Позволь войти в твой дом

— Он не просыпается, — начал опять Николас. Я поднял голову в его сторону. Зелёные глаза были полны страха. Если так подумать, у капитана кроме красавчика ещё четверо или пятеро детей? Помню только, что самой младшей года четыре. Я хмыкнул. Забавно, очень забавно. Отвернулся и посмотрел на мальчика на кровати. — Сколько раз мне повторять, что с ним всё хорошо? Огонь не успел проникнуть вглубь кожи. Пузыри целые, раны промыл, заражения не будет, если обрабатывать мазями. Ему отлежаться бы две-три недели, и даже шрамов не останется. А спит он только потому, что устал, да и истощение в придачу, поэтому сейчас ему нужен отдых. Так что успокойся и свали уже куда подальше. Слышал, как блондин позади меня сначала что-то прохрипел, потоптался пару секунд, и ушёл. В полной тишине я продолжал смотреть на мальчика. На вид лет семь, не больше. Волосы короткие, чернушные, словно крыло ворона. Что-что, а его худоба мне не нравилась. Кости одни, мышц совсем не видать, щёки впалые, ни капельки жира. Из-за недостатка сил, спал малец уже второй день, иногда просыпался, делал свои дела, пил воду и снова засыпал. Температуру я также проверял — был небольшой жар, но не более. Ожоги покрывали тело полностью, даже лицо, хотя они не были столь серьёзными, но в то же время весьма тревожили меня. Невольно сжал руки в замок. — П-простите… — прервал мои мысли тихий охрипший голос. Мальчик лёжа смотрел на меня. В больших тёмно-карих глазах не было ничего, ни боли, ни страданий, полная пустота. В этот момент я почувствовал страх. Мне, мужчине за двадцать пять, стало страшно от взгляда маленького ребёнка. Мальчик опёрся на локти, собираясь сесть. Я тут же встал, подхватил его и помог устроиться поудобнее, для этого пришлось поднять подушку повыше. Потом подошёл к столу, налил из кувшина тёплой воды и подал стакан ребёнку. Тот выпил всё залпом. Закончив, я сел на прежнее место и посмотрел на мальчика. Ребёнок с интересом оглядел бедно обустроенный гостиничный номер. Затем он повернулся в мою сторону. В этот момент я впервые за всё время увидел его эмоции. Насторожен, словно маленький зверёк. — Ну что же, — прервал я царящую тишину. — Как ты себя чувствуешь? Ребёнок не отвечал, просто смотрел на меня. В этот момент захотелось почесать затылок. Как продолжать с ним разговор? Какое-то время мы молчали, после чего мальчик отвернулся в сторону окна и спросил: — Что со мной будет? Почему я вспомнила сцену со своего грея? Меня насторожило то, что он не спросил о других выживших. Это натолкнуло на мысль, что он знает, как все погибли. — У тебя два выбора. Первый:, мы увезём тебя в столицу, подождём, пока твои раны не заживут, после чего отдадим приюту при церкви, — я замолчал, всё ещё размышляя над своим решением. Ребёнок резко повернул голову, из-за чего из его горла вырвался стон. Нахмуренный от боли он впился в меня взглядом. — А второй? — А в качестве второго варианта… Я предлагаю тебе стать моим приёмный сыном, — не обращая внимания на его удивлённое лицо, я продолжал говорить. — Детей у меня нет, да и не может быть, а наследство мне передать некому. Благотворительностью не занимаюсь, после своей смерти ничего никому завещать не хочу. Так что мы оба можем оказаться в плюсе. Всё это время мальчишка смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Потом он опустил голову, явно раздумывая. — М-мне нужно подумать, — начал он. — Хорошо, у тебя две недели, больше ждать не буду. А, и ещё, всё это время жить будешь у меня. — Тут я замолчал, раздумывая. — Тебя хоть как зовут? — Эм… Г-грей. — Хм, серый значит. Такое себе имя для ребёнка, больше собаке подходит. Ору, ахаха, да простит меня автор и местные персонажи. — Меня зовут Дилан, но ты можешь звать меня дядей или дядюшкой Диланом, — в этот момент Грей начал открывать рот. — Никакого господина. Милота! Ну, это всё, я же говорила, что только пару мелочей. Ты быстро всё схватываешь и легко обучаемая! Вообще золотой ребёнок! Люди, для которых ты станешь близким человеком, будут самые счастливые в этом мире!