Мы дома, парни, мы дома

      Беловолосый парень бодро шёл впереди, таща чемодан за собой. Он обернулся и упёр кулаки в бока. – Судари, вы чего такие каракатицы? – произнёс беловолосый парень, подгоняя своих друзей.       Сигма остановился, поставив на пол две сумки, и отдышался. Он укоризненно взглянул на Николая и ответил: – Какого хрена ты вообще так бежишь… Мы никуда не торопимся, назначенное место для встречи еще даже не пришло!       Фёдор поравнялся с Сигмой, холодное выражение его лица приняло недовольство лишь на минуту, и он проворчал: – Солидарен с Сигмой. Ты ведь еще и прихватил самый лёгкий чемодан, оставляя на нас всё остальное.       Гоголь поджал губы, прищуривая глаза. Он поставил чемодан наземь и покрутился на одном месте. Сигма тяжело вздохнул, вновь хватая сумки. – Ребята, ну же, лица попроще… Мы ведь не на похороны едем, домой возвращаемся! – воскликнул Николай, приближаясь к друзьям. – Что бы мы делали без твоей болтовни, Коленька… Давно бы уже со скуки померли, – иронично пролепетал Достоевский, крепче сжимая ручки чемоданов.       По лицу Фёдора прошлась ухмылка, как только он заслышал недовольный лепет Гоголя. Теперь Сигма с Достоевским опережали растерянного Николая. – Эх, вы.. Я же для вас вот это всё, а вы… – прохныкал беловолосый юноша. Понимая, что ни один из парней к нему не обернулся, и оба сослались на игнорирование, Гоголь ухватил свой чемодан и поспешил за ними.       Как только парни добрались к месту ожидания, на креслах завиднелись несколько знакомых фигур. Все были разделены по парам, и сейчас каждая из пар обсуждала что-то своё. От вида этой картины на душе стало теплее. Издали послышались голоса. – Дазай! Ты не настолько длинный, чтобы разваливаться на два стула! Передвигай свою задницу, если не желаешь провести всё путешествие в синяках… – Ох, прошу прощения… Младшим нужно уступать, где мои манеры…       Юноша поднялся, погладив парня ниже его на несколько сантиметров по голове. Тот только больше озлобился, прорычав: – Тупая скумбрия, я вообще-то старше тебя!       В ответ шатен промолчал, продолжая с ангельским выражением лица гладить огненные волосы парня.       Подле них располагались две девушки, которые что-то увлеченно обсуждали. Однако, их разговор был чрезвычайно необычным. – Только тяжелое оружие? А не пробовала что-то полегче? Кинжалы, например. – Пф-ф, ни за что не променяю своё оружие! Знаешь, им очень даже удобно пользоваться…       Этой компании не доставало только двух парней, которые шлялись невесть где. – Ну наконец-то… Полпути уже почти пройдено… – выдохнул Гоголь, со стуком ставя сумку на пол. – Ну что ты, Коль, мы еще даже на самолёт не сели, – произнёс Сигма, равняясь с парнем.       Николай угрюмо опустил голову на плечо Сигмы, шумно выдыхая: – Теперь ваше недовольство передалось и мне…       Парень с разноцветными локонами, а точнее владелец казино, улыбнулся, касаясь пальцами белоснежных волос.       Фёдор оценочно оглядел обоих парней и, теряя к ним интерес, подошёл ближе к сидевшей компании. Он потянул руку для касания чужого плеча, пытаясь застать сидевшего парня врасплох. Однако, его ладонь перехватили и сжали. – Не выйдет, и не мечтай. Федор, ты слишком очевиден, – ухмыльнулся Дазай, скользнув взглядом к Достоевскому. Еще минуту назад он с глупой гримасой выводил рыжеволосого парня рядом из себя, за что и получил укус в щёку, а теперь с рожицей шарящего стратега устремлял взгляд в Фёдора. Достоевский усмехнулся, расплываясь в улыбке. – А я предугадывал данный шаг с твоей стороны, – кладя чемоданы и садясь рядом с Осаму, произнёс Фёдор.       Эти двое слишком хорошо понимали друг друга, в отличии от остальных, в ступоре глядящих на них. Порой их диалоги слишком пугали, поэтому прислушиваться к ним – это одно из, пожалуй, не самых лучших решений, если вам дорога психика.       Накахара просто скользнул взглядом по Фёдору, а затем поднялся встречать остальных, мысленно забив на Дазая.       Сигма встретился взглядом с Чуей и улыбнулся. Николай лениво повернул голову в сторону подошедшего парня, но с плеча Сигмы её не убрал. – Рад приветствовать тебя, Чуя, – доброжелательно произнёс владелец казино, поглядев по сторонам, – А где Ацуши пропадает? – А чёрт его знает. Вроде с Акутагавой направились осматривать аэропорт, –ответил Накахара, пожав плечами и присаживаясь на одно из мест.       Сигма кивнул в ответ и, отогнав Гоголя со своего плеча, последовал примеру Фёдора, присев и отложив сумки в стороны. Однако, надолго избавиться от Николая не удалось. Как только парень с разноцветными волосами со спокойной душой присел, к нему тут же на колени пристроил свою голову Гоголь.       Сигма со вздохом посмотрел на него сверху вниз и привычным движением провел рукой по его волосам. – Долго еще из себя будешь клоуна корчить? – поинтересовался владелец казино. – Я просто захотел быть поближе к тебе, – спокойно ответил Николай, вызвав смущение у парня сверху.       Сигме жутко не нравилось, когда Гоголь вёл себя, словно шут, и каково было его удивление, когда тот в один момент раскрылся ему. Да уж, такой Коля ему был больше по душе. – Сигма-а-а! – послышался голос впереди, и юноша-тигр подбежал к парню, которому принадлежало раздавшееся имя, приветственно махая ладонью.       Молчаливый Рюноске последовал за Накаджимой, оглядывая прибывших друзей. – Ацуши, рад тебя видеть, –улыбнулся Сигма, заметно просияв. Гоголь на его коленях поднял веки и последовал примеру своего парня, улыбнувшись и помахав рукой для привествия.       В то время как парни радостно обменивались дружественными репликами, Акутагава скользнул взглядом по Гин, убеждаясь, что та на месте, и что с ней всё в порядке. С облегчением выдохнув, Рюноске прислушался к разговору парней, не присоединяясь к ним. – Ребя-ят, вроде, наступило время нашего рейса, – протянула Йосано, прерывая гул остальных.       Началась суматоха: все похватали свои чемоданы и направились к месту посадки самолёта. Наступила тишина, прерываемая лишь недовольными возгласами Накахары в сторону Осаму да бормотанием Ацуши, разглядывавшего карту города, в который они собирались отправиться.

***

      В самолёте все расселись по привычным троицам: Достоевский, Сигма, Гоголь; Чуя, Дазай, Йосано; Акутагава, Ацуши, Гин. А вот после успешной рассадки началась длительная поездка до так называемой «Айши».       Айши – это была родная страна Фёдора, Николая и Сигмы. Стоило только Гоголю разок в разговоре с друзьями упомянуть об этом, как Осаму предложил туда отправиться. Поначалу никто не воспринял эту идею всерьёз, максимум – за шутку. Однако, спустя некоторое время друзья всё больше стали обговаривать это, по правде решая повидать родину приятелей.       Никто не был против, всем понравилась эта идея, и загоревшиеся данной мыслью друзья направились покупать билеты. Тем не менее, ни у кого, помимо самих бывших жителей Айши, не было и малейшего представления об этом месте. Японцам лишь предстояло познакомиться и понять быт жителей, проживающих в данной стране.       Уже к середине полёта разговоры полностью прекратились. Фёдор глядел на облака, в то время как Сигма дремал на плече Николая; Накахара просматривал старые фотографии на телефоне, а Осаму подключался к этому делу, посмеиваясь с неудачных дублей Чуи; Йосано улыбалась, получая забавные сообщения от Рампо; Гин с закрытыми глазами слушала музыку, а Ацуши с Акутагавой оба уже пребывали в царстве Морфея.

***

      Компания направлялась вперёд после окончания полёта, следуя за парнями, на родине которых они сейчас находились. Сигме было поручено выбрать подходящую гостиницу, в которую все сейчас и отправлялись. Было решено взять номера, рассчитанные на трое человек, общее количество людей как раз идеально подходило под данный вариант.       Первый раз посещающие Айши японцы с интересом разглядывали улицы и жителей. И лишь по первому взгляду, уже многое приводило их в удивление.       Люди вокруг казались занятыми и угрюмыми, отчуждёнными. Жилые дома выглядели тоскливо, похожие на серые коробки. На улице было прохладно, ветер вызывал мурашки по коже.       Но трое парней, бывавших уже здесь, шли уверено, они выросли в данной обстановке, поэтому всё это было для них родным.       Чуя остановился, присматриваясь к окружающим их людям. Остальные тоже пребывали в изумлении, однако пока старались не подавать виду. Дазай почувствовал, как его рыжая бестия отстала и оглянулся. Шатен хотел уже было отшутиться о медлительности Накахары, но передумал, увидев растерянный взгляд Чуи.       Осаму подошел к рыжеволосому и приобнял. Парень в ответ вздрогнул, не заметив как Дазай подкрался к нему. – Жители тут и правда не такие, как в родной Йокогаме, – наконец произнёс Чуя, пытаясь вырваться из объятий шатена.       Но Осаму лишь сильнее прижался к нему, отвечая: – Земной шар огромен. Естественно, что люди в разных его уголках отличаются друг от друга. Но не ссылайся на первое впечатление, вероятно, Айши еще преподнесёт нам и приятные сюрпризы.       Накахара кивнул, отводя взгляд. – Надеюсь, ты прав.       Первой отставших парней заметила Акико. Она остановилась и пронаблюдала за их действиями. – Ну что вы, еще успеете провести время вместе. Только если вы планируете заниматься чем-то запретным в номере, то прошу меня сразу предупреждать, я лучше выйду и займусь своими делами, – подшутила Йосано, разгоняя хмурую атмосферу города. – Нц-нц, зря, Акико. Это ж, считай, за бесплатно можно насладиться просмотром, или даже присоединиться… – поймал нить разговора Гоголь, но его резко заткнул Сигма, кладя ладонь на его рот.       Рюноске остановился и закрыл уши Гин, после услышав ее недовольное бурчание и лёгкий смешок Ацуши. – Брат, мне же уже не… – возмущённо произнесла Гин, хватаясь за руки Рюноске. – Ничего не знаю. Я за тебя в ответе и… – начал было читать лекцию старший брат, оказавшийся прерванным касанием Ацуши. Взгляд парня-тигра был мягким, а его рука нежно поглаживала плечо Акутагавы «старшего». – Извращенец… Давайте обойдёмся без подробностей, – наконец хмуро оборвал Гоголя владелец казино.       Йосано посмеялась, оценив шутку Николая. А вот Накахара недовольно рыкнул и отскочил от Дазая, нервно догоняя остальных. Осаму невинно похлопал глазками, растерянно глядя на отдаляющегося рыжеволосого. – Соглашусь с Сигмой. Давайте не будем выяснять наши со Скумбрией отношения у всех на виду, – приняв хмурый вид, ответил Чуя.       Но Дазая ни капли не волновало лишнее внимание, и он поравнялся с рыжеволосым парнем, обвивая рукой его талию, когда остальные уже потеряли интерес к произошедшему. Накахара, всё еще недовольный случившимся, ущипнул его за щёку, но более протестов не проявлял. И Дазай, отойдя от боли, удовлетворённо улыбнулся, хватая другой рукой свой чемодан.       Фёдор не проявлял интереса к всеобщему смеху, он просто глядел в карту на телефоне, пытаясь понять расположение их гостиницы. Вырвавшись из оков Сигмы, Николай нагнал Достоевского, с интересом заглядывая в его мобильник. – Фё-ёдор, ты чего такой серьёзный? Собрались все вместе, веселимся, а ты тут… –запнувшись на секунду, Гоголь пригляделся к телефону, - Карту рассматриваешь? – Да, хочу убедиться, куда точно нужно идти, – спокойно ответил Достоевский. – Да ладно, разберёмся. К тому же эту местность мы знаем, жили же уже здесь ранее, – произнёс беловолосый парень. – Это было несколько лет назад. Память человека не идеальна, мы вполне можем допустить ошибку, – наконец, отрывая взгляд от телефона и переводя его на Николая, сказал Фёдор.       Гоголь потрепал его волосы, перебирая каждую длинную тёмную прядь. – Ладно, тебя ведь всё равно не переубедить. Скажи хоть, долго нам еще блуждать здесь? – приняв серьёзный вид, поинтересовался беловолосый юноша. – Право, нет. Мы почти добрались до гостиницы, – ответил Достоевский, опуская взгляд в экран телефона.       Они еще обменялись парочкой фраз, прежде чем Николай почувствовал на себе чей-то взгляд. Он прервал диалог и обернулся, поймав взгляд одиноких пепельных глаз. «Сигма?...» – пронеслась мысль в голове.       У Гоголя прошлись муражки по коже, Сигма находился в весёлой компании среди Ацуши, Акутагавы, Чуи и Дазая, но сейчас он тоскливо глядел на них с Фёдором.       Однако, как только Сигма понял, что его «вторжение» заметили, он отвернулся, продолжая беседовать с друзьями. Николай задумчиво продолжал рассматривать Сигму и заметил еще один взволнованный взгляд, направленный на парня. Накаджима тоже заметил отстранение Сигмы, и, видимо, сейчас тоже пытался понять направление его мыслей.       Беседу прервал Достоевский, который подошёл к друзьям. – Давайте продолжим путь, осталось совсем немного, – произнёс он, охватывая взглядом каждого из компании.

***

– Чёртов Дазай! Мы же договаривались, что я буду спать у окна! – разносилось возмущение Чуи по всему номеру.       Йосано с Гин сидели на кухне. Услышав крик, они одновременно повернули головы в сторону доносящихся звуков. Йосано приблизила ладонь к лицу, покачав головой. – Видимо, пора мне уже привыкать… – протянула со вздохом Акико, глядя на подругу, – Чувствую, проживание у меня будет весёлым.       Акутагава посмеялась, обнимая Йосано. – Акико, держись, дорогая, – с улыбкой на лице произнесла девушка, «утешая» подругу.       Дазай расплылся в улыбке, в очередной раз довольствуясь тем, как легко Накахару можно вывести на эмоции. Он приблизился к рыжеволосому, сокращая расстояние между ними, и ответил: – Ну так мы вполне можем уместиться на одной кровати. Ты занимаешь не так много места, Чиби.       Чуя сжал кулаки, готовясь пройтись ими по нахальному выражению Осаму. Однако, шатен заметил этот жест и, предотвращая появление синяков на своём теле, перехватил руки парня, перетягивая того с соседней кровати на свою.       Накахара потерял равновесие и плюхнулся спиной на грудь Дазая. Трюк сработал: сбитый с толку Чуя, кажется, отпустил свой гнев и теперь растерянно глядел перед собой.       Он поднял голову, встречаясь со взглядом тёмно-кофейных глаз. Потянув шатена за волосы, Накахара коснулся его губ, напоследок прикусывая его верхнюю губу, чтобы услышать болезненный вздох Осаму. «Так ему и надо» – думает про себя Чуя, расплываясь в улыбке.       Руки Дазая смело обвили плечи рыжеволосого, прижимая того ближе к себе. – Не увлекайся. Мы тут не одни, между прочим, – послышался серьёзный голос Чуи.

***

      Ацуши плюхнулся на свою кровать, наконец добравшись до номера. Распластавшись, он прикрыл глаза. Но отдохнуть ему не позволили, шею обожгло тёплым дыханием, а до уха донёсся голос: – Накаджима, а вещи кто раскладывать за тебя должен?       Беловолосый парень недовольно поморщился, открывая один глаз. – Мы же только пришли, я немного отдохну, а потом разложу, – ответил Ацуши.       Застав их разговор, в комнату плавно проскользнула Гин. Она схватила свою сумку с вещами и подошла к шкафу, с лёгким вздохом начиная раскладывать всё по полочкам. Накаджима устремил взгляд на сестру Рюноске со словами: – Садист… Даже сестру приучил к безупречному порядку без права отдыха.       Рюноске проследил за взглядом Ацуши, спокойно отвечая: – Так и нужно, это правильно. Гин приучил и тебя приучу, поэтому давай поднимайся.       Накаджима схватил подушку и перекрыл ей своё лицо, чтобы не видеть грозный взгляд дымчато-серых глаз. Рюноске перехватил подушку, выхватывая её из рук парня-тигра.       Ацуши уже подготовил всевозможные отмазки и возмущения, во всеоружии приготовившись к выговорам Акутагавы. Однако, выговора не последовало, а скорее наоборот.       Губы угрюмого парня коснулись тёплой щеки, вызывая румянец на лице Ацуши. Он непроизвольно чуть приоткрыл губы, столкнувшись со взглядом Рюноске. – Ацуши, я серьёзно. Чем быстрее избавимся от всех дел, тем скорее моя душа будет спокойна, и никакие обязательства не будут нас преследовать, – уже чуть мягче произнёс Акутагава.       Накаджима замялся, всё еще польщённый поцелуем в столь неожиданный момент. – Сколько и где мне еще нужно тебя поцеловать, чтобы уговорить? – поинтересовался Рюноске, склонив голову чуть набок.       Гин приостановила своё занятие, с интересом поглядев на парней. По её лицу расплылась улыбка, когда она скользнула взглядом по сидящим юношам. – Да хорошо-хорошо… Разобрать вещи, так разобрать вещи, –протянул Ацуши, присаживаясь на постели, - Хотя погоди, от поцелуя я бы не отказался.

***

      Фёдор сидел на подоконнике и задумчиво глядел в окно. Кто бы мог подумать, что он действительно будет скучать по дому. И пусть тут сурово, холодно и даже отстранённо, Достоевский всё равно наслаждался этой атмосферой. Его она даже более привлекала, нежели та нежная, тёплая атмосфера Йокогамы.       Фёдор оторвал взгляд от окна и посмотрел на своих друзей. Парни сидели на диване в обнимку и что-то обсуждали, Достоевский не прислушивался к их разговору, но он был уверен, это была пустая болтовня.       Николай и правда менялся, оказываясь дома. Особенно, рядом с Сигмой. Фёдор понимал, что все эти шутки – маска, однако такого поведения от Гоголя он точно не ожидал. Когда он вообще успевает перестроиться на такую нежную манеру поведения?       Хотя, Коля умел так давно. Еще со времен проживания в суровой Айши. Если так посмотреть, то все они трое отличались от их приятелей – жителей Японии. Каждый из них был по-своему сломлен, и это было до безумия уникально. Фёдора не привлекали люди, но изучать их было крайне интересно. Он даже не совсем уверен, что считает истинными друзьями тех жителей Йокогамы. Однако, парни, лежащие на диване, давно прошли его тест на доверие, и уже как следует закреплены в его запылившемся списке друзей.

***

      Первое утро на новом месте. Хотя, правильней сказать, на новом старом месте. Коля зажмурился от лучей солнца, бессовестно ворвавшихся в комнату. Он сонно поднял веки, перемещая взгляд на кровати рядом.       И одна и вторая были пусты. Гоголь, как обычно, проснулся последним. Парень зевнул и перевернулся на бок, тоскуя без объятий Сигмы. Что же поделаешь, когда его «приятель» так на него влияет. Николай давно привык, понимая, что от свободы ему придётся отказаться, полностью отдаваясь этому парню.       Гоголь потянулся, наконец встав с постели. С кухни доносились приятные запахи и звуки светской болтовни. Николай усмехнулся, направляясь на кухню.       Парень остановился на проходе, глядя на веселящуюся компанию. Почему от этого веяло чем-то родным…       Из раздумий юношу вывел Рюноске. Тёмноволосый парень поглядел на него с лёгкой улыбкой: – Проходи, Гоголь, все уже тут, только тебя и не хватает.       Николай кивнул, и проследовал на кухню. Пожелав всем попутно доброго утра, беловолосый парень присел на свободное место и оглядел стол. – Что? Как ты это назвал? Погоди… И из чего оно? – спрашивал Ацуши у Сигмы, глядя на одно из загадочных блюд на столе. – Шируники. Это что-то по типу панкейков из творога и муки. На самом деле, оно вкуснее чем кажется. Попробуй, - ответил владелец казино, протягивая один из так называемых «шируников» Накаджиме.       Тот с лёгким недоверием взял и откусил. Съев предложенное блюдо, Ацуши произнёс: – А в Айши неплохая кухня. Кажется, и правда не стоит ценить книгу по обложке. – В каком плане? – удивлённо спросил Сигма. – Ацуши дело говорит. Ваша страна не очень приветственна к туристам, – подтвердил Накахара. – В точку… Почему все люди тут такие хмурые? – поинтересовалась Акико.       Наконец тишину прервал Достоевский, начиная смеяться. Он с улыбкой оглядел всех присутствующих и ответил: – Слишком долго объяснять. Но вы не правы, дело совершенно не в самих туристах. Честно говоря, жителям наоборот плевать на посторонних. – Звучит скорее обидно, – произнёс Накаджима и, оглядев стол с таинственными блюдами, взял что-то на пробу наподобие лепёшки.       Николай улыбнулся и внезапно встал, теряя интерес ко всем разговорам и направляясь на балкон. Сигма проследил за ним взглядом, уже привыкший к таким неожиданным действиям. Его взгляд столкнулся с взглядом тёмно-фиолетовых глаз Достоевского, который кивнул головой в сторону балкона в знак того, чтобы последовать за Гоголем. Сигма кивнул, и они вместе направились за приятелем.       Николай задумчиво глядел вдаль, утопая в своих мыслях. Да уж, увидеть его таким – воистину редкость. Город и правда выглядел грустно и тоскливо, подтверждая слова приезжих японцев.       Сигма приблизился к Гоголю, пальцами касаясь его спины – Фёдор встал рядом, вынимая сигарету. Николай поглядел на друзей, натягивая улыбку. Достоевский закурил, а Сигма взволнованно оглядывал лицо Гоголя. Беловолосый парень прочёл в его глазах немой вопрос и отвёл взгляд. – Коленька, ты стал каким-то странным, как только мы приехали в Айши, – произнёс Фёдор, выдыхая клубок дыма.       Николай усмехнулся, не глядя друзей, и ответил: – Разве только я? Взгляните на себя, все мы ведем себя иначе по приезде сюда.       Сигма расплылся в добродушной улыбке и взглянул на небо, наблюдая за тем, как грязно-белый дым от сигареты удаляется ввысь. – А как иначе? Мы дома, парни, мы дома… – неожиданно тоскливо протянул Сигма, хватая друзей за плечи.