Исчезновение страданий

Повторять дважды не было необходимости. Аято, переменившись в лице, застыл, не смея даже дышать. Он не верил своим ушам, живя столько лет в страданиях, полагая, что его возлюбленная давно погибла, слышать подобное — сверх сумасшествия. Голова Аято начала пухнуть с неимоверной скоростью, казалось, будто она сейчас взорвётся. Сяо подошёл к нему ближе и произнёс: — Держи себя в руках, хотя бы ради Хэйдзо. Она не на нашей стороне. От этих слов мурашки пробежали по всему телу. Не найдя, что сказать, Аято, слегка осев, взглянул на Хэйдзо взглядом, полным отчаяния. Наблюдая за развернувшейся картиной, сердце Венти болезненно сжалось. Ему было жаль не столько Аято, сколько самого Хэйдзо, который верил в то, что его родители погибли, на самом же деле всё обстояло совсем иначе. Отец обезумел и никак не мог справиться со своими эмоциями, потому долгие годы жил отшельником, а мать, по всей видимости, встала на сторону зла, позабыв о своем любимом человеке и ребёнке, которого она сохранила, даже при обстоятельствах, которые требовали скорейшего избавления от него. — Мне кто-нибудь объяснит, что здесь, в конце концов, происходит? — не выдержав всего каламбура, произнесла Сёгун Райден. Ситуация становилась всё запутаннее, никто ничего не понимал, приближенные продолжали шептаться друг с другом, выдвигая свои версии данного происшествия, стал подниматься гул, и Чжун Ли высоко вздернул вверх рукой, призывая всех замолчать: — Сейчас самое главное: одолеть Магу Кэнки, остальное позже! Эти люди нам не враги — это единственное, что важно. Прекратите бессмысленные разговоры. Все тут же замолчали и вновь воцарилась тишина. Сяо не хотел никому ничего объяснять и это не укрылось от Чжун Ли, потому он не стал выпытывать, что это за ребёнок и молодой человек рядом с ним. В данной ситуации им необходима была сплоченность, ни в коем случае нельзя было допускать разлада, иначе это могло повлиять на конечный результат боя и истребления всей нечисти, что явилась на помощь Магу Кэнки, и его самого — навсегда. У Венти также не нашлось слов, словно дуновение слабого ветерка он вмиг оказался рядом с Хэйдзо и легонько сжал его плечо. Хоть Хэйдзо ничего сейчас не ощущал и полностью был отречён от всего мира и его воздействия, Венти заметил одинокую слезу, скатившуюся по щеке. Вдруг началась новая тряска, и откуда ни возьмись стали появляться фантомы различных животных: огромные белки, кабаны, цапли, лягушки. Все они стали остервенело нападать на каждого, кто стоит на пути. Выйдя вперед, Чжун Ли выставил щит, а Сёгун Райден начала наносить по врагам электро-атаки, которые создавали фантомам ощутимые преграды и оцепенение. Сяо на пару с Аято выбежали вперед перед щитом, отражая атаки и уничтожая фантомы. — Что за чертовщина? Он и такое создавать способен? — удивленно спросил Аято. — Пора перестать удивляться, ему подвластно многое, с таким противником стоит быть начеку, — ответил Сяо. Услышав это, Венти невольно замер. Если сам Сяо признаёт в Магу Кэнки достойного противника, стало быть, его ожидания на счет этого непревзойденного демона ошибочные, и он куда сильнее, чем может представиться на первый взгляд. Однако Венти не хотелось даже думать о поражении, во-первых, он считал Сяо сильнейшим, потому верил, что, сражаясь плечом к плечу с Защитником Якса Алатусом, принесёт однозначную победу. Во-вторых, Венти не считал слабым самого себя, он владел прекрасным стилем боя, которому нет равных, у него достаточно магических сил и оружия, способного окутать противников изнутри и повелевать ими. Венти знал, что его флейта способна на многое, попади она в руки врагу, с полной вероятностью можно сказать, что миру настанет конец. Дело было не столько в том, что может делать флейта, сколько в том, что с ней станет, если на ней будет играть некто посторонний. У каждого оружия есть душа, которая связана тесной связью со своим хозяином и, если эту связь разорвать, оружие может впасть в безумие, обернуться в демоническую ци и творить невесть что, одним словом, проблем не оберешься. В бою с ними также были сильнейшие Архонты и приближенные, которые обладали Глазом Бога, их неимоверная сила духа и жажда возмездия за многие покойные души невинных людей. Венти готов был признать Магу Кэнки достойным противником, но не смел допускать мысль о поражении. Сплотившись вместе, защищая Хэйдзо внутри щита, они сражались с фантомами и нечистью, которая выжила в пещере и, вновь повылезав, отправилась в наступление. Янтарный отблеск щита, электро-молнии, ярко-зелёный свет, водные волны и дуновение ветра против темной энергии, источающей злобу и жажду мести. В момент, когда стало ясно, какая сторона одержит победу, земля вновь содрогнулась. На сей раз их выбросило на огромнейшую платформу, которая подвисла в невесомости, представляя собой треугольную призму. На платформе оказались лишь Сяо, Венти и Аято с Хэйдзо. Не найдя остальных, Венти спросил: — Куда все подевались? Неужели он решил ослабить нас, разделив? — Полагаю так оно и есть! — ответил Аято. Сяо ничего не сказал, лишь ближе подошёл к Венти и встал на шаг позади него, готовый, не раздумывая, в любую минуту ринуться защищать. Венти улыбнулся ему уголками губ и произнёс в его голове, побоявшись, что Аято может их услышать: — Знаю, что тебе не требуются подобные речи, всё же мне захотелось это сказать… — Ммм? — Пускай Магу Кэнки является достойным врагом, однако я считаю, что не возродился на свет ещё тот, кого бы ты не смог победить. Сяо так и застыл, смотря Венти в глаза, тот, смущаясь, тут же отвел взгляд и хотел было вовсе развернуться, но руки, обвившие его лицо, не позволили ему этого сделать. Легкое прикосновение, и Сяо уже отстранился и как ни в чём не бывало стал рассматривать обстановку, пытаясь разгадать, куда на сей раз Магу Кэнки их перенёс. В чужих владениях всегда трудно пользоваться всей силой, а во владениях Магу Кэнки и подавно. Создавая иллюзию за иллюзией, он загоняет их в ещё больший тупик, пытаясь ослабить и взять под собственный контроль. Именно на этой платформе Сяо стал чувствовать себя странно, будто энергия, которая пропитала это место, была ему очень знакома. Венти же ошеломленно стал ходить из стороны в сторону, посматривая краем глаза на Аято, но, убедившись, что тот не подавал особой реакции, предположил, что тот просто не заметил, как Сяо клюнул его в лоб. Смущение как рукой сняло, когда на самом краю платформы он заметил фигуру в белом одеянии, это была та самая девушка из пещеры. Сяо с Аято также заметили её. Аято быстрым шагом нагнал её. — Люмин? Это ты? Его глаза вмиг налились кровью, и одинокая слеза скатилась по щеке, а дыхание участилось. Аято остановился в шаге от девушки и произнёс полным отчаяния голосом: — Люмин? Что произошло? Девушка так и осталась стоять на месте, словно в оцепенении. Подойдя чуть ближе вместе с Сяо, Венти заметил её глаза, полные слёз. Аято, не в силах унять свои эмоции, вновь произнёс: — Почему ты молчишь? Скажи мне хоть что-нибудь! Как так вышло, что ты стала демоном? Почему ты… — запнувшись, Аято коснулся рукой виска, казалось, будто он сейчас потеряет сознание. — Почему ты связалась с Магу Кэнки? Ощутив, что Аято намеревается нанести удар самому себе, дабы не ощущать ту боль, заполонившую сердце, Сяо схватил того за руку и, резким рывком притянув к себе, произнёс: — Что я тебе говорил? Даже если небо и земля решат поменяться местами, ты должен уметь совладать со своими эмоциями. Сейчас ты возьмешь себя в руки, иначе я пожалею, что позволил этой встрече случиться. Сяо говорил неторопливо, выговаривая каждое слово крайне отчетливо и резко, многим могло бы показаться, что ему наплевать на всё происходящее, и он лишь одним щелчком пальцев может уничтожить всех, кто будет хоть каплю его раздражать и не повиноваться. Венти также подошёл ближе к ним и, достав флейту, стал играть мелодию усмирения. Услышав музыку, девушка, не в силах сдерживаться, взревела. Упав на колени и роняя слезы, она схватилась за голову, начав причитать: — Я не хотела! Я не хотела! Я не хотела!!! Продолжая играть, Венти одним взмахом велел Юмао ринуться к ним и начать вливать энергию усмирения вокруг этих двоих. Сяо на это лишь с тяжелым вздохом отпустил Аято, и тот, рухнув на колени и опустив голову, стал искать руку девушки. Наконец прикоснувшись, он почувствовал, как всё его тело наэлектризовалось, будто разряд тока прошёлся от ушей до самых пят, он с хрипотцой в голосе выдавил: — Люмин… Люмин намеревалась что-то сказать, как вдруг кто-то одним рывком приподнял её ввысь и с хохотом проговорил: — Не смей к ней прикасаться. Эта демоница — моя спасительница! Мы все должны быть ей благодарны! Вы ведь признательны ей за моё спасение? Это был Магу Кэнки, он крепко держал Люмин за руку, но та не выражала никакого сопротивления, напротив, прижалась к нему сильнее, словно ища поддержку. Впрочем, Магу Кэнки не заставил долго ждать, обхватив её за талию, он стал что-то шептать ей на ухо. От увиденного Аято невольно скривился, расслышать их разговор не представлялось возможным, однако Венти показалось, что эти двое достаточно близки для такого тесного контакта. Сяо тем временем, подпрыгнув в воздух, ринулся в атаку. Придерживая одной рукой Люмин, другой Магу Кэнки отразил атаку и телепортировался на другую сторону платформы, опустившись на ноги. Освободив Люмин от своих объятий, Магу Кэнки развернулся и проговорил: — Тебе не стоит беспокоиться, остальное я сделаю сам. Сяо хотел было вновь подпрыгнуть в воздух и атаковать его копьем, как вдруг заметил рядом с Венти тёмную фигуру. Намереваясь атаковать его со спины, Магу Кэнки направил фигуру, похожую на очередную созданную им копию, которая источала неимоверную злобную ци. Заметив это, Сяо ринулся вперёд, пытаясь отразить атаку, однако тёмная фигура обернулась мечом, которая проткнула Сяо и тут же растворилась в воздухе. Венти, который находился поодаль от Сяо, пытаясь вернуть Хэйдзо сознание и через силу мысли сообщить ему о приблизившейся опасности, дабы тот прекратил медитацию и пришёл в себя, теперь же ошеломленно придерживал Сяо за плечо. Казалось, если Венти отпустит, тот тут же упадёт. — Сяо? Сяо! Магу Кэнки на всё это, лишь холодно улыбнувшись, бросил: — Мне вдруг стало интересно, что будешь делать, если вдруг твоего птенчика не станет? — Закрой свой рот! — взревел Сяо. Рассмеявшись, Магу Кэнки стал приближаться к ним, призывая как можно больше фантомов проходить сквозь тело Сяо. — Скажи, кто я? — проговорил Магу Кэнки, подходя ближе к Сяо. Один фантом за другим стали окружать их со всех сторон. Когда они находились ещё в пещере, удар Магу Кэнки прошёлся поверхностно, однако, прикрывая Венти собой от удара, Сяо почувствовал, как его внутренние меридианы пошатнулись. Такого совершенно не могло быть, он самый сильнейший, непревзойденный, почему же он ощущает себя сейчас слабым мальчишкой, как он смог допустить, чтобы его тело находилось в таком состоянии именно в этот момент? Несмотря на боль, которая в тот миг окутала всё его тело, он продолжал всё так же стоять на ногах. — Ты… — Что такое? Разве ты не знал? Думаешь, я могу создавать копию лишь предметов? Хм. — Магу Кэнки, вздернув вверх подбородок, стал ходить из стороны в стороны, медленно проговаривая: — Как насчёт копии сердца Венти? Или лучше нанести проклятье? Хахахахаха, ну давай, я думал, с тобой будет весело! Неужели ты ещё ничего не понял? Резко вскинув голову вверх, глаза Сяо наполнились яростью, с ещё большим остервенением пытаясь выбраться из окутавших его фантомов, он взревел: — Если ты! Тронешь его. Хоть пальцем. Я буду сжигать твою плоть снова и снова. Вечность. Вечность!!! От услышанного Венти не знал куда деться, ему вдруг захотелось прижать Сяо сильнее к себе и никогда не отпускать. Сжав его руку крепче, а другую закинув себе на плечо, он попытался нащупать пульс Сяо пальцами, но тот увернулся от пальцев Венти. — Ххахахахаха! Надо же, какая верность. Тошно смотреть! Передо мной точно тот самый непревзойденный? Кажется, тебя боятся больше, чем меня. Какое упущение, как жаль, что все твои последователи не могут лицезреть столь приятную картину. Ты на меня совсем не похож. Тем временем Аято, наконец собравшись с силами, вновь встал на ноги и, достав саблю, решительным шагом направился в сторону Магу Кэнки. Люмин, которая всё это время лишь смиренно стояла и наблюдала за развернувшейся картиной, вдруг направилась в его сторону. — Стой, где стоишь! Ты ничего не понимаешь, он поможет нам! Он помог мне! — О чём ты говоришь, Люмин, посмотри, что он творит! Он помог… нам? Тебе? Что с тобой стало? Горестно вздохнув, Люмин, вынув из-за пазухи артефакт часов, направила его на Аято. — Повторяю, стой, где стоишь! — Я не позволю своим чувствам встать вверх! Не позволю! — Аято, осторожно! Одним рывком Хэйдзо, который наконец пробудился, оказался подле него и, схватив за воротник, потянул на себя, тем самым спасая его от острого, как лезвие, фантома, которого пустил Магу Кэнки. — Как ты могла предать меня? Как ты посмела?! — цепляясь за Хэйдзо, выкрикнул Аято. Найдя баланс, он вновь ринулся вперёд к Люмин. Она так и осталась неподвижно стоять, беззвучно глотая слезы. Аято подошел почти вплотную, но путь перегородили фантомы, которых вновь призвал Магу Кэнки. Они атаковали, целясь куда угодно, лишь бы пронзить соперника насмерть. Венти, обращая внимание на Хэйдзо, застыл, удивлено смотря на него. ёптВедь совсем недавно он видел вполне узнаваемого ребёнка, которого спас Сяо, однако сейчас Хэйдзо вдруг повзрослел. Сейчас он стал молодым юношей лет семнадцати, который смутно напоминал того ребёнка, чьё лицо Венти видел неоднократно. — Хэйдзо? — осторожно позвал Венти. — Господин Венти, мне кажется, я научился управлять элементами. Глаза Венти вдруг округлились. — Ты научился чему? — ошеломленно переспросил Венти, не веря услышанному. Об управлении элементами ходило множество легенд, в которых говорилось, что люди, которые сочетают в себе больше одного элемента — жестокие и крайне свирепые. Потому между регионами запретили брачные союзы и рождение детей. Все они были неподвластны самим себе и не умели контролировать свою силу, из-за чего беды возрождались с каждым днём всё больше и больше. Как только Хэйдзо упомянул о своих элементах, Венти вдруг вспомнилось, как Сяо говорил ему, что Хэйдзо напоминает ему себя и что они чем-то похожи. — Неужели, Сяо тоже… Его мысли прервала платформа, которая резко начала дрожать и рывком понеслась вниз. Венти схватил Хэйдзо за руку и попытался встать на ноги, чтобы добраться до Сяо, но, повернувшись, он увидел, как Магу Кэнки вцепился в Сяо голыми руками за шею. Венти почувствовал, как мурашки пробежали по всему телу. Аято, тоже заметив это, попытался ринуться к ним, однако Люмин достала артефакт часов, в середине которого красовался драгоценный камень, и одним движением отбросила Аято на другой конец платформы. Венти всё же удалось встать и, одним рывком взывая магические силы, взлететь вверх, благодаря созданному собой же ветру. Бросив Юмао Хэйдзо в руки, он выкрикнул: — Он тебя защитит! Проверь, как там Аято и будь рядом с ним! Сейчас же! Схватив Юмао, Хэйдзо поспешно попытался доползти до Аято, встать на ноги не представлялось возможным, поскольку платформа опускалась вниз с неимоверной скоростью. Казалось, будто сейчас она разобьется вдребезги на мелкие кусочки и ни от неё, ни от всех людей на ней не останется живого места. Дотянувшись до Аято, Хэйдзо попытался притянуть его к себе, но тот, взглянув мельком на него, отдернул руку и произнёс: — Не надо… Не трогай меня! Я не достоин даже твоих касаний. — О чем это вы? — изумленно спросил Хэйдзо. — Мне так жаль… Сабля в руках Аято вновь засияла синевой, наполняясь гидроэнергией. Всё вокруг залилось дождём, и с каждой минутой дождь усиливался. Хэйдзо, не понимая, что происходит, достал Юмао и велел возвращаться к Венти на помощь. Юркнув, он зажег три маленьких огонька, одаривая Хэйдзо щитом, и помчался к Венти. — Аято, придите в себя, прошу вас, господину Сяо и господину Венти требуется наша помощь! Вы ведь сами говорили об этом, когда мы держали путь сюда. Прошу, соберитесь. После этих слов Аято вдруг успокоился. Сяо неоднократно говорил ему, что он должен бороться ради своего сына, стать сильным, честным и преданным ему человеком. Если Аято действительно хотел быть рядом с Хэйдзо, он должен был изменить себя, найти в себе силы всё отпустить и наконец признаться собственному ребёнку, что он его отец, и молить о прощении столько, сколько того потребует сердце Хэйдзо. Аято был неимоверно благодарен Сяо за оказанную поддержку, он был у него в долгу. Повернув голову и увидев, в каком положении сейчас находится последний, сердце его сжалось от злости. Сжав в руках свою саблю, Аято с озлобленным рыком вонзил саблю в платформу и, опираясь на неё, встал. Взглянув на Хэйдзо с ясной головой, он удивленно произнёс: — Дитя моё, когда ты успел подрасти? Увидев, как Аято пришёл в себя, Хэйдзо слегка улыбнулся, отвечая: — Господин Аято, я научился управлять элементами, восполнился силой, потому-то и подрос так быстро. Удивительно, правда? — Я тобой очень горжусь. Аято протянул ему руку и помог подняться. Слегка растрепав волосы на голове Хэйдзо, он ответил ему такой же легкой улыбкой и, развернувшись, вновь вонзил саблю в платформу, выкрикивая Хэйдзо: — Держись за меня крепче! Платформа начала раскалываться, стали виднеться трещины, дождь усилился, от чего эти трещины стало заливать, образовывая огромные лужи. Аято обладал гидростихией, но так как он был получеловек-полудемон, ему не представлялось возможным сражаться в полную силу, а обучатся, дабы восполниться, чем? не было времени, он ведь страдал столько лет, ему было не до всего этого. Как вдруг он почувствовал на рукояти сабли поверх своей руки ладонь Хэйдзо. Тот лишь повел плечами, отвечая: — Я ведь вам сказал, я научился управлять элементами! Гидростихия — моя стихия в том числе. Платформа вновь окутала дрожь и трещины в ней становились всё глубже, образовывая огромные дыры, которые стали наполняться водой. Магу Кэнки тем временем, блокируя своими фантомами атаки Венти, запустил в Сяо проклятье под названием «Плетённое сердце красными нитями» и, пытаясь задушить его, остервенело бил Сяо по земле головой. От развернувшейся картины Венти почувствовал, как стал задыхаться. Руки настолько были заняты, отражая все фантомы, что он просто не мог сыграть мелодию прямо сейчас. Неспособность помочь Сяо вызвала в нём неимоверную тревогу и страх. Он не понимал, как так вышло, что Сяо вдруг ослаб так резко, даже после двух серьезных ранений по меридианам он не должен был ослабнуть настолько. Венти знал, что Сяо убить практически невозможно, однако сейчас он сомневался. — Если ты сейчас же не отпустишь его, я уничтожу тебя без остатка! Магу Кэнки на это лишь хохотнул и с ещё большим усердием вбивал голову Сяо в платформу. Всё залилось водой, платформа дрожала, раскалывалась и всё так же продолжала мчаться вниз, не останавливаясь. Юмао пытался подкрасться к Магу Кэнки незаметно, но тот сразу пересёк артефакт и чуть ли не раздавил его, из-за чего пришлось отступить. Венти не понимал, как ситуация приняла вот такой оборот, ведь до того, как платформа стояла на месте, Сяо активно атаковал Магу Кэнки и их бой был на равных. Так что же могло произойти? Как демон смог поразить Сяо и ослабить его до такой степени? Венти знал, что Сяо жив лишь потому, что видел и чувствовал, как тот дышит, но никаких других признаков жизни он не подавал. Его лицо всё так же было закрыто маской и, хотя Магу Кэнки множество раз бил его лицом о землю, маска так и не раскололась. Венти казалось, что если взять её в руки и посмотреть внимательнее, то не найдется и царапины. От этих мыслей ему стало спокойнее, поскольку возможно, что маска была щитом и спасала Сяо от столь сокрушительных ударов. Венти готов был уже взреветь от досады, как вдруг почувствовал, как на его плечо опустилась рука. Это был Хэйдзо. — Господин Венти, доставайте флейту, мы с господином Аято будем вас защищать, вас никто не коснётся, обещаем! Венти, тут же убрав лук, достал флейту, начав играть мелодию усмирения. Магу Кэнки, услышав мелодию, чертыхнулся и, отбрасывая Сяо, ринулся на Венти. Последний не сдвинулся с места, лишь сыграл одну ноту, которая заставила Магу Кэнки замереть на месте. Его глаза вдруг сделались стеклянными и рот слегка приоткрылся. Венти, не переставая, продолжил играть. Вот оно! Он сумел пробраться в душу Магу Кэнки и сейчас полностью окутывал его мелодией, пытаясь вторгнуться глубоко, дальше, заволакивая все потаённые места, не оставляя пустого места, заполняя душу демона легким ветром. Сражаясь с фантомами, Аято заметил, как те стали оседать, а в какой-то момент и вовсе растворились в воздухе. Схватив саблю, он направил её вверх, намереваясь предотвратить дождь, но, заметив это, Юмао быстро нагнал его и, юркнув, сам устранил его, пытаясь быть полезным хоть в чём-то. Хэйдзо слегка прикоснулся к нему, оглаживая, как вдруг заметил за спиной Аято женщину в белых одеяниях. — Господин Аято! Сзади какая-то женщина! Аято резко развернулся и посмотрел на неё. Эта была Люмин, все её белые одеяния были в крови, а из живота торчал длинный меч. Взглянув сначала на Аято, а затем на Хэйдзо, Люмин резко упала на колени, простонав от боли. — Люмин! Подбежав к ней, Аято попытался помочь ей, намереваясь вытащить меч, но Люмин не позволила ему. — Я лишь хотела, чтобы он отомстил Архонтам за нас. Я всегда любила… любила лишь тебя одного… — Люмин, я… — Замолчи! — задыхаясь, она повернулась в сторону Хэйдзо, который смотрел на них непонимающим взглядом, продолжая: — Почему он вдруг так вырос? Стал таким взрослым, наш сын. Только посмотри на него, пускай он никогда не узнает, какая его мать слабая на самом деле. — Не говори так. Я всё понял, с помощью Магу Кэнки ты хотела уничтожить Архонтов? — Наивно, не так ли? Что я за мать такая, что за жена, раз я не пришла к своему мужу и ребёнку, а отправилась мстить? К чему это привело… — Она начала кашлять, пытаясь сдержать слезы. Аято схватил Люмин за руку и вновь попытался вынуть меч, но ему вновь не позволили. — Не нужно, я всё равно умру, если умрёт он. Она жестом указала на Магу Кэнки, который до сих пор стоял в оцепенении и стеклянными глазами смотрел на Венти. Люмин продолжила: — Наши души с ним связаны, таков был уговор, он помог мне обрести форму, наделил магическими силами, взамен я должна была служить ему и помогать. Я готова была на всё… На всё… Хэйдзо, долго не решавшись подходить к ним, всё же нашёл в себе смелость сделать пару шагов ближе. Заметив его, Аято позвал: — Ребёнок, подойди сюда. — Не нужно!!! — Люмин попыталась отстраниться, но вышло у неё лишь слегка повернуться, боль пронзила всё тело, казалось, будто не только рана в её животе мешает ей вздохнуть, но и оцепенение, которое захватило Магу Кэнки. — Нужно! Сейчас я намереваюсь всё исправить! Сейчас всё будет правильно, так, как должно было быть! Хэйдзо, находясь в смятении, всё же подошёл к ним и тихо произнёс: — Господин Аято, кто эта женщина? — Твоя мать. Аято поднял голову и взглянул на него. Казалось, будто лицо Хэйдзо не выражает абсолютно ничего, однако глаза выдавали его, он уставился на них обоих и, не веря своим ушам, переспросил: — Что вы сказали? Глаза Люмин наполнились слезами, не в силах сдерживаться, она начала горестно плакать, выговаривая каждое слово, еле дыша: — Прости меня, сынок! Я каждый день думала о тебе, наблюдала за тобой, но так и не решалась что?.. Твои приемные родители хорошо заботились о тебе, я всегда была очень им за это благодарна. Мне не хотелось… Не хотелось, сынок! Рушить твою жизнь… Я… Платформа вдруг резко остановилась, и их всех слегка подбросило вверх. Хэйдзо, не устояв на месте, упал на колени рядом с Люмин. Как вдруг она резко вздохнула и, издав тихий стон, обмякла в руках Аято. — Люмин? — аккуратно позвал Аято. — Мама? Аято резко поднял взгляд на Хэйдзо и увидел, как тот беззвучно плачет, схватившись за цепочку, висевшую у него на шее. Пытаясь совладать с эмоциями, тело Аято продолжало дрожать. Наконец отпустив Люмин, он поднялся на ноги и протянул руку Хэйдзо. — Тогда кто вы? Мой отец? — прошептал Хэйдзо. — Прости её. Прости нас. Мы так сильно тебя любили. Теперь же Хэйдзо перестал всхлипывать и поднял глаза, полные злобы и непонимания одновременно, на Аято. — Вы мой отец?! — выкрикнул Хэйдзо. — Хэйдзо, послушай… — Не желаю! Хэйдзо поднялся одним рывком и намеревался бежать, бежать куда только возможно, лишь бы подальше от них всех.Чтобы никого не видеть и не слышать, он не желал быть частью всего этого, сейчас ему хотелось лишь стереть себе память. Помнить лишь своих родителей, которые воспитывали его, любили, кормили и одевали, которые делали ради него всё. Он хотел сейчас лишь одного, чтобы Сяо очнулся. Ему хотелось найти поддержку в лице него, поскольку сейчас Сяо был для него самым близким человеком. И когда мелодия затихла, Хэйдзо с Аято одновременно повернулись в сторону Венти и Магу Кэнки. Венти произнёс: — Что с тобой? Не в силах пошевелиться? Это ничего, разве я не сказал тебе отпустить его? Он показал рукой на Сяо, который оставался лежать без сознания. — Я слишком натерпелся от тебя. А сейчас я позволю тебе говорить лишь для того, чтобы ты сказал мне, что с ним сделал, иначе, клянусь всем святым, я стану ещё рассерженнее. Магу Кэнки не мог и ртом пошевелить. Его окутал страх вместе с ужасом, и как только Венти заметил в нём легкую уверенность, он тут же её пересёк: — Надеешься на это? — вертя в руках артефакт часов, поверх которого был вставлен камень, спросил Венти. Уверенность как рукой сняло. Магу Кэнки весь залился потом по новой и, не в силах больше удерживаться на ногах, громко рухнул, ударяясь лицом. — Поделом тебе. А теперь говори. Проиграв пару нот, тем самым позволяя говорить Магу Кэнки, Венти сделал два шага назад и махнул Юмао, чтобы тот с помощью ветра поднял Сяо и поднёс его ближе к нему. — Это «Плетённое сердце красными нитями». Ха-хахаха-хахаа! Пускай я и умру, но этого проклятого ублюдка заберу с собой! Венти охватил ужас, а на последних произнесённых словах демона он хотел и вовсе оторвать ему голову, как вдруг Хэйдзо оказался рядом с Магу Кэнки и втоптал его лицо ногой в землю. — А ну закрой свой поганый рот! Аято подошёл к Венти и произнёс: — «Плетённое сердце красными нитями»? Я о таком никогда не слышал. Господин Венти знает, что это такое? Венти ощутил, как ком в его горле не позволяет ответить на заданный вопрос. Потому лишь, коротко кивнув, он вновь достал артефакт часов и подкинул ввысь. Сцепив руки, он наполнил внутри своих ладоней анемо энергию и, прикрыв глаза на пару мгновений, запустил поток магических сил в артефакт. Тот с громким звоном взорвался, обращаясь в пыль. Магу Кэнки, которого всё ещё ногой придавливал Хэйдзо, вдруг громко ойкнул и осыпался в прах. Махнув рукой, Венти приказал Юмао собрать прах в колбу. Убедившись, что Магу Кэнки обратился в пыль, Венти почувствовал дрожь по всему телу. «Плетённое сердце красными нитями» — проклятье, окутывающее сердце и душу. Чем больше заболевший сопротивляется, тем сильнее красные нити пронзают все меридианы и органы чувств, добираясь до сердца. Если тот, на кого наложено проклятье, никогда не познал любви, не любил и не был любим, то спасти его практически невозможно. Красные нити, дойдя до сердца, вонзятся в него мелкими осколками, не оставляя и шанса. Если же человек влюблён и чувства его искренни и взаимны, то сплетаясь красной нитью с возлюбленным, проклятье отступит. Однако важным был иной факт: лишь человек, имеющий родственные связи с человеком, может нанести это проклятье, что означало лишь одно. Венти знал об этом, потому медленным шагом он стал приближаться к Сяо и, присев на одно колено, ощутил слезу, одиноко скатившуюся по лицу. Дрожащей рукой протянув руку к маске, он хотел было снять её, как вдруг услышал хрип. Маска вдруг начала вновь светиться, и сама слетела с лица Сяо. От увиденного сердце Венти замерло, не в силах держать себя в руках, он упал на ноги и, позабыв о всех манерах, аккуратно коснулся лица Сяо. На нём не осталось и живого места, множество ранений, кровь, всё это — последствия многократных ударов о землю. — Сяо? Пожалуйста, ты… Как мне унять твою боль? Венти, всхлипывая, придвинулся ещё ближе и принялся осматривать всё тело Сяо. Аято с Хэйдзо стояли рядом за спиной, не решаясь вымолвить и слова. — Открой глаза… Прошу, я … — Он взял Сяо за руку и, прислоняясь лбом к его ладони, продолжил: — Разве в этом мире возможно передать всё то светлое, что я испытываю к тебе? Ты замечательный. При виде тебя… Моё сердце… Весь я… Нуждается лишь в тебе одном, ты слышишь? Одна красная нить, которая пробралась через Сяо, украдкой подползла к Венти и, словно ища одобрения, проскользнула по его руке вверх, подкрадываясь к сердцу. Замерев, Венти не смел дышать. Он лишь слегка приподнялся, позволяя нити осуществить задуманное. Подкравшись к сердцу Венти, нить вдруг бешено закрутилась и резко ринулся к ладони, наматываясь на безымянный палец.