25-й кадр

Если можно было бы забыть прошлое. Просто по щелчку пальцев, отключить болезненные воспоминания, многим людям жилось бы намного лучше. Как бы люди не старались вспоминать только хорошее, на смену ему накладываются другие кадры. Они проскальзывают незаметно, после двадцать четвёртого. И называются, двадцать пятыми. Человек их не замечает, но подсознательно цепляется за них. И это полностью меняет всю картину. Когда Чонгук вспоминал про Тэхёна, он сначала видел того веселого и талантливого парня, который любил крепкий чай и горький шоколад. А потом в одно мгновение, он видит его стоящего на коленях, с безумными глазами, вымаливающего денег на очередную дозу. Всё. Целостность нарушена. Картинка испорчена. Чонгук стоит спиной. Он не видит людей, стоящих позади него. У него в голове хриплый, немного болезненный низкий голос, эхом повторяющий «Добрый день». И Блу, который так и не сдвинулся с места, продолжая сжимать руку Чонгука вместе с этой бабочкой. Жизнь остановилась именно на этом моменте, в этой самой комнате. Ничего уже не важно. Ни Джиён, сидящая позади них, ни работа, ни Архитектор. Важен только этот голос. - Вы ещё не начали? Ну и райончик конечно, - недовольный голос Тэмина, доносился из коридора. – Дверь была не заперта, поэтому я не стал зво … нить. И снова тишина. Блу закрыл глаза, сжимая руку Чонгука ещё сильнее. Через несколько секунд послышалось как Тэмин вышел обратно в коридор. И ещё через какое-то время, входная дверь громко хлопнула. Тэмин ушёл. - Почему он ушёл обратно на улицу? – спросил Чонгук у Блу, про Тэмина. Его голос не дрожал. Он был мёртвым. - Я не знаю, что тебе ответить, - Блу отпустил руку Чонгука, и отошёл в сторону. Чонгук опустил взгляд на бабочку, и чуть помедлив, положил её на подоконник. На улице всё так же играли дети, кто-то ругался. Сквозь пелену, застилающую глаза, Чонгук увидел Тэмина, который облокотился на капот, и закурил. На первый взгляд, всё тянулось мучительно долго, а на деле, прошло не больше пяти минут. И всё это время, находящиеся в комнате – молчали. Не поднимая голову, Чонгук развернулся лицом к присутствующим. Он заметил краем глаза Джиён, сидевшую на диване и сжимающую платье. И чуть дальше, две пары ног, стоящих возле двери. Один из них, точно был Кибом. Он запомнил эти рваные джинсы. Но вот второй. - Что происходит? – затушевался Кибом. – Господин Чон, с вами всё в порядке? Я хотел вас познакомить, это … - Завали ебало, - огрызнулся Блу, стоявший возле стены. – Просто сейчас нужно немного помолчать. И вообще, лучше выйди за дверь. Кибом сразу заткнулся, и прислушался к словам Блу. Теперь они остались в комнате вчетвером. - Блу, - протянул Чонгук, немного теряя связь с реальностью. – Почему этот человек молчит? - Мне кажется, потому что ему, нечего сказать. Чонгук, не отрывая взгляда от длинных и очень худых ног, издал какой-то мучительный, гортанный стон и сразу закашлялся. Ему становилось хуже с каждой минутой. Нужно просто посмотреть. Сильно зажмурившись, он поднял голову и распахнул глаза. Это не может быть правдой. Перед ним стоял очень худой мужчина, в безразмерной кофте, и старых шортах. Он был босиком, и выглядел не совсем опрятно. Губы у этого человека дрожали, а глаза … Он смотрел на Чонгука. А Чонгук смотрел на него. Его начало подташнивать. Чонгук снова немного пошатнулся, и сделал шаг вперёд. Он шёл как будто в замедленной съемке, вытянув руки вперёд. Мужчина сделал шаг назад, к двери. - Не смей двигаться, - не своим голосом вскрикнул Чонгук, за секунду сократив расстояние между ними. Чонгук схватил его за руку, и прижал к себе, настолько сильно, чтобы почувствовать тепло. То самое, которое доказывает реальность всего происходящего. Которое Чонгук боялся не почувствовать, как в том сне. То тепло, доказывающее, что человек жив. - Господи, - взвыл Чонгук, утыкаясь носом в спутанные волосы. От него пахло табаком, и чем-то терпким. – Боже мой, Тэхён. Ноги больше не держали. Чонгук опустился на колени, уткнулся лицом в его живот и завыл. Это были не слёзы. Плакать могут над грустной книгой или фильмом. Плачут люди от счастья, или из-за того, что провалили экзамен, или собеседование. А Чонгук выл. Он захлёбывался слезами, и кричал. - Что такое? – Кибом забежал в комнату, и замер. – Я не понимаю … А разве он мог понять? Как такое вообще можно понять? Блу тихо встал, пихнул Ки за дверь, и закрыл её. Это не его дело. - Тэхён, - кричал Чонгук, куда-то в район его живота. Он цеплялся руками за кофту, пытаясь не упасть. – Я … Я … - Этого не должно было случиться, - Тэхён не отталкивал Чонгука, но и не успокаивал его. Он смотрел стеклянными глазами, куда-то вперёд. – Мы не должны были встретиться. Если бы Ки мне сказал, кто приедет, то тебя бы здесь не было. - Почему? Двенадцать лет, Тэхён … - Потому что я умер. Тэхён сделал шаг назад, и Чонгук окончательно упал на пол. К нему сразу подбежал Блу вместе с Джиён, и начали его поднимать. Чонгук задыхался от слёз и хватался руками за горло. Поднять его с пола не представлялось возможным. - Твою мать, - выругался Блу, пытаясь сохранить остатки самообладания. Чонгук не в себе, Тэмин ушёл, а Джиён вообще не понимает, что происходит. – Малой, если он сейчас здесь откинется, я убью тебя своими руками. И клянусь, я не побоюсь сесть за решётку. Блу подошёл к нему, и несильно схватил за кофту. Он не знал, что обычно делают люди, когда видят давно погибших родственников. А Тэхён, для него был одним из самых близких людей. И единственный человек, по которому он плакал. Никто сейчас не обращал внимания на то, как плохо выглядит Тэхён. И дело совсем не в нехватке денег на личные нужды. Тэхён хоть в чём-то не соврал в последнем письме. Он не справился. - Не трогай его, - умоляюще взвыл Чонгук, заметив, что собирается делать Блу. – Только не надо … Не бей. - Мы потом обязательно всё обсудим, - как можно мягче обратился Блу к Тэхёну. – Он тебя, сука, любил всю свою жизнь. Ты видел, что с ним происходило после твоей «смерти»? Даже мы не смогли его окончательно вытащить. Никто из нас. Пошёл к нему, сейчас же. У Тэхёна не дрогнула ни одна мышца на лице, но он всё же послушал Блу, и подошёл к Чонгуку. Джиён сразу отошла в сторону, как только Тэхён опустился на пол рядом с Чонгуком. - Тебе больно, Чонгук, - Тэ положил ладонь на его грудь. Сердце Чонгука билось в сумасшедшем ритме. – Ты этого не заслужил. Эти пальцы. Даже через рубашку, Чонгук чувствовал его тепло. Он хотел взять Тэ за руку, но тело не слушалось. Такое чувство, что Чонгук вот-вот отключится. Это не должно случиться. Не сейчас. Вдруг он потеряет сознание, и снова проснётся в Сеуле. Один, без Тэхёна. - Блу, - прохрипел Чонгук, уставившись красными глазами на руку, в районе своего сердца. – Вызови скорую помощь, пожалуйста, - тот незамедлительно потянулся за телефоном, набирая нужный номер. – И, Тэхён … - Что? – тихо спросил Тэ, нервно кусая губы. - Иди собирайся, - Чонгука колотило так, как будто его окатили ледяной водой. Никто даже не представлял, как тяжело ему давалось каждое слово. – Мы … уезжаем. - Куда? – снова спросил Тэ, придерживая второй рукой Чонгука, чтобы тот не упал. Его голос по-прежнему был ровный и тихий. Как будто от прежнего Тэ, осталась одна оболочка. - Домой.