Кошмары во спасение

Чжун Ли узнал о существовании Люмин задолго, до того как они встретились. Она ему очень часто снилась. Они никогда не разговаривали. Не редко она вообще его не замечала. Моракс видел как она блуждает в чаще темного леса, клинком прорубая себе путь, среди колючих кустов и терновника, который ранил ее тело и руки, что не могло защитить лёгкое белое платье. Этот сон был мучительно долгим для них двоих, почти бесконечным. Где один наблюдает, а другая ищет. Ищет так неистово и беспокойно, что становится почти физически больно, смотреть на то, как девушка себя ранит. И этот кошмар всегда заканчивался одним и тем же: Люмин доходила до огромного синего озера, посреди которого парила перевёрнутая статуя обвиваемая миазмами бездны, а затем звучал пронзительный крик из ее уст, что разбивал этот странный мир на миллиарды черных осколков. Порой после ночных мучений, Моракс не мог поверить, что проснулся. Ему казалось, что там все и закончится. Его жизнь, стремления, желания… Это было проклятое место, которое почему-то никак не хотело его отпускать, и не его одного, судя по всему. °°° Они снова были в этом мире никогда не заканчивающейся ночи, бескрайнего темного леса и тускло светящихся точек на черно-пурпурном небе. Люмин уже была здесь, ее тело было изранено, платье изодрано вклочья, губы девушки безудержно дрожали пытаясь что-то сказать, но изо рта не вылетало ни звука. Этот мир потерял все звуки. Моракс чувствовал, как сильно давит тишина на его уши. Он не слышал ничего, как бы сильно не пытался. И это пугало. Путешественница пыталась что-то говорить. Она явно обращалась к нему, пока на ее коже появлялось все больше ран и царапин. Чжун Ли хотел помочь ей так сильно, что эмоции начинали его подводить. Они находились друг от друга не более, чем в десяти метрах, так почему ему казалось, что каждый шаг давался ему так, словно он увяз в густой смоле. И сколь бы большой шаг мужчина не делал, расстояние никак не хотело сокращаться. Девушка пыталась его остановить, и Моракс даже не мог понять почему, пока его тело не стала пронзать нестерпимая боль, что раздирала его кожу и одежду, оставляя глубокие кровоточащие шрамы. Только тишина оглушала сильнее, чем боль. Чжун Ли тянул к ней руку, чтобы быть хоть чуть-чуть ближе. Они не знали сколько времени прошло, прежде чем их руки коснулись друг друга. Люмин плакала так отчаянно, но все ещё не слышно. Девушка вцепилась в лацканы его плаща падая на колени, силы полностью покинули ее. Она продолжала говорить, но мужчина не слышал: — Помоги! Помоги! Помоги! Моракс упал на колени. Как же сильно он устал. Приподняв голову Люмин рукой и заглянув в глаза сказал четко: — Просто кричи! Он не знал поняла ли девушка его, потому что тишина никак не хотела рассеиваться. Но не прошло и пяти секунд, как мир рассыпался на осколки, и он наконец услышал: «Помоги мне!» °°° В следующий раз Моракс оказался в том недружелюбном месте один. Ему даже показалось, что лес стал ещё гуще, как и трава, в которой утопали ноги, почти по колено. Звуки как ни странно были на месте: шелест листвы, шепот травы, далёкий вой волков и шуршание чего-то под ногами, что непрестанно двигалось вокруг него. Было неприятно, ведь его не покидало ощущение, что за ним следят миллионы глаз, которые ждут его смерти. Что делать, Чжун Ли не знал. Раньше оказываясь здесь он следовал за той девушкой, но сегодня ее рядом не было. После зова о помощи, в течении нескольких месяцев его перестал преследовать этот кошмар. И вот, в этот раз он снова тут. Оглядевшись, Моракс не пришел ни к чему, со всех сторон окружал непроглядный лес, никакой тропы или ориентира не было. Возможно и не существовало никогда. Только вот тогда как она всегда безошибочно находила то озеро, каждый раз, никогда не ошибаясь? Сделав шаг вперёд, мужчина оглянулся и понял, что путь обратно будет уже не найти: трава примятая его ногой, вернулась в состоянии, словно там никто никогда и не стоял, даже частично пустившие сок и порванные травинки. Это была очень плохая новость. Придется идти вперёд. Чжун Ли надеялся, что этот мир цикличный, тогда было бы понятно, почему девушка всегда приходила к озеру, если же нет, возможно он тут сгинет сожранный каким-нибудь существом. Легко проснуться он даже не надеялся, все слишком настоящее: звуки, ощущения ветра на коже, да и в памяти была свежа та боль, что он испытал пытаясь добраться до Путешественницы. Во сне невозможно почувствовать боль, если в реальности ее не испытывает твое тело. К тому же стоит ее почувствовать, сознание мгновенно просыпается, а значит это не обычный сон. Призвав копье Чжун Ли стал продираться сквозь непроходимый лес. Ветки и щепки летели во все стороны, врезаясь в землю, впиваясь в тело, царапая руки, оставляли кровавые порезы на лице. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что за его спиной все вернулось в изначальное состояние. Если он умрет здесь, то умрет ли в реальности? Эта мысль не давала ему покоя. Когда уже начало казаться, что эта дремучая непролазная чаща не закончится никогда, мужчина наконец вышел к озеру. Только оно было другим: вода стала туманом, а вместо статуи была та девушка, распятая на перевёрнутом кресте. Присев на корточки, Моракс подобрал с берега небольшой камень, который тут же отправился в туман. Как он и думал, дна нет. Но почему он так думал? С самого начала, декорации этого мира казались ему отчего-то понятными, а иногда даже предсказуемыми, словно он делал их сам. Только вот смысла в этом не было никакого. Он не знал эту девушку. Он никогда с ней не встречался. Не видел этот мир, и уж тем более не мог его создать. Но что-то не давало ему покоя, одна неуловимая деталь, которая маячила на периферии сознания. — Выходи! — твердо сказал Рекс Ляпис. — О, — справа от него послышался удовлетворённый голос, — Какой ты всё-таки догадливый. Чжун Ли повернул голову на звук, перед ним стоял он сам. И отличить бы их было невозможно, если бы не следы коррозии на лице его копии. — Зачем весь этот спектакль? — устало спросил Моракс, — Что ты хотел мне этим сказать? Какой в этом смысл? — мужчина обвел рукой окружающее их пространство. — Не ври себе, — ответила копия, фривольно облокачиваясь на плечо Рекс Ляписа, — Ты уже обо всем догадался, — улыбка тронула его губы, но не глаза, — Она, — он указал рукой на хрупкую девушку, что находилась без сознания, — твое спасение, от меня. Если найдешь ее, спасёшь себя. Спасая ее, спасёшь себя, запомни. — Тебе-то какой толк от этого? Не проще оставить все как есть, чтобы я сгинул побыстрее? — Нет, ни в коем случае, — сказал двойник, обнимая Чжун Ли за плечи, — Если умрёшь ты, умру и я, но чуть позже. А так, я всегда буду рядом с тобой, пусть маленьким и надоедливым комочком где-то в районе сердца, но рядом. Быть коррозией не так уж плохо, хотя человеком мне нравилось быть больше. — Чжун Ли… — Что? Я знаю, что ты знаешь мое имя. Но теперь оно твое, и я даже рад… — теперь улыбка копии была более искренней, — Иди, спасай принцессу. Она правда этого стоит. Туман рассеялся. Пропал и его двойник. От его ног, прямо к центру озера пролегала каменная тропа. По ней идти было так просто, но на душе было невыносимо тяжело. Кто же мог знать, что эти сны, проказы его старого друга, часть души которого из-за невыносимого горя, поглотила коррозия его тела. А тот как обычно решит его спасти в своей дурацкой манере. Девушка легко опустилась в подставленные руки, словно до этого и не была прикована цепями к кресту. Она была лёгкой и маленькой, в этот момент Моракс казался себе грузным великаном. Пройдя обратно на берег, мужчина сел на траву, положив Путешественницу головой к себе на колени и стал ждать пробуждения. В этом мире наконец, впервые за долгое время, занимался рассвет. °°° Люмин сидела на диванчик в бюро Ваньшен напротив Рекс Ляписа. На столике между ними стоял чайник с горячим чаем, две низких чашечки и блюдце с печеньем. Они должны были давно поговорить. Но ни она, ни он не знали с чего начать. — Знаешь, — начала Путешественница, — До того, как я тебя встретила, мне снились сны о человеке, который мне помогал. Но тогда, я ещё не знала тебя, да и все было смазано и запутано. Но после того, как я увидела тебя, ко мне словно вернулась память. Бессчётное количество снов, миров, жизней, спасений… И все это для меня делал ты… Я не знаю зачем. Люмин опустила голову так низко, насколько это было возможно. Она не хотела чтобы Чжун Ли видел те эмоции, которые обуревали ее в этот миг. Между ними во снах все было проще и понятнее, чем в реальности. Там не нужно было контролировать себя и свои желания. Где-то там они были к друг другу ближе, чем просто друзья, где-то только встретились, где-то любили до безумия ломая чужие судьбы… А где-то она хотела получить его сердце: живое, бьющееся, истекающее кровью в ее руках. В реальности же, они знакомы не больше месяца. На что вообще можно рассчитывать? Но он ей был нужен, а она ему. Они знали об этом, но делали вид, что их желания ни на что не влияют, продолжая сближаться. Сама судьба словно сталкивала их лбами в немыслимых приключениях настоящего, выкручивая кости и заставляя действовать вместе за одно. Мужчина молчал. — Я, — продолжила Путешественница, — готова обменять абсурд снов с любовью, ненавистью, первым знакомством, спасением, семьёй, на безнадежную реальность. Я не могу иметь там все, а просыпаясь окунаться в суровую действительность. Это слишком больно. Меня тянет к тебе, но в тоже время я тебя боюсь. — Я тоже готов, — сказал Чжун Ли, — Но я не знаю, как прекратить наше путешествие в грёзах… У меня нет сию секундного решения. Но если ты хочешь, я его найду. — Хочу, — Люмин вскинула голову, смотря на мужчину грустными, но сияющими глазами, — И не хочу, — добавила она, — ведь тогда мы потеряем друг друга. Отношения между ними были сложными и запутанными. Порой даже самые простые мысли было невозможно выразить словами. Во снах у них не было никого ближе и роднее, в реальности же, они словно чужие, почти незнакомцы. Иногда от осознания этой мысли хотелось заплакать, а может закричать. Их обоих мучала эта граница отчужденности, каждый из них боялся сделать что-то не то и все сломать. Но если не сломать старое, то не построить новое, ведь так? Неловкость. Огромный ком неловкости затопил весь кабинет, а тишина напоминала вязкую патоку. Что им делать? Где-то там они служили друг другу, где-то там они преклонили колени в клятве, где-то там у них была почти бесконечная ночь любви. А здесь? Здесь лишь молчание. — Я пойду, — наконец сказала Люмин, вставая с дивана. До двери буквально пара шагов. Сейчас ни Чжун Ли, ни Путешественница не могли сделать шаг навстречу друг другу. И из-за этого между ними что-то треснуло. Так громко, словно рядом взорвался фейерверк. Но нет, это просто упал стул, когда Моракс резко встал, в попытке остановить Люмин. Его стремительность действий заворожила ее. Дверь которую она почти открыла на распашку, захлопнулась с оглушительным хлопком, заставляя вздрогнуть. —  Я не могу отпустить тебя. Хочу, но не могу, — Моракс нависал над девушкой, как скала, — Но и сделать ничего не могу. Мужчина был непозволительно близко, почти вжимал ее в несчастную дверь, в которую упиралась его рука. Его загнанное дыхание шевелило волосы у нее на макушке. Люмин не могла видеть лица Чжун Ли, просто потому что роста была не большого, но эту бурю эмоций ощущала кожей. Воздух между ними словно наэлектризовался. Дышать стало трудно. Все что можно было сказать, уже сказано, остались только действия или их отсутствие… Все что произошло дальше не было чьим-то гениальным планом или велением судьбы. Это был просто один надоедливый Предвестник, который, ходил к Чжун Ли, как к себе домой. И позволял себе открывать дверь кабинета чуть ли не с ноги с радостным до одури лицом. Результат не заставил себя ждать. Ни Люмин, ни уж тем более Моракс не ожидали, что толчка двери хватит для того, чтобы уронить их обоих. В попытке защитить, мужчина подхватил Путешественницу на руки, но по инерции сделал ещё несколько шагов назад и запнулся за ранее уроненный им же стул. Падение было болезненным. Мужчина стукнулся затылком об пол, в глазах вспыхнули звёзды разной степени яркости. Люмин же будучи на руках, в панике, не знала за что схватиться, пока на глаза не попались лацканы плаща, они и стали жертвой ее цепких пальцев. А она уже жертвой инерции.  То что произошло далее, сложно назвать поцелуем, они просто ударились губами и зубами друг об друга, разбивая их в кровь. У обоих из глаз брызнули слезы. Сзади послышалось сдавленное: — А? Ой! Две пары злых глаз уставились на незваного гостя. — Я позже зайду! — Чайлд с невероятной, даже для Предвестника скоростью, нащупал ручку двери и захлопнул ее с той стороны. — Убью, — прошептал мужчина, стараясь почти не шевелить губами. Люмин на это улыбнулась, из-за чего разбитая губа, разошлась ещё больше, набухшая капля крови устремилась к подбородку. — Чайлд соединяет сердца, правда методы так себе, — сказала девушка, слезая с Моракса и помогая подняться. — В следующий раз, лучше разберемся без его помощи, целее будем, — улыбка тронула разбитые губы Чжун Ли, причиняя боль. Неловкость исчезла между ними. Они со всем справятся, рано или поздно. Этот толчок то, что им было необходимо, чтобы не потерять друг друга. Глупо, но действенно.