Someone put your hand out*

Where you go I go, What you see I see... I know I'll never be me, without the security Of your loving arms Keeping me from harm. Put your hand in my hand And we'll stand.* Adelle «Skyfall»

       Билл опустился на водительское место и какое-то время просто сидел. Как службе безопасности ему не следовало лезть в дела клиента, однако за столько лет Джексон для него стал не чужим человеком. Телохранителю вообще хотелось стукнуть руками по рулю и наорать на поп-короля. Какого лешего от творил?! - Простите, сэр, - как можно спокойнее попытался произнести Билл, - мне, кажется, нам не стоит оставлять миссис Джексон. Как бы обижены вы на нее сейчас не были, - добавил он, - она все еще ваша жена. - Трогайся, - приказал певец, и телохранитель поехал. Майкл озвучил адрес друзей, у которых можно было переночевать. – Ты ведь сам не верил, что у нас получится, я помню.        Билл вздохнул. Конечно, не верил. И никто в здравом уме не поверил бы. Только теперь-то мужчина видел, как загорались вечно наполненные тоской глаза Джексона рядом с Кристиной. Билл даже был готов простить ему климат, полное отсутствие привычных удобств и постоянный шум по ночам. Хорошо, что ему ни разу не пришлось вести этого Ромэо в больницу. Рядом всегда был квалифицированный врач. Но Джексон своего счастья не видел. Обидевшись, он слышать больше не хотел о Кристине.        Друг Майкла, как раз поспособствовавший его освобождению, с радостью предложил им остаться на какое-то время, пока певец не решит, что делать дальше. Билл надеялся, его гордыня проиграет любви, хотя мировая история доказывала обратное. Ему вообще повезло, что одна из шишек в управлении безопасности знала, кто такой Элиот Астер на самом деле. Он позвонил следователю и не без использования великой русской лексики объяснил, как закончится его карьера, если тот сейчас же не отпустит человека перед собой. Когда следователь возмутился, начальник добавил: - Ты что тупой? Не видишь, кто перед тобой? Это Майкл Джексон! Разумеется, он под фальшивыми документами, чтобы всякие идиоты к нему не приставали!        Глаза следователя расширились, он еще какое-то время глядел на Майкла, затем долго извинялся и даже попросил его дать автограф, параллельно консул сунул ему на подпись документ о неразглашении личности Элиота Астера, намекнув, что даже продав все органы, мужчина не расплатится, если проболтается. Теперь Майкл с начальником, Егором Константиновичем, пили коньяк на кухне и закусывали лимоном и тонко нарезанной соленой рыбой. - Я поговорил со своими людьми, ты был прав, Суворова дала на тебя наводку. У вас правда был роман? - Правда, - не стал отрицать Джексон, - до ее поступления к вам, она тогда была совсем девчонкой, дура дурой. Впрочем, мало что изменилось. - Ты за ней приехал? – Со знанием дела поинтересовался Егор Константинович, - да брось! Все глупости мы делаем из-за женщин!        Майкл долго отнекивался, а потом рассказал, как примчался за Кристиной в Nск, какой у них был страстный роман, и что она оказалась такой же, не поверив ему. - Майкл, - покачал головой друг, - конечно, она тебе не поверила, ты пришел к ней и сказал: привет, я хочу жить с тобой, но все еще люблю другую и периодически мечтаю ее потрахивать. - Я такого не говорил! - А звучало это именно так, не спорь, я двадцать пять лет женат, научился переводить на их язык. И Кристина твоя с аэропорта примчалась за тобой, забив на все. Не понеслась бы, если бы считала, что ты пошел мириться с бывшей. Ну, Катька… А с виду и не скажешь, приличная такая, привлекательная. - Ага, как мухоловка, - не удержался Джексон. – Хватит с меня ваших русских женщин. Они все ненормальные.        Егор Константинович заверил, что именно в этом их прелесть. Они легли спать только к утру. Майкл был предоставлен самому себе. Пару дней он просто хандрил, мучил хозяйское фортепиано и старался не думать о Кристине. Получалось плохо. И Майкл ненавидел себя за это. Ему казалось, будто он опять ввязывался в одну и ту же проблему, и никак не мог сделать из нее выводы. Перед глазами почему-то встал разговор с Крис о таблетках от стояка «Я сделал выводы». Ерунда, такой же глупый и недальновидный, хотя уже перевалил за полтинник.        В четверг Егор Константинович вернулся с работы какой-то напряженный. Он сел напротив Джексона, постукивая пальцами по бедру. - Я поговорил с Суворовой, объяснил ей, что нельзя личные отношения в работу пускать, пока отделалась предупреждением. Но… Майкл, ты что ее бил? - Что?! – Задохнулся певец, - я ее ударил один раз по щеке, когда она пыталась меня раздеть, прекрасно зная, что у меня есть женщина! Представляю, чего она еще тебе нарасказывала. - Что ты «дедуля с некоторыми проблемами, и именно поэтому ее во всем обвиняешь», если дословно.        Джексон рот раскрыл от возмущения. - Нет у меня никаких проблем! – Хотя их было столько, что голова Майкла не хотела справляться. – я ей покажу, проблемы… - Майкл, - схватил за рукав Джексона Егор Константинович, - прошу тебя, не отключай голову. Такие вот «покажухи» заканчиваются цифрами из уголовного кодекса. - О, не переживай, если у меня, в самом деле, проблемы, то это маловероятно, - зло блеснул глазами поп-король.        Он быстро собрался, вытащил Билла из ноутбука и потребовал отвести его к Суворовой. Телохранителю хотелось по лбу себя стукнуть. Босс был взвинченным, и мужчина переживал, как бы он не наломал дров. Джексону повезло: дверь в подъезд открыла соседка, и он вошел, быстро добежал до нужной квартиры и вдавил звонок до упора. - Вы что с ума сошли?! – Катя появилась на пороге, кутаясь в халат, - Майкл… - Не надоело поливать меня грязью? – С порога заорал Джексон, - все решила припомнить, жертвой себя выставить? - Не ори в коридоре!        Майкл схватил ее за локоть, Катя пискнула, и потащил вглубь квартиры. Девушка вдруг вывернулась и прицельно пнула его в бедро, лишь чудом промахнувшись. Мужчина со стоном выпустил ее. - Чокнутый! Ты вообще в курсе, как себя ведешь, Джексон? - А ты? Наплела моей жене какого-то бреда! Разрушила мой брак, зачем? Хотела, чтобы я к тебе вернулся? Или это месть? - Прекрати на меня орать! Ты… ты сам меня вынудил, - тяжело дыша, проговорила Катя, - сам бы ты не додумался так меня унижать. - Катя, - чуть спокойнее проговорил Майкл, - ты не думаешь, что мужчина не всегда может тебя хотеть? Я не хотел, потому что у меня есть жена, а ты… - Что-то тогда ты мне не сказал, кто она для тебя. Почему? Стеснялся? Или сам на что-то надеялся? - Когда-то в самом деле надеялся, - не стал отрицать несколько успокоившийся Майкл. - Тогда почему мы ведем себя как два идиота? - Не знаю, - пожал плечами Джексон. Девушка шагнула и просто обняла его, прижимаясь всем телом. Майкл обнял Катю в ответ, ему было невероятно тепло, сердце постепенно замедляло ритм. Он уже хотел заглянуть ей глаза, но замер, - что это?        У входа в ее комнату прямо на полу валялась рубашка, причем явно не женская, и у него такой никогда не было. Певец сжал кулак и закипел. Катя постаралась объяснить, что это ее, но Майкл не поверил, он с легкостью обогнул девушку и пинком открыл дверь настежь. Джексон чуть не свалился, увидев ее гостя. - Принс!? – В глазах у короля потемнело. - Отец! – Сын поднялся на ноги, к некоторому облегчению Майкла, Принс был одет, - наконец-то! Я летел к тебе через полмира с десятью пересадками! Знаешь, как сложно сейчас попасть в Россию? - Что… что ты здесь делаешь? - Билл позвонил и рассказал, что тебя арестовала служба безопасности. Я сразу же все бросил и примчался. У меня здесь вообще связи нет, и я решил, что ты можешь быть у Кэти.        При упоминании Кати вся любовь к сыну, примчавшемуся его спасать с другого полушария, вдруг погасла, он повернулся к бывшей любовнице. - Ты всех моих детей теперь решила перетрахать? – Принс возмутился, но Майкл только рукой на него махнул, - надо предупредить Бланкета, чтобы держался от тебя подальше… - Папа, ты не справедлив к Кэти… - Принс, она пудрит тебе мозги только, чтобы позлить меня! Ты ей не интересен! Ты, кстати, в курсе, что она от меня беременна? - Что? – Раскрыл рот Принс. - Именно так она сказала моей жене. - Ты что женился?! – Обалдел сын, - на той девице? Где она? - Не вспоминай о ней, она ничуть не лучше этой интриганки! Разрушила мою жизнь, мой брак, теперь решила взяться за мою семью? - Папа, успокойся… - При чем здесь ты? – Вмешалась Катя, - пока Принс пытался вытрясти с меня отказ от должности менеджера, выяснилось, что у нас много общего… - Да что у вас может быть общего!? - Хотя бы возраст, дедуля! - Кэти… - Учти, она фригидная истеричка! - Папа! - Ах прости, что не стояла перед тобой на коленях каждый день и не просила дать пососать! - А могла бы, может, тогда наши отношения не развалились бы! - Озабоченный! - Дура!        Принс только успевал крутить головой, Майкл и Катя орали друг на друга, сжав кулаки, раскрасневшись, и с явным удовольствием. Он пытался их успокоить, но в итоге только попадал под горячую руку. Джексон был стопроцентно уверен в отсутствии у бывшей интереса к его сыну, она просто хотела заставить его ревновать. Господи, неужели он опоздал, и она успела его соблазнить? У Майкла вдруг потемнело в глазах, дышать стало трудно. Он схватился за сердце и повалился прямо на пол. Принс бросился к нему. - Ва… валидол… - простонал певец, вспоминая, как четко оказывала помощь Кристина. - Алло, скорая, мужчина, около шестидесяти лет, плохо с сердцем, у него уже было предынфарктное состояние, поторопитесь! – Закричала в трубку Катя.        Майкл поднял дрожащую руку и указал на нее. - Это все из-за тебя… - Отец, прекрати, ты слишком впечатлительный.        Боль стала еще сильнее, и Джексон зажмурился, у него кружилась голова, его тошнило, а грудь сдавливало тугим обручем все сильнее. Реанимация приехала в течение десяти минут – удивительно быстро для Москвы. Они погрузили Элиота Астера, взяли с собой Принса, как родственника, и повезли в клинику. Лишь через пару часов стало понятно, что Джексон родился явно не в одной рубашке. Ему записали ЭКГ, провели множество обследований и заверили, что мужчина отделался гипертоническим кризом с приступом нестабильной стенокардии. Это был не инфаркт. Принс кивал. Отец лежал в палате с кислородной канюлей в носу, бледный и несколько загруженный. - Мы дали ему успокоительное, - пояснила кардиолог, - он был очень возбужден. - Любовная драма, - зачем-то сказал Принс. - Да? – Подняла брови кардиолог, - ну, любви все возрасты покорны.        Майкл пришел в себя достаточно быстро по меркам врачей. К субботе он уже мог гулять по коридору легким шагом. Правда, объясняться ему чаще всего приходилось жестами, не все на смене могли понимать английский, хотя с большинством персонала проблем у Джексона не возникало. Он много думал, глядя на зацветающие деревья под окнами больницы. Второй раз Майкл оказался практически на пороге смерти, если не третий или четвертый. Ему нельзя было находиться рядом с Катей, это заканчивалось койкой в кардиологии. Вместе с тем певец чувствовал какую-то пустоту, ему было страшно умирать одному. Он дулся на Принса и не хотел с ним разговаривать, хотя сын приходил каждый день и пытался объяснить, что Катя – хорошая девушка. Майкл даже слушать его не хотел. Он вышел пройтись, когда услышал на посту у мед сестры свой собственный голос и не смог побороть любопытства. - Простите, а что вы смотрите? - О, - совсем молодая девочка в розовой хирургиче попыталась перевести на английский свои мысли, делала она это медленно, но Майкл ее не торопил, - тут недавно в Авиапарке какой-то мужчина танцевал прямо как Майкл Джексон! - А можно мне посмотреть?       Сестра кивнула, Джексон обогнул ее и уставился в экран, где вдруг запел The way you make me feel и стал ходить за убегавшей Кристиной. Сердце снова сдавило. Он поморщился. Сколько счастья ему приносили эти отношения. Крис считала его добрым и высокоморальным несмотря на все его поступки. Да, она не поверила ему, но поверил бы он сам ей, если бы кто-то сказал, что его любимая спала с другим? Майкл прикрыл глаза, их щипало. Ему вдруг захотелось обнять Кристину, услышать ее смех, увидеть ее темно-зеленые глаза, почувствовать ее пальцы в своих волосах. Он обещал не отпускать ее, но прогнал. Он и Кате много чего обещал, а в итоге все развалилось… Майкл глянул на золотое кольцо на пальце. Они просто не могут закончить вот так. Крис сама говорила ему о камнях в мешке, они должны были обтесаться, чтобы его не порвать. Нельзя разлучить то, что соединил Бог…       Перед его лицом вдруг щелкнули пальцами, заставив вздрогнуть. - Это ведь вы, правда? – Мед сестра восторженно на него смотрела.       Майкл улыбнулся и с хитрым взглядом приложил палец к губам.