Отвлекись на меня.

***

      Мельком летя над «живым» Нью-Йорком, Паучок заметил еле видный большой граффити Железного Человека. Прицепляясь веб-шуторами к ближнему зданию, Паркер откинулся ногами уже стоя перед большим рисунком. Как же все таки его не хватало.       —Мистер Старк?,—присел по-паучьи.       —Прошло больше месяца с ваших похорон, Тони,—снимая маску парень открыл взор на свои глаза блестящие слезинками.       —Из бывших мстителей, я поддерживаю связь только с Вандой,—опечалено вздохнул,—Мистер Бартон со своей семьей, Мистер Беннер неизвестно где, Тор…не имею малейшего представления, но уверен что с ним все хорошо. Кэп…он обрёл счастье, оставил своё наследие Соколу. Они с мистером Барнсом уехали. А мисс Романофф…Наверное вы увиделись с ней,—парень рассказывал события обыденным и спокойным голосом.       —Когда я познакомился с Вандой, я так остро ощутил ваше отсутствие, Мистер Старк,—чертова дрожь в голосе,—Она оказалось не такой, как я представлял,—это было даже признанием, в своём роде.       Чувствуя как ноги затекли, парень присел на край крыши здания, подвешивая ноги в воздухе. Тело ощутило металлический холод поверхности крыши. Вдобавок, ветер вьющий в сторону Питера, не совсем давал тепло.       —Оказавшись с ней рядом в нужную минуту, я подписал себе вечную и верную дружбу с девушкой,—теперь мелькали слёзы,—Я об этом не жалею, честно, Мистер Старк,—как идиот сидел на против большего граффити Железного Человека и разговаривал с ним.       —Только рядом с ней я чувствую спокойствие. Мне становится так тепло и уютно…Будто бы она заполняет всю мою пустоту внутри меня,—даже сейчас внутри живота затягивался тугой узел, только при упоминании девушки,—Она поддерживает меня, в то время как я её успокаиваю. Временами она даже появляется из ниоткуда, когда мне грозит опасность. Я не знаю как она это делает. Но она стала моим ангелом-хранителем,—чувствуя как протёкшие слёзы засохли, парень сказал,—Я всегда думаю, что бы сделали вы, окажись на моем месте, что бы сказали или подумали. Представляю ваш образ…и это даже помогает,—горькая улыбка и сигналы полиции где-то в паре кварталах от места, где сидел Паркер.       Паучку понадобилось и пары секунд чтобы исчезнуть с крыши, раскачиваясь над крышами здании и небоскрёб(порой даже запутываясь в паутинах) .       ну же Паркер 7 лет летаешь на этих шутках, а все еще не можешь привыкнуть!

***

      —Питер?,—слегка сморщиваясь от лунного света попадавшего в комнату девушки.       —Что ты здесь делаешь? Да ещё в такой час?,—открывая окно и пропуская Паркера в костюме паука в дом.       —Прости,—вышло таки очень-то неловко,—Я не могу пойти в дом,—от этого признания девушка нахмурила брови.       —Это еще почему?       —В доме есть девушка,—лицо парня залилось привычной уже краской.       —Девушка?,—сердце замерло на несколько секунд,—то есть…это как? В прямом…       —Эм-Джей. Ты помнишь её. Я помогал ей по биологии, в итоге она заснула. Как-то не решился будить и выгонять её,—нервно зачесал затылок и сморщил нос от боли пронзающее левое бедро.       —Хорошо,—облегченно выдохнула. Зачем она нервничала? Может просто из-за того что хотела спать. Тешь себя этим, Ванда.       Заметив то, что Паркер стоял облокотившись одной рукой об стену и тяжело вздыхал, девушка взяла под бок Питера, перемещая свою голову под его подмышку. Дойдя до кровати, девушка взбила подушку, удобно ложа в него Питера и спросила :       —Что с тобой? Где болит?,—руками уже нащупывая всевозможные места травмы. И услышала более громкий стон парня, когда она нащупала левое бедро. В кромешной тьме она не сразу заметила большой раны. А как заметила, то сразу начала свою привычную панику :       —Питер Бенджамин Паркер, когда ты научишься не подставлять свой зад в эпицентр хаоса?!,—стоило ей прикоснутся к ране, как тот больно зашипел       —Стой, Ванда, я объясню! Не надо, Ванда!!,—он выгнул спину дугой корчась от боли,—можно хотя бы аптечкой?,—мольбой попросил тот.       —Обойдёшься, нету у меня аптечки. Не всегда ко мне заскакивает Дружок-Паучок, который источает кровью, знаешь ли,—и в этом предложении было больше злобы чем сарказма. Хотя нет, сарказма тоже было много.       От неё уже исходил знакомый алый поток сферы, который начал закрывать рану Питера, как бы то ни было странно. Ее лицо было предельно сосредоточено на голубой ране, порвавшую прочный костюм Паука и из которого текли капли крови.       —Купишь мне новую постель,—громко сказала та краем глаза замечая как кровь Питера попадала на постель. А от её заявления парень лишь ухмыльнулся. Боль утихомирилась. Она была, но не такая как в начале. А потом и вовсе пропала, после того как её пальчики сделали последние штрихи. Однако придётся вновь зашивать костюм, черт.       —Оставь костюм мне, я зашью,—сказала рыжеволосая увидев в глазах подростка(ну не подросток же!) досаду. Стоило ему открыть рот в удивлении, как та продолжила,—У тебя нет запасной одежды?,—подняла бровь,—Ну, Питер, 7 лет делаешь работу дружелюбного соседа, а до сих пор забываешь везде таскать одежду?,—и ей опять получилось загнать его в краску и засмущать.       —Вообще-то я не планировал к тебе заскочить,—ну правда, он не планировал.       —А где ты планировал переодеться и обработать рану?,—приблизилась на шаг к Питеру, а он сглотнул накопившуюся слюну понимая что его загоняют в ловушку,— Неужто у себя дома, в компании Эм-Джей?,—еще один шаг,—Или может у другой знакомой девушки, которую я не знаю?,—еще шаг и между ними остаются лишь пару сантиметров.       Не находя подходящих слов и ловля себя на мысли, что девушка возможно ревнует его, он ответил совсем иное:       —Есть подходящая одежда для меня?,—неловкость момента зашкаливала. Ванда довольно ухмыльнувшись, ушла вглубь дома. Вернувшись спустя пару минут, бросила Паркеру чёрные джинсы и легкую клетчатую белую рубашку. Размеры превосходили размеров Паркера, поэтому они выглядели мешковатым на нём. Даже это казалось милым.       —Боюсь спросить…,—прокомментировал парень надев на себя мужскую одежду.       «Она что тащила парней к себе в дом? Если да, не хочу знать почему»       —Это одежда моего брата,—тихо ответила девушка. Он наступил на опасную мину,—Я не решилась выкинуть всю его одежду, после…после гибели,—глаза забегали по всей комнате, а рот начал судорожно хватать воздух, будто та вышла только что из пожара.       Вместо слов Паркер просто обхватил девушку объятиями за плечи, ласково поглаживая спину и зарываясь носом в пепельные волосы, которые пахли его раем. Девушка будто ждала только этого, уткнулась носом в его шею, обнимая за талию парня. Нежные пальцы сильно царапали талию, затем уже спину. Питер лишь шептал ласковые слова ей на ушко, чтобы та успокоилась.       —Все хорошо, слышишь? Прошло. Прошло ведь. Я рядом,—девушка пыталась перевести дыхание, но выходило так, что она выглядела задыхающейся в стопке своих слёз.       Стоило ей вспомнить про своего брата, как это пробудило в ней всё. Буквально. Это заставило последовать за воспоминаниями о Вижне, о кошмарах, которые преследовали девушку каждой ночью. В каждом кошмаре девушка видела одно — того, как она лишалась своей «семьи». Как у неё отбирали её несуществующих детей, как у неё пытались отобрать силу. Шарманка.       Но…       Но каждый раз появлялся Питер. Он будто слышал её душераздирающие крики во сне и прилетал на паутинах, (без костюма) наплевав что его могут застать врасплох. Каждый раз просто приходил, ложился рядом с ней и целовал в макушку. А она не просыпаясь ото сна, физически чувствуя тепло, прижималась к его груди. Так и засыпали в обнимку. А на утро просто пропадал. Хотя он знал, что она знает о его бывалом присутствии. А она знала, что он знал.       Так было и сейчас. Они лежали на кровати. Ванда медленно посапывала на груди Паркера, а он лёжа на спине перебирал волосы подруги.       Они чувствовали боль, тревогу друг друга. Может поэтому и тянуло их друг другу. Может именно поэтому тогда они познакомились во время похорон. И поэтому так быстро сошлись и выстроили приятные взаимоотношения. Думая обо всем этом Питер уснул. Их ждало еще много таких дней, таких раздумий. И они обязательно придут к одному решению на счет их отношений. Но все это будет когда-нибудь в другой раз.