Время первой любви

– Дайсу, передай мне мою сумку, – Рамуда протянул вперёд руку. Дайс ткнул пальцем в свою щёку, Рамуда вопросительно уставился на него. Дайс ткнул ещё раз. – Сумку, Дайсу. Дайс покачал головой и снова показал на щёку. – Я не стану тебя целовать, даже не мечтай, – Рамуда закатил глаза, встал со своего места и сам прошёл к сумке. Дайс улыбнулся и снова склонился над своим заданием по математике. Гентаро молча наблюдал за всем этим, ему явно не хватало ведра попкорна под рукой. – Как же вы проживёте друг без друга целых полтора месяца каникул? – полюбопытствовал он. Июль был уже совсем близко. В конце недели Дайс сдаст задачи, получит нужные баллы и сможет больше не волноваться о летней школе. А там уже и до каникул недалеко. Сейчас они втроём сидели в клубной комнате Гентаро. Дайс занимался математикой, а Рамуда помогал ему с этим и одновременно Гентаро с наведением порядка на книжных полках. Они расставляли книги по авторам и изданиям и сортировали клубный самиздат по выпускам. Дайс и не догадывался, что их школа выпускает сборники повестей учеников, а Гентаро там, оказывается, даже публикуется. – Кто сказал, что мы не будем видеться летом? – спросил Дайс. – Вот-вот! Давайте много гулять на каникулах! – подхватил Рамуда и высыпал на стол конфеты, которые достал из сумки. – И попьём чаю! У меня от этих каталогов уже в глазах троится. – А кроме конфет ничего нет? – в животе у Дайса красноречиво заурчало. – Нужно сходить до автомата, – сказал Гентаро, заглянув в чайник. – Вода тоже закончилась. – Я схожу! – Рамуда вскочил с места. Очевидно, его усидчивости не хватало надолго, и он только и ждал возможности размять ноги. – Что тебе взять, Дайсу? – Онигири. – А тебе что-нибудь нужно, Гентаро? – Хм-м, я бы тоже перекусил онигири. – Значит, вода и онигири! – Рамуда схватил кошелёк и в мгновение ока выпорхнул из класса. – Он реально ненавидит сидеть на одном месте, – Дайс покачал головой и потянулся. Вообще-то, он тоже не славился усидчивостью. – Его довольно легко увлечь рисованием или рукоделием, но не таблицами и монотонной работой. – Но он всё равно помогает Джингуджи-сенсею. – Верно. Даже если Рамуда кажется легкомысленным, он ответственно относится к своим обязанностям, – Гентаро сел напротив Дайса, наблюдая за тем, как тот собирает учебники. – Дайс. – Ась? – Зачем ты его дразнишь? – В смысле? – Дайс отодвинул книжки и посмотрел на друга. – Я имею в виду, – Гентаро заправил прядь волос за ухо, подбирая слова, – это не проблема, и я не считаю, что ты поступаешь неправильно. Не мне, знаешь ли, говорить об этичности подобных шуток. Дайс улыбнулся. – Это точно. – Мне скорее интересны твои мотивы. – Мотивы? – Да. Чего ты от ждёшь от Рамуды? Ты бы хотел, чтобы он ответил на твоё признание? Что ты будешь делать, если Рамуда тебя отвергнет? – Хм-м, – Дайс откинулся на спинку стула, покачиваясь на двух ножках, и задумчиво уставился в окно. Потихоньку собирались тучи. – Да ничего. Ничего не жду. Он может не отвечать мне, если не готов или просто не хочет. Я не стану ничего делать, если он ответит отказом. Гентаро вскинул бровь. – Тогда зачем ты признался? Знаешь, вообще-то по твоему поведению давно всё было понятно. Рамуда делал вид, что не замечает, чтобы не усложнять отношения между вами. Пожалуй, так оно и было. Дайс понимал, что его можно прочесть как открытую книгу, но всё же прямое заявление в лоб, да ещё и от Гентаро, заставило его щёки зардеться. Он потёр заднюю сторону шеи и вздохнул. – Мне просто захотелось ему сказать, – он упрямо уставился на друга. – Гентаро, мне неважно, нравлюсь ли я Рамуде. Мне достаточно просто быть с ним рядом и знать, что у него всё хорошо. Мои чувства к Рамуде не накладывают на него никаких обязательств. Он просто милый, когда краснеет, поэтому я дразню его, – Дайс довольно оскалился. Всё это было правдой. Дайс был достаточно сильным, чтобы справиться с то и дело возникающим желанием, когда Рамуда оказывался чересчур близко. Он, в конце концов, не животное, и может держать себя в руках. Точнее кое-что своё в штанах. Получить даже один поцелуй от Рамуды уже было огромной удачей, и Дайс дорожил этими воспоминаниями, пусть тактильные ощущения и все детали уже подстёрлись, и осталось только знание, что этот поцелуй произошёл. – Что ж. Этот ответ меня удовлетворяет, – Гентаро кивнул сам себе. – Я рад, что Рамуду любит такой хороший человек, как ты. Дайс хмыкнул и положил голову на парту. Где там носит Рамуду? Он хочет свои онигири сейчас же. Стоило только об этом подумать, как дверь резко отъехала в сторону, и Рамуда влетел в кабинет со звонким «та-да-а-ам!». В одной руке у него была бутылка воды, в другой несколько упакованных в прозрачные пакетики онигири. Он свалил свою ношу на стол и выдохнул. – Как же жа-а-а-арко! И душно. Похоже, будет гроза. – Сезон дождей уже наступил, как-никак, – прокомментировал Гентаро, наполняя чайник водой. В последние дни и правда регулярно поливало, но жарко было всё равно. Где-то вдалеке громыхнуло, Гентаро закрыл окно, чтобы дождь не залил подоконник. Чайник вскипел, и они сели перекусить. Дайс не успел доесть даже первый онигири, как за окном образовалась уже стена дождя, будто кто-то резко включил душ на полный напор. – Вот это да! – Рамуда подбежал к окну. – Хочу побегать босиком по лужам! – Даже не думай, я не буду вытирать после тебя пол, – Гентаро поставил чашку на стол и оглянулся на Рамуду, едва не вжимавшегося лицом в оконное стекло. Что касалось Дайса, то он не был уверен, что выдержит то, как просвечивает тонкая ткань мокрой рубашки. – Бу-у-у, зануда Гентаро! – Рамуда состроил недовольную моську, а затем вновь восторженно уставился во двор. Дождь заливал дорожки и деревья, за его стеной можно было лишь различить контуры соседних строений. Сверкнула молния, затем снова раздался гром, на этот раз гораздо ближе. Капли барабанили по окнам и крышам. Дайсу подумалось, что было бы здорово побегать с Рамудой под дождём, когда начнутся каникулы.