Отрицание, гнев, принятие

— Здравствуйте, ещё раз, Кэролин. Извините за такой неординарный вид, но нам просто стало скучно, — Айден тревожно начал отчитываться, пытаясь смотреть куда угодно, но только не на женщину напротив, — если что, я уже ухожу. — Погоди, ты так и пойдешь? — хмурю брови и ставлю руки в бок, немного опасаясь за парня. Вдруг побьют за такой прикид, тем более ночью? — Я у себя в номере всё смою, не волнуйся, — тот что-то уж сильно напрягся при виде учительницы и задрожал как осиновый лист, — ой, точно, платье!       Он пулей залетел в туалет, не забыв прихватить свои вещи, пока Каролина молча стояла и не понимала, что и говорить в такой ситуации. Однако, увидев пару бутылок с алкогольным содержимым, тут же громко и недовольно вздохнула. Кажется, вернулась она точно не в духе: лицо сделалось усталым, словно она сутки была в дороге под палящим солнцем без воды. Повествование от лица Каролины:       Боже, мужчина, когда ты перестанешь чесать языком и вертеться около меня как пчела у цветка? Я всего лишь хотела поставить непостоянную Эстер на место и побыть одной, а не в компании старого болтуна, который травит несмешные анекдоты, смешивая их в глупый и несуразный флирт. Так и знала, что как мы выйдем на эту прогулку, то начнется что-то неприятное. Несказанно радует, что через пару дней вновь смогу побыть наедине с собой в своей квартире, а не в чужой стране с чужими людьми. «С каких пор я стала таким интровертом?» — пролетело в моей голове. — Кэролин, а вы же знали, что у греков не только большие носы? — подыгрываю ему и натянуто улыбаюсь, — так вот, девушки, которые встречаются с греками, никогда не жалуются.       Вновь смеюсь, хоть и наигранно, но нужно же быть вежливой в конце концов. Неприятно только то, что нам шагать и шагать до этого кафе с мороженым, а сил и терпения уже нет. Ускоряю шаг в надежде, что этот сюр побыстрее пройдет. Спустя минут десять мы оказались на месте, и к моему счастью, этот кучерявый куда-то ретировался прочь от меня к другим девушкам. — Эстер, я закажу, только скажи, какое мороженое будешь? — нехотя подхожу к девушке.       Вижу, как она смотрит словно сквозь мои глаза; губы её приоткрылись в немом молчании, а зрачки расширились. То ли испугалась, то ли ещё что. Со сложившимися обстоятельствами я уже не понимаю её эмоции и чувства, но копаться в этом не хватает терпения и сил.       Со временем очередь начала рассасываться, когда все получили свои порции мороженого. Внезапно этот кучерявый вновь прицепился и предложил познакомиться с его коллегами по проекту. Ну, всё равно делать особо нечего, может узнаю что-нибудь интересное. Например, как некоторым ученикам не позволять собой манипулировать и использовать. — Ты представляешь, у моего уже зубки прорезались! — пропищала невысокая женщина в очках, показывая разные фотографии своего спиногрыза на своём телефоне. — А моя в садик только-только пошла. Мы с мужем её еле уговорили, так не хотела, а в первый день не могла перестать общаться с ребятами, — продолжила диалог уже другая девушка, жадно поедающая своё мороженое.       В компанию особо влиться мне не удалось, поскольку все говорили о своих детях, мужьях, которые вечно косячат и забывают банальные вещи. Они рассказывали об этом с умилением, однако мне хотелось, честно говоря, блевать от такого: никогда не понимала, почему женщины так трогаются безответственности и бытовой дееспособности их партнёров? — Каролина, да? — окликнул меня какой-то брюнет, — а у тебя есть семья, дети?       Я улыбнулась и покачала головой, на что они всем хором начали спрашивать почему у меня нет детей и мужа. Не понимаю, почему их это так волнует? Я женщина не в возрасте, видно что только-только выпустилась с университета. В мои года некоторая часть людей до сих пор не могут покинуть родительский дом, самостоятельно решать дела и прочие «взрослые» испытания, что уж говорить о детях? — Ещё не посчастливилось обрести надёжного человека рядом, — внезапно вспоминаю свою сомневающуюся во всем Эстер. Кстати, а где она?       Оглядываюсь по сторонам и нигде её не вижу. Вспоминаю случай в отеле, когда я искала её по всем углам и вновь начинаю паниковать и злиться: вдруг она вновь куда-то пьяная пропала и наделала и себе и мне вред? Учитывая, что мы выпили немало, а её организм плохо переносит алкоголь — последствия могут быть далеко не приятными. Не хочу, чтобы потом её классная винила меня в том, что не смогла уследить за ученицей и позволила ей надраться в щи.       Так, ну в последний раз я видела её на лавке около кафе, думаю далеко она уйти не могла, следовательно нужно поискать в округе. Вижу тропинку недалеко от скамьи, которая ведёт куда-то через кусты к воде. Будь я Эстер, то определённо забрела туда, чем же ещё заниматься как не путешествовать? — Кэролин, ты куда? — окликнул меня кудрявый. — Хочу прогуляться одной, посмотреть что здесь есть ещё интересного, — равнодушно отвечаю мужчине и бойко удаляюсь из наскучившей мне компании. Славно, этот голодный и падкий на женское внимание клещ, наконец, отсосался от меня и приступил к покорению других девушек в округе.       Иду по этой тропинке, и передо мной открывается невероятно завораживающий вид на бушующие волны и чёрное, звездное небо; напротив меня, около самой воды стояла пара силуэтов. По очертанию сразу понимаю, что это Эстер и тот неприятный швед. Наблюдаю как они стоят в обнимку и, кажется, целуются. В тот момент, когда мой взгляд оказался запечатлен на них, внезапно в сердце вспыхнул огонь ревности; каждая моя нить души напряглась, как струна в ожидании аккорда. В душе вспыхнул пожар боли, а в глазах замелькали яркие искры, что будто зеркало отражали пламя, которое угасает внутри.       Отчаяние обволокло сердце. В тот момент время замедлилось, и каждый миг казался вечностью. Неведомые чувства окутали меня, заставив почувствовать каждую ноту предательской боли в районе сердца. Неужели она так легко прыгает с человека на человека? Хотя, что можно ожидать от человека, который в таком юном возрасте занимается грязными вещами за деньги. Небось, её душа окончательно очерствела, а люди стали для неё лишь источником выгоды.

POV Эстер

— Как сходили? — неловко спрашиваю, убирая вещи на свои места. — Нормально, — сухо выкинула женщина, намекая на то, чтобы я заткнулась.       Да, она определённо не в духе: избегает зрительного контакта, сторонится будто огня и отрешённо отвечает. Неужто её так задели мои слова по поводу субординации?       Внезапно вспоминаю ситуацию с Айденом, когда я ради чистого эксперимента поцеловала его и заливаюсь краской. Вроде обычная ситуация, но лишь подумав о ней — становится чертовски стыдно перед Каролиной, хотя мы никем не являемся друг другу. Думаю, стоит рассказать ей правду по поводу того поцелуя, но точно не сейчас, когда в туалете переодевается посторонний. — Надеюсь, что я вам не помешал, мисс Каролина, если что извините, — парень мнётся у двери, — ну, встретимся завтра на заключительном вечере.       Прощаюсь с Айденом и неловко улыбаюсь ему в ответ, пока Каролина молча достаёт сигареты и открывает окно. Он ушёл, и мы остались вдвоём наедине. Пятая точка подсказывает, что просто молчать нам с ней не стоит: нужно наконец спокойно поговорить, хотя почему-то сейчас она меня жутко напрягает. Даже пугает. — Кхм, Каролина Альбертовна? — М? — с какой-то издёвкой в голосе мычит она. — Я вас чем-то обидела? — как провинившийся ребёнок смотрю себе под ноги, дёргая нить на кофте. Ну никак не могу заставить себя сказать ей всё прямо, хоть убей. — Нет, что ты, — ухмыляется, с наслаждением выпуская дым, а после делает очередную глубокую затяжку, — поздно уже, устала я.       В ход пошла вторая сигарета подряд. Чиркающий звук зажигалки, затяжка, выдох и так по кругу. Вижу, что её тело немного потряхивает, а руки трясутся то ли от холода, то ли от чего-то ещё. Нужно действовать, иначе она точно окоченеет или убьёт меня. — Может, скажете правду? — осторожно подхожу к ней, на что она резко отходит в сторону, выкидывает окурок в окно, закрывая его. — Может перестанешь быть жертвой в конце концов? — В её глазах вспыхнуло пламя, словно тлеющий уголь, внезапно обрушившийся в яростный пожар. Брови, обычно смиренные, нарисовались в гневном изгибе, а взгляд стал пронзительным, как острие ножа, готовый поразить все вокруг. Когда-то ласковые губы теперь стали белесыми от сдерживаемой ярости. — Нет, я всё понимаю, тебе сложно понять свои чувства и однополые отношения в целом. Понимаю, что ты запуталась в себе, но какого хрена ты сначала спишь со мной, и на твоём лице нет ни единого намёка на отвращение, а потом я узнаю, что ты целовалась с каким-то парнем вдали от всех и совсем не смущаешься этого? Только открываю рот, чтобы ей ответить, как она перебивает меня. — Эстер, я устала от такого отношения к себе. Знаю, что не должна что-то требовать от тебя, но попрошу хотя бы одно — если я тебе не интересна, то так прямо об этом и скажи. Сыта по горло уже проблемами, которые без конца так и лезут из всех щелей, — Каролина садится на кровать и обхватывает голову руками, кладя локти на колени, — хочешь субординацию, то без проблем, получай её в полной мере. Не жди от меня никаких подачек.       Внезапно подскочив с кровати, она мигом надевает обувь и берёт сумочку. После поворачивается ко мне и громко выдыхает: — Сниму на пару дней отдельный номер, а как решишься с ответом — скажешь, но я уже сделала определённые выводы и впредь не допущу никаких вольностей ни с твоей, ни с моей стороны. Спокойной ночи.       Она хлопнула дверью и ушла оставив меня в полном шоке. Глубоко внутри меня развернулась волна стыда, поглощающий каждую фибру души. Горечь окутала всё вокруг, словно дым от сгоревшего моста, который я сама и создала. Слезы невольно подступили к глазам, но я боролась, чтобы они не вырвались на свободу, дабы не свидетельствовали о моей слабости, несмотря на то, что нахожусь в одиночестве.       Столкновение с фактом того, что я снова причинила ей трудности своей неопределенностью, было ударом ледяной волной: в тот момент в ее глазах читалась не только боль, но и недоумение из-за моих поступков. Мы обе стали заключенными этой аморальной драмы, в которой я стала, видимо, исполнителем роли злодея. Мне хотелось кому-то поведать о своих эмоциях после такого разговора с ней, но мне стыдно говорить о таком кому-то кроме Айдена. Только вот он чёрным по белому всё объяснил, а я, дура, не могу понять и принять. Маше и Денису пока рано об этом знать: седина появится.       Забыв и забив абсолютно на всё, просто ложусь спать. Сон на время избавляет от гнетущих проблем, хоть и не решает, однако просыпаться утром, зная, что у тебя проблемы — ещё хуже.

***

— Дамы и господа, вот и настал тот час, которого мы все так ждали. Наступил день результатов нашей общей темы — кто же станет победителем? Кто смог лучше презентовать свой доклад? Сегодня на торжественном и заключительном вечере мы всё узнаем, а также после устроим небольшую вечеринку, — радушно произнёс организатор проекта.       Настал момент прощания, которого так ждала в начале, но теперь совершенно не желаю уезжать обратно. С того момента как Каролина ушла в другой номер, молча хлопнув дверью, я пребывала в какой-то альтернативной вселенной. И вот, мы вновь встретились, только вечером в спортзале школы. Организаторы и директор школы решили устроить вечер здесь, предварительно подготовившись за пару дней до события: помещение наполняла громкая музыка, горели яркие прожекторы разных цветов, парты, за которыми сидели учителя и ученики и, конечно же, шведский стол с разными напитками. К сожалению безалкогольными. — Попрошу всех учителей написать на бумажку трёх кандидатов, которые по вашему мнению достойны выигрыша. Также предупреждаю, что своих учеников категорически запрещено записывать, и не забудьте подписать листки своими именами. Спасибо! — чётко и громко промолвил директор школы.       Внутри меня всё сжалось от страха, поскольку моя самооценка, как и эго, на самом деле достаточно хрупкая. Чуйка подсказывает, что в тройку может и попаду, но точно не на первое место. Чувствую, как ладони вспотели, а уши загорелись от какого-то неведомого стыда. Смотрю на остальных и вижу, что они также неспокойны. Волнение медленно, но уверенно нарастало, словно приближающийся прилив, что затопил всю уверенность к чертям у всех.       Ощущаю тяжёлый пристальный взгляд на себе и мгновенно ищу виновника. Этим человеком оказалась Каролина, однако она смотрела будто сквозь меня, оценивая. Об этом мне поведал её прищуренный взгляд и приподнятая бровь. Что эта женщина опять придумала?       Каролина Альбертовна кидает взгляды на своих соседей-учителей и на их листки, а после хитро улыбается, увидев что-то в листке одной из коллег. Теперь она делает максимально непринуждённый взгляд, пытаясь заговорить с коллегой справа от неё. Ну-ка, нужно подойти поближе и узнать ситуацию во всех её проявлениях. Незаметно подхожу так близко, насколько мне позволительно. Ага, теперь я вижу имена учеников, которых посчитали одними из лучших. Не зря школьная медсестра говорила, что у меня хорошее зрение. — Как вам Словакия, кстати? — улыбается Каролина, спрашивая у учительницы Айдена, той старушки. — Ну, честно, мне не понравилось, — нахмурилась она, — а вот больше всех мне понравилась девочка из Польши. — Ой, мне тоже кстати! — вновь улыбается она в тридцать два зуба, — только я забыла как она выглядит, не видите где девочка-то?       Старушка начала оглядываться по сторонам, отвернувшись от Каролины, пока та ловко и быстро что-то чиркнула в её листке, при этом практически не посмотрев туда. — Ай, не вижу, но около входа в спортзал, — та поправила очки и улыбнулась, — зрение уже совсем не то. — Попрошу всех сдать листочки и немного расслабиться, — объявил директор, — результаты подсчитают и узнаем о всём в течение получаса, а сейчас общайтесь и наслаждайтесь вечером! Также у нас есть фотоаппарат мгновенной печати, можете просить Рихарда вас сфотографировать.       Пока учителя суетились и сдавали листки, мельком вглядываюсь в бумажку преподши Айдена и вижу, что Каролина нарисовала небольшие стрелочки в именах. На первом месте была девочка из Польши, а на втором месте я разглядела своё имя. Получается, что учительница смухлевала, поменяв стрелочками имена в листке старушки, тем самым поставив меня на первое место? — Вау, Эстер, как же ты всё-таки круто красишься! — из ниоткуда нарисовался Айден, — иди на визажиста с такими навыками. — Ты меня испугал, — вздыхаю, оглядываясь на Каролину. Её и след простыл. — А нечего ворон считать, — кажется парень был слегка поддатым, — пойдем сфоткаемся на память.       Не успеваю ничего ответить, как он чуть ли не пинает меня под зад к Рихарду, который находился совсем недалеко от нас. Делаем пару фотографий, а после Айден отводит меня немного в сторону от всех. — Ну что, как у тебя там с Кэролин дела? — оглядывается по сторонам, дабы посторонние не услышали. — Тяжело, Айден, тяжело, — вздыхаю, вновь окунаясь во вчерашних день. — Прости, — занервничал он, — я снова пронёс алкоголь, будешь?       В моих глазах, наверняка, сейчас заплясали искорки, поскольку он незамедлительно дал свой стакан, от которого разило спиртом. Тяжело, однако, слушать своего ангела на правом плече, который яростно кричит — не пить! — Ты там что, чистую спиртяжку развёл с соком? — принюхиваюсь, но выпиваю до дна. — Всего лишь решил продегустировать водку, — ухмыляется он, — не думал, что от неё так кроет.       И так залпом тайно от всех мы выпили ещё по паре небольших стаканчиков, и вскоре сердце замедлило свой ритм, будто в попытке приспособиться к этому внезапному удару алкоголя по печени.       Запах спирта кружил воздух вокруг меня, будто невидимый туман, проникая в каждый уголок моего сознания. Глаза слегка сжались от остроты, и взгляд стал менее сфокусированным, словно мир вокруг начал размываться. Тепло расплылось внутри, как волны теплого воздуха, и я почувствовала, что напряжение начало вытекать из моих мышц. Ощущение расслабленности медленно распространялось по всему телу, подобно волшебному заклинанию, снимающее напряжение и тревогу.       Мысли стали медленными и плавными, точно вязкая река, медленно текущая сквозь мой разум. Беспокойства и невзгоды, которые мучили меня ранее, начали тускнеть и уходить в небытие, словно смытые дождем следы на земле.       Вижу вдалеке скучающую Каролину, которая сидела в телефоне и что-то читала. Айден заметил мой взгляд и скорчив довольно забавную гримасу, захихикал. — Ну, Эстер, слабо предложить Каролине сфоткаться? — хитро засмеялся он, — при этом приобняв её. — Иди-ка ты, — неловко хмыкаю, хотя теперь уже чёрт на левом плече яростно орёт мне в ухо это сделать здесь и сейчас, — а хрен с тобой, была не была.       Беру подаренный парнем спрей для рта, дабы Каролина не учуяла, что я пропахла алкоголем, пшикаю в рот и иду напролом. В моей голове, благодаря алкоголю, не было никаких сомнений, да и Айден подсобил на это, взяв на слабо. Чёрт, а я не учла, что с каждым шагом мне будет тяжелее идти. Вот только не от градуса в крови, а от того, что Каролина всё ближе и ближе. — Что-то хотела? — сквозь музыку хладно твердит она. — Я бы это, — чувствую, что моё тело сковали невидимые цепи, а язык будто провалился в желудок, — хотела сфотографироваться с вами на память. — Так говоришь, будто умирать собираешься или меня хоронить, — самодовольно ухмыляется она, прожигая меня ледяным взглядом насквозь.       Когда она на меня так смотрит, то всегда чувствую себя совершенно нагой перед ней и далеко не в физическом плане. Чую, скоро до трясучки доведёт этот изучающий и стальной взгляд, который наравне с алкоголем притупляет трезвость. В ответ лишь неловко мычу, на что она тихонько вздыхает: — Ну, пойдем сфотографируемся — делает одолжение учительница и встаёт, взглядом ища фотографа, который как кстати оказался недалеко.       Яркая вспышка ослепила меня, отчего немного пошатываюсь в сторону. Ещё чуть-чуть и бы оступилась, но Каролина осторожно притянула к себе. Кажется, я окончательно остолбенела, потеряв координацию движений. — Давайте ещё раз, — говорю уверенно, несмотря на то, что голос дрожит. Чёрт, и нужно мне было слушать Айдена? Сейчас как дура стою и краснею, хотя перед этим сама морозилась. Небось она считает меня какой-то взбалмошной идиоткой, у которой семь пятниц на неделе.       Фотограф вновь наводит камеру, а я тем временем кладу руки учительнице на плечи, прижимаясь к ней. Слышу её тихий, но глубокий вздох. Мы обе задержали дыхание. — Сейчас, фотоаппарат заклинило, — Рихард пару раз встряхнул его.       Чувствую, как она нарочно проводит своей ладонью мне по спине до поясницы; так медленно и невесомо, отчего я прикусываю губу. И в этот самый момент нас сфотографировали. — Случайно сделал несколько фото, — посмеялся парень, но увидев наши красные лица, неоднозначно покашлял, — держите, хорошего времяпрепровождения!       Ох, всего пара минут таких объятий, как алкоголь куда-то улетучился, и я отрезвела. Отходим в сторону, чтобы не мешать остальным делать фотографии, хотя отлепиться от неё было нелёгкой задачей. — Одну мне, другую тебе? — женщина, наоборот, будто опьянела, но взгляд как прежде хищный и холодный. И как она и обещала, некоторую дистанцию держит от меня. — Получается что так, — заглядываю в её синие глаза и понимаю, что как ни крути — меня дьявольски влечёт к ней. — Далеко не уходи, скоро объявят результаты, — заключает она, ненароком подталкивая меня плечом, дабы уже отвязалась от неё и оставила в покое. — Да, конечно, — мгновенно, словно пулей, ретируюсь в сторону, забрав ценную фотографию. Прячу её под чехол телефона. Скрываюсь в толпе, дабы Каролина не увидела меня, а после направляюсь к Айдену, который с каким-то восхищением и гордостью в глазах смотрел на меня. — Нелегко иногда побороть себя, но ты делаешь шаги, — почти шепчет он, но я не слышу. — А? — Говорю, что вот-вот результаты будут, готовься. Музыку приглушили, а в центр вышли директор и остальные организаторы проекта. — Просим вашего внимания, господа! — громко твердит мужчина, — сегодня будет кое-что необычное, вас ждёт небольшой сюрприз.       Толпа загудела, но их тут же утихомирили. Все с замиранием в сердце принялись слушать. Кажется, у меня закружилась голова от всех недавних событий. — Прошу выйти в середину с третьим местом, — специально оттягивает организатор, — Швеция!       Айден буквально запищал во всю глотку и пританцовывая побежал в центр; ему вручили грамоту и медаль со значком тройки. Все ждали пока его учительница дойдёт с другого конца спортзала, а как только она пришла — их начали фотографировать. Я считаю, что он действительно заслужил победу. Смотря на его широкую улыбку и сияющие от счастья глаза, сама невольно улыбаюсь. Мы пересекаемся взглядами и он забавно гримасничает, а после направляется в мою сторону и увлечённо о чем-то говорит на своём родном языке. Видимо, так обрадовался, что языки попутал. — И следующее второе место у нас занимает, — воцарилась мёртвая тишина, — Польша!       Уверенная и эффектная блондинка выходит в середину вместе с достаточно молодым, харизматичным преподавателем. Хм, а они подходят друг другу в какой-то степени: оба строго одеты, одежда идеально выглажена, волосы у девушки убраны, а мужчина зализал чёлку назад.       Пока они делали фотографию с медалью и грамотой, я засмотрелась на Каролину, которая стояла словно партизан, витая в своих мыслях. Тоже волнуется… — И первое место у нас получает, — после этих слов перестаю чувствовать биение сердца, — Франция!       Вяло хлопаю в ладоши, не глядя в сторону Каролины Альбертовны: не хочу видеть её разочарованное лицо. Обычно я стараюсь надеяться на худшее, чтобы лишний раз не разочароваться, но сегодня всё пошло наперекосяк. Вновь чувствую стыд, что не смогла выиграть, не оправдала надежд как Каролины, так и классной руководительницы, которая рассчитывала на меня. Чувствую себя полной неудачницей.       В середину выходит стройная брюнетка со слезами на глазах, но они светились от счастья как и у Айдена. Она улыбалась и плакала одновременно, пока её преподаватель с гордостью смотрел в объектив и крепко обнимал её. Я поймала себя на мысли, что хотела бы точно так же, но у судьбы-злодейки свои планы. — Ну-ну, не будем забывать о нашем сюрпризе, дамы и господа, — хитро улыбается организатор, — первое место также получает Россия, поскольку у них одинаковое количество баллов с Францией!       Я закричала во всё горло, но мой крик слился с аплодисментами и свистами. Не верю своим глазам и ушам, а ноги подкосились. Забываю как идти: ноги не слушаются совсем, но меня спасает Каролина, которая ловко подхватывает меня под руку, и мы вместе направляемся в центр получать награду, хотя в моем случае, я скорее ползу. — Поздравляю нас, — шепчет на ухо Каролина, пока Рихард фотографирует наши счастливые лица. Она улыбается в тридцать два зуба на камеру. Кладу голову ей на плечо и понимаю, что это — победа.       Мы потанцевали, пообщались ещё на протяжении пару часов с ребятами, а после стали расходиться. Было немного досадно понимать, что возможно мы уже никогда не увидимся, но благо я не привязываюсь так быстро к людям. Но с Айденом планирую поддерживать связь как никак.       Каролина Альбертовна ушла раньше с вечеринки, поэтому мне пришлось вновь самой добираться до отеля. Идти тут минут пять до него, что мне было на руку, однако вернувшись в номер, понимаю, что я здесь одна. Всё-таки она серьёзно настроена на мои слова по поводу субординации, несмотря на ласковые касания, когда были на вечеринке.       Ложусь спать в холодную кровать, обнимая подушку, но сон никак не идёт: то неудобно, то слишком холодно. Начинаю тревожиться, поскольку вставать и ехать в аэропорт уже через четыре часа. Вроде мне нужно радоваться, что одержала победу и всё такое, но на душе скребутся кошки, и все хорошее будто спрятали за занавес.

***

      Поспать мне так и не удалось из-за тревожных мыслей и неведомой грусти, которая пронизывала до самых костей, вследствие чего я мёрзла всю ночь. Как только прозвенел будильник, я уже была одета и с чемоданом в руках. Зайдя ко мне в номер, Каролина Альбертовна очень удивилась, увидев меня тогда полностью готовой: думала, что ещё сплю. — Сядете снова у окна? — с надеждой в голосе говорю учительнице, как только мы оказались внутри самолета.       Она ничего не сказала, просто молча села у окна, предварительно перед этим положив багаж наверх. После уселась на место и закрыла глаза, устало вздохнув. Видимо, кто-то тоже не спал.       Спустя двадцать минут полёта вижу, что Каролина окончательно вырубилась, тихонько посапывая, облокотившись о свою руку. Она выглядит такой уставшей, но такой прекрасной; хочется разглядывать её часами и не упускать ни одну деталь. Как она морщит нос, когда что-то не нравится, как на щеках появляются ямочки от улыбки, как дерзко приподнимает левую бровь, если заинтересована или флиртует. Не думаю, что противиться этим чувствам уже есть смысл, но и намекать на что-то серьёзное мне боязно. Зачем такой прекрасной женщине такой неопытный человек как я? Что во мне можно найти хорошего? Или, может, я себя недооцениваю?       Меня саму начинает клонить в сон, поэтому решаюсь осторожно и аккуратно положить голову на плечо Каролины, на что она дёргается, но не отталкивает. Господи, лишь бы не проснулась и не начала талдычить про субординацию. Захожу вновь в номер, который находился под покровом чёрной и холодной ночи. Номер, в котором находился Карл, выглядел иначе: окна открыты нараспашку, вокруг бардак, а сам человек тушил окурки сигарет о кровать, на которой лежал и жадными глотками пил красное вино. — Раздевайся по-быстрому, потом, может, заплачу, — надменно промолвил он, сплёвывая слюну прямо на пол. — Но мне больше не нужны деньги, — шепчу с тревогой в голосе. — Ну и чё тогда пришла сюда? — грубо хмыкнул Карл. — За твоей любовью. Он залился громким смехом, опрокинув голову назад; маска слетела с половины лица и я увидела женские губы. Губы Каролины, которые мне так сильно хотелось поцеловать. Я понимала, что нахожусь во сне. Понимала, что это не мужчина, но это не останавливало меня. — Лимит исчерпан, детка, — усмехнулась она с меня, — проваливай отсюда. — Но, Каролина? Она перебила меня: «Я сказала проваливай отсюда, тебе здесь не рады!» — эхом в голове пронеслись эти слова, от которых я побежала прочь из номера. Внезапно оказываюсь около шоссе с бешеным трафиком.       Подскакиваю с сиденья и чувствую слёзы на глазах. Я плакала во сне? — Ты чего? — сонно пробурчала она, потягиваясь, но вскоре нахмурилась, — что случилось?       Обрывки сна врезались в память, прокручивая жестокие слова Каролины раз за разом, отчего мне стало не по себе. Сейчас невероятно тяжело видеть и вообще находиться с ней из-за сновидений. — Всё в порядке, — дрожащий голос выдает меня с потрохами. — Неприятный сон.       Она лишь понимающе кивнула головой, но после разговор мы не продолжали, поскольку Каролина вновь уснула. Спустя немалый промежуток времени, когда мы оказались в ее машине, женщина решила заговорить со мной. — Эстер, могу у тебя кое что спросить? — она поджала губы. — Да, конечно, — немного напрягаюсь от такого вопроса, но тем не менее радуюсь, что она со мной заговорила. — Я видела как вы целовались с Айденом у моря, — устало вздыхает, — почему ты ответила на поцелуй?       В венах застыла кровь. Она всё помнит и прокручивает эту ситуацию… — Не он поцеловал меня, а я, — отвожу взгляд в сторону, — и не по причине симпатии или чего-то такого. — А зачем тогда? — непонимающе молвит она, крепче сжимая руль. — Давайте так, — собираюсь с мыслями, — я вам скажу правду, а вы больше не будете поднимать эту тему.       Она ничего не сказала: ожидает от меня дальнейших слов. Ну, раз хочешь правду, то придётся говорить как есть, хоть и неловко. — Это было проверкой для меня, дабы убедиться, что мне нравятся парни, — руки похолодели от сказанных собою слов, — и проверку я на тот момент не прошла. — И как ты это поняла? — Каролина сощурила взгляд, но по прежнему смотрела на дорогу. — Но я же сказала не… — Отвечай, Эстер, — спокойным, но требовательным тоном говорит женщина.       Внезапный горячий румянец вспыхнул на щеках, а взгляд метнулся в сторону, словно поймала себя на чём-то запретном. Тяжесть в животе стала заметно ощущаться; время замедлилось и каждый миг казался вечностью. Каждое слово, каждый взгляд становились испытанием, словно экзамен, на котором забыла абсолютно всё, что учила. — Так получилось, что во время поцелуя я представила совершенно другого человека, — произношу на одном дыхании. — И кого же? — на её лице теперь играет лёгкая хитрая ухмылка. — Ну, — заливаюсь алой краской ещё сильнее, — явно не Айдена. — А конкретнее? — Ох и любите вы издеваться, Каролина Альбертовна, — думаю как бы перевести тему, — кстати, спасибо за первое место.       Она непонимающе смотрит на меня, нахмурив свои брови. Ну что ты, дорогая, не притворяйся. — Я видела ваши стрелочки в чужом листке, — тихо хихикаю, — если бы не вы, то я была бы на втором, а то и третьем месте. — Совсем не понимаю о чём ты говоришь, — та непринуждённо осматривается по сторонам.       Внезапно в моём кармане завибрировал телефон. Смотрю на дисплей и вижу, что эта Мария. Давненько от нее не было вестей, затихла уж совсем. — Эстер, я такая дура! — плакала девушка, шмыгая носом. — Что случилось? — меня будто окатило холодной водой из ведра. — Ден, кажется, нашёл девушку, — хнычет в трубку, — а я, идиотка, все эти годы его любила и молчала…