Отряд специального назначения

      Соблюдение традиций, этикет, умение в любой ситуации «сохранять лицо», не общаться с теми, кто ниже по статусу как с равными. «И маму во всём слушаться», — мысленно усмехаясь, добавлял к этому списку ещё один пункт Филипп. Ему повезло родиться в семье коренных аристократов, как часто повторяла леди Ингрит, и грех было на это жаловаться. Роскошный дом, слуги, привилегии, возможность учиться в самом престижном университете страны и входить в список десяти богатейших людей. Вот только для Филиппа это больше проклятие напоминало. Камень, давящий на плечи и грозящий в конечном итоге сломать все кости, раздавить, превращая в бесформенное пятно, которое в умелых руках вполне может форму обрести. Только вот это будет уже не Филипп, а лишь пустая оболочка. Удобная и послушная.       Он всегда мечтал сбежать от этого, поселиться где-нибудь далеко-далеко, чтобы не нашли, и зажить другой, своей жизнью. Без традиций, этикета и списка тех, с кем можно общаться, чтобы не навредить репутации семьи.       Военная академия вместо университета бизнеса и управления была первым шагом в попытке отстоять своё «Я». Мать одобрила, оценив, какие открывались перспективы. Хотя то, что сын будет подвергать себя опасности, ей и не понравилось. Успокаивала она себя лишь тем, что командиры гибнут реже простых солдат, а в том, что Филипп будет командовать, она не сомневалась.       Следующим шагом была попытка переезда, которая с треском провалилась.       — Чем тебя не устраивает наш дом? — спросила Ингрит, едва Филипп затронул тему собственного жилья.       — Он меня устраивает, но хочется немного самостоятельной жизни. Без слуг, которые делают всё за тебя.       Ингрит сдержано рассмеялась.       — Что за вздор, у тебя есть и более важные дела, чем убирать или готовить. Поверь, сынок, эта твоя самостоятельная жизнь — блажь и только.       — Да, мама, — вздохнул Филипп, — как скажешь.       Пришлось уступить и забыть на время о собственном жилье вдали от родового имения.       А вскоре появился шанс, грозящий изменить его жизнь навсегда.

***

      — … А потом я использовал всё своё красноречие, чтобы убедить её: такой шанс предоставляется раз в жизни, нужно успеть им воспользоваться. И она такая: «Хорошо, сынок, соглашайся. Твоё имя войдёт в учебники истории, как первого человека командующего фейри», — закончил Филипп и усмехнулся.       — Так и сказала? — удивлённо спросил Персиваль.       — Ага. Она понятия не имеет, что это за «Оплот» такой и кто здесь всем управляет. Она и на фейри смотрит как на существ обделённых разумом.       — Так ты поэтому решил в Оплот вступить? Что б от матери сбежать? — укоризненно покачала головой Шрайк, слышавшая весь разговор.       — Вовсе нет, — покраснел Филипп. — Мне просто близка позиция мирного сосуществования.       — Что за нападки? — вступилась за парня Аврора. — Может он вступил к нам потому, что действительно решил жить своей жизнью и своим умом.       Филипп благодарно ей улыбнулся. Аврора была одной из немногих, кто умел видеть суть. Пожалуй, ради такой, как она, стоило покинуть золотую клетку.