Ты мой соперник, не более.

      31 мая, последний день весны, а Ваня идет на тренировку по танцам. Школьники бегут домой крича «Прощай школа», одиннадцатиклассники отпускают шарики, кто-то из них плачет уже скучая по школе, кто-то радуется, что мучения закончились, и только Ване нечего делать, кроме как идти на танцы. Черная футболка болтается на парне, серые спортивные штаны тоже висят, но уже как мешок с картошкой. Погода прекрасная, чистое голубое небо, по которому плывут легкие облака, каждое из которых напоминает абсолютно разные для каждого человека формы, яркое солнце, лучи которого бьют в глаза, приятный запах расцветающей сирени чувствуется по всей улице, а крона деревьев почти полностью зазеленела. Настроение настолько же хорошее, как погода. Улыбка растянулась до ушей, глаза блестят, а в голове гуляет ветер, ведь все слишком хорошо.       Шаг за шагом, метр за метром и парень все ближе и ближе к залу. Осталось еще два квартала, времени предостаточно, так что ускоряться Ване не требуется. Парень завернул за угол, уже издалека была видна кислотно-оранжевая дверь с расписанием работы зала. Около входа ошивалась какая-то непонятная кучка подростков. Подойдя ещё ближе, Ваня увидел своего тренера, который разговаривал с девушкой. Она была ниже его роста, улыбка не сходила с её лица как и взгляд, который кокетливо осматривал мужчину напротив. На ней был одет черно-белый лонгслив, как и на шайке, которые бурно разговаривали в небольшой кучке. Ваня решил не останавливаться, а дальше идти в зал, чтобы рассмотреть все намного ближе. Оставалось пару метров и уже отсюда было хорошо видно, насколько тренер был веселым разговаривая с данной особой. Доверия она не внушала, но на вид все же была миловидная, даже очень. Танцор стоял почти у двери и кинул в сторону главного: «здрасте», на что тот получил небольшой кивок, не отводя глаз от собеседницы.       Ощущение было странное, будто та девушка затеяла что-то очень грязное по отношению к команде Вани, но забить болт на это пришлось, ведь скоро соревнования которые могут выбить их на всероссийский уровень. Юноша прошел небольшой коридор, в котором стояло пару таких же оранжевых как дверь диванчиков, и приблизился к белой двери с надписью «раздевалка».       Бессмертных надо было только закинуть рюкзак в шкафчик и переодеть обувь, что все равно не сильно хотелось делать. В небольшом помещении стоял Саша, парень переодевал футболку в которой пару минут назад запутался и не мог нормально надеть её на себя. Закрыв дверь, Ваня посмотрел на друга, его пробило на тихий смех от увиденного. Хоть Ваня и видит Сашу каждый день, но в таком глупом положении нечасто. — Кто ржет? — услышав тихий смешок Бессмертных, решил выпалить Саша. — Привет, ха-ха. Че, не мог футболку нормально одеть или как? — шутливо спросил у друга Ваня. — Да, Вань, бля-я-ять, ладно. Как дела хоть? — распутался наконец-то Саня из футболки, которая начала свисать вниз, закрывая вид на пресс друга. — Ну щас тогда, я обувь переодену, пять сек, — Бессмертных скидывает портфель с плеча на скамейку и начинает открывать его. В сумке лежала сменная обувь в виде белых форсов. Минуты хватило, чтобы подготовиться к тренировке. Юноши вышли из помещения, выключив за собой едкий оранжевый свет. В зале уже сидели на скамейке Таня, Денис и Вова. По их лицу было видно, что они понимают предстоящие события и то, какая в жизнь придет жопа. Парни сели рядом с уже уставшими сокомандниками. Андрей Антонович увидел, что с ребятами что-то не так, да и настроения у них не было, решил завязать разговор. — Ну что родные мои, как настроение? По вам кажется, будто у вас сдох кто-то, — с юмором у Андрейки все плохо было, поэтому все только покосились на него и стали дальше кто в пол смотреть, кто в телефоне залипать. В общем продолжать то, что делали до этого. Ваня с Сашей сидели и разговаривали про доту, Ваня как кот сидел и ежился под взглядом друга, слишком некомфортно ему сегодня, слишком сложно воспринимать, что за лето он вообще не отдохнет, а опять будет бегать в пять-шесть утра на вокзал в надежде не опоздать на поезд. Быть танцором — очень, очень, очень, очень сложно и иногда занудно. Никто не мог понять, насколько ужасно почти каждый день гонять один и тот же номер, под одну и ту же музыку, с одним и тем же мотивом, казалось будто крыша прямо сейчас же съедет и больше никогда не решится снова оказаться на месте. Когда до тренера дошло, что те немного не поняли мотива его разглагольствий, он все же решил попробовать второй раз заговорить и уже начать диалог адекватно: — Неудачно получилось, знаю. В общем, че вы, как дела? Готовы к соревнованиям? — в надежде услышать хоть «ага» в его сторону. Глаза бегали по лицам подростков. Ваня не был эгоистом и пока в зал заходила оставшееся команда и садилась либо на пол, либо на скамейку, но оставалось места на три-четыре человека, поэтому все устроились в круг вокруг Антоновича, Ваня наконец-то ответил: — Да вроде нормально все, на самом деле волнуюсь, к тому же я солист… Но ощущение не такие как пять лет назад, — усмехается Ваня, ожидая какую-то ответную реакцию тренера или похожий ответ от сокомандников. Разговор все же поддержал Вова, сидевший с Лехой, который пару минут назад зашел в зал.       Все потихоньку вливались в разговор и начали делится как прошел выпускной, как с концом учебы и вообще рассказывать свои планы на будущий месяц или даже год. Один из сокомандников спросил про соревнования, что-то по типу: «А с кем мы соревноваться-то хоть будем?» — на что получает довольно позитивный и спокойный ответ: — Я знаком с тренером самых сильных для нас противников, это Светлана Андреевна, мы с ней в отличных отношениях, так что я уверен, что не будет никакого жульничества, как в прошлый раз поступили «ZAVOD», до сих пор смешно с того, как они прокололись, — начал рассказывать Андрей. Все посмеялись с той ситуации с заводом, но вот Ваня заострил внимание на другом моменте. Их тренер общается с другим тренером так ещё и девушкой? За последнюю неделю это было самое интересное происшествие. Мозг Антоновича будто запудрили белой пудрой, которая создала плотную пелену и перекрыла все его стандарты. Сам педагог не раз утверждал, что «общаться с тренерами ваших противников — жульничество! Вы можете договориться с ними или подкупить, а мы только за справедливую победу!», каждый слышал это по несколько раз за неделю, каждый помнил про это, но тут вдруг сам тренер перечит себе? И тут Ваня вспомнил ситуацию, которая произошла минут двадцать пять назад от силы. Он был влюблен в эту некую Светлану Андреевну. Именно она и стала этой пудрой, которая все перекрыла. Этот влюбленный взгляд при разговоре глаза в глаза, эти увеличивающиеся зрачки, когда тот вспоминал или упоминал её. Все факты указывали только на одно — влюбленность. В некоторые моменты педагог вел себя как та самая шестиклассница, которая влюбилась в одиннадцатиклассника и ничего не может ему сказать. Ситуация похожая, только тут Андрей Антонович отрицает слова, что влюбился по уши, от кончиков пальцев до кончиков волос, он утверждает обратное и что все ребята с ума сошли. Не став долго мусолить эту тему, он отъехал на стуле назад и начать лазить в телефоне, чтобы хоть куда-то деть свой взгляд, хоть чем-то занять себя. Включив какую-то больно веселую песню, движением руки вглубь зала он просит «начать бег по залу» и отъезжает в сторону, чтобы никому не помешать. Никто не стал спорить, поэтому сразу все сделали то, что требовалось. Музыка была слишком веселая для привычной депрессии и апатии от тренера. Эти глупые шутки увеличились в двое, их и так всем хватало, а тут ещё больше. Эта улыбка, которая открывала вид на все белые зубы. Это было по новому, было не таким как всегда. После пробежки неизменно была остальная часть тренировки, все было как раньше, кроме музыкального сопровождения.       После начала тренировки прошло около получаса, начиналась репетиция самого номера, команда прогоняла его перед соревнованиями, они давно мечтали выйти на всероссийский уровень.

***

— Всем удачи, послезавтра жду в костюмах! Надеюсь увидеть всех. Любите маму и мойте руки с мылом, это главное! — крикнул со смешком в след тренер, что неизменно в нем было, так это коронные фразочки.       Почти у каждого в коллективе фраза была своя. Если начать перечислять, то можно будет засесть на год, расписывая и вспоминая их всех. Из-за них выходили все потные, грустные, но все же в душе был маленький клочок счастья. Несмотря на все происходящее вокруг, что-то сияло в каждом, что-то добавляло масла в огонь. Скорее всего это ощущение, что ты не одинок, а у тебя есть любимая команда, лучший тренер и время, которые ты проводишь с позитивом, хоть и выходишь потом с кислой гримасой. Кто-то скажет, что танцы это даже не вид спорта, это просто кружок, занятие. На самом деле танцы это то, ради чего некоторые люди живут. Когда ты танцуешь, каждая клеточка твоего тела переполняется дофамином, мы ощущаем то, чего не могут почувствовать обычный человек. Танец — это сплошное движение, в котором тебя изначально сопровождают, а потом можешь сам выбирать в каком направлении тебе двигаться и стоит ли тебе оттуда уходить. И именно с такими эмоциями выходит каждый танцор из зала, пусть и кажется он грустным. Это также относится к «89squad’у». Все пошли в раздевалки. Кто-то полностью переодевал свою одежду, кто-то шел как есть, а Ваня снял только обувь и обул уличные кроссы. На улице был прохладный ветерок, который освежал тело русого. Каждая клеточка открытой кожи дышала свежим воздухом. Стало намного легче как на душе, так и физически, с Вани слетело несколько литров наверное пота, после того как его огрело долгим и сильным потоком воздуха. Шаги были легкими и веселыми, все ближе и ближе парень подходил к своему дому. Дома ждала мама, которая после прихода сына в квартира накормит его, обнимет, поможет и сделает все, только бы юноша был счастлив. Отца все равно нет, так что женщине ухаживать остается только за сыном. А он и не против, рад, если от этого будет хорошо на душе, родная мать любит его больше нужного, и если не было бы этой женщины, то Ваня никогда бы не почувствовал этой жизни на вкус.       Когда Ваня зашел в квартиру, его ждала мама и делала она все, о чем и думал Ваня. Наталья была прекрасна как внешне, так и духовно. Она была для Ивана лучшей мамой в этом мире. К тому же, Бессмертных считал, что когда умирает мать, то значит и ему надо. Без нее он не сможет, просто морально не сможет.

***

      Наступил вечер. Все было каким-то… Странным? Ване было некомфортно находиться дома, на голых участках тела ощущался прожигающий томный взгляд. Будто прямо сейчас какое-то существо залезет в окно и начнет душить парня, который потеряет контроль над своим бледным телом. Мысли пугали, откуда все это у него в голове? Откуда это все в голове именно у Вани? Все показалось слишком мрачным и запутанным, слишком сложным. Каждая секунда проходила все хуже, парню было ещё более некомфортно. Но все заканчивается, прямо как и эти пугающие вещи. Мама робко постучалась в дверь и приоткрыла ее. Матушка сделала пару скромных шагов и перешла границу комнаты Вани и прихожей: — Ванечка, пошли кушать. Ты не ешь уже три дня, одну только воду пьешь. Ты же не сможешь вечно голодать, — мама видела исхудавшего сына, который ходил только на тренировки и… тренировки. Все, на этом был построен каждый день Вани, каждый его день был сложным. Родной человек это видел и знал. Сказать об этом Ване и ограничить его в тренировках? Она пыталась, она это делала, но Бессмертных делал все наоборот. Он уходил из дома к Саше или просто уходил и возвращался через дня четыре после звонка родителя. Родительница его и правда сильно любила, хоть и могла наорать и сделать что-то неприятное в его сторону.       Ваня отвис и начал хлопать своими зелеными глазками с непониманием, что от него хотят и какого черта его побеспокоили. Прокрутив фразу у себя в голове и вдумываясь в каждое слово, Бессмертных наконец-то ответил: — Не, мам, я не хочу. Я не голоден, я в школе ел, — обычная отмазка парня. — Какая школа? Сейчас восьмое июня, тебе одиннадцатого выступать. Хватит врать, Вань, — скрещивает руки матушка и хмурит брови, она хотела, чтобы сын её послушал и просто хотя бы малость поел. -Ой… — До него наконец-то дошло…

***

— Так, сегодня без пробежки, сразу встаем на номер, — хлопает в ладоши Андрей Антонович и с радостью в голосе почти кричит на весь зал.       Настроение было странное, а если точнее его не было. Была только безэмоциональность, серый ком на душе каждого в этом зале. Это случилось из-за смешения эмоций, разных красок, все превратилось в однородную серую массу, но больше всего было волнения, которое просто переполняло всех, потому что завтра одно из решающих выступлений, и уж если они его упустят — можно прощаться с надеждой на что-то большее, чем уже привычный зал и мастер-классы от других тренеров. Команда рассчитывала хотя бы на второе место, как минимум с учетом того, что номер заучили по секунде. Но все же пустота внутри была, этого не избежать. Так же как и не избежать этого состояния команды тренеру, который видит их безэмоциональность на лицах. Поддержать он никак не может, ничего не может сделать, кроме как порадоваться вместе с ними завтра и поддержать как только может (то есть никак). Чтобы команде не стало ещё хуже, Андрей Антонович решил не упоминать эту тему и вообще никого шибко не трогать, не исправлять. Даже отпустил их пораньше. После тренировки все было как всегда. Они пошли в раздевалку, переоделись и ушли спокойно домой в ожидании завтра.

***

— Ванечка, вставай быстрее! — утро началось не со звука будильника, а с криков мамы, которая трясла Ваню за плечи в попытках разбудить. — Вставай, а иначе мы на соревнования не успеем! — Ване было достаточно услышать этого, чтобы тут же подлететь с кровати и сигануть в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок. Взяв первый попавшийся шампунь, парень намылил голову и быстро начал промывать корни волос. Одного раза хватило, чтобы голова казалась чистой хотя бы на этот день. Ваня сполоснул голову абы как и, промокнув волосы в полотенце, подошел к раковине и взял свою щетку. Парень продолжил принимать ванные процедуры. Спустя минут пятнадцать он наконец-то вывалился из ванны. Юноша начал проверять все ли он взял для выступления и есть ли у него деньги. Вещи оказались на своих местах, пускай и не особо аккуратно сложенными. На столе стояла яичница с беконом, которую Ваня благополучно заменил водой и яблоком. Быстро перекусив, Бессмертных стал одеваться, пытался сделать все в ускоренном темпе, чтобы наверняка успеть. Он стал подгонять родную маму, которая должна была везти его на машине до нужного концертного зала. Мама не сопротивлялась, поэтому дала сыну волю покомандовать, чтобы не портить себе и ему настроение. Им хватило минуты, чтобы выйти из подъезда, закрыв за собой дверь, и сесть в белую машину.       Усевшись на переднее сиденье, парень пристегнулся и положил вещи в ноги, в то время как его мысли спутались в такую паутину, что даже самый опытный паук бы не смог такую сплести даже за несколько лет. Взгляд был устремлен в никуда, моральная подготовка проходила у юноши в голове. Расстояние между сценой и Ваней уменьшалось с бешенной скоростью. Сердцебиение учащалось.       Ваня доехал до места где будут проходить соревнования. Это был колледж физической культуры. Белые колонны поддерживали архитрав, покрытый бежевой краской. Олимпийские кольца разместились над самым входом в здание. Если повернуться в противоположную сторону крыльца, то можно увидеть набережную, очень длинную набережную. Сейчас там никого нет, поэтому наблюдать за спокойной водой, которая находилась в десятках метрах от Вани за забором, достаточно уютно. Пока парень стоял в одиночестве в ожидании полной команды, он вспоминал все те части, которые так плохо засели в его голову. Иван включил нужный трек в наушниках и начал танцевать очень образно, даже не в пол ноги, а одну пятую. Даже в таком виде движения были завораживающими и очень плавными. Спустя минут десять вся команда смогла собраться. Тренер пересчитал всех участников соревнований по головам и с поднятой рукой над головой начал идти в сторону входа, на крылечко. Ваня, и в том числе его сокомандники, пошли за ним не отрывая взгляда от поднятой руки тренера, чтобы не затеряться среди других команд. Дверь была достаточно тяжелой, но все же им удалось попасть в колледж. Занятия сегодня отменили, поэтому никого из обучающихся не было. Ваня и сам мог сюда поступить, но он решил доучиться до одиннадцатого класса, ему остался то всего год. в это время Андрей Антонович отвел их в нужную раздевалку и оставил их там, обещая, что подойдет чуть позже и проверит как обстановка. Раздевалка выглядела довольно уютно, разделение для парней и девушек, отсутствие неприятного запаха пота и удобные шкафчики серого цвета. Все было идеально в условиях, потому команда стала переодеваться и готовиться к выступлению. У них было около 3-х часов на моральную и физическую подготовку. На не разогретое тело будет довольно сложно делать какие-то акробатические элементы, которые не раз задействовались в их номере. Девочки помогали мальчикам с небольшим макияжем в виде консилера и пудры. Никто из мужского пола не сопротивлялся, потому что привыкли к этому. В первые разы, когда команда выступала и надо было замазать синяки, то все отказывались и постоянно ворчали на тренера за это издевательство, но сейчас это уже вошло в привычный обряд перед выступлениями. Но вот Ваня все же чувствовал дискомфорт. Было не сильно приятно, когда касаются твоего лица с небольшим количеством натурального румянца, а тем более русых волос, которые не раз задевали во время нанесения косметики. Бессмертных все время ежился на скамье и бурчал себе под нос что-то непонятное. Всем конечно же с этого смешно, кроме Вани, которому обидно за эти насмешки. Как любил говорить Саша: «ты так дорожишь волосами и кожей, будто они из золота сделаны».       Подготовка к номеру почти заканчивалась, прошел всего один час, а им хватило этого времени, чтобы собрать как минимум половину команды. Полностью подготовленные люди сидели на скамейках или на диванах, листая ленту тик-тока или просто залипая в телефон, кто-то обсуждал непонятные моменты в номере. Во время подготовки к выступлению в раздевалку залетает тренер с не очень радостной новостью для танцоров: — Короче, отделение на два часа, соответственно и прогон переносится на два часа. Так что у вас полным-полно времени, чтобы подготовить всех адекватно и вспомнить части которые непонятны. Если что, пишите в ВК или в группу, я отвечу, — быстро проговорил Андрей Антонович и вышел из помещения. Растерянность и усталость уже за этот час была видна у всех в глазах. Они проторчат в этом чертовом здании и этом чертовом помещении еще три часа. Это самая ужасная новость за сегодня, даже если бы они заняли второе или третье место, это не так обидно было. У многих в отделении сбились вечерние планы, но был только один вариант — смириться и ждать прогона. Именно этим Ваня и решил заняться. Делать было нечего, поэтому он либо зависал в телефоне, либо играл с сокомандниками в карты, которые не пойми откуда взялись у Вовы. Было слишком скучно, каждая минута напрягала Ваню не пойми из-за чего, время шло медленно.       Спустя час после того, как он узнал наилучшую новость, Ваня решил сходить в туалет. Парень вышел из гримерки и направился в сторону нужного поворота. Люди смешались в одну массу, и все же один человек выделялся из толпы. Высокий кудрявый парень, который шел в его сторону смотрел прямо в душу, проедая каждую клеточку сознания Вани. Сначала Бессмертных показалось, что он идет именно к нему, но позже поедающий взгляд подтвердил ту теорию, что он идет именно к нему, а не к кому-то другому. Парень был одет в черно-белый лонгслив, как та самая группа подростков вместе с девушкой у их зала пару недель назад. Черные джинсы, белая бандана на голове и темные кеды. Теплая улыбка расплывалась на его лице, она так и манила улыбнуться в ответ, но Бессмертных держался и не давал себе сделать что-то лишнее. Тело брюнета оказалось в метре от Вани, ком мешал глотать слюну и равномерно держать дыхание, в этот момент что-то очень сильно напрягало русого. Наверное это кудрявый юноша, который только что к нему подошел? С этим требовалось еще разобраться. Все же брюнет смог произвести хоть какой-то звук: — Привет, это же ты Ваня Бессмертных? — голос был довольно грубый, но успокаивающий, Ване стало немного легче, так как он слышал немного дрожащие нотки во время того, как незнакомец задал вопрос. — Привет, ну да, я. А что? — этого было более чем достаточно для развития дальнейших событий. Сейчас Ване больше всего хотелось узнать, зачем его побеспокоил этот странный кучерявый парень. — Я давно слежу за тобой и твоим творчеством, я обожаю то, как ты танцуешь, давно познакомиться хотел. Недавно вместе со своей группой у твоего зала стоял, но побоялся подойти, а сейчас вроде как хватило смелости, — парень наконец-то объяснил смысл своих действий и худощавого это радовало. — Воу, ясно. А зовут то тебя хоть как? — все же поинтересовался Ваня, иначе как бы он общался с новым знакомым? — Прости, забыл представиться. Я Сережа Пешков, из команды твоих соперников. Надеюсь, из-за этого мы все равно сможем общаться и может даже дружить, — с улыбкой на лице произнес Сережа. Искры в его глазах показывали, как он был рад этому знакомству и тому, что Ваня положительно ответил на его просьбу дружить. — Подожди меня тут, я сейчас схожу, куда шел, — Ваня был рад, что это время он проведет чуть веселее с новым знакомым. Он уже очень давно не заводил новых знакомств, ему это было ни к чему, но сейчас в душе ему тепло, уютно, радостно от нового знакомого от кончиков пальцев до кончиков волос. Но вот Сережа скорее всего бы разбил чувства Вани, если бы рассказал свои планы на Бессмертных.       Сережа занимается танцами более шести лет и всякие соревнования ему очень важны, прямо как и его тренеру. Светлана Андреевна слишком целеустремленная и этому она учит и своих детей. Они были всегда лучшими танцорами, каждый раз у них было первое место, но все это закончилось до одного единственного момента. У них появились новые соперники — «89Squad». Восемьдесят девятый относились к «Freak’ам» адекватно, они понимали, что те просто их соперники и конкуренция между их командами -совершенно нормально. Но «Freak’и» так не считали. Команда не могла смириться с тем, что их просто спихнули на постоянное место ниже. Это было неприятно чувствовать и давать осознанию это воспринимать. Свои эмоции они не выставляли на показ и ничего не делали, играли честно, но наступили соревнования, которые решат все, они решат, что будет дальше с командами. С этого момента фрики стали играть не по правилам. В один из дней, Светлана Андреевна собрала всех вне тренировки, у нее был серьезный разговор с командой. Собрание было в 16:00. К этому времени почти все добрели до зала в ожидании чего-то то ли интересного, то ли пугающего. Такого не было в их опыте не разу, поэтому страшно заходить в неизвестность, слишком сложно. Когда вся команда уже находилась в зале, то тренер проехалась на стуле в центр зала и стала вещать новость оттуда: — Чтож, я смогла вас собрать и это меня радует. Скоро нас ждут одни из важнейших соревнований, и конечно же выиграть их нам будет не так легко как кажется. Против нас будет опять 89сквад. Мы всегда пытались играть честно, но в этих соревнованиях выйти на пьедестал за первым местом должны мы любым способом. Если говорить короче — мы схитрим, — глаза каждого из команды округлились, услышать это от их милой учительницы Светланы Андреевны совершенно неожиданно для них. — У меня есть уже план. Нам надо сделать так, чтобы солист их номера не выступал, он ключевая, главная часть танца. Это как в карточном домике, вытащишь нижнюю карточку на которой все стоит, и все повалится и придется переделывать. Если я не ошибаюсь, то парня зовут Иван Бессмертных, ему семнадцать. Нужен кто-то, кто сможет перед соревнованиями утащить его куда-то из дома культуры и либо напоить, либо усыпить, ну и на крайний случай сломать ему что-то. Тем временем я полажу с их тренером и подозрения на нашу команду даже не появятся. Так, а теперь нам нужен тот, кто как раз избавится от солиста, — все стали переглядываться, и в этой ужасной затее никто не хотел участвовать. Но взгляд Светланы бегал быстро и зацепился на кучерявом. Было видно, как ком в горле застрял, он не мог пошевелиться, так как начал воспроизводить слова тренера последующие за этим поедающим его душу взглядом: — О, Сережа! Я знаю что ты парень умный, что-то придумаешь, к тому же ещё и общительный. Я думаю ты справишься, так что я думаю помогать не придется, — это были те самые слова, которые убили Пешкова.       Сережа никогда не делал ничего людям плохого, чтобы в чем то выиграть. Это был его первый опыт которого бы он хотел лишиться и не испытывать этого чувства, что он получил какую-либо награду нечестным способом. Сердце билось с бешеной скоростью, но слова будто закончились, Сережа их попросту забыл до конца своих дней, он не хотел в этом участвовать от слова совсем, но парень прекрасно понимал, если он не выполнит поручения тренера, с карьерой танцора он может прощаться, его никуда не возьмут, так как репутация у Сергея была не очень хорошая среди других танцевальных школ и клубов. Смириться — вот единственное решение Сережи, к тому же тем самым он сможет построить отчасти свое будущее, а Ваня еще успеет. Ведь так?

***

      Ваня и Сережа провели уже достаточное количество времени, когда один из них заводил какую-либо тему не связанную с хореографией, другой мог спокойно поддержать её и добавить что-то от себя, предложить или просто порассуждать. Они были до побеления костяшек в одно время похожи, но с другой стороны юноши абсолютно разные. Стиль одежды, манера общения, взгляды на жизнь, все это их одолело, но все же тоненькая ниточка держала их общение крепко, разорвать которую было ну просто невозможно. Время шло быстро и незаметно, во время разговоров оба раскрывались все больше и больше, каждый узнавал друг друга с другой стороны, открывал что-то новое. Ваня узнал, например, о том, что Пешков слишком чистоплотный и больше всего уделяет времени своим волосам, тем самым черным кудряшкам. А вот Сережа о Бессмертных мало чего узнал, тот раскрывался по особенному. Казалось, будто ты знаешь уже все о человеке, но если посмотреть на все изученное полностью, то ты понимаешь, что это только верхушка айсберга, которую знает каждый человек знакомый с Ваней. Но вот что таится в глубине? Чтобы достать до души и более открытого Вани, надо изучить все поверхностное. Именно это влекло Сережу к Бессмертных. Пусть многих это и отталкивало, но Пешков хотел всегда знать все и вся, он хотел изучить каждый миллиметр нашей планеты и, с недавних пор, каждую клеточку и мысль Вани.       Время близилось к началу отделения, с каждой секундой оно сокращалось, оставалось все меньше времени для парней на изучение друг друга, оставалось все меньше времени до прощания Сережи и Вани. В глазах двоих был интерес, они видели там что-то неизведанное, но интересующее каждого из них. Но каждый момент заканчивается, или в случае парней, кто-то его обламывает.       Юноши сидели в раздевалке на третьем этаже, все участники чемпионата уже собирались внизу, тренера искали своих подчиненных и Ваня с Сережей не стали исключением. Во время разговора Пешкова и Бессмертных дверь в раздевалку с мерзким скрипом отворилась, в помещение влетели тренера парней. Светлана Андреевна уверяла себя в том, что кучерявый справился с поставленной задачей еще пару часов назад, когда всем командам сообщили о переносе времени. Подавать вида нельзя абсолютно, иначе все бы догадались о задуманном плане от «Freak’ов». Первым подал голос Андрей Антонович, влетая в раздевалку: — Ваня! Ну где ты шастаешь? У нас сейчас прогон через пару минут, а тебя пол команды найти не могут! Солист хренов, пошли давай! — тренер махнул рукой в сторону парней и побежал вниз, занимая очередь на прогон. Светлана Андреевна даже не стала говорить, по взгляду было и так понятно, что Сережу ждет очень серьезный разговор с тренером.