарри вообще за человека не считает, раз его ставят в тупик подобные вопросы. - Вчера я видела, как худой лохматый мальчик стриг газон у вашего дома. Он ведь с вами живет? - Да это Поттер, родители его никогда с собой не берут. Он ведь урод и придурок! – Мда, тяжелый случай. Больше я ни слова не говорила, и даже не слушала, о чем говорит мальчишка. Только кивала головой время от времени. Дурсли просидели у нас до полудня. А так как магазины начнут закрываться еще не скоро, мы погрузились в машину Рики и рванули в Лондон. Какой бы хорошей я не была ведьмой, вещи предпочитаю покупать в магазине, как все нормальные люди. Забег по магазинам продлился почти шесть часов. Этот марафон выжал нас досуха. Поэтому мы на часок забежали в ресторан, поужинали там, чтобы дома не готовить.