Я так скучала по тебе, Ибуки...

Жизнь Саяки после убийственной игры проходила не без трудностей, впрочем, как и у всех остальных её выживших. Им невероятно повезло, что Фонд Будущего решил взять их под присмотр. Вероятно, без удачи Макото и на этот раз не обошлось. Да и то, что она вообще выжила является огромной удачей. Девушка до сих пор вспоминает, как затряслись её руки, после просмотренного видеомотива Монокумы, как она закричала с непривычной для неё интонацией, и как целенаправленно пошла на кухню за ножом, преследуя только одну цель: убить. Тогда она была в полном отчаянии. Мысли о том, что ты в один миг потеряла все, чего добивалась долгие годы, толкали её на самые безрассудные поступки. Группа, карьера, репутация — всему пришёл конец. Чтобы достичь этого, Саяке пришлось сделать многое, и даже то, что не вписывается в нормы морали. Но особенно ей было жаль девочек. Майзоно по-настоящему привязалась к ним, считала их своими подругами, а не просто какой-то подтанцовкой. Она помнит всех, кто ушёл из группы. По разным причинам. Не каждая выдерживала все «прелести» жизни айдола. Но каждую из них Саяка понимала и принимала. Сейчас этих бедных девочек возможно уже не было в живых. Но вдруг кто-то остался? Вдруг этот мотив вообще не имеет связи с реальность? Майзоно не могла просто сидеть и гадать. Девушка приняла решение узнать ответ на этот вопрос любой ценой, даже если до этого придётся кем-то пожертвовать. Это же всего один человек, да? Она знает его лишь один день. Ценность его жизни для Саяки явно не перевешивала жизней её подруг. Майзоно пришлось злоупотребить хорошими отношениями с Макото, чтобы осуществить свой план. Хоть ей и не хотелось его предавать, ведь девушка считала его довольно милым и испытывала к нему симпатию, но в этой ситуации Наэги был самым удобным вариантом. До последнего Саяка не знала всех условий убийства, а когда все выяснилось то струсила. Лишить жизни одного из одноклассников не достаточно. После этого запятнанному предстояло убедить класс в своей невиновности на суде. Если ей это не удастся, то за преступлением последует казнь, а если все же получится - наказаны будут все кроме неё. Убедить в своей невиновности? Наказаны все, кроме неё? Она не сможет ничего никому доказать, да и не выдержит настолько большой ответственности, если все пройдёт удачно. После такого объявления Саяка так и осталась сидеть в своей комнате на кровати, держа нож в руках и плача. Какая же она глупая... Конечно же Монокума не оставил без внимания такой проступок. На следующий же день он заявил перед всеми, что Саяка Майзоно — Абсолютная Поп Звезда, захотела убить своего одноклассника — Леона Кувату, а так же воспользоваться доверием своего друга — Макото Наэги, чтобы потом обвинить в содеянном. Но в последний момент отступила. Не решилась. Медведь как бы невзначай решил промотивировать других, чтобы не повторяли ошибок Саяки и были решительней в своих действиях. Только вот единственное, на что появилась мотивация у всего класса — это впредь избегать Майзоно. Даже Макото перестал звать её провести вместе свободное время, вероятно боясь, что та захочет убить его. Тот же Ясухиро при виде девушки начинал визжать и звать на помощь, ибо тоже думал, что Саяка жаждет только его смерти. После первого, наконец совершенного убийства, в первую очередь обвиняли Майзоно. Что ж, в дальнейшем она действительно ещё не единожды задумывалась, что может и правда попытаться выбраться отсюда, ведь «вечно жить со всеми в мире и покое» ей уже не светит. Но наблюдая, как каждого нового запятнанного раз за разом казнят, девушка потеряла всякие надежды и просто сдалась, в ожидании своей судьбы. Теперь, когда она работает в Фонде Будущего, к ней стали относиться снисходительней. Находясь в одном отделе с Макото, Саяка пыталась возобновить общение с ним. Наэги, да и все остальные выжившие, больше не держат обид. Счастливчик признался, что никогда не понимал, за вообще Майзоно так винили, если она ещё даже не успела ничего сделать. Но страх за свою жизнь все равно не давал ему оставаться с ней наедине. С каждым новым днем, Саяка все лучше понимала, что их общение больше никогда не станет прежним. Да, они вроде бы помирились, но, к сожалению, это не то, что раньше. Между ними появилась какая-то неловкость, которая раньше отсутствовала. Найти темы для разговора было все сложнее, а продолжать их тем более. Ко всему прочему, Майзоно заметила, ещё будучи запертой в Пике Надежды, как Макото сблизился с Кёко. Они все время проводили вдвоём, помогали друг другу на расследованиях и судах, казалось, будто холодная и закрытая Киригири действительно доверилась ему. И сейчас, они мило беседуют наедине, встречаются после работы, и Наэги вовсе не нужна никакая Саяка пока рядом с ним Кёко. Ничего не оставалось, кроме как принять и эту ситуацию. Между тем, девушка захотела попробовать узнать, что все-таки случилось с её группой. В Фонде Будущего были люди, которые помогли бы Майзоно выяснить некоторую информацию. Как оказалось, девушки были схвачены Джунко и отправлены в Това Сити, вместе с остальными близкими 78-го класса. Аяка Ханеяма стала жертвой Демонической Охоты детей. Ей, видимо, удалось скрыться от Воинов Надежды, но о её нынешнем местоположении ничего не известно. Остальные участницы как будто пропали без вести, вероятно их давным-давно растерзали Монокумы. Понятно, что такие новости далеко не порадовали Майзоно. Искать где-то Аяку было бы бессмысленно, может быть она уже на другом конце света или вообще мертва. Про трёх других думать тем более. Но Саяка никак не хотела снова опускать руки, она дала обещание самой себе, что обязательно встретится снова хотя бы с одной своей подругой. Но пока придётся оставить эту идею, ведь проблем и так у всех в достатке. Сперва нужно разобраться с отчаянными и восстановить мир от разрухи, ведь это основная цель Фонда Будущего. А потом она обязательно отправится на поиски, во что бы то ни было. Отчёты об устранении осколков отчаяния обновлялись все чаще. Саяка замечала беспокойство Макото всякий раз, когда Кёске докладывал о новых убитых. Подобный способ борьбы его явно не устраивал и видно, к сожалению, это было не только ей. Наэги говорил с Чисой про Мунакату и его понятие надежды, на что та не смогла ему ничем помочь, сказав лишь что им следовало бы объединиться. Майзоно была равнодушна к методам противостояния обоих, но она хотела помочь Макото. Девушка уверяла, что на этот раз точно будет на его стороне и станет помогать чем сможет. Она должна была показать, что изменилась и хотела сделать это действиями, а не просто пустыми словами. Саяка не ошиблась, Наэги поистине что-то задумал. В свои планы он посвятил не многих, и Майзоно была в их числе, чему она безмерно рада. Как выяснилось, Макото придумал способ, как остановить Осколки Отчаяния, не убивая их. Он назвал это Программой Нового Мира. С помощью Чихиро, а так же Геккогахары и Мацуды, создана виртуальная реальность, в которой программа может изменить воспоминания о реальном мире с помощью информации виртуального мира. Таким образом можно «вылечить» отчаявшихся, путём замены их памяти. Наэги жалел тех ребят, даже после всего что они сделали. Он всегда винил во всем Джунко, а в них видел свой класс когда-то. Они так же страдали, были теми же несчастными детьми, которые пали жертвой обстоятельств. Наэги верил, что они смогут измениться, поэтому хотел дать им шанс на новую счастливую жизнь. Работа шла полным ходом. Все необходимо делать точно и незаметно, ведь узнай об этом Кёске... Лучше даже не представлять. Информация о 77-м классе до трагедии могла сильно помочь, так что Макото поручил Майзоно порыться в уже известной биографии их «пациентов» и добавить что-то от себя при возможности. Как только Наэги вручил ей табель с учениками всего класса, Саяка увидела её. —Наэги-кун? Постой! Ты видишь её? — Девушка указала пальцем на силуэт с большими розовыми глазами и растрепанной причёской в виде двух рог. —Что, уже кого-то узнала, Майзоно-сан? Хорошая работа, я в тебе не сомневался, — Макото улыбнулся ей и выглядел очень довольным. —Нет, я точно знаю её. Это Ибуки Миода, она выступала со мной в группе! —Она была с тобой в группе? Но я думал, что все её участницы находились в Това Сити до этого момента... — Макото был удивлён, но не больше Саяки, — Что ж, ты права, это действительно Ибуки Миода, но ты можешь объяснить, как так оказалось, что она могла выступать вместе с тобой? —В общем, она бывшая участница... То есть, когда-то ушла из группы, но долгое время мы продолжали общаться, пока её не взяли в Пик Надежды. Я думала, что Миода перестала писать мне, потому что у неё появились дела по важнее... —А теперь оказывается, что она не писала тебе, так как с ней случилось вот это, да? —Да, но это было уже после. Когда я получила письмо о зачислении, сразу подумала о том, чтобы пойти к ней и обрадовать, что мы теперь снова сможем видеться. —Может вы виделись, просто ты не помнишь этого? —Может... — Продолжать разговор не было желания, мысли Майзоно были заняты совсем другим. Наэги тоже не стал наседать, а тактично попрощался и оставил девушку работать наедине с собой. Начала Саяка само собой с Ибуки, иное было бы удивительно. Листая её досье и перечитывая некоторые моменты оттуда, перед глазами начали всплывать тёплые, давно подавленные воспоминания. Она словно мысленно вернулась в прошлое на какое-то время. Познакомились они ещё в совсем раннем возрасте, когда только переходили в среднюю школу. В детстве Майзоно была довольно шумной, так что они с Миодой быстро заметили друг друга. Пускай девочки и учились в разных местах, все равно находили время видеться. У них было много общего, но сильнее всего их связывала любовь к музыке, пускай и вкусы в ней значительно разнились. Саяка никогда не оставляла свою мечту стать айдолом, поэтому создала школьную музыкальную группу, в которую позвала Ибуки, и та согласилась. Команда стала набирать популярность и начала участвовать в конкурсах разных масштабов. Сначала это были просто соревнования между школами, потом городские мероприятия, и не успели они опомниться, как на них обратили ещё больше внимания. Нашелся тот, кто готов был спонсировать группу. Майзоно безгранично радовалась этому и подписала контракт. С первого взгляда все звучит прекрасно и замечательно, но существуют некоторые проблемы. Чтобы устроить себе нормальную карьеру, нужно соответствовать стандартам красоты, определённо себя вести, одеваться в конкретную одежду. Их продюсер был очень строг по отношению к таким вещам. Он отчитывал девушек за все что только можно. Неаккуратный макияж, юбка не той длины, кривая осанка, плохое настроение и многое другое. Мужчина порой требовал сниматься в рекламах, фотографироваться для эротических журналов, дабы повысить известность и завести полезные знакомства. Саяка всегда держалась стойко, терпела все его выходки, запоминала все, что тому не нравилось и старалась больше на этом не попадаться, ведь с самого начала знала, на что шла. Но другие девушки все уходили и уходили, а им тут же находили замену. Ушла и Ибуки. Для неё важнее получать удовольствие от любимого дела, а не приходить на каждую репетицию, как на пытку. В коллективе она тоже чувствовала себя неважно, все смотрели на неё с неким осуждением, ведь Миода сильно выделялась своим через чур безбашенным поведением и необычной внешностью, что портило репутацию команды. Это подмечали и со стороны: «А Ибуки точно планирует стать айдолом? Что ж, такими темпами её в скором времени вышвырнут оттуда, либо если она этого не хочет, то придется измениться до неузнаваемости». Так что девушка не стала дожидаться исключения, а просто добровольно покинула их. Из изначального состава остались только сама Майзоно и Сатоми. От этого становилось грустно. Но она ничего не могла сделать с Миодой и другими ушедшими. Будучи лидером, девушка старалась поддерживать общения со всеми, по её мнению, некрасиво было бы забыть о них, сразу после ухода. Первое время отвечали все, только в дальнейшем становилось всё меньше тех, кто откликался на сообщения. Лишь Ибуки с охотой продолжала переписываться с Саякой: слушала, как прошла её последняя репетиция, рассказывала, как складывалась жизнь после ухода из команды. Миода радовалась от всего сердца, когда Майзоно дали звание национального айдола, а та ликовала, когда узнала, что её подругу взяли в Пик Надежды. Только вот на этом все и кончилось. После поступление Ибуки туда как Абсолютной Музыкантки, их диалоги становились все короче, а причин для их возникновения все меньше. Саяка предполагала, что учиться в такой школе непросто, поэтому не надоедала ей лишний раз. И вот опять Майзоно была на седьмом небе от счастья, когда письмо о зачислении пришло уже ей. Она хотела как можно скорее удивить Миоду своим появлением, однако дальше её память обрывается… Закончив обработку сведений об Ибуки, девушка нехотя перешла к остальным. —Так, настоящее имя того парня неизвестно, но он выглядит в точности как Бьякуя, только полнее. Да он и имя его взял, похоже фанат… А вон про того, с железным ошейником, кажется рассказывала Селес… — Саяка рассуждала вслух, чтобы сосредоточиться на процессе, а не забивать голову лишними мыслями. За один вечер выполнить такой объём материала практически невозможно, в связи с этим, посидев еще пару часов, Майзоно пошла отдыхать после такого тяжёлого, для её мозга дня. Хорошо выспаться все равно не получилось, девушка была слишком перевозбуждена последними новостями. Она не могла сосредоточиться на основной работе в течении суток, поскольку ей не терпелось поскорее завершить сбор данных о 77-м классе. Чем раньше Саяка это сделает, тем раньше их команда приступит к следующему этапу проекта и наконец воплотит его в жизнь. А там уже рукой подать до того, как Майзоно снова будет видеться с Миодой, проводить время как раньше, ведь сейчас ей так не хватает человека, с которым она могла бы говорить обо всем на свете и попросить о поддержке в трудную минуту. Саяка воображала, что все будет именно так, но в один миг задумалась: а вдруг это окажется лишь мечтами, и реальность совсем не такая, как она её себе представляет? Вдруг Ибуки не захочет её видеть? Должна же быть причина, по которой она перестала ей писать. Нет, нельзя позволить выдуманные доводам остановить её. Майзоно обязательно добьётся своего и никакие ничтожные сомнения не встанут у неё на пути. Если и правда есть основания на то, чтобы прекратить все взаимоотношения, если она и правда в чём то провинилась, то Саяка должна это выяснить. Пусть даже они не станут вновь подругами, девушке необходимо знать о состоянии Миоды. Понимание того, что с её знакомой все хорошо, уже даст успокоения. Поэтому надо продолжать работать. Майзоно закончила со своей частью и стала ждать остальных. Спустя пару месяцев программа была полностью готова. Оставался самый важный этап - доставить Осколки Отчаяния на остров Бармаглот, на котором и будет происходить действия программы. Саяка не до конца понимала, зачем вообще она собирала все документы об участниках, но Макото уверял её, что без этого они не смогут найти и поймать всех, так что она большая молодец. Помощи для поимки и перевозки на место назначения пришлось просить ни у кого иного, как у Бьякуи. Только у него было достаточно средств и влияния для подобного мероприятия. Кстати приобретали целый остров тоже на его деньги, поэтому Наэги было не удобно просить Тогами об очередной услуге. Как бы Майзоно не хотелось поприсутствовать на перевозке, ей не позволили этого сделать. Находиться бок-о-бок с отчаянными слишком опасно, а Саяка не имела никак физических навыков для своей защиты. Макото, как абсолютный счастливчик, взял роль проводника на себя, искренне веря в то, что удача спасёт его. Пока Наэги прибывал в отъезде, Майзоно и Киригири разделили его обязанности по работе между собой. Девушки до того времени не общались друг с другом, в связи с этим, находя их двоих вместе слишком часто, сотрудники Фонда Будущего стали сплетничать по этому поводу. Да и Макото куда-то «пропал». Как бы до начальства не дошло. Если обычные работники просто шепчутся, то Кёске точно заподозрил что-то неладное. Кёко поступил звонок от Бьякуи. Он докладывал, что с Наэги и Осколками Отчаяния все прошло гладко. Они добровольно согласились лечь в капсулы для входа в виртуальную реальность и никоим образом не угрожали Макото. Его везение и правда удивительно. Саяка настаивала на том, чтобы ей дали доступ к просмотру за происходящим в программе. Чихиро подключил трансляцию к одному из компьютеров Фонда Будущего, доступному только некоторым его членам. Так что Майзоно могла приходить туда в любое время. Но договорились так: кто-то постоянно должен был за ним следить и делать это будут посменно. Когда все было наконец сделано и запустился прямой эфир, все шло довольно неплохо. Воспоминания о трагедии были успешно стёрты и «новые» абсолютные только начинают знакомство друг с другом. Саяка вызвалась заниматься дежурством первой и ей никто не препятствовал. Девушка наблюдала за тем, как её старая подруга энергично посвящает всех в свои увлечения, смеётся и пытается поднять настроение другим. Она ничуть не изменилась. Хотя с чего бы ей меняться, если это по сути её прошлое. Настоящее Ибуки не так ярко и красочно. Но она здесь, чтобы навсегда покончить с этим периодом в её жизни и начать все сначала. А Майзоно будет рядом, пока все не закончится, пускай и по ту сторону экрана. Пока ребята на острове веселились, проводя время на пляже, Саяка проводила время с пользой и заполняла документы с отчётами для Мунакаты. Кто-то сидел на берегу, кто-то купался в океане, все было тихо и мирно, пока не появился он. Как это происходит обычно, непонятно от куда вылез Монокума. Его появление могло значить только одно, поэтому Майзоно сломя голову побежала к Наэги. Девушка чувствовала себя отвратительно, находясь запертой в Пике Надежды, убийственная игра не приносила никому удовольствия, а только боль и отчаяние. Саяка прекрасно помнила каждую проведенную секунду в этом гнусном месте, так что не могла допустить, чтобы кто-то ещё испытал те же эмоции. Пока Майзоно бежала по коридорам Фонда Будущего, заметила, что на всех экранах показывалось одно и то же видео, а именно трансляция Программы Нового Мира. Что же происходит? Почему это случается снова? Нужно скорее найти Макото. Похоже проблемы ждут всех. По дороге девушка столкнулась с Чихиро. Похоже он преследует ту же цель. —Фуджисаки-кун, ты знаешь где может быть Наэги? У нас большие неприятности! —Я тоже ищу его. Похоже, что кто-то взломал программу и поэтому она запустила прямой эфир на все устройства Фонда Будущего. —Это только половина беды. Я думаю, что там началась убийственная игра. Я видела Монокуму. —Что? Но откуда ему там оказаться? Код был написан мной вручную... —Я понимаю, но ты только посмотри! Никак нельзя допустить начала новых убийств, нужно срочно что-то сделать! —Хорошо. Тогда иди за Наэги, а я пойду выявлять изъяны программы. Приходите вместе в мой кабинет. Саяка кивнула и прибавила шаг. Спустя пару поворотов ей навстречу уже шёл Макото. —Наэги-кун, быстрее пойдём к главному компьютеру, Фуджисаки нас ждёт. —Подожди, Майзоно-сан! А как же— —Шевелись, Макото! Девушка не дала ему сказать больше ни слова, а молча поволокла Наэги за собой, стараясь не заострять внимание на происходящем на мониторах. Пока они дошли до места назначения, в комнате собрались ещё Киригири и Асахина. Чихиро начал свой доклад. —В общем, мы с Альтер Эго перечитали файлы программы и пришли к выводу, что вероятно в компьютер занесли вирус и было это сделано изнутри. —То есть, кто-то из Осколков Отчаяния пронёс вирус в виртуальную реальность... — Кёко вникала в происходящее на ходу. —Ты права, Киригири-сан, — Хотя это был и не вопрос, а скорее утверждение, Фуджисаки все равно ответил на него положительно, — Только все это складывается в ещё большую проблему. Так как вирус был загружен внутри самой программы, то снаружи и я бессилен... —Стой, Фуджисаки-сан, неужели мы и вправду сейчас ничего не можем сделать? И что же нам тогда остаётся? — Макото начал волноваться ещё сильнее и чувствовал вину за то, что он опять никому не помог, а сделал только хуже. Он хотел избавить этих людей от отчаяния, но в итоге они просто получают дозу нового, — Не надо мне было вообще за это браться... —Не говори так, Наэги-кун, но боюсь мы и правда ничего не сделаем. Нам придётся ждать завершения работы программы... — Если Чихиро — Абсолютный Программист, не смог все исправить, то ожидать это от кого-то другого просто бесполезно. —И смотреть как люди убивают друг друга? — Саяка не смогла больше терпеть. Юной девушке не пристало повышать голос, так её учили. Однако она больше не айдол и придерживаться хорошим манерам уже не обязательно, — Вы серьёзно просто так это оставите и даже не попытаетесь помочь им?! —Майзоно-чан, я понимаю, что ты чувствуешь. Твоя близкая подруга среди них, мы знаем, но пожалуйста пойми, ничего уже не поделаешь, — Аой попыталась успокоить Саяку, но кажется сделала только хуже. —Если бы ты меня понимала, то поддержала! Асахина, скажи ка, если бы в там лежала Сакура, ты бы сейчас так же стояла и мямлила себе под нос, что ничего не выйдет? У меня есть шанс спасти свою подругу и я им воспользуюсь! Аой замолчала. Саяка задела её за живое, но это похоже мотивировало её. Асахине стало стыдно, что она поддалась отчаянию от видимой безысходности. Это совсем на неё не похоже. Аой оптимистка, которая пытается найти что-то светлое, даже в самой мрачной ситуации, поэтому тут же взяла себя в руки. —А знаете что? Майзоно-чан права. Почему мы вообще решили, что нельзя ничего сделать, взглянув на обстоятельства только один раз? Мы сможем все исправить, главное не падать духом! — Асахина толкала вдохновляющие речи в своей привычной манере. Пускай она не слишком умна, но зато Аой хороший человек, что способен своим боевым настроем заставить поверить в себя кого угодно, — Эй, Макото, кто тут из нас Абсолютная Надежда? Хватит сопли жевать, соберись уже и подтолкни остальных на правильный путь! Макото был погружен в свои мысли и видимо Асахина вытащила его оттуда: —Вообще-то я и не собирался так просто сдаваться, просто задумался... Мы не можем помочь им отсюда, но если попробовать покопаться в аппаратуре на острове Бармаглот? Фуджисаки-кун, что скажешь? —Не знаю... Программой не предусмотрен вход извне, но если мы берём в счёт то, что она заражена вирусом, думаю попробовать можно, — Чихиро не был уверен в успехе сего, однако надежда умирает последней. Он, как создатель этой виртуальной реальности, не мог позволить себе пустить на самотёк своё детище. —Ты собираешься отправиться на остров Бармаглот, Наэги? — Кёко выясняла, что задумал Макото, — Как на этот раз планируешь оправдываться перед Мунакатой? —Что-нибудь придумаю. Ха-ха... Я же Абсолютный Счастливчик, как-нибудь выкручусь, — Не самая лучшая идея полагаться только на удачу, ведь однажды Наэги уже уезжал «по делам» и Кёске точно заподозрит что-то сомнительное. —Плохое решение, — Саяка первая выступила против такого плана, — Мунаката не дурак, чтобы просто так верить твоим сказкам про срочные отъезды. Сейчас вообще-то по всем мониторами транслируется убийственная игра между бывшими Осколками Отчаяния. И надо же, Макото Наэги собирается внезапно куда-то уезжать. Не выйдет. Тут не поможет даже твоя невероятная удача, — Майзоно была совершенно права. К тому же, Кёске уже замечал за Макото странности в его поведении и излишнюю жалость к своим врагам. Он ему явно не симпатизирует и чуть что все подозрения пойдут в первую очередь на него. —Я согласна с ней, тебе следует обдумать реализацию своих действий, — Киригири, как всегда, указывает только на ошибки Макото, не предлагая ему альтернатив. А зря, так бы все шло куда быстрее. —А может тогда поехать кому-то другому? Наэги-кун и Киригири-чан главы отделов, так что их точно хватятся. А вот Майзоно-чан, к примеру, обычный сотрудник, — Все, кроме Аой замолчали, — Что? Не выйдет? —Нет-нет, Асахина-сан, это хорошая мысль, — Макото начал развивать эту идею дальше, — Допустим так, мы исключаем руководителей. Но нам нужен программист, поэтому Фуджисаки-куну придётся ехать в любом случае. Он имеет хорошую репутацию и начальство должно отпустить его без особых разбирательств. Отпустить его одного звучит не очень, мало ли что случиться, так что нужен ещё один человек не из глав отдела? Все верно? —Да, я постараюсь сделать всё возможное, — Чихиро не возражал. —Я тоже согласна ехать, — То, что Саяка была за эту поездку ничуть не удивительно, — Я буду помогать, чем смогу. —Майзоно-сан, ты уверена? —Если я сказала да, значит да, Наэги! —Ладно-ладно, как скажешь! — Макото опешил от такой реакции, и пререкаться не стал. Если Саяка что-то решила, то переубедить её будет до ужаса сложно. Она полна решимости и далеко не глупа, сложностей с ней возникнуть не должно. Главное, чтобы от переизбытка эмоций девушка не натворила глупостей, но у неё будет Чихиро, дабы вовремя остановить её. —Эм, ребята..? — Аой обратила на себя внимание, — Мы все обсуждаем, что нам делать с Осколками Отчаяния на острове, только что нас счёт того, что у нас по всему Фонду Будущего транслируется убийственная игра? —Притворяйтесь, что ничего не происходит, — Кёко выдвинула свой довод, — Держитесь максимально отстранённо, вы ничего не знаете. Через какое-то время всё выяснится, но оттяните этот момент до последнего. Позвольте Фуджисаки разобраться со всем прежде, чем с этим разберётся Мунаката. Такое решение стало самым разумным в их положении. Конечно Кёске все узнает и вероятно очень скоро, однако лететь к нему с признаниями в содеянном ещё хуже. Сейчас главное безопасно доставить Чихиро и Саяку на остров, а дальше разбираться с фондом. Только вот, чтобы им добраться до острова, Макото нужно снова попрошайничать у Бьякуи. Остаётся только пожелать ему удачи. Ребята обсудили оставшиеся детали их действий и разошлись по своим рабочим местам. Во время собрания все делали вид, что ничего не понимают. Наэги никак не хотел смериться со своим отсутствием на острове Бармаглот, поэтому обещал Майзоно и Фуджисаки появиться при первой же возможности. Эти двое плыли на корабле в сопровождении Тогами, но оставаться с ними тот не захотел. Саяка решила, что так даже лучше, потому что если бы он остался, то лез бы под руку, утверждая, что справился бы лучше, хотя ничего не понимает. Климат на острове сейчас ничем не отличался от любого другого места в мире. Такое же красное небо, грязный воздух и ужасная погода. В Программе Нового Мира всё выглядит куда лучше. Майзоно начала завидовать тем, кто в ней находится, поскольку им удалось взглянуть на солнце, которое так давно не выглядывало из-за туч в реальности. Но с началом убийственной игры позагорать на пляже никому уже спокойно не удастся. Поэтому они с Чихиро и здесь. Саяка не разбиралась в сложной компьютерной технике, и из-за этого вся ответственность легла на Фуджисаки. Можно сказать, она приехала сюда просто для галочки. Девушка старалась всячески обеспечить комфорт Чихиро, дабы он не перетруждался, пока пытается взломать систему виртуальной реальности. А как ему не перетруждаться, если уже произошло первое убийство. Никто из них не понимал, что делать в этом случае, однако Фуджисаки следовало продолжать свою работу. Чихиро знал все нюансы программы, а именно то, что снаружи подключиться к ней практически невозможно. Было предусмотрено аварийное выключение, но на его активацию требовалось много времени. К этому моменту выживших останется крайне мало. Пускай они умрут всего лишь в виртуальном мире, их мозг будет думать, что они мертвы и в реальности, так что шансы на их восстановление ничтожны. Проанализировав наилучшие варианты развития событий, решено было оставить все как есть. Чтобы войти в программу нужно ждать, а пока Фуджисаки занялся новой разработкой. Это был ИИ, задача которого вывести из комы мёртвых учеников. Чихиро предпочёл умолчать как именно это будет происходить, чтобы лишний раз не трепать нервы Майзоно, что каждый день чуть ли не молится за жизнь Ибуки. Но Бог её не услышал, ведь однажды прозвучало оповещения о нахождении тела Миоды. Фуджисаки просто уже не понимал куда ему метаться, ибо нужно закончить разработку ИИ, а ещё нужно следить за истерящей Саякой. Девушка то носилась из угла в угол, перебирая в голове самые худшие финалы этой поездки, то сидела не двигаясь с места, с глазами полными слёз. Она не смогла бы защитить Ибуки, но все равно было ужасно больно. —Майзоно-сан, можно с тобой поговорить? — Чихиро никак не мог сидеть и смотреть, как Саяка страдает. Ему хотелось как-то облегчить её ношу. —Да, конечно, что случилось? — Девушке пришлось выйти из своего "убежища" в виде отдалённого подоконника, смотрящего прямо на здание с капсулами. —Я вижу, что ты мучаешься, — Чихиро начал говорить. Он плохо умеет поддерживать людей, но очень старается, — Ты переживаешь за состояние Миоды, но послушай. Она будет жить. Я работаю над этим, никто из этих ребят не уснёт навечно. —Я знаю это, Фуджисаки-кун... Спасибо, что волнуешься за меня, — Майзоно хотела закончить их диалог на этом, но что-то сподвигло её продолжить, — Просто... Чувствую, будто в этом виновата я... Чихиро сел рядом. Он чувствовал некую гордость за себя, что смог подтолкнуть Майзоно на длинный монолог, а может быть дело было вовсе не в нем. Может, Саяка уже давно хотела выговориться, потому что устала нести это бремя одна. Она не ждала какого-то сочувствия и жалости в ответ, просто рассказать это кому-то в слух окажется достаточно для неё. И просто сейчас рядом оказался именно Фуджисаки. Тем не менее, череда случайных событий сблизила их двоих. Выслушав девушку, Чихиро стал лучше понимать её. Как выяснилось, Майзоно очень болтлива, если проникается собеседником. Она подметила, что Фуджисаки хороший слушатель, а так же может поддержать беседу. До этого момента они были просто приятелями, но после столь личного разговора их отношения стали более чем теплее. Саяка поведала ему о своих мыслях и эмоциях и надеется, что когда-нибудь он тоже решится поведать ей о своих. Как бы хорошо они не проводили время друг с другом, дела откладывать больше нельзя. Приближается окончание таймера в Программе Нового Мира, соответственно следовало бы напрячься. Макото, как и обещал, приехал к назначенному сроку. Вместе с ним прибыли Кёко и Бьякуя, которые по их договорённости должны были отправиться с ним в виртуальную реальность, для аварийного завершения программы. Сего бы не понадобилось, если бы к этому времени осталось больше выживших. Так или иначе, обстановка в Программе Нового Мира накалялась с каждой секундой. Из-за вируса и внешнего воздействия Чихиро все начало ломаться, и оставшиеся ученики видели не обычный остров, а его смесь с цифровыми кодами. Этот мир был на пике уязвимости, поэтому, когда как не сейчас легче всего было проникнуть в него. Фуджисаки в срочном порядке открывал все доступы в туда, и Наэги с остальными готовились к подключению. Ребята ложились в резервные капсулы, что заранее подготовили для таких случаев, а Майзоно пошла проводить их и пожелать удачи. Прежде чем уйти, девушка задержала взгляд на месте, где находилась Ибуки. Саяка не смогла справиться с желанием подойти к ней ближе. Сквозь полупрозрачное голубое стекло возможно было рассмотреть лицо человека, располагавшегося там. Миода лежала совершенно неподвижно и еле дышала. Майзоно заметила, что та сильно отличается с их последней встречи, но оно и понятно. Как же давно она не видела её вживую. Хотя при таких условиях это не назовёшь «вживую». Осталось совсем чуть-чуть и Ибуки тоже увидит Саяку не только в отголосках своей памяти. Оторвавшись от Миоды, Майзоно побежала к мониторам. Кроме 77-го класса никого долго не было видно, но к счастью, Макото, а за ним Кёко и Бьякуя, наконец прогрузились. Джунко наполнила своим отчаянием даже несуществующий мир, вот почему с ней надо было покончить раз и навсегда. Бывшим Осколкам Отчаяния сложно давалась правда. Им приходится принять решение, от которого будет зависеть не только их жизнь, а жизнь всего человечества. Даже после смерти, Эношима не оставляет попыток разрушить его. При одном исходе они потеряют свои воспоминания, а кто-то вообще потеряет самого себя. Второй вариант ещё хуже: отчаяние снова распространится по миру. Наэги старается привести их на правильный путь, но выбор придётся сделать самим. Они нашли свой выход и приняли окончательное решение. Программа завершена. Скоро капсулы будут открыты. Первыми покинуть их должны были трое, вошедшие позднее всех. Почти сразу вышла Киригири, а после Тогами. Макото был последним. По прогнозам Чихиро следом за ними завершат свое пребывание в виртуальном мире выжившие. Из-за вируса, при выходе все равно произошла ошибка, следовательно неизвестно, в каком состоянии очнутся эти пятеро: они будут помнить себя как Абсолютное Отчаяние или с ними останутся события убийственной игры? В любом случае держать их одних здесь нельзя. Наэги попросил закрыть двери, а сам остался ждать. Саяка знала, что Ибуки не проснётся прямо сейчас, и все-таки не могла усидеть на месте. Её накрывало волной переполняющих внутри эмоций, от чего даже начал крутить живот. Девушке хотелось посмотреть, как 77-й класс выходит из стимуляции, поэтому побежала прямиком на остров с капсулами. Через широкий окна в коридоре, Майзоно могла наблюдать за тем, как аппараты временного жизнеобеспечения, один за другим отсоединяется от лежавших внутри людей. Как и обещалось, проснулось пятеро. Макото взялся налаживать с ними контакт: —Эй, вы меня слышите? Вы помните кто я такой? Пара фигур обернулись на его голос, но ничего не отвечали. Все они по-прежнему не вставали на ноги, мышцы в их теле успели атрофироваться от долгого отсутствия движения. Это предавало Наэги хоть каплю смелости и позволяло чувствовать себя в минимальной безопасности. —Боже, чувак, где мы? — Послышался разговор двух парней, которые видимо начали осознавать, что происходит. —Не знаю, но выглядит херово. Как в морге, — Откликнулся юноша без глаза. —И не говори. А что у тебя с лицом? Я думал повязку ты будешь носить только в Программе Нового Мира... —Ты себя то видел? Я хотя бы выгляжу прилично, а ты как в саже искупался. —Ребята, вы все в порядке? Всё прошло хорошо? — В диалог вступила блондинка в через чур шикарном одеянии. Со стороны показалось бы, что её пышное платье не поместится в капсулу. —Мисс Соня, какое счастье, что ты проснулась без происшествий. Беспокойство о других твоя отличительная черта, как и полагается настоящей принцессе! — Парень с начесом на голове начал воодушевленно приветствовать девушку. —Фуюхико, не видел как дела у Акане? Кажется она ещё не очнулась... — Похоже её совсем не заинтересовало обращение в свой адрес. —Да все путём, Соня, просто решила вздремнуть подольше, — Последняя барышня их коллектива зевнула и принялась разминать конечности. Саяка уловила интенсивные телодвижения в комнате, но похоже направлены они были исключительно друг на друга. Все по прежнему игнорировали Макото. —Эм... Можно вас минуточку...? — Наэги изо всех сил старался быть замеченным. —Макото Наэги, так? — На него удосужился обратить внимание человек, с длинными тёмными волосами, из-за которых практически не было видно его глаз, — Благодарю за то, что помог выйти из виртуального мира. —Гляди, братан, а это не Хината случаем? — Толкнул своего друга парень в жёлтом комбинезоне, — Его походу жизнь сильнее всех помотала... —Ебать, ведь правда он, — Его собеседник удивлён не меньше. —Погодите, вы помните события Программы Нового Мира? Каждый из них неоднозначно кивнул. —Но как же так, аварийное завершение работы подразумевает собой совсем другое— —Наэги-сан, это действительно странно, ведь мне кажется, что я помню события программы и в то же время помню.. другой отрезок своей жизни... — Блондинка глазами искала поддержки товарищей и кажется, все они были согласны с ней, — Такое может быть? Воспоминания мутные, но чем дольше я об этом думаю, тем сильнее ощущаю их... —Точняк, такое чувство, что с каждой минутой.. ну типо, ко мне все больше возвращается память, — Вторая девушка согласилась со своей подругой. —Это очень странно. Я предполагал, что могут возникнуть побочные эффекты, но чтобы так... — Наэги начал серьёзно волноваться по этому поводу. —Это не важно, — Сказал парень во всем чёрном ледяным тоном, — Нам сейчас лучше думать о них. Он указал на умерших в виртуальной реальности одноклассников. Макото предупреждал, что шансы на их пробуждение невелики, однако никто не планировал сдаваться не попробовав. Майзоно спросила Кёко можно ли сейчас войти к ним и поговорить, так как в её интересах было помогать им. Девушка думала об Ибуки днями и ночами, Саяка даже поймала себя на зависимости по ней. Одну её никто не отпустил, поэтому в помещение вошли все. Наэги представил всем своих друзей и по совместительству коллег, сообщив, что кто-то останется и будет контролировать пребывание здесь. Этим «кто-то» стала конечно же Майзоно. —Майзоно-сан, я о вас много слышала! Вы являетесь самым популярным женским айдолом в Японии. Мне очень нравятся ваши песни, вы такая талантливая, — Девушка в пышном платье была довольна тем, что следить за ними поручили Саяке. Она, как поклонница японской культуры, не оставила без внимания и музыкальную сферу, а в особенности их известные группы. —Спасибо большое, Соня, мне приятно это слышать, — Майзоно правда была польщена этими словами. Знать, что кому-то нравится твоё творчество само собой радует, а получить такие новости от иностранки, поднимает настроение ещё сильнее. Саяка подумала, неплохо было бы пообщаться с ней подольше, она выглядит очень милой и тактичной. —Оу, так вы знаете моё имя? —Я много кого тут знаю, — И правда, кто же если не она спала по два часа в сутки, чтобы быстрее завершить отчёты. Потребовалось не так много времени, чтобы 77-й класс адаптироваться к новой жизни. Ещё несколько дней Чихиро был здесь вместе с Майзоно, но та сказала ему не волноваться за неё. Он не был в Фонде Будущего длительный срок, а Фуджисаки занимает не самую последнюю должность, так что ему лучше вернуться. Убедившись, что Саяка действительно со всем справиться, все же оставил её одну. Но одна она не была. Майзоно очень здорово поладила с Соней. Они проводили досуг вместе, принцесса радовалась, что в кругу её общения появилась новая девушка, ибо с Акане у них слишком расходятся характеры. Саяка замечала на себе недовольные взгляды остальных, верно они чувствовали дискомфорт, разделяя свой «дом» с чужим для них человеком, поэтому была благодарна, что хоть Соня с ней приветлива. —Слушай, Майзоно-сан, я заметила, что ты слишком настойчиво напрашиваешься помогать нам, то ты собирала биографию каждого из нас, теперь ты смотришь как продвигается наша реабилитация... — Принцесса пыталась подобрать правильные слова, чтобы не обидеть девушку и верно донести то, что хотела. —Ты хочешь знать мои мотивы, так? — Саяка поняла намёк, да и такое было ожидаемо. Даже удивительно, что подобное не прозвучало раньше, так как со стороны она смотрится в самом деле подозрительно, — Что ж, я занимаюсь этим не по одной доброте душевной, ты права. Среди вас находится близкий для меня человек и всё, что делается мною – только ради него... Ну ради неё... —Так у тебя есть знакомая из нашего класса? Правда? А кто это? — Соня казалась заинтересованной в этом разговоре. —Да, её зовут Ибуки Миода. —Точно, Ибуки! Она же музыкантка, как я сразу не догадалась. А как сильно вы были близки? Вы дружили? — Когда принцессу переполняет энтузиазм, то она может забыть о правилах этикета и начать задавать через чур личные вопросы, — Ой, прости, это наверно было лишнее. —Ничего страшного, это никакой не секрет. Мы были подругами, даже когда-то выступали вместе, но впоследствии мы разошлись. Когда же хотели возобновить былое - отчаяния снова разбросило нас по разные стороны баррикад... — Девушка не хотела описывать её с Миодой отношения слишком подробно, ибо они с Невермайнд не столь долго знакомы друг с другом. Тем более, воспоминания о прошлом могут спровоцировать её на излишнюю эмоциональность, чему Майзоно сейчас не обрадовалась бы. —Мне жаль... Что ж, надеюсь, когда Миода-сан выйдет из симуляции, то вы вдвоём устроите концерт для нас, ха-ха, — Соня старалась подбодрить Саяку, поняв, что затронула больную тему, судя по выражению лица собеседницы. Выйдет из симуляции... С каждым днём Саяке верилось в это все трудней. Прошло уже две недели, а никто из их класса все ещё не проснулся. Чихиро так и не довёл свою новую программу до ума, в следствии чего теперь этим сутками занимается Хината. Даже имея в арсенале талант Абсолютного Программиста, опыта у него нет, соответственно работа идёт дольше и труднее. Пока Майзоно кружится вокруг капсул(в особенности с Ибуки), принцесса относит Хаджиме хоть немного поесть, так как тот по всей видимости поселился в компьютерном зале. Благо Фуджисаки оставил им ноутбук с Альтер Эго, дабы было у кого попросить помощи. Каждый раз лицо Миоды выражает всё те же эмоции, а точнее их отсутствие. Она ничего не слышит, не видит и вряд ли чувствует. Такое её состояние приносит острую боль в груди Саяки, у которой сердце не на месте последние пол года. Девушка скоро снова поверит в чудеса, лишь бы все эти трепания оказались не напрасны. Её поведение замечают абсолютно все, но не каждый озвучивает это. —Майзоно-сан, можно опять задать тебе вопрос личного характера? — Соня в который раз прогуливается с Саякой по острову и разговаривает с ней на разные темы, по крайней мере пытается, ибо та постоянно погружена в свои мысли, — Ты всегда очень взволнованная и напряжённая, бегаешь около капсул виртуальной реальности и считаешь секунды до пробуждения Ибуки— —Да-да-да. "С ней всё будет в порядке, не нужно так сильно переживать, все в программе выживут". Ты не первый человек, который говорит мне такое, — Честно признать, такие разговоры начинают раздражать девушку. Разве не естественно, что ты беспокоишься за того, кто тебе дорог? Так почему они все вообще это спрашивают. —Нет, поверь, я знаю о чём говорю. Я тоже волнуюсь. Это все наши друзья, Миода в том числе. Но мы продолжаем жить дальше, даже без них надо двигаться вперёд. Тебе следует думать в первую очередь о себе... — Принцесса хотела встать в её положение, но похоже слова она подобрала не те, что следовало. —Не знаешь, Соня! Ты не знаешь ничего обо мне, о моём прошлом и моих чувствах! Не желая продолжать бессмысленный спор, Саяка ушла в противоположном направлении. И кто она такая, чтобы учить её жизни? Они её не понимают. Никто не понимает. У неё не осталось ничего, к чему она шла. Осталась лишь Ибуки. Эта частичка прошлого стала смыслом её существования. Но все просто обесценивают чувства Саяки. Из-за этого она была полна гнева и отчаяния. Она не может никак повлиять на исход событий, её участь сейчас просто сидеть и наблюдать, вот что выводит из себя сильнее всего. Пока девушка старалась остыть и прийти в себя, нарезая круги по улице, заметила, что все куда-то пропали. На острове с общежитиями около столовой всегда ходила Акане, а сейчас её там нет. Это могло быть обычное совпадение, но Казуичи, который любил проводить время за разборкой старых самолётов в аэропорте тоже испарился. Повезло, что Майзоно заметила недалеко Фуюхико и подбежала спросить, что происходит: —Кузурю-сан, а куда все делись? Никого не видно по близости, да я смотрю, и вы что-то торопитесь. —Я бы посоветовал тоже поторопиться, ибо Хината сказал, что кто-то вышел из комы, может это ваша подруга, — Быстро ответил парень и двинулся в сторону капсул программы. Кто-то очнулся. А если это и в самом деле Ибуки? Саяка тут же сорвалась с места и рванула за ним. Сердце стало биться быстрее, ни то от бега, ни то от волнения. Девушка очень хотела, чтобы это оказалась Миода, но в то же время была не готова ко встрече с ней. Она не разобралась в своих чувствах, не пришла к определённому выводу и совершенно не знала, как себя вести. Что ей сказать? Когда-то давно Майзоно уже думала об этом, даже репетировала слова, только позже стало совсем не до речей. Стало слишком много забот и проблем, она позабыла все, о чём планировала поговорить. Ладно, сейчас нужно шевелиться, все другое после. И вот она влетает в помещение. В коридоре стояла только Соня. —Привет... — Невермайнд неловко завела разговор, — Тебе сообщили, что один человек проснулся, верно? —Да, Фуюхико сказал... — Они обе чувствовали напряжение между собой, на почве их недавней ссоры. —Это не Ибуки, — Принцесса снова ответила как-то отрешённо. —Вот как, — После небольшой паузы, Саяка решилась сделать первый шаг к примирению, — Слушай, прости, что я так... —Всё в порядке, мне тоже не следовало переходить на такие темы, я полагала, что беседа смягчит твою ношу, — По всей видимости Соня приняла извинения и начала вести себя расслабленно. Они улыбнулись друг другу и похоже окончательно помирились. —Кто тогда вышел из симуляции? — Майзоно поинтересовалась, ради кого все таки она неслась сюда со скоростью света. —Бьякуя Тогами, — Ответила девушка, — Ну так или иначе тот, кем он представляется. —Он же умер первым? — Когда Саяка услышала "Бьякуя Тогами", то в первую очередь вспомнила своего Бьякую и не сразу поняла о ком речь. —Так и есть. Думаешь может ли быть такое, что ребята будут просыпаться в том порядке, в котором покинули нас? — Предположение принцессы было вполне логичным. —Всё может быть... — Если это возможно, то до Ибуки ещё три человека. —Майзоно-сан, я ведь не задала тебе вопрос, который хотела озвучить в последний раз... —Я слушаю, Соня, — На этот раз в голосе Саяки не было ни капли раздражения, она не желала больше разочаровывать девушку, что хорошо к ней относится. —Ты не думаешь, что влюбилась в Миоду? Она влюбилась? Майзоно даже никогда не задумывалась об этом... Все её бессонные ночи с мыслями об Ибуки, замирание дыхания от предвкушения встречи с ней, непроизвольные улыбки, когда Саяка прокручивает в голове приятные моменты с Миодой... Сопоставив эти признаки в самом деле легко прийти к выводу о влюблённости. Но они же так давно не виделись, разве можно начать чувствовать что-то к человеку, исходя только из воспоминаний о нём? И Ибуки же тоже девушка. Майзоно не допускала за собой, чтобы ей нравился свой пол. Она не была какой-то противницей всего такого, но дабы окончательно понять и принять это в себе, ей потребуется время. —Почему ты так думаешь? — Саяке было интересно услышать мнение со стороны, в надежде узнать информацию, которая поможет ей с осознанием своих чувств. —Узнать влюблённого человека достаточно легко. Он всегда будет ставить своего избранника на первое место, будет идеализировать его во всем и видеть только хорошее. Жертвовать чем-то своим ради него. И точно согласится кожи вон лезть, лишь бы с любимым было все хорошо, — Что ж, это на самом деле звучит, как краткое содержание времяпровождения Майзоно, — Только опять же, следует знать себестоимость. Отдавая все партнёру, то ничего не оставишь на себя. Теперь слова Невермайнд начинают поливать свет на спутанный ком мыслей девушки. Саяка ощутила ещё большую вину за их ссору и за то, что не выслушала принцессу до конца. Ну на то она и принцесса, чтобы распространять свою мудрость народу. —Любовь — это «я люблю тебя, так что выбираю быть с тобой», а не «я люблю тебя, потому что не могу быть без тебя» — Продолжила Соня, — Так что думай сама. Моё дело заключается лишь в том, чтобы дать тебе пищу для размышлений, которая в будущем сможет помочь тебе. Я ничего не навязываю. —Ты действительно задала мне ту ещё задачку... Все равно спасибо, — Майзоно на самом деле благодарна ей. Девушке хотя бы будет на что опираться, давая оценку своим эмоциям, — И от куда ты все это знаешь? —Помимо Японии, оккультизма и серийных убийц, я интересуюсь психологией. Я уделила достаточно времени отношениям между людьми, поэтому знания позволяют мне раздавать советы, не имея огромного опыта, — Кругозор принцессы и правда велик. —Меньшего я не ожидала. Кстати, а почему ты стояла тут одна, когда я пришла? — Когда Саяка вошла в здание, там не было никого, кроме Невермайнд, это показалось девушке странным. —Да я тебя ждала, — Соня невинно улыбнулась, — Сказала всем идти, а мы с тобой позже присоединились бы. Так что пойдём, Хинате наверняка требуется лишняя пара рук, для осмотра Тогами. Девушки пошли в больницу острова, куда остальные уже перевезли своего первого пациента. Самозванцу первое время придётся передвигаться на костылях или коляске, как это было со всеми. Его сознание находится в стабильном состоянии, однако сейчас лучше дать ему покой. —Эй, Хината, как там дела у нашего Бьякуи? Не скоро он к нам присоединится? — Овари участвовала исключительно в перемещении того с места на место, близко не контактируя с ним, поэтому спросила о его самочувствии. —Он в норме, пару дней и будет как новенький, — Такой ответ Хаджиме здорово поднял настроение группе. Если на реабилитацию одного человека потребуется лишь несколько дней, то их дела значительно улучшаться. —А ты, Акане, что ли боишься, что снова появится конкурент в опустошении запасов провизии? — Казуичи, обрадованный новостями, воспользовался возможностью пошутить. —Конечно боюсь, чем больше я ем, тем больше во мне энергии, которую я коплю для тренировок с Нидаем. А вот если дальше проснётся Терутеру, то волноваться мне будет не о чем! — Овари поддержала юмор парня. —Ладно, посмеялись и хватит, у меня ещё есть что вам сказать, — Серьёзным тоном Хината заставил обратить на себя внимание, — Тогами, и все, кто очнётся далее не помнят причину своей смерти. Они не знают были ли они убийцами или убитыми, и не подозревают тоже самое об остальных. —Ты мозги им опять вправил или что? — Акане многого не понимала в сложной компьютерной технике, но основные мысли улавливала, пусть и называя это по-своему. —Именно, так что не смейте ни при каких условиях говорить им правду о их судьбе в Программе Нового Мира, надеюсь не нужно объяснять почему? — Хаджиме пытался избавить одноклассников от серьёзных психологических проблем. Знание того, что ты умер когда-то, будет преследовать человека до конца его "новой" жизни. Всё это станет сопровождаться паническими атаками, нервными тиками и прочими осложнениями. На поправку потребуется ни один год терапии, и все равно это не уйдёт до конца. —Причина то ясна, но почему ты убрал только воспоминания о смерти, а не всю убийственную игру? — Сода считал нелогичным удалять только часть проблемных моментов, а не устранять полностью. —Потому что в таком случае в их голове не останется ничего. Я не могу заменять память, только убирать. События программы являются основными, соответственно если я удалю их, то они заменятся на события времён трагедии. И проснутся эти люди, зная себя как Абсолютное Отчаяние, — Хината умеет объяснять всё доходчиво и понятно, чтобы никто не решился переспросить. Кто знает, может это его очередной талант. —То, что ты сделал уже достойно похвалы, Хаджиме, так держать, — Фуюхико потрепал парня по плечу. Возможно, он с первого взгляда кажется грубым и безразличным, однако для близких открывает светлую сторону. Из данного диалога Майзоно извлекла достаточно сведений. Значит, когда проснётся Миода, нужно будет воздержаться от слезливых речей о её нахождении в симуляции, хоть и подозревает, что плохо справится с такой задачей. Ибуки не помнит, а Саяка помнит все. Та медсестра, Микан Цумики, верно? Это же она убийца. Майзоно так или иначе станет опасаться её. —Можно кое-что уточнить, Хината-сан? — Хоть он и пояснил практически всё, Саяке нужно удостовериться лично. Видать его таланты на неё не действуют, — Вы использовали ту незавершенную разработку Чихиро? —Программа была почти идеальной, мне пришлось дописать всего ничего. Почему Фуджисаки вообще бросил её? — Хаджиме удивляло это. У него бы ни за что не получилось воссоздать нечто подобное с нуля, даже имея идентичный талант. Чихиро компьютерный гений, так по какой причине сдался под самый конец? —Он сказал мне, что принцип работы «слишком жесток». Не ему решать, как в итоге поступить с судьбами ваших друзей, поэтому оставил её, — Девушка догадалась, что действия там подвязаны на очередных убийствах, хотя никто ей ничего не пояснял. Она беспокоится за Ибуки, Чихиро беспокоится за неё. Саяку уже наверно считают сумасшедшей, раз боятся сообщать о всех деталях. —В любом случае он нам помог, передай ему спасибо, — Хаджиме посчитал подобную причину странной, но промолчал. —Обязательно, — После этой фразы Майзоно, парень уже собирался уходить, но она явно ещё не договорила, — Не скоро ожидается пробуждение остальных? —Понятия не имею. То, как они завершат программу, зависит только от них, в связи с этим я не могу дать точных прогнозов. Скорость так же индивидуальна, поэтому и порядок не скажу. Так или иначе следующим очнулся Терутеру. С момента последнего разговора Саяки с Хинатой прошла неделя. Все начали думать, последовательность предопределена, но, как ни странно, после него пришла в себя Пеко. Майзоно обратила внимание на Фуюхико и на то, как он стал светиться от счастья с её появлением. У каждого здесь есть тот, кого они любят и с нетерпением ждут. Акане выпрыгивала из штанов от радости, когда Некомару снова начал тренироваться с ней. Как сияла Соня, рассказывая о её планах с Гандамом по восстановлению фермы на острове. Такие светлые и искренние улыбки окружающих оставляли тепло на душе Саяки и давали успокоение. Она не одна такая. Девушка не знала, да или просто не замечала, тех же самых эмоций от этих ребят, которые каждый день испытывала сама. Неужели они не боялись, не накручивали в голове самые отвратительные мысли, не плакали от боли и безысходности? Это все такие же люди, как и Майзоно. После осознания всего, Саяка приняла решение вернуть самообладание. Все, чем она занималась до этого, было лишь нытьём и жалостью. Она ничем не отличается от других, так почему позволяла себе распускать нюни, когда остальные собирались и работали? Майзоно непременно собиралась стать сильнее в моральном плане. Сейчас, хотя бы понимая это, она точно была готова ко встрече с Миодой. И скоро этот день настал. Девушка была в своём номере отеля ранним утром. Саяка привыкла вставать с рассветом, но то, что принцесса, которая начала высыпаться только попав сюда и не поднималась с постели до полудня, бегом добралась до неё, заставило напрячься. —Майзоно-чан, Ибуки проснулась! Случись это месяц назад, Саяка бы без сомнения пустилась на всех парах в палату, сбивая по пути прохожих. Однако сейчас она дала обещание, что будет держать себя в руках и в первую очередь думать головой, а не чувствами. Но как бы Майзоно не сдерживалась, как бы не старалась сохранять спокойствие, все равно не смогла удержаться от слёз, когда увидела Миоду. Живую Миоду, которая сидит прямо напротив неё. —Я так скучала по тебе, Ибуки...