We are dragons

— Я пойду с вами! — раздраженный Тэхен грозно рычал — хуже самих драконов — и махал кулаками, всячески пытаяст ударить Чонгука, который запрещал ему пойти с ними. И Чону надо бы испугаться, ведь Тэ был очень убедителен, еле сдерживаясь, чтобы не убить его. Но мужчина только улыбался, глубоко в душе умиляясь и позорно хихикая при виде такого графа. Однако ему необходимо оставаться серьезным, потому что сейчас его жених собирался отправиться с драконами за своим другом к безумной королеве, разум которой был нестабилен. Женщина могла что угодно сделать и с самим Тэхеном, ведь кто знает, что взбредет ей в голову, как только они прилетят туда всей толпой. — Не глупи, дорогой. Подумай хотя бы обо мне, если о себе не хочешь. Я не хочу терять тебя, — уверенно прошептал Чонгук, обнимая парня и прижимая к своей крепкой груди. Запечатлев нежный поцелуй на виске, мужчина отстранился, заглядывая в глаза напротив. И он совсем не ожидал увидеть там подступающие слезы, ведь только что Тэхен злился… — Но ведь Чимин как брат мне. Без него я умру в этом мире. Пожалуйста, Чонгукки, прошу тебя. — Ким отчаянно вцепился в рукав широкой, белой рубашки, с мольбой смотря на дракона. К сожалению, сердце того было во власти этого нежного, но в то же время очень колючего человека, поэтому он не мог противиться. Ему пришлось обреченно кивнуть, взяв с того обещание держаться только рядом с ним или с кем-то из братьев, никуда не отходить и не лезть на рожон. А лучше вообще постоять снаружи. И он даже готов остаться с Тэ, покараулить выходы, ага. Закутав графа в самые теплые наряды и надев на него свой широкий, слишком большой для маленького иномирянина, меховой плащ, Чонгук наконец уже более спокойно выдохнул, подумав, что королеве еще придется попотеть, чтобы прокусить одежку его красавца. Вместе они покинули южное крыло. Чонгук так и остался в тонкой рубашке, под которую то и дело пробирался шаловливый ветер. А вот Тэхен потел рядом с ним, не понимая, зачем тот разодел его во все эти тряпки. Он недовольно выдохнул, потянув за тесемку плаща. Узел немного ослаб, и тяжелая ткань свалилась бы к ногам графа, если бы не сильная хватка дракона на его талии. Мужчина укоризненно посмотрел на него, возвращая плащ на место. — В человеческих землях сейчас зима, да и в небе температура ниже, чем на земле. Я не хочу, чтобы ты заболел, — заботливо проговорил Чонгук, стягивая тесемки и расправляя ткань на плечах. — В небе? — опешив, парень посмотрел на своего собеседника, сузив глаза от своих догадок. — Полетишь со мной. Мужчина растянулся в улыбке, наблюдая ошарашенное лицо Тэхена, и взял его за руку, ведя в тронный зал. Там драконы уже заканчивали приготовления. Ели, проще говоря. Броня и оружие им не нужны, а вот набраться сил не помешает. Маг находился вместе с ними, посвящая в детали обряда, который собиралась проводить Джиен. Он сам мало знал, но успел изучить много рукописей, чтобы понять суть замысла королевы. Тэен успокоил драконов, что сейчас она не сможет провести свой ритуал. Ей необходим свет лун. Было также решено взять с собой Баала. Хоть они ему и не доверяли, но он единственный точно знал дорогу и мог подсобить, если что. Чонгук и Тэхен влились в общий разговор, тихо переговариваясь о том, какие позиции займут, и кто, если что-то пойдет не так, будет ответственным за графа. Черному не нравилось, что Намджун настаивал на кандидатуре Джина, но пойти против воли старшего по званию не мог. Джин — лекарь, поэтому сможет помочь человеку в случае чего, но в бою он не так силен, как Чонгук. Несмотря на уговоры братьев, Намджун все же решил отправиться вместе с ними, настойчиво доказывая, что он необходим в этой битве. Ему было непросто смириться с мыслью, что он, возможно, убьет свою сестру. Но благополучие государства вышло на первый план. Этого наверняка хотел бы отец. Выдвигаться они решили вечером. Джиен, скорее всего, уже поджидала их. Они подумали, что, отчаявшись, женщина могла поставить ловушки на входы в пещеру. Возможно, у нее есть союзники. Один точно, как пояснил Тэен. Королева не обойдется без помощи опытного мага. Драконы собрались на тренировочной поляне, освещаемой закатными солнцами. Редкие цветы, не потоптанные лапами рептилий, красиво переливались своими насыщенными красками. Стрекот насекомых и заливистое щебетание птиц из леса неподалеку окрашивали последний спокойный вечер государства приятными воспоминаниями. Этот день никто из них точно не забудет. В каждом из присутствующих в тот безоблачный вечер что-то надломилось. Кто-то терял сестру. Кто-то своего, хоть и безумного, но все же наставника и учителя. Королева многим из них открыла дорогу в ту жизнь, которую они сейчас имеют. Благодаря ей трое из них почувствовали трепет жаркой любви. Жалеть бессмысленно. Может быть, королеву и обуревали мысли об убийствах, но они не допустят этого. Теперь точно нет. Все они по-своему были благодарны этой женщине. Она закалила их, сделала сильнее. Благодаря ей они стали теми, кем сейчас являются. Гордыми и преданными своей семье мужчинами. Да, графов они приняли в свою семью. Не сразу, с большим трудом. Но приняли и ни разу не пожалели. И они во что бы то ни стало спасут одного и защитят второго. Намджун тяжело вздохнул и отступил на пару шагов ближе к лесу, закрывая глаза и растворяясь в белоснежной дымке. Прекрасный дракон расправил свои крылья, призывно зарычав. Огонь загорелся в душах его братьев. Сердца заискрились, признавая нового короля и отпечатывая клятву верности на долгие годы. Один за другим, они поднимались в воздух, кружась над поляной и чувствуя теплый ветерок, щекочущий прожилки на размашистых крыльях. Последними остались Чонгук и Тэхен. Парень все еще не без страха рассматривал парящих рептилий. От созерцания его отвлек черный, тронув за плечо. — Готов? Он лишь кивнул и отошел на пару шагов, складывая руки на груди. Тэхен не боялся именно Чонгука. Скорее, просто думал, что обожает этого величавого черного дракона, который с таким трепетом в животном взгляде смотрел на него. Его темные глаза сверкали необычайной серьезностью, пока огромная морда приближалась к хрупкому человеку на земле. Пасть дракона клацнула зубами, но он не желал напугать. Пытался что-то сказать? Он осторожно толкнулся носом в сцепленные ладони, боясь причинить боль неосторожным, неуклюжим телом. Но хотел, чтобы Тэхен понял — он может не бояться дракона. Ким осторожно протянул дрожащую ладошку, положив чуть выше выдыхающих жар ноздрей. Дыхание дракона приятно согревало, и граф позволил себе улыбнуться. В следующий миг он уже прижимался лбом к грубой коже на морде, ручками обнимая клыкастую пасть. Дракон прикрыл глаза, обострившимся слухом узнавая стук сердца, спокойный, размеренный. Тэхен не боялся. Точно не его. Несколько громких рыков откуда-то сверху заставили их оторваться друг от друга, руша магию, что сплеталась плотным куполом вокруг влюбленных. Дракон неловко присел, недовольно подмечая, что похож на домашний скот сейчас больше, чем на грозного воина. Но для возлюбленного он готов быть кем угодно. Зацепившись за один из шипов, Тэ неуклюже перекинул ногу через мускулистую шею. Поерзав немного, парень выбрал удобное положение и вскрикнул от удивления, когда огромная голова оторвалась от земли, заставляя его вцепиться в грубые чешуйки. Дракон, непривычно аккуратно для него, взмахнул крыльями, стараясь не вертеть головой и вообще смотреть только прямо. Зря. Потому что тут же встретился с оскалившимися мордами. На человеческих лицах выглядело бы как ухмылки. Грозно порычав на товарищей, дракон первым двинулся в нужную сторону, но вскоре его догнал и Намджун, которому выпала учесть нести демона. В таком составе они и полетели на спасение иномирянина из лап злой королевы.

***

Летели они довольно долго — солнце уже скрылось за горизонтом, ласково поиграв последними лучиками с чешуйками драконов. Они могли бы справиться и быстрее, но Тэхену время от времени становилось плохо из-за перепада давления, и Чонгук был вынужден останавливаться. Когда первые звезды стали окрашивать темный небосвод, разноцветными брызгами загораясь то там, то тут, драконы бесшумно приземлились недалеко от пещеры, принимая человеческую форму. Молча, чтобы не выдать своего присутствия, они тихо ступали по остывшей земле, идя за Баалом. Чонгук крепко держал подрагивающую ладонь графа в своей, когда их небольшой отряд остановился у мрачного входа в пещеру. Вообще, и пещерой-то это нельзя назвать. Темная арка, поросшая от времени мхом, больше напоминала шахту. Покатый спуск и скользкий, но гладкий пол говорил о том, что люди заботились о своем благоустройстве, останавливаясь тут. Драконы не знали, сделала это Алберит или же их королева, но это заметно облегчало задачу «бесшумно подкрасться». Когда первые огненные блики заиграли на влажных, каменных стенах, Намджун, идущий впереди, вскинул руку, заставляя всех напрячься. Мужчина слышал обрывки чьего-то разговора. Собеседники были раздражены и прикрикивали друг на друга, но голос своей сестры он точно ни с чем не спутает. Они выбрали правильное место. Секундное замешательство, пока главнокомандующий пытался угадать расположение противников в небольшом помещении, сыграло против них. Белая вспышка осветила испуганное лицо Тэхена, и в ту же минуту перед ними предстал мужчина. Он спокойно осматривал присутствующих, затем приветственно кивнул и прошел вглубь пещеры, будто хозяин, приглашающий гостей пройти в свою обитель. При свете обычного костра, разведенного посреди небольшой комнатки, черты лица неизвестного мага казались грубее и таинственней. Острые скулы становились еще острее, а тени под глазами делали лицо мужчины устрашающим. Баал, будто узнав его, шагнул вперед и тихо зарычал. — Ты предатель, Грэм! — мужчина на слова демона неопределенно пожал плечами и предпочел скрыть лицо за огромным капюшоном. После этого жеста внимание с его персоны переместилось на тонкую фигуру женщины, стоящей около огромного булыжника. Наверное, ему предназначалась роль жертвенного камня, но выглядело паршиво для плана, который королева вынашивала несколько месяцев. Хмыкнув, женщина наконец обратила свой взгляд на незваных гостей. — Хосока не привели? Придется разобраться с ним отдельно. — Ее слишком спокойный тон и напускное безразличие выдавали королеву с головой. Она нервничала. Будучи в шаге от своей мечты, она боялась, что тщательно продуманному плану придет конец из-за кучки недостойных, возомнивших себя спасителями вселенной. Намджун, стоящий до этого в тени пещеры, вышел, строго взглянув на младшую сестру. Поморщившись, он с досадой обвел взглядом ее нынешний вид. Ни капли не осталось от прежде гордой и непоколебимой королевы, перед ним стояла та же неуверенная в себе девчонка, только с планами, неподвластными ей. Он был уверен, что Джиен ждет поражение, и горечь оседала на языке при мысли, что это будет их последний разговор. Он не должен ругаться, они попрощаются, как семья. — Хэй, Джи. — Что-то дрогнуло в каменном, холодном изваянии. Во взгляде промелькнуло безнадежное отчаяние, но тут же скрылось за пеленой злобы. Джун не дал сестре перебить себя и продолжил говорить. — Во что ты себя превратила? Глупая. Совершила столько всего, так хоть надела бы что-нибудь получше. Ты же собираешься получить мировое господство. — Что ты несешь… — шипела женщина, но брат ее не слушал. — Знаешь, Джи… Я люблю тебя, несмотря на все то, что ты сотворила. Ты все еще остаешься моей семьей, и я благодарен тебе, что ты поддерживала меня, хотя сама все и разрушила. Обещаю, я никогда не забуду тебя и буду хранить в сердце свою маленькую сестренку. — Одинокая слеза потекла по бледной щеке королевы, а каменная стена дала трещину. — Заткнись! Я должна была убить и тебя, но пожалела. Ты жалкий, — надрывно шептала Джиен, кривясь и яростно размазывая слезы по щекам. Она была бессильна перед братом и открыта, оголена до предела. Ее израненное сердце сейчас лежало перед Намджуном, и он каждым словом резал его ржавым клинком, отравляя кровь и причиняя боль каждой клеточке ее тела. Собрав последние крупицы своей решительности, королева крикнула: — Грэм, убери их! До нелепого быстро. Маг взмахивает руками, и непреодолимая стена окружает камень с бессознательным Чимином, прикованным к нему, и королеву. Женщина достала из-за пояса клинок, шепча что-то себе под нос. А Грэм тем временем выстраивал многослойную защиту, оттесняя драконов все дальше, но не причиняя им никакого вреда. Уважение к отцу короля демонов и остатки преданности не позволяли ему. — Послушайте. — Тэен, до этого скрывавшийся за спинами драконов, смело шагнул вперед. Решительность в его глазах вселяла надежду, поэтому Намджун приготовился слушать. — Я смогу стянуть защиту, но всего на несколько секунд. Моих сил не хватит на большее. Возможно, я даже умру, но я должен это сделать. Я слишком сильно задолжал вашему папе. — Маг посмотрел на Намджуна с какой-то тоской и болезненной отеческой заботой. Тот кивнул, принимая решение мужчины. Улыбнувшись, Тэен отошел вглубь коридора, скрываясь в темноте и начиная шептать какие-то заклинания. — Сейчас! До нелепого быстро. Крик очнувшегося Чимина и кинжал в его животе, светящийся чем-то голубоватым. Звериный рык Юнги, бросившегося к парню. И безмятежная улыбка Джиен в тот момент, когда ее сердце взрывается от яда демона, вонзившего в нее шипы. Все закончилось до нелепого быстро, не успев начаться. Безжизненное тело Джиен осело на пол, а вздымавшаяся грудь демона ходила ходуном. Он умирал от осознания, что его месть свершилась. А рядом с ним Юнги умирал внутри, закрывая ладонью сочащуюся кровью рану возлюбленного. Он судорожно тряс парня за плечо, пытаясь привести его в сознание. Но Чимин не откликался и с каждой секундой драконье сердце сжималось все сильнее, а истерика накатывала штормом, накрывая смертельными волнами. Сильные руки Намджуна подхватили парня в тот момент, когда Джин грубо оттолкнул его, начиная тут же колдовать над раной графа. У Юнги даже не было сил, чтобы вырываться. Он безвольной тряпицей повис в руках старшего, сквозь пелену слез смотря, как Джин извлекает клинок и тут же затирает рваные края какой-то мазью, останавливает кровь и прижимает к животу смоченную чем-то повязку. — Все позади, Юн. Уже все хорошо. — Вместе с тихим шепотом Джуна сердце дракона пропускает удар, чтобы забиться с новой силой и теперь уже никогда не позволять ему отпускать то единственное, что он считает дороже семьи и братьев. Свою любовь к иномирянину, которую он обязательно докажет.