Не такой, как все

Я уеду в тот край, Где ночами не жгут Лампы фонарей. Потому, как тут нет электроволн.. Здесь не гаснут огни Факелов и свечей Блики крови бросая На штрихи лесов. Здесь не слышен винтовки затвор И кресты – словно свастика – не пестрят. Здесь ещё не утратили веру в древних богов, В тех, что вмещают и свет, и тень. Край непуганых птиц И тернистых дорог, Своих странников ждущих годами. Вечно чист горизонт, изредка затемнен Грозовыми он облаками. Вечно реки текут И деревья шумят, И хищник годами преследует дичь. И лишь изредка слышен здесь Лязг мечей. И стрела просвистит, словно жало змеи. Все живущие здесь – сильны и горды; Неприступны, как скалы у мертвой воды. Крут их нрав, и тело у них не слабей, И в почёте у них и храбрость, и ум. Уважают достойных, врагов не щадя. И нет входа в сей край, где священна земля. Горы, выше Тибета, хранят её тайны Окружают землю эту бурные моря. Все ветры мира песок раздувают С пляжей места этого тайного. Не найдёт его смертный, всю землю пройдя, Но разумом сильный пробьется туда. После смерти своей мотыльком на огонь, Пролететь перелетною птицей. И когда все надежды покинуть уже, Вдруг покажется берег скалистый. И новую жизнь обретя средь лесов, Меч в руки бери и иди на восход. Докажи, что достоин этой земли, Назови ее новым домом своим. Где не только за правду, но за дела Воин новый найдет себе славу. Край лесов и пролесков суров, но и мудр Это можно понять через годы. Настоящий храбрец себе дом здесь найдет.. Ну, а трусам сюда путь заказан. "Вот и ещё одно стихотворение.." – с горькой усмешкой подумал парень, сидящий на кровати в темноте и духоте. Мать считала, что сквозняки сейчас могут быть опасны для его здоровья. Бред полный: что может сделать какой-то дохлый ветер с запада, когда половина его лица превратилась в кровавое месиво, из которого блестели скуловая кость и зубы. Чудом сохранился глаз, но все окружающие считали парня несчастным уродом, достойным жалости и лёгкого отвращения. Все, кроме самого молодого человека, который не видел в ране ничего плохого. Он сел, положив подбородок на сцепленные руки. Если бы он решил выпустить свой сборник стихов, то сочиненное только что оказалось не самым лучшим, но важным. Когда он вообще успел стать поэтом? Надо сказать, в современном мире парень всегда считал себя чужим и ненужным. Душа рвалась к чему-то прекрасному и недостижимому. Постепенно перед мысленным взором рождались и разрозненные картины, абстрактные, но приятные, как привкус коктейля на языке. Огромное небо с росчерками облаков, сероватый крупный песок под ногами, жаркий, как июльская ночь, колосья диких трав, легкий шум лесов. И дорога. Дорога всегда была главной, являясь как бы воплощением мятущейся души странника. Вечная, узкая дорога, что зовёт к себе всех, но все ли ответят на этот зов? Он откликнулся. После того, как неизвестные облили его лицо кислотой, мир показал, что человеку, чуть-чуть отличающемуся от стада,в обществе не место. Все мечты наконец обрели свои четкие очертания,и парень знал, что скоро он отправится в ночь. Однако сегодня произошло небывалое: в мире грез появились и люди. Конечно, парень читал Толкина, Саровского и многих других. О да, он был бы непротив оказаться в фэнтазийном средневековье, но увы! это было лишь выдумкой талантливых авторов. И похоже, он решил стать одним из них. Куда же ещё бежать от реальности, если не в мир иллюзий? Брать в руку меч, седлать коня – и в путь, бить Саурона, Сарумана, орков, темных эльфов, злых королей.. да кого угодно, главное действовать, а не стоять на месте! Длинные сальные волосы упали юноше на плечи, пощекотали щеку. Он вздохнул, откинул непослушные пряди. Как же тесен,слаб и жесток современный мир, где люди трусливые и мелкие. Они готовы рвать друг другу глотки не за дело,а просто так – потому, что хочется. Они покрывают любимых слюнявыми поцелуями ночью и бьют по лицам днём. Что-то говорят о защите животных и тут же не тушат за собой костры. Говорят о свободе, и сидят в своих квартирах, словно в тюрьмах. Но он не такой. Несмотря на худобу и мягкость черт, в юноше было больше звериного, чем человеческого. Он был рожден не в своё время, и знал это. Где-то в другом мире он был бы счастлив, а здесь страдал. Парень погладил своё эльфийское ухо. За что природа так насмеялась над ним? Одарила таким знаком – и бросила в общество скотов, где за эти уши вытянутой формы его гнобили сверстники, а когда он отрастил длинные волосы – и сверстники, и учителя? В институте стало полегче, ведь теперь стало неожиданно модно сдедаться необычным. Но и в компании неформалов парень всё равно был чужим. Он любил симфоник-метал и этно, а не бешеный панк-рок. Так что.. не повезло. Он продолжал сидеть, глядя на звёзды. Какой-то певец сказал, что на небе ровно столько звёзд, сколько наших глаз. Что же, пусть будет так. В серых глазах юноши отражались блики звёзд и тонкого серпа луны. Парень задумчиво покрутил в руках длинный тонкий нож с острым лезвием. Поиграл, перебрасывая между пальцами, чуть прищурился в темноте и метнул в стену, где располагалась мишень в форме человеческого торса. Попал в сердце. У парня всегда была тяга к холодному оружию: мечи, ножи, копья. Луки и арбалеты? Их он оценил чуть позже, но быстро стал неплохим стрелком. Денег на покупку нормального меча пока не было, но вот самодельный лук: из прочной, но гибкой древесины – у парня имелся. Что удивительно, свой нож юноша нашел на перекрёстке трёх дорог, когда возвращался после ночной прогулки по озеру. Постой, забытый всеми перекресток. И вдруг в пыли блеснуло лезвие клинка. Парень как взял нож в руку, так и влюбился. Подумав, оставил на перекрестке тысячу (больше с собой не было), а нож забрал себе. С тех пор найденное оружие стало словно родной душой, которая понимала все переживания и боль своего хозяина. Нож был его лучшим другом и в свои странствия парень решил отправиться вместе с ним. Наконец, молодой человек собрал пепельные волосы в косу и лег на спину. Но не на кровати, а на полу, чтобы чувствовать прохладу ламината. А в это же время, где-то очень далеко герцог эльфов упрашивал своего короля забрать из далёких трущоб молодого воина со шрамом на лице. После долгих споров король дал добро. Герцог отправился снаряжать отряд.