Зачеркнутая переменная

      Теперь всё кончено. Да, сполна ты отыгрался, но толку от этого нет и не будет. Ты всего лишь сломанная кукла, ещё более странная и нелепая, чем остальные.       Ошибка. Гробовщик невесомо усмехнулся, смотря в унылое серое небо. В той или иной степени он являлся ошибкой, неправильно вычисленным ответом на вопросы. Ошибкой, такой скрытной и хитрой, что ей удавалось скрываться, а позже и нападать. Но ошибка не меняется. Уравнение жнецов должно оставаться безукоризненным... до скрипа в зубах идеальным. Жнец раздраженно вздохнул, всматриваясь в небес до рези в глазах. Идеал. Он никогда не любил это слово, если только дело не касалось одного достопочтенного семейства. И кукол. Его любимых странных кукол. Куклы никогда ему не лгали. Он знал это.       Их тела как идеальный сосуд для исправления ошибок.       Разве не ирония, что он не может пошевелиться, словно кукла? Ноги раздроблены, руки превращены в кашицу из костей и мяса, костюм, доныне чистенький, насквозь пропитался своей и чужой кровью. Только глаза сияли тем же огоньком, какой-то насмешкой над миром. Он сломан физически, но не там, где у людей находится что-то вроде души. Душа — субстанция, которую он так и не смог поймать и вернуть. Гробовщик перевёл взгляд на странную куклу, идеальную куклу, почти человек. Истинный Фантомхайв. Кукла склонила голову, наблюдая, как её создатель давится своей же кровью. Напоминание об опоздании. Великие мира сего всегда опаздывали, даже жнецы, но вот он...       Он совершил ошибку в ту ночь. И за жизнь. Много, очень много ошибок. За одни он расплачивался безумием, за другие нисколько не переживал. Итог оставался неизменным. Он переменная, которую зачеркнули. И умирает не от ранений, а по воле сил свыше, решивших разнообразить... то, что люди называют пытками.       Гробовщик тихо захихикал над всем-всем-всем, плача кровавыми слезами. Хоть такую слабость может он себе позволить напоследок? После битвы можно и отдохнуть. Не могли силы свыше, создающих жнецов, смотреть спустя рукава на бесчисленные его ошибки. И они знали, слишком хорошо, об его поступках, долго не вмешивались. Им было до чёртиков любопытно. Потом они наигрались, наскучил им спектакль, сыгранный Лисом. Работа, ненавистная им работа. Ищи и уничтожай ошибки в уравнении. После устранения ошибки, знали они, наступит тишина... и скука.       Истинный Сиэль присел на колени, нисколько не забочась, что его костюм перепачкан в крови. Он кукла, странная кукла. И он не должен ничего чувствовать, ведь души нет. Но что-то копошилось в нём, что-то мерзкое и гнилое, подобно червям. Отчаяние от потерянного шанса. Да, он тоже ошибка, но ведь... мысли не хотели к нему приходить сейчас. Не сейчас, когда зелёные глаза, прекрасные в своей таинственности, превратились в блеклые камушки. Кукла потянулась к серебристым волосам, поправляя выбившуюся прядку. Он всегда идеален.       Ошибка стёрта с доски. Спектакль закончился. Уравнение пойдёт прежним ходом, но... огонёк, зажжённый и пылающий в жнеце, был и остаётся проблемой.       Не всё бывает так просто. Для странных бесполезных кукол. И для жнецов, вырывающих шансы.