Небольшое недопонимание

Микаса уже успела собрать все свои учебники с парты, хотя до звонка оставалась ещё пара минут. Всё равно урок был до невозможности скучным, да и преподавателю было, в прочем-то, наплевать на происходящее, поэтому, в последние десять минут занятия, в классе творился почти что совершенно неконтролируемый хаос. Кто-то переговаривался о своём, кто-то строчил сообщения в мессенджере, а кто-то, как и она, просто ждал окончания этой каторги. Последний урок на сегодня как-никак. Но вот прозвенел долгожданный звонок, и школьники повскакивали со своих мест. Микаса поспешила за остальными, ей хотелось нагнать Эрена, чтобы вместе прогуляться домой. Но внезапно для неё, парень сам подошёл к ней, как только все вышли из класса. Эрен выглядел немного потерянным и смущённым, и Микаса уже успела напридумывать себе воздушных замков, но голос парня быстро вернул девушку с небес на землю. — Микаса, выручай, ты же мне друг? — с надеждой произнёс он, почёсывая себя за затылок. — Конечно, — потупившись ответила девушка. С чего бы ему задавать такие глупые вопросы? — Видишь ли… — замялся парень. — Я договорился пойти в кино и забыл, что сегодня в классе дежурю, помоги, а? Девушка глубоко вздохнула. Она надеялась провести с ним время, а он, оказывается, в кино с друзьями пойдёт. И её не позвали. Да ну и ладно. У неё всё равно есть и другие дела. Она ещё заставит Эрена понять, кого он теряет. — Ладно, — недовольно произнесла девушка, тоном показывая своё отношение к данной ситуации. — Спасибо! Как-нибудь сочтёмся! — пролепетал Йегер, даже не заметив реакции Аккерман, и, весело помахав рукой, удалился к смеющейся компании друзей.

***

Микаса уже протёрла парты, подняла стулья и вытерла доску, как вдруг в класс кто-то вошёл. — Ой, добрый день! — сказала девушка, увидев знакомую фигуру. Леви Аккерман, уборщик, стоял в дверях, удивлённо разглядывая девушку. Её вид много кого смущал из-за выбора одежды, но менять свой стиль ей совершенно не хотелось. Ей нравилась готическая эстетика, поэтому она всегда носила красные или чёрные вещи, обвешивалась аксессуарами и ярко подводила глаза тёмными тенями. Столь прямой взгляд смутил Микасу, но вида она не подала. — Сэр? — повторила девушка, не получая никакого ответа. Словно пробудившись ото сна, Леви встряхнул головой и вместо приветствия спросил: — Разве сегодня твоя очередь? Вежливость явно не была его коньком, но юной Аккерман до этого не было особого дела. Она-то всего лишь помогала другу, так что вполне могла просто ответить на вопрос. — Эрен попросил. — Вот же зараза! — с некоторой злобой проговорил мужчина. — Он мне был сегодня так нужен! Микаса удивилась. Что это за дела у Эрена с уборщиком? Но спросить в лоб не позволило воспитание. Да и побаивалась она его. Ходили слухи, что Леви бывший босс мафии, и глядя на него, в это можно было поверить. Несмотря на маленький рост, мужчина умудрялся смотреть на тебя с высока, и когда он протирал полы, то все ученики щемились по углам и прилипали к стенам, чтобы, не приведи господь, не наследить на вымытом полу и не получить по шее шваброй. — Ладно, не важно кто, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала, — немного подумав, произнёс мужчина.

***

«Что это вообще за просьба такая?» — размышляла Микаса, вычерчивая мелом в одном из учительских кабинетов круги. Огромная звезда уже расположила свои концы на пересечениях с окружностью, символизируя собой голову козла. Почему козла? Да кто ж теперь вам скажет. Может демоны раньше на козлов походили? Встав с пола, и оценив свою работу, девушка довольно кивнула. В самом центре учительской расположился огромный круг, внутри него был начерчен ещё один чуть меньшего размера, а в него была вписана идеально выведенная пятиконечная звезда. Микаса чертила знаки такого размера впервые, но отлично справилась со своей работой. Глаза боятся — руки делают. В комнате стоял сумрак — Аккерман задёрнула шторы и вечерняя комната заметно потемнела. Достав из своего рюкзака набор ритуальных чёрных и красных свечей, которые она часто носила с собой на всякий случай, и перевёрнутое распятие, девушка присела на колени и стала расставлять свечи по периметру большей окружности, подтапливая воск внизу зажигалкой. Предметов, сдерживающих то, что она собиралась призвать, у неё не было, а в магазине со всякими оккультистскими штучками, они стоили каких-то невероятных денег, так что Микаса понадеялась, что защитное заклинание, которое она прочтёт, поможет ей оградить себя от зла. На всякий случай, смазав шею и руки шафрановым настоем, девушка открыла книгу с заклинаниями. «Ut oratio Tua protege me a immundus potentia, de malo, oculus, a horror, supermundanae! Etiam, quam tueri te ex nigrum, malum, quam ad firmandam fidem, et vitare peccatum cadit! Intercedere ante tenebris vires animae in unum, qui legit haec oratio pro Gloria! Tueri a machinations hostium et mali spiritus, Domine!» — проговорила девушка тихим голосом, надеясь, что не получит от нечистых сил за молитву к богу. Но другой защиты у неё не было, так что пришлось импровизировать. Микаса обошла круг шесть раз, после каждого оборота зажигая по три свечи и выписывая по одной демонической руне. Когда все свечи загорелись и теперь ярко освещали пентаграмму, девушка приготовилась к главному заклинанию. Держа перед собой книгу и перевёрнутое распятие, девушка уверенно зашептала: «Ad construgendum, ad ligandum eos, pariter et solvendum, et ad, congregantum eos, coram me.» Но ничего не произошло. Пораскинув мозгами, Аккерман вспомнила, что настоящий ритуал призыва демона должен непременно сопровождаться жертвоприношением. Девушку передёрнуло. Ну уж нет, убивать зверушек она не будет, слишком уж это мерзко. Но демона-то призвать как-то надо… Решение само себя обнаружило. По комнате летала слишком назойливая муха, и Микаса, ловко прихлопнув её ладошкой, тут же бросила насекомое в круг. Муха занялась чёрным пламенем, и вихрем завертелась внутри, огнём разукрашивая руны, круги и звезду. Через мгновение пламя начало собираться в самом центре круга, вырисовывая демоническую фигуру. Уже в следующий момент перед Микасой предстало жуткое существо. Это был получеловек-полузверь с огромными чёрными рогами, волчьей пастью и горящими злобой глазами. Ноги походили на козлиные, покрытые чёрной шерстью, а вместо стоп по полу цокали громадные копыта. Торс существа-демона был подтянутым, мускулистым и очень смуглым. — QUI AUSUS VOCARE ME, ET QUOD EST PROPOSITUM? — громогласно проговорил демон. Его голос эхом отражался от стен, хотя тон речи был спокойным, и угрозы девушка не почувствовала. — Эм… сценция потенция эст, — ответила Микаса, но существо выгнуло бровь на своём волчьем лице, и девушка поняла, что коммуникация не состоялась. — Прошу прощения, а вы говорите по-английски? — спросила Аккерман, неловко переминаясь с ноги на ногу. Заклинания-то она знала, но сам язык никогда даже не пыталась изучать. Не думала, что ей когда нибудь пригодится что-то кроме крылатых выражений. — ЭХ МОЛОДЁЖЬ… ПРИЗЫВАЕТЕ НА ЛАТЫНИ, А В РАЗГОВОРЕ И ДВУХ СЛОВ НЕ МОЖЕТЕ СВЯЗАТЬ… — продолжил демон, разглядывая помещение. — КАКОГО БОГА, ТЫ МЕНЯ ЧТО, МУХОЙ ПРИЗВАЛА?! — возмутилось существо, поднимая своими огромными пальцами опалённое огнём тельце насекомого. — НИКАКОГО УВАЖЕНИЯ. ГОВОРИ БЫСТРО ЧТО ТЕБЕ НАДО, БОЛЬШЕ НЕ ХОЧУ ТРАТИТЬ НА ТЕБЯ ВРЕМЯ. Демон сложил руки на груди, ожидая приказаний. Пентаграмма была выполнена качественно, шансов вырваться не было, поэтому проще всего было просто выполнить то, что нужно этой невеже, и вернуться восвояси. — Мне только ваше присутствие требовалось, в принципе, больше ничего и не надо, спасибо! — ответила Микаса, открывая книжку. Ошарашенный демон вытаращил на неё свои алые блюдца-глаза, пока она перелистывала странички книги в поиске заклинания экзорцизма. — Ах, ну вот же оно… — пробурчала себе под нос девушка, начиная зачитывать заклинание: «Exorcizamus the, оmnis immundus spirits, оmnis satanica…» — СТОЙ-СТОЙ! — Прошипел корчившийся в агонии демон. — Я САМ УЙДУ! Существо объяло себя пламенем, бурча под нос что-то про мух и любителей, и исчезло так же быстро, как и появилось. Свечи в одночасье погасли и комната погрузилась в первоначальный полумрак. Девушка с чувством выполненного долга раздвинула шторы и приоткрыла окно, чтобы проветрить помещение от запаха восковых свеч. Дверь в комнату распахнулась, и Леви с ведром воды и чистящими средствами вошёл внутрь. В учительской пахло жжёным воском, комнату заполонила лёгкая серая дымка. По полу растекались восковые капли от недавно горящих свеч. Паркет пострадал больше всего: по периметру пентаграммы слегка потрескался и потемнел лак. Кажется, рисунок останется здесь даже если тереть его жёсткой щёткой. Завершала эту картину обугленная муха, нашедшая свой покой среди этого безобразия. — Ты что делаешь? — спросил Леви, ошарашено разглядывая оккультистские письмена и дьявольские знаки на полу. — Вы же попросили сатанировать комнату, — непонимающе хлопая глазами ответила Микаса. — Санировать! Са-ни-ро-вать, — проговорил мужчина по слогам. — Я просил её помыть!