Неудачник

Очень вовремя мы вспомнили про чай, нужно было немного передохнуть и восстановить силы. Вскипятил заново воду, пока Макс колдовал над бутербродами. В этот раз я заставил Макса хотя бы штаны надеть, что он и сделал с таким недовольным лицом, будто я попросил его залпом выпить литр уксуса. С чаем и бутерами расправились довольно быстро. Макс захотел покурить, открыли окно на кухне – морозный воздух тут же пробрался в помещение. Я принес большой плед, накинул Максу на плечи, а сам прижался к горячей груди. Так мы и стояли, обнявшись, и смотрели в окно. А за окном была настоящая зима. Снега за это время намело, все было покрыто переливающимся в тусклом свете фонарей белом покрывале. Снег валил хлопьями, мягко опускался на голые ветви деревьев, крыши машин, застилая дорожки и площадки. К утру, скорее всего, наметет сугробов, если поднимется ветер. - О чем думаешь? – спросил я Макса. Он уже давно докурил и теперь просто смотрел в окно, прижимая меня к себе. - О всяком, - мягко проговорил Макс, и от его голоса у меня мурашки прошли по коже. Интересно, я когда-нибудь смогу вообще нормально на него реагировать или останусь таким же до конца своих дней. – О тебе, о нашей жизни, о том, что будет дальше. - Поделишься? Макс тихо рассмеялся мне на ухо и укусил за мочку. - Много будешь знать – скоро состаришься. - И что, старый я тебе уже не буду нужен? - Глупости какие. Ты мне любой нужен. Старый, молодой, худой, толстый. Какой угодно. Лишь бы ты. Я прижался к нему сильнее, потерся головой о плечо. - Как же так случилось, что мы оба были настолько глупыми, не открылись друг другу раньше? – спросил я. - Боялись, - вздохнул Макс. – Я боялся, жутко боялся признаться. Сам подумай, какого это, в один миг понять, что твой лучший друг нравится тебе не как друг, а что у тебя конкретно так на него стоит. - О, понимаю, - кивнул я. – Только я боялся, что если я откроюсь и признаюсь тебе, то ты меня или изобьешь, или прогонишь. - Вот ты глупый. Разве смог бы я тебя когда-нибудь обидеть? Не мог. Конечно, я знал, что он никогда меня не обидит. Но разве я думал об этом раньше? Нет, я был занят исключительно своими переживаниями, не задумываясь особо над тем, что Макс тоже может страдать. Для меня он всегда был слишком сильным и мужественным для душевных терзаний. Но, как оказалось, всем нам свойственно ошибаться. - Давай не будем о грустном, хорошо? – Макс поцеловал меня в затылок. – Пора закрыть окно и пойти в спальню. - Спать? - Ну, не совсем. В спальню мы зашли, безумно целуясь и путаясь в собственной одежде, которую снимали на ходу. Макс споткнулся о кровать, завалился на нее спиной. - Ну, вот судьба и решила все за нас, - ухмыльнулся парень, разглядывая меня жадным взглядом. - Ты о чем? – не понял я, забираясь на кровать и нависая над ним. - Я о том, кто сейчас будет сверху. Возбуждение тут же накрыло меня волной, я склонился над Максом, поцеловал его, и стал спускаться ниже. Мой язык рисовал причудливые узоры на широкой груди, заставляя парня вздрагивать и рвано дышать. Захватил зубами бусинку соска, лизнул, втянул в себя. Вдоволь наигравшись, начал спускать ниже, по рельефному прессу, уделяя внимание каждому кубику, каждой мышце на прекрасном теле. Прочертил влажную дорожку от пупка до бедер, лизнул нежную кожу у самого основания члена. Макс вздрогнул, положил на мой затылок ладонь, слегка прижимая к себе. Я незамедлительно подчинился, вбирая в рот его член, играя языком с головкой, сжимая мошонку. Пальцем, обильно смазанным лубрикантом, я пробрался к тугому колечку мышц, погладил его и слегка надавил. Макс рвано выдохнул, напрягся, но тут же попытался расслабиться. Палец свободно проскользнул внутрь, следом за ним отправился второй. Растягивая парня, я не забывал о его члене, ласкал его, отвлекая от боли в другом месте. Пальцами медленно, потом ускоряясь, я ласкал его изнутри до тех пор, пока стоны из болезненных не превратились в стоны удовольствия. Этого момента я и ждал. Взял флакончик с лубрикантом, обильно смазал член и приставил его ко входу. - Расслабься, Макс, прошу. Перевернись. Макс кивнул и перевернулся на живот. Я положил одну ладонь ему на спину, второй направлял свой член. Поводил головкой между ягодиц, затем слегка надавил и сделал первый робкий толчок. Макс рвано потянул воздух, застыл, но тут же выдохнул. - Все хорошо, Вить, продолжай, - голос стал совсем низким, надломанным. Я медленно протолкнулся, углубляясь. Останавливался через каждое мгновение, давай возможность привыкнуть к возникающему дискомфорту. Макс держался молодцом, прогнулся в позвоночнике, выпятив зад мне навстречу. От одной этой картины, открывающейся моему взору, можно было кончить. Но сейчас слишком рано. Разу уж решили идти до конца, то так нужно и сделать. Макс рвано выдохнул в подушку, в которую уткнулся лбом, когда я полностью вошел. Дал ему время привыкнуть, склонился над ним, поцеловал в шею. Придерживая парня за пояс, я медленно выходил наполовину, потом снова входил. И так много раз, пока Макс не привык и не стал сам двигаться мне навстречу. Понемногу наращивал темп, стараясь не срываться на бешеный ритм. Хотелось дольше насладиться этим волшебным ощущением тесноты и тепла. Макс был подо мной весь мокрый, капельки пота отсвечивали в приглушенном электрическом свете, смотрелся он божественно. Я чувствовал приближение оргазма, поэтому сделал несколько довольно грубых толчков, вышел и излился парню на спину горячей струей. Макс вздрогнул, из его груди вырвался сладкий протяжный стон. Я рухнул на парня сверху, придавливая его к кровати. - Ох, это было… круто, - прохрипел Макс, тяжело дыша. - Все нормально? – я все еще немного переживал. Подобного опыта у Макса не было, поэтому для меня была важна реакция. Хотя и для меня это был первый опыт сверху. - Если считать нормальным, что я кончил под тобой, то да, это нормально, - хрипло рассмеялся Макс, развернулся на спину, скинув меня с себя. Потом навис надо мной, нежно поцеловал. – Я люблю тебя, Витя.