S.O.S. Спасите наши души

Вокруг творится хаос, А на нашей шее веревка затягивается всё туже. Даже если ты ни в чём не виноват, Тебя схватят и устроят вольтаж. Станешь арестантом мрака. Возможно, и ошейник накинут, Но я вернусь с братом, чтобы повесить вас, собак.

Окончив полицейскую академию, Мехмет Денизер прошёл по распределению в отдел борьбы с организованной преступностью, куда заведомо и стремился. Однако, вскоре Мехмета настигло разочарование в виде того, что все вышестоящие руководители так или иначе были повязаны с теми, с кем и приходилось бороться. Сначала начальник Озан попался на взятке, потом Юсуф - вообще имеющий свою долю от поставки наркотиков, а теперь и Левент, который ловко замëл следы массового убийства от подозрений одной банды. Многие из отдела научились прикрывать глаза на такой беспредел. У кого-то был кредит, семья; кто-то боялся потерять «тепленькое» место. От чего комиссар Мехмет за годы своей работы разуверовался в правосудии. Он даже подумывал оставить службу: уехать куда-нибудь в горы, где поменьше народа и заниматься самопознанием. В этот переломный момент у комиссара появился глоток свежего воздуха в виде честного и порядочного друга и коллеги - прокурора Бану Бельген. С Бану Мехмет познакомился, когда та замещала в Стамбуле погибшего в автокатастрофе прокурора. Параллельно непосредственным обязанностям, Бану удалось доказать, что авария была спланирована членами банды, точнее она хотела добиться наказания для босса преступной группировки - Салиха Полата. Однако, на руках оказались только доказательства, что к убийству государственного служащего причастны пешки Салиха. Впрочем, для Мехмета хватило и этого. Мехмет продолжил самоотверженно отдаваться работе, веря, что наступит день, когда кресло начальника займёт по праву достойный человек - то есть он сам. Когда Бану осудили в пособничестве Тургута Чавушоглу, Мехмет особенно не переживал. Слежка за этим политиком велась не первый год, поэтому само собой стоило учитывать риски. И Бану об этом прекрасно знала, когда решила вскрыть причастность Тургута к криминалу. Однако, сокрытие преступления Четина Полата его весьма огорчило. Мехмет примерно понимал, что там произошло. К тому же он помнил о том, как Бану просила именно его привести в участок госпожу Озджан и потом категорически запретила присутствовать на её допросе. Тем самым Бану продемонстрировала своё недоверие к комиссару. В итоге это дело быстро замяли. Четин Полат посидел немного за решёткой и вышел, остальные же участники не понесли вообще никакого наказания. А ведь по некоторым кара правосудия просто рыдала. Когда Керема Эрсоя - одного из лидеров банды, привезли в наручниках и поместили в одиночную камеру предварительного заключения, Мехмет догадался с кем у начальника Левента была договоренность. К задержанному не явился даже прокурор, Левент сказал, что лично допросит его. Но пока начальник был озабочен другими, Мехмет решил напомнить преступнику, где его место. В конце коридора цокольного этажа находилась железная дверь с выдвижным маленьким окошком. Посещение за ней было примерно два на два. Стены грязные, с облупившейся серой штукатуркой. Кроме крохотного деревянного стола и двух табуретов ничего не было. Обычно здесь держали тех, кто плохо себя вёл. — Ну как? Выспался? - с едким смешком поинтересовался Мехмет, войдя в камеру. Дверь скрипуче захлопнулась. Керем поднял голову на комиссара, сидя за столом, что был ему явно мал. Вид у него - замученного человека, будто он здесь провел не ночь, а месяц. — На табуретке? - и тем не менее Керем хмыкнул, разминая шею. — Да, ты к такому не привык, - комиссар сел рядом. На стол бросил свежую газету. — Когда я рос, то спал на полу без матраса. Нас в семье было двенадцать детей, отец умер, а мать горбатилась, как проклятая, но всё равно денег не хватало на самые простые нужды. — Я растроган до слëз, - Керем говорил так, чтобы тот понимал - он не его клиент. — Но мне бы с адвокатом увидеться. Где ваш начальник? — Он придёт, придёт, - напряженно улыбнувшись, Мехмет сложил руки в замок. — Но сначала мне бы хотелось поговорить с тобой тэт-а-тэт. Дело твоё я просмотрел и знаешь, что думаю? Всё это чушь собачья. Ну как обычный владелец замшелой автомастерской может быть преступником, обвиняющийся в торговле детьми? Что тут вообще общего? Прежде, чем сказать что-то в ответ, Керем визуально долго изучал комиссара и пришёл к выводу, что Левент не в курсе его присутствия здесь. — Вот бы все были такими рассудительными, - он улыбнулся ему в ответ. — Не беспокойся, парень, мы всё уладим, - Мехмет держался абсолютно спокойно, располагающе к себе. — Но для начала я бы хотел кое-что узнать, - из внутреннего кармана полицейской жилетки, он достал фотографию и положил перед глазами Керема. — Ариф Фейман. Ты его знаешь? — Нет, - точно так же ответил Керем, пожав плечами. — И вот это тоже не твоё? - далее комиссар показал ещё одну фотографию - два деревянных ящика, набитых оружием. — Вы шутите надо мной? Откуда у меня столько стволов? Я же не владею оружейным магазином. — И то верно. Зачем оно тебе… Ещё один вопрос и мы закончим, хорошо? - на сей раз Мехмет развернул газету, где было написано о зверском убийстве женщины в своём же доме. Керем успел заменить имя убитой - Зеррин. Из-под газеты комиссар вытащил фотографии, сделанные на месте преступления. — У этой женщины в руках находился окровавленный нож. Как выяснилось: следы крови принадлежали не погибшей, - глаза Керема округлились и наконец он занервничал. Комиссар же встал с места и манерой хищника обошёл того со спины. — Внимательнее смотри. - положив руку на его плечо, Мехмет больно нажал, так что под плотной тканью дорогого пиджака выступила кровь. — От куда у тебя эта рана? Наконец Керему удалось распознать тот странный момент, который произошёл с ним за несколько часов до задержания. Сразу после тог, как он с парнями выгрузил оружие в парикмахерской Назыма, коей тот владел, Керем заметил, что за углом трётся какой-то непонятный тип. Присмотревшись получше, он распознал в нём водителя Четина, что вечно ошивался возле Эдже, когда та вернулась из Германии. Жестом Керем показал своим - переживать не стоит и двинулся вперёд, этот тип явно его поджидал. На вопрос, что тот хочет в плечо Керема вонзилось лезвие ножа. «Четин передаёт тебе пламенный привет» - ужасно довольным голосом пояснил мужик, вытаскивая нож. — Это ловушка… - Керем всё ещё прибывал в растерянности, поэтому и не обратил особого внимания на боль от свежей раны, которую на скорую руку заштопал местный лекарь. — Они меня подставили! — То есть ты не убийца? - разозлившись, Мехмет сжал его плечо ещё сильнее, теперь то Керем не смог проигнорировать его действия. — Нет! - рявкнул тот, когда из глаз посыпались искры от боли. — Я не убивал её! — А как же другие?! - Мехмет его отпустил и встал напротив. — Думаешь все полицейские продажные или дебилы?! - он ударил обеими руками по столу, так что тот качнулся. — Думаешь, что можешь убивать, оставлять улики и тебе за это ничего не будет?! Ты кем себя возомнил вообще?! В этот момент комиссар Мехмет превысил свои должностные полномочия и ударил со всей силы Керема по лицу, так что тот упал на пол. От удара кулака растеклась губа. Но Мехмет не позволил ему встать на ноги, продолжая бить только уже ногами по животу. — Ты - король, раз у тебя есть деньги и связи, так что ли?! - ярости честного полицейского не было предела. — Да нет, ты - убийца и подонок! Выспаться не получилось! Неудобно! Привыкай! Очень скоро ты вообще забудешь, что такое сон, потому что я стану твоим кошмаром, сволочь! - прежде, чем уйти, Мехмет швырнул в Керема газету, в которой говорилось об убийстве. — Постелешь себе! Мехмет знал, что поплатится за свои действия. Так оно и случилось: на следующий же день начальник Левент вызвал его к себе в кабинет. — Ну проходите, без пяти минут патрульный, - тот протягивал каждое слово, пронзая комиссара взглядом. Для Левента Юльгена рабочий день начался с весьма приятной ноты. Во-первых, зарвавшийся бандит с которым он был вынужден вести дела - получил по заслугам. Да и старший комиссар наконец нарвался на серьезный проступок, который поставил вопрос о его будущем. Мехмет был словно заноза для своего начальства. Вечно он стремился к никому не нужной справедливости. — Я знаю, что совершил ошибку, - комиссар тяжко вздохнул, опустив взгляд в пол. Он стоял напротив стола с идеально ровной осанкой и сложенными в замок руками. — И готов понести наказание за свои действия. — Эта ошибка как ты выразился могла стоить свободы не только тебе! - громко рявкнув, Левент тут же нахмурился отчего его складка на переносице стала слишком заметной. — Благо я смог убедить адвоката задержанного не писать жалобу. На что Мехмет не удержался от короткого смешка: — Чтобы бандиты писали жалобы на полицейских… Мы и эти дни увидели… — Оставь свой неуместный сарказм для новых коллег. Вот, - Левент небрежно кинул бумагу на стол, поближе к тому — Уже подписанный документ о твоём переводе в отдел общественной безопасности. Скажи спасибо мне, а не то бы генеральный директорат принял решение об увольнении. — Ну спасибо вам, начальник… - к чему весь этот спектакль Мехмет не понимал. Проще было бы просто молчать и радоваться. — Можешь идти - собирать вещи. На этом начальник Левент попрощался со своим старшим комиссаром, мысленно обдумывая кому отдать эту должность. По правде говоря, он не понимал, зачем тот себя так глупо подставил, отчего в голове Левента закладывались мысли, что это неспроста. Мехмет не казался человеком, которым управляют одни лишь эмоции. Поэтому сразу после того, как тот вышел из кабинета, Левент сделал звонок. — Офицер Неджметтин? – улыбнувшись, Левент убедился, что говорит именно с начальником отдела безопастности. — Наш договор в силе? – получив ответ, он улыбнулся ещё шире. — Отлично. Вы меня очень выручите.

***

Четин долго думал над тем стоит ли ему встречаться с Эдже после их недавнего разговора по телефону. Она сама позвонила ему и поинтересовалась, где он сейчас находится. Эдже уже знала о том, что произошло у него в столице. Сразу как Четин вернулся в Стамбул, он разыскал Парса. Тому пришлось сменить квартиру из-за ареста Джихангира. Четин был в ярости, потому и не стал церемониться со сводным братом, проехавшись тому по лицу кулаком сразу же, как Парс открыл дверь. Нос он ему расквасил. На секунду другую Четин оцепенел от ужаса за самого себя и почувствовал, как приближается к той самой черте, у которой нет пути назад. А потом он мысленно утешил себя: Парсу за его проделки и этого было мало. «Отец всё надеялся, что ты когда-нибудь встанешь на его сторону, - задрав повыше голову, сказал Парс. У него ещё текла кровь. — Этими фотографиями он лишь хотел ускорить процесс.» Не сдержав злобной ухмылки, Четин подал Парсу ватный жгут из аптечки, которую нашёл в ванной комнате. Да, отец был в своём репертуаре, но только тот наивно предположил, что такой шантаж бы подействовал на Четина. Он бы обязательно нашел выход, узнай обо всём своевременно. Именно то, что Четина застали врасплох и раздражало его больше всего. Это заставляло думать его о своей уязвимости. С Парсом они разошлись на том, чтобы тот и дальше продолжал играть человека банды. Пусть его роль сейчас особой значимости не несла, однако, пользы было намного больше, чем вреда. Вот и Керем Эрсой получил по заслугам. Узнав о том, что тот сейчас находится в следственном изоляторе, Четин в первую очередь подумал, как там Эдже. Наверняка, она сходит с ума из-за ареста своего ненаглядного. Как бы Четин не хотел на неё злится, а лучше вообще не вспоминать - у него пока это плохо получалось. Он чувствовал некую ответственность за Эдже даже сейчас. И когда она ему позвонила первой, на лице Четина мелькнула улыбка. Её голос всё был таким же особенным для него. Встретились они с Эдже ближе к семи вечера в кафе возле набережной Бююкчекмедже. Этот район находился в отдаленной части города. Место назначила Эдже, сказав, что не хочет лишних сплетен. Четин её полностью поддержал. Из-за всех этих судебных разбирательств пресса, итак, уже понаписала всякой ерунды, сравнивая Четина с его отцом. — Привет, - сказала Эдже неуверенным тоном. Несмотря на то, что девушка сама захотела этой встречи, она чувствовала на себе огромный груз вины. Ведь не случись с Эдже этой жуткой истории с Гюнеш - Четин бы не только не попал под раздачу, но ещё может и у них всё сложилось бы иначе. Первое на, что Четин обратил внимание были темные круги под глазами Эдже. А ещё её и без того стройная фигура потеряла в массе, о чем свидетельствовала одежда: свободные джинсы и белая футболка-оверсайз. Четин подметил это к тому, что несколько лет назад, во время сессии Эдже тоже сильно похудела и старалась скрыть этот факт свободными вещами. И всё же для него она оставалась женщиной рядом с которой у него учащался пульс и на сердце становилось теплее. Как бы ему хотелось скорее избавиться от этого, однако, судьба постоянно подкидывала им повод встретится. — Здравствуй, - Четин ласково ей улыбнулся, словно не Эдже разбила сердце. Несмотря на то, что Эдже отказывалась от какой-либо еды, Четин всё же сделал заказ на две бараньи отбивные с поджаренными овощами. Даже был десерт в виде рисового пудинга, который она так любила. — Послушай, я не буду с тобой ни о чем разговаривать, пока ты не съешь хотя бы половину из всего, - предупредил он весьма серьёзным тоном. И хоть Эдже было жутко неловко от такой заботы бывшего мужчины, она всё же взяла в руки столовые приборы и принялась резать отбивную. Четин всё с той же улыбкой на лице смотрел, как она ест. — Ну вот, я выполнила твое условие, - дожевав, сказала Эдже. Но ужин был и впрямь очень вкусный. Она успела даже немного расслабится после нескольких глотков красного вина. — Теперь мы можем поговорить? — Да, - Четин кивнул при том, что к своей еде он не притронулся. — Я предполагаю это как-то связано с тем, что меня недавно арестовали. Под его пристальным взглядом Эдже надеялась понять, насколько Четин был посвящен в план прокурора. Судя по тому, что он держался вполне дружелюбно, она сказала следующее: — Вокруг один сплошной обман. Везде грязь. И я не могу на это как-то повлиять. От этого хуже всего. — Поздравляю, - Четин горько усмехнулся. — Ты становишься взрослой, раз понимаешь такие вещи. — Мне очень стыдно, что за мои грехи отдуваться пришлось тебе. Четин, если я могу что-нибудь сделать… - запнувшись, Эдже думала правильно ли выражает свои чувства по отношению к нему. — Я ведь понимаю каково тебе сейчас со всем навалившимся. И мне бы хотелось поддержать тебя. Конечно, в том случае, что такое уместно для тебя. Эдже была не совсем убедительна в своих словах, однако, Четин понял, что она имела в виду. От чего его брови недовольно сдвинулись вместе. — Брось, Эдже, ты не должна чувствовать себя виноватой только потому что я был рядом с тобой в тот момент, - он хотел донести до неё простую истину: уж, если Эдже выбрала другого, то не стоит сыпать соль на раны. Но она сидела с таким поникшим видом, и Четин немного смягчился. — Ладно, можешь мне рассказать всю правду? Бану пыталась действовать через тебя? — Она предложила сделку. Сказала, что не даст делу ход в обмен на мою помощь, - тут Эдже снова замялась, не зная, как лучше выразится. Она не хотела говорить о требованиях ему в лоб. — В общем за это я должна была сообщать ей о планах мафии. — Ясно, - спустя несколько долгих секунд тишины, Четин обречено вздохнул. Даже, если Бану не причастна к планам Арифа - её идея всё равно заслуживала порицания. Использовать запутавшуюся девушку в качестве информатора мало того, что опасно, но и абсолютно подло. По крайней мере Четин думал именно так. — И ты, конечно, выбрала не себя, - на что Эдже, опустив глаза в стол, смолчала. В этот момент Четин впервые задумался над тем, почему он питал такую ненависть к оппоненту. И понял: — Знаешь, Эдже, я бы всё на свете отдал только за то, чтобы ты хоть раз посмотрела на меня тем же взглядом, которым смотришь на него. Откровенность Четина на ей пользу не пошла. Она бы, и сама предпочла, чтобы он её скорее ненавидел, чем мечтал о несбыточном. — Оно того не стоит, Четин… - произнесла Эдже, вздохнув. Её мысли были зеркальны его словам. Ей бы тоже хотелось, чтобы любимый мужчина относился к ней так же, как Четин. — Давай лучше сменим тему, - расставаться с ним Эдже так рано не хотелось. Вдали от дома, в компании Четина ей удавалось не думать о разрушающейся жизни. — Я читала новости о твоей знакомой журналистке. Ты знаешь подробности? – но, как назло, отныне у них было слишком мало тем для разговора. При упоминании Аслы к горлу Четина подошёл ком, и он неприятно поморщился. Нетрудно было догадаться кто именно избавился от неё и почему. Смерть Аслы была ещё одной причиной осознавать, что Четин не далеко ушёл от своих врагов. — Её задушили сразу после скандальной статьи. Надеюсь, виновников найдут и накажут, - сказал он, неоднозначно смотря на Эдже. — Ты ведь тоже так считаешь? Госпожа Зеррин была тебе близка. — Мы оба знаем, что тот, кто на самом деле виноват в их смерти - сейчас далеко, - Эдже посмотрела на него тем же взглядом и отпила из бокала. Четин почувствовал себя неуютно, вспомнив недавний разговор с Арифом Фейманом. Тот вёл слишком хитрую игру, правила которой Четину до конца ещё не были известны. Как раз сейчас ему бы очень пригодился светлый и проницательный ум Бану. Но за неимением лучшего, он решил воспользоваться тем, что имел. — Эдже, не сочти за любопытство, но у твоего… - Четин так и не смог воспроизвести это вслух, поэтому оставил фразу слегка небрежной. — Какие-то проблемы с человеком выше? — Почему ты интересуешься этим? - она была немного обескуражена. Очень странно, что Четина интересовали подробности криминальной жизни. — Потому что моя компания является застройщиком на территории, принадлежащей некому Арифу Фейману. Я думаю, ты в курсе кто он такой. — Увы, о нем я знаю очень поверхностно, - лучшее, что сейчас могла сделать Эдже - не вдаваться в подробности. — Тем более мне совсем не хочется знать больше. — Понимаю, - Четин кивнул и наконец вспомнил, что у него стынет еда. В принципе на большее он не рассчитывал. Этого вполне хватило, чтобы убедиться, что между Арифом и Керемом не всё гладко. Закончив с ужином, Четин как обычно сначала проводил даму до её машины и открыл дверь. Эта функция работала у него на автомате. — Ты счастлива, наконец? - его внезапный вопрос остановил Эдже от того, чтобы сесть за руль. Девушка застыла, пристально глядя ему в глаза, не находясь с ответом. В какой-то миг она подумала, как было бы здорово отмотать всё назад. Эдже всегда понимала, что ей полюбить Четина вполне реально. И в некотором смысле она его очень любила. Но не настолько сильно, чтобы отказаться от того, о ком мечтала с незапамятных времён. — Не знаю сможешь ли ты меня правильно понять, - и вновь этот обреченный вздох-выдох. — У меня как будто и выбора другого никогда не было. Словно кто-то всё решил за меня, а я просто делаю так, как нужно. За последнее время я ощущаю себя настолько жалкой, что становится тошно. Я ведь знаю, кем выгляжу в глазах окружающих. В твоих глазах. — Это ты про своё увольнение? - к сожалению, Четин уже знал с каким треском Эдже вылетела с работы, которую любила. И всё из-за этого идиота. — И про это тоже… На самом деле Четину было безумно жаль Эдже с точки зрения обычного человеческого отношения. Такая молодая, красивая, умная и потерялась среди непонятно чего. Увы, это только в сказках добрые девушки влюбляются в принцев. В реальности они почему-то все любят чудовищ, которых не перевоспитать, хоть как не бейся. — Когда упадешь, никто не посмотрит на то, что ты хороший. Все отвернутся, - выразил свою мысль Четин, что пришла ему в голову ещё очень давно. И пусть он заклинал себя больше не иметь ничего общего с Эдже, отвернуться от неё насовсем не позволяло сердце. — Мы оба с тобой упали. И хорошо, если будет кто-то рядом, чтобы помочь подняться. - он протянул свою руку в знак дружбы. Однако, вместо рукопожатия Эдже не удержалась от того, чтобы крепко обнять его и почти шёпотом сказала: — Большое тебе спасибо. Ты - единственный человек, который может успокоить меня. Эти её слова отдались эхом Мелек. На сердце вновь заскребли кошки. Вскоре Эдже отстранилась и смущённо улыбнулась. — Прости, надо было ограничиться рукопожатием. — Всё нормально, - Четин естественно солгал. После этого Эдже уж точно нужно было садиться в машину и ехать домой. Но напоследок она всё же решилась сказать ещё кое-что: — А на Бану ты не злись. Она это сделала ради тебя. Влюблённые женщины часто делают глупости.

***

Отныне дела в мастерской были возложены на Селима, чему он не был слишком рад. Хотя бы потому, что всё здесь напоминало о прошлом, где и Мурат был жив, и неугомонный Картал постоянно клянчил, чтобы его взяли в бизнес, даже по ворчливому голосу старика Халиса Селим скучал. Прошлая жизнь теперь казалась ему счастливой. Единственное, о чем тогда стоило думать – это, как бы обдурить клиента на лишние деньги и нагреть начальство, чтобы прикарманить себе побольше процентов. Из-за желания лёгкой наживы забавных и не очень историй было несчитанное количество. 8 лет назад — Это, что за дрянь? - Селим уставился на почти что лысую резину, которую Керем с гордостью притащил со свалки. — У нас новый бизнес-план, брат мой, - тот ужасно довольный собой, смотрел помойные покрышки слово они были сделаны из золота. — Мы теперь будем продавать резину, которую выкидывают на свалку. Цену ставим самую дешёвую, жмоты типа дяди Гювена из Балата - купят, лишь бы не тратится на новую. — Ты серьёзно думаешь, что кто-то купит шины с помойки? - Селим всё ещё не верил в грандиозную идею, хотя в этом что-то определенно было. — Ох, Селим, об этом будем знать только мы с тобой, - Керем так вздохнул, что пришлось объяснять очевидные вещи. — Для всех остальных – это резина с битых машин. Которых вполне хватит ещё на годок. — Мне всё равно не очень нравится, - вразрез своим словам, Селим стал охаживать резину, то и дело скептически морщась. — Да и Халису, что скажем? Вряд ли он обрадуется, узнав, чем мы тут помышлять собрались. — Халиса я беру на себя, - в отличие от друга Керемом владела сто процентная уверенность. — А пока наша цель – как следует покопаться на свалке в поисках добротного товара. Как бы Селим не сомневался, а дело пошло. Ещё и как пошло. Через месяц он наконец закрыл кредит в банке, который брал на погашение прошлых долгов. А Керем смог затюнинговать свой старый автомобиль до неузнаваемости, теперь тот не казался уже таким допотопным. При учёте того, что какую-то часть доли парни выделили Эдже на её девичьи нужды. Что же касалось Эдже, она была в восторге от свалившихся денег из ниоткуда. Правда, перед этим девушка, смеясь, уверяла что ничего у них не получится. Да, и в принципе то каким способом Селиму с Керемом приходилось получать прибыль её слегка смущало. — Вы могли меня сначала высадить у школы, а уже потом ехать на свою помойку? - сидя на заднем сидении машины Эдже была недовольна тем, что и ей пришлось тащиться с ними. — Поможешь нам, - сказал Селим на полном серьёзе. — Что?! - та аж поперхнулась. — Чтобы я возилась в горе мусора?! — Там всё прилично: только старые доски, мебель и покрышки, - Керем был абсолютно солидарен с другом. — И вообще с каких пор ты стала такой неженкой? — Я не неженка, - Эдже явно обидели такие слова. — Но если даже, то что тут удивительного? Девчонкам не свойственно ходить на дело подобного рода. Оба парня промолчали. Эдже была права, хоть и излишне драматизировала. Её задача всего-то заключалась в том, чтобы подежурить на стрëме, пока Керем и Селим загрузят в машину несколько комплектов резины. Пару дней назад Берк как-то обмолвился, что его отец сдает резину на перерабатывающий завод, а это означало, что у парней появился конкурент. При чем бессовестный. Именно поэтому нужно было добраться до шин - первыми. — Эдже, кто стесняется трудиться - остаётся голодным, - философски произнес Селим. Всё закончилось более чем успешно. Резина ушла за хорошую сумму денег и быстро. Уже на следующий день парни намечали ещё несколько набегов, но после небольшого отдыха. — Может мяч погоняем? - предложил Селим в завершении рабочего дня. — Соберем наших и на поле. Пока есть возможность. Керем посмотрел на наручные часы и призадумался. Будто что-то подсчитывал. — Я не против, - наконец ответил он. — Но кто тогда отвезет Эдже в торговый центр? — У нас автобусов в городе не осталось? - Селим выразился несколько небрежно. То, что младшая сестра так и норовила загрузить Керема своими делами в его свободное время, Селима начинало уже раздражать. Он никогда не поверит в то, что другу будет интереснее шататься по магазинам, чем играть в футбол. — Странно слышать от тебя подобное, - Керема же начало раздражать в Селиме наплевательское отношение к Эдже. — Она ведь твоя сестра. — Вот именно. А такое чувство, что любит больше тебя. — Это, что ревность? - Керем не смог сдержать самодовольной улыбки. А про себя подумал, что ему это очень даже нравится - лишь бы не нажить себе проблем. В этот момент в мастерскую пришёл мужик, которому на днях и был продан комплект почти новой резины по очень привлекательной цене. Только на сей раз его сопровождал ещё один, весьма неприятной наружности, скорее напоминавший вышибалу из какого-нибудь злачного клуба. — Лёгкой работы, парни, - сказал мужик с прищуром в глазах. — Как у вас тут всё интересно… - он начал оглядывать большое помещение сервиса, словно собирался его купить. Керем насторожился, увидев его. А вот Селима присутствие посторонних явно разозлило. — Так-то мы уже закрыты, - ответил Селим, напрочь позабыв о чувстве такта. — Завтра после десяти приходите. И желательно сразу с машиной. — А вы, ребятки, дерзкие да? - тот подошел ближе, жестом показав своему спутнику оставаться на месте. — У тебя какие-то проблемы? - сейчас уже не выдержал Керем, поравнявшись с гостем. Всем своим видом он намекал чтобы этот тип ушёл туда откуда пришёл. Прихватив с собой и второго. — Есть одна проблема, - мужику пришлось задрать голову вверх, чтобы не разрывать зрительного напряжения. — Те покрышки, что ты со своим дружком мне впарил - никуда не годятся. — Об этом нужно было думать до того, как купить их, - Керем язвительно усмехнулся, сложив перед собой руки. — Тем более за такую смешную сумму - итак, сгодится. — А я вот так не считаю. К тому же у меня есть преимущество, - мужик сделал небольшую паузу, многозначительно посмотрев в сторону Селима. — Это - была моя резина и моя свалка. При воспоминании о том, как им потом досталось от дружка хозяина свалки с кастетом, по телу Селима прошлось неприятное ощущение мимолетной дрожи. Мало того им потом и Халис взбучку устроил, из-за того, что парни пытались нагреть его родного брата. И тут же Селим подумал о друге при встрече в следственном изоляторе, когда адвокат выбил на это право. Один из комиссаров сильно превысил свои должностные возможности, за что и поплатился. Тем не менее возмущение Селима по этому поводу существовали даже после того, как оборзевшего полицейского сместили с должности. Неделю назад — Забей на этого, - образно отмахнулся Керем на встрече. Он был весь в синяках и с разбитой губой. — Меня больше интересует Четин Полат. — Правда? – Селим скептически посмотрел на него. — И что он? Прежде, чем ответить Керем беглым взглядом окинул охранника, который стоял у дверей комнаты встреч. — Его водитель оставил след от ножа на моём плече. - сразу после произнесенной им фразы, Селим замер в изумлении, высоко вздернув брови. — Всё выглядит так, что он пытается меня подставить. Похоже раздутый скандал в СМИ - его рук дело. То, о чем говорил Керем, отразилось на лице Селима весьма горьким оттенком, но совсем не от того, что другу подкинули проблем. Если уж и Четин пустился во все тяжкие, тогда кого вообще можно было в этом мире считать нормальным? — Допустим у него есть повод злиться на тебя, - натянуто произнес Селим. — Я всё равно не понимаю к чему приведут эти действия, - немного поразмыслив он добавил: — Конечно, если Четин что-нибудь не пронюхал насчёт Арифа. — Ясно одно: пока я здесь - ничего толком выяснить не смогу, - сказал Керем с тяжким вздохом. Левент делал всё возможное, чтобы полиция отпустила его из-под стражи, однако, в данном случае тяжести обвинений - начальник был не всесилен. — Он с тобой не связывался? - под словом «он», Селим имел ввиду Арифа. — Нет. Но я уверен, что скоро это произойдёт и ждать хорошего не придётся. Джихангира задержали отнюдь не из-за незаконной торговли бензина. Насчет ареста своего новоиспеченного тестя Селим был полностью солидарен с Керемом. Присутствовало стойкое чувство, что Джихангира хотят сделать козлом отпущения во всей этой истории с проституцией. А если взять в расчёт то, что он действительно когда-то натворил дел в ущерб Арифу, то пазл очень даже складывается. — Со мной приехала Дефне. Ей не разрешили увидеться с отцом, - поникшим голосом сказал Селим. Пускай ему было достаточно сложно проникнуться любовью к папе своей фиктивной жены, однако, видеть страдающую Дефне по отцу - хуже. Гораздо хуже, чем он мог себе представить. — Зря она понадеялась, - в этот момент Керем опустил взгляд на свои руки, что были сцеплены наручниками и медленно вздохнул, гоняя в голове мысли о Эдже. Селиму показалось будто он говорил не о Дефне. Керем даже спрашивать у Селима не стал отчего его сестра не захотела ехать на свидание. Единственное – он лишний раз напомнил, что им всем нужно быть начеку. Селим лишь кивнул и сказал, что обо всём позаботится. Их время заканчивалось, о чём грубым тоном сообщил охранник изолятора. За несколько минут под пристальным наблюдением не поговоришь толком. Да и Селиму хотелось верить, что весь этот бред скоро закончится – неизвестно только какой ценой. Он снова подумал о Дефне и её чувствах к отцу. Если Джихангира сделают крайним, а судя по всему, план Арифа был именно таков, для Дефне это будет огромным ударом, несмотря на все их проблемы. Поэтому Селиму хотелось, чтобы Джихангир тоже выбрался из всего этого. — Ты знаешь кто такой Осман? И почему этот тип был важен Арифу? – тихо и бегло спросил Селим, то и дело поглядывая на то, как охранник отсчитывает последние секунды на наручных часах. Керем сдвинул брови в замешательстве – значит не в курсе. К сожалению, время истекло. Охранник двинулся в их сторону. Говорить пришлось ещё быстрее и тише. — Они с Джихангиром оба что-то натворили. — Ты от куда узнал? – с той же интонацией говорил и Керем, поднявшись со стула. — Дефне сказала. Она ещё давно слышала, как Джихангир произнёс: «Я не Осман, меня он не пожалеет». — Время! – в эту же секунду охранник подошёл к ним вплотную и забрал Керема. Селиму оставалось только надеяться, что другу пригодится информация насчёт загадочного Османа, которого, судя по всему, Ариф выделял среди остальных своих так называемых «сыновей». Вообще подобное обращение от этого выжившего из ума старика всегда резало слух. И хоть, Селим опасался углубляться в некоторые темы, зависимость Керема от Арифа только, потому что тот сделал неверный шаг - казалась всё менее реальной. — Брат Селим, есть какие-нибудь новости? - от задумчивого состояния в комнате отдыха мастерской его отвлек молодой парень. Селим бросив на него усталый взгляд, со вздохом ответил: — Пока дела не очень, Кыво. Но на днях должно что-нибудь решится. — Мы с парнями тоже пойдём на суд. И дадим показания. Они ещё не понимают с кем связываются. Юношеский максимализм, однако, в таких делах был лишним. — Не нужно ничего подобного, - резким тоном одернул парня Селим. — Ваша задача - машины ремонтировать, вот и занимайтесь. — Нашего брата обвиняют в невесть каких грехах, а мы спокойно должны ждать приговора?! — Так, всё Кыво, разговор окончен. Иди давай уже! - спровадив парня, Селим и сам стал собираться домой. Кыванч, которого на районе все привыкли звать просто Кыво был славным малым. Селим помнил его скорее как ребёнка, который вечно забегал в мастерскую, чтобы поглазеть на тачки некоторых клиентов. Неизгладимое впечатление на Кыво произвёл «Астон Мартин» Эфсун Полат. После тюремного срока Селима парень здорово вырос и обосновался в мастерской с остальными своими ровесниками по улице. Занимались парни чисто делами сервиса, получали хорошие деньги. Иногда они порывались сделать какую-нибудь глупость в попытке показать, насколько серьезно относятся к старшим в особенности к Керему и, что готовы стоять за его интересы горой. Благо их прыть не без труда, но удавалось сдерживать. «Они не понимают куда лезут, - после похорон Мурата сказал Керем. — С нас достаточно смертей». В этом случае Селим был полностью на стороне друга. Если бы в своё время его тоже кто-нибудь остановил или же показал на своём примере, что бывает, когда молодёжь решает поиграться в бандитскую жизнь. Как только из мастерской все ушли, Селим закрыл ворота с мыслью, что в будущем неплохо бы вместо этого старья установить нормальные - автоматические. Всё же место тут приличное, а не какая-нибудь подпольная конторка по типу заправки Джихангира. Краем глаза Селим заметил белый «Фиат», что был припаркован рядом с забором из рабицы, внутри которого находилась платная автостоянка. Селиму показалось, что водитель «Фиата» поджидает именно его. Подтверждением стала открывшаяся дверь. В следующее мгновение Селим уже мог разглядеть человека, вышедшего из машины. — Какими судьбами? - Селим весьма неприятно удивился, не сводя глаз с Берка. Их последняя встреча оказалась губительной. Берк, воспользовавшись яростью Селима, просто стравил друзей, из-за чего Ахмет поплатился жизнью, а Селим был вынужден скрываться от полиции. — Не волнуйся, я не по твою душу пришёл, - с лукавой улыбкой сказал Берк. Он по-прежнему держал на них всех зло из-за семьи. — Мне всего-то нужно знать где сейчас находится племянница Седата Пекера - Бахар. — А ты, что всё продолжаешь шестерить на это семейство? - Селим язвительно хмыкнул и сразу же сдвинул брови. — Мне откуда знать где, чья племянница находится? Я вообще первый раз слышу о такой. — Это неудивительно, - снова улыбнулся Берк с издёвкой. — Я бы спросил у Керема, он ведь с ней достаточно близок, но это проблематично, учитывая, где сейчас Керем находится. Произнесенная Берком фраза повлекла за собой напряженное молчание Селима и точно такой же взгляд. Керем никогда не заводил с другом разговор о некой женщине по имени Бахар. Единственное, что Селим знал - это то, что кто-то помогает Керему в его расследовании насчёт Арифа. Селим сразу же подумал о сестре. Эдже, итак, была все эти дни сама не своя, не хватало ей ещё ненароком узнать о женщине, которая по непонятно какой причине стала пособницей Керема. — С чего ты взял, что Керем в курсе? - нахмурившись поинтересовался Селим. — Геолокация на телефоне Бахар указывает на улицу Херсан. Кажется, именно там находится старая швейная фабрика, где живёт твой дружок. Берк казался весьма убедителен и это удручало Селима ещё больше. — Хорошо, - он кивнул. От раздражения у Селима раздувались ноздри. — Я загляну. И если эта девица там, то непременно сообщу тебе об этом. На этом они с Берком расстались и теперь уже Селим спешил вместо дома в лофт Керема. Он всё ещё плохо понимал с чего бы племяннице Пекера быть там. Это казалось полной бессмыслицей, даже при учёте того, что между ею и Керемом могли быть дела. Когда же Селим добрался до места, он нетерпеливо и со всей силы постучал о железную дверь. Открыли ему довольно быстро. На пороге стояла девушка среднего роста с копной черных кудрей. Судя по её заживающим ссадинами и синякам, с ней случилось что-то не очень приятное. Она смотрела на Селима с любопытством. — Бахар, как понимаю? - Селим недовольно поджал губы всё ещё разглядывая её. — Да. - кивнула она. — А ты Селим? - и тут же пояснила: — Керем говорил о тебе. Бахар отошла на пару шагов назад, дав Селиму пройти внутрь лофта. Она не стала придавать значения тому, как он сканировал её взглядом. — Жаль, что мне он про тебя ничего не сказал. Пояснишь зачем ты здесь находишься? — Конечно, - она вновь кивнула и указала на кожаный диван. — Располагайся, Селим. Без особого дружелюбия Селим сел на диван, а Бахар в кресло рядом. Она сразу же перешла к сути дела, рассказав о том, как поплатилась за помощь, зачем и почему решила перекантоваться пока не заживут синяки и ссадины - здесь. И главное - что служило мотивацией для неё изначально ввязываться в подобное. В принципе Бахар была убедительна в своём рассказе, однако, Селима смущало сразу несколько вещей: — Хорошо, ты хотела отомстить Салиху Полату за свою семью, - говорил он медленно и спокойно, точно так же как до этого общалась и сама Бахар. — Заручилась поддержкой сумасшедшего Арифа и в итоге пострадала Эфсун. Потом тебя находит Керем, знающий о твоей причастности к гибели беременной от него женщины и вместо того, чтобы поквитаться с тобой - начинает просить о помощи. Ты с удовольствием помогаешь ему, потому что теперь тебе нужно уже избавиться от Арифа и живёшь в его доме, как ни в чем не бывало. Как-то немного коряво выходит, не находишь? Прежде чем ответить Бахар смерила Селима долгим, изучающим взглядом. Она понимала его недоверие, особенно сейчас, когда Керема арестовала полиция. — Думаешь заключение его под стражу - моих рук дела? - Бахар вздохнула, чувствуя, как головная боль снова усиливается. — Я не исключаю такой вариант, хотя пока ни в чем не уверен. Чтобы у нас не было разногласий, будь добра - покажи телефон. — На каком основании? - несмотря на прямое оскорбление, Бахар продолжала вести себя спокойно. — Керем тебя подослал? — Просто покажи. Поверь: так будет лучше всем. — Что ж, ладно, - ей ничего не оставалось, как встать за телефоном, что лежал на кухонном островке и передать его Селиму. — Пароль: девять, ноль, девять, ноль. На глазах у Бахар, Селим открыл журнал звонков. В основном исходящие вызовы были от контакта «Бабуля», несколько от типа по имени Аслан и ещё пару неизвестных. — Аслан, это кто? - спросил Селим, наблюдая за её реакцией. — Мой ухажёр, - и Бахар держалась вполне себе естественно. — Есть ещё номер клиники, где проходит лечение моя тётя, салона-красоты и моего мёртвого охранника. Далее, Селим проверил смс-сообщения: одна дурацкая реклама и оповещение о скидках в каких-то магазинах. Я осмотрю здесь всё, - отложив телефон, он поднялся на ноги. — Конечно, господин комиссар, - несколько наигранно произнесла Бахар с лёгкой улыбкой на лице. — Смотрите как следует, вдруг ваш взор упадёт на что-нибудь занятное. В принципе за несколько минут, которые Селим потратил на обыск жилища, он не нашел ничего подозрительного. Однако, все вещи и мебель находились в таком состоянии, что складывалось впечатление, будто здесь вообще никто не находился. — Какой порядок, - хмыкнул он, вернувшись из ванной комнаты. — Решила отплатить за приют услугами клининга? — Надеюсь, Керем очень скоро вернётся и оценит, - Бахар улыбнулась. За всё это время она не двинулась с места. — Да, я тоже на это очень надеюсь, - смерив её долгим, недоверчивым взглядом, Селим направился к выходу. Не стоило больше здесь задерживаться. — А ты не заставляй излишне волноваться бабулю. Покидал Селим здание старой швейной фабрики с отчетливым предчувствием какой-то подставы. Эта Бахар свалилась словно снег на голову и что от неё можно было ожидать - неизвестно. К тому же Селим предпочёл воспользоваться беспроигрышным вариантом, когда в чём-то сильно сомневался: обычно, между ним и Керемом мнение всегда расходилось и каждый из парней интуитивно чувствовал стоит ли им что-то предпринимать для общего блага, или нет. Например, когда Селим вляпался в историю с цыганами, Керем всячески отговаривал его играть в благородство и пытался настроить на то, чтобы всё спустить на тормозах. Селим не послушал и потом это повлекло за собой печальные события. Так же и Керем: если его мысли были сильно спутаны - он часто ошибался. По дороге домой Селим набрал номер Берка и дождался пока тот возьмёт трубку: — Бахар там нет, - сказал Селим. — Она лишь наводит свою семью на эту мысль. — Зачем ей это нужно? - по голосу можно было понять, что Берк в недоумении. — Я не знаю. Подъезжай завтра к мастерской – кое-что обсудим, - после этого Селим отключился.

***

— До сих пор не могу поверить в то, что ты наконец-таки дома, - с облегчением говорила Айше, подкладывая Четину в тарелку говяжье жаркое из глиняного большого горшочка. — Спасибо Всевышнему за то, что на свете всё же есть справедливость. Четин лишь с большой долей сомнения смотрел на очередную порцию ужина, который, итак, в него не лез. Не говоря уже о добавке. Если бы Айше знала по чьей милости его выпустили из-под стражи… — Всё обошлось, Айше, - правой рукой он рискнул остановить её желание закормить его до смерти. Айше остановилась в своих движениях, чего нельзя было сказать о взгляде, который до сих пор был пропитан беспокойством. — Обошлось ли?.. - вздохнула старушка, очень надеясь на положительный ответ. Четин понимал, что Айше хотела знать от него правду, но для её же благополучия этого рассказывать не стоило. Он и сам ещё не отошёл от встречи с Арифом Фейманом. 9 дней назад Как только Четин сел в свою машину, которая всё это время находилась на штрафстоянке он немедленно отправился в отель, где у него остались все вещи. Менеджер по-человечески отнесся к ситуации и сохранил за ним номер. На ресепшн Четин оплатил проживание за все дни, что его не было, одновременно пытаясь дозвониться Мерту, или Айше. Как назло, они оба не брали трубку. После ещё нескольких долгих гудков, Четин поднялся на лифте на пятый этаж и пошёл по длинному коридору до самого конца, где и находился его номер. За это время он успел купить авиабилет обратно в Стамбул, благо их сейчас было много. Однако стоило ему коснуться карточкой до автоматической замочной системы, Четин понял, что дверь уже была кем-то открыта. Настороженно он переступил порог номера и озираясь по сторонам тихо прикрыл дверь. Кто-то довольно громко закряхтел, будто откашливаясь. — Проходи, сынок, я здесь, - голос из-за стены, что разделяла спальную зону и небольшой коридорчик, Четин узнал сразу же. Больше не пытаясь вести себя осторожно, Четин прошёл вглубь номера и увидел перед собой Арифа Феймана. Тот сидел в кресле около панорамных окон. — Мне стоило догадаться раньше, - сказал Четин, насупившись. — Всему своё время, - Ариф был предельно доброжелателен и даже улыбнулся ему весьма тепло. Будто действительно был рад видеть Четина. — Я не хочу показаться слишком навязчивым, но надеюсь мой юрист получил от тебя слова благодарности? Сев на стул возле трельяжа - подальше от Арифа, Четин усмехнулся и начал закатывать рукава рубашки, что за всё это время теперь подлежала только утилизации. — Даже не знаю можно ли отделаться тут только словами, - его движения были резкими. Так происходило всегда, когда Четина кто-то выводил из себя. — Как-никак от такого срока отмазал… Интересно за какие это заслуги?.. Улыбка с лица Арифа улетучилась мгновенно. Он вновь принял серьезное выражение лица, которое скорее походило на озлобленность. — Послушай меня, Четин: не любить друг друга - это одно, а человечность совсем другое. Когда я узнал о том, что произошло меня это просто возмутило! Если кто-то и должен нести ответственность за преступление, то уж точно не ты. Наконец Четин оставил свои рукава в покое и внимательно посмотрел Арифу в глаза. Тот был настолько правдоподобен в своих речах, что будь Четин менее сообразительнее, точно бы повёлся. — Я растроган, господин Фейман, - пытаясь тоже быть серьёзным, сказал Четин. — Такую заботу кроме вас вряд ли ещё кто-нибудь проявил по отношению ко мне. — Дело пока не закрыли, - удивительно, но присутствовало чувство, что в весь этот спектакль, устроенный собственноручно Ариф искренне верил. — Четин, ты замешан в сокрытии убийства. По своему опыту скажу, что репутация твоей семьи сподвигнет суд к самым жёстким мерам наказания. К тому же, - на этом Ариф сделал паузу и снова так противно улыбнулся. — Не хочется, чтобы из-за всей этой ерунды пострадали прекрасные дамы. Нужно было попросить меня о помощи раньше. — Простите, не догадался сразу к кому можно обращаться в таких случаях, - Четин тянул время, чтобы просчитать неизбежные риски. Однако, это было проблематично при мысли того, что Бану, итак, уже пострадала, не хватало ещё и Эдже. — Конечно, я подверг себя опасности… - впрочем, Ариф делал тоже самое. — Но её я как раз-таки и люблю. Хотя нет…больше всего я люблю справедливость. За решётку пора отправить других. Например, Керема Эрсоя. — Неужели?! - а вот теперь Четин не удержался от искреннего смеха. Этот разговор начал нравится ему чуть больше. — С чего вы делаете такие окольные выводы? — Ах, Четин… - Ариф так вздохнул, будто пытался что-то объяснить несмышлёному ребёнку. — Я предлагаю свою руку помощи, потому что знаю каков ты на самом деле. Твой ясный ум и доброе сердце - как раз то, чего не хватает многим из моего окружения. Я лишь хочу навести порядок в этом городе, покончить с преступностью, в которой погрязли улицы. Уверен ты желаешь того же. — Удивительно насколько быстро вы успели меня изучить, - ехидно подметил Четин. — Но ведь не моё отношение к криминалу стало исходной точкой. — Я - бизнесмен, Четин. Идти на сделки для меня всё равно, что дышать. И, конечно, за всё, что я делаю беру соответствующую плату. Например, пакет акций компании. В этот момент на шее Четина запульсировала жилка, как знак того насколько он был сейчас взбешен. — Хитро, господин Фейман. Я бы вам поаплодировал будь у меня хоть капля симпатии к шантажистам. — У тебя сейчас слишком много эмоций. Подумай над моим предложением в спокойной обстановке, один. - взявшись за свою трость, Ариф поднялся на ноги и прежде, чем уйти посмотрел на Четина сверху вниз: — Между нами много общего. Ты это потом увидишь. Поэтому я уверен, что твоё решение окажется правильным. К сожалению, решение Четину пришлось принять скоропостижно. Из-за Бану ему просто не оставили шанса. Её адвокат доказал суду, что она не имеет никакого отношения к коррупционным действиям с Тургутом Чавушоглу, однако, новые улики, связанные с Четином - прямой путь за решетку. Во всей этой ужасной ситуации единственное, что немного радовало, так это отсутствие связи Бану с Арифом. Однако, ошибка прокурора оказалась роковой для их отношений. По крайней мере Четин так изначально решил: отныне он не будет иметь никаких общих дел с Бану, если с её стороны можно ожидать подвоха. Опять же Четин про неё думал на тех же эмоциях. По прилёту в Стамбул его гнев немного поостыл и Четин всё больше склонялся выйти с ней на связь. Бану ошиблась, но она ведь живой человек, а не робот. Проблема заключалась скорее в самом Четине, это ведь он рубит на корню, только потому что привык прощаться с людьми, доверие к которым сильно подорвано. И тем не менее жизнь заставляла Четина поступаться со своими принципами. Так произошло с Эдже, так происходит и с Бану. Айше, что всё это время внимательно следила за тем, чтобы тарелка Четина осталась пустой, склоняла его в пользу прощения Бану. — Ты несправедлив к ней, - сказала Айше. — Она так поступила, потому что хотела обезопасить тебя. — Айше, Бану сделала это с одной единственной целью: у неё была возможность манипулировать Эдже и использовать её страх в своих целях, - устало проговорил Четин, мысленно надеясь, что этот их разговор сойдёт на «нет». Айше недовольно и громко фыркнула: — Сколько можно думать об этой девчонке?! Пока ты тут по ней убиваешься, она на другого вешается. Забыла уже, что ты есть. Конечно, Четину стало неприятно от слов Айше, но львиная доля правды в них была. Эдже вспоминала про него, только тогда, когда ей становилось плохо и одиноко. Четин в этом убедился в последнюю их встречу. — Я не убиваюсь, - буркнул он, отведя взгляд от прозорливой Айше. — И давай, пожалуйста, закроем тему. Как мне быть с Бану я сам разберусь. На самом деле Четин надеялся, что она позвонит первой. Может это было глупостью, но ему хотелось, чтобы так случилось. Однако, Бану не подавала никаких признаков, о ней даже комиссар Мехмет толком ничего не знал. Что же касалось этого полицейского, Четин думал, что им больше не придётся пересекаться, раз Бану лишили звания прокурора. Но несмотря на это, Мехмет на днях позвонил и предложил совместно продолжить расследование против Арифа Феймана. Сначала Четин уклончиво намекнул будто ему не интересно и, что он просто хочет заниматься делами строительной компании, не влезая в противостояние правосудия и преступности. Однако, в ответ на это комиссар Мехмет кое-что пояснил: «Ты ведь хочешь узнать, кто убил твою сестру? Я нашёл важную улику». После его слов Четин уже не смог отказаться и они договорились о встрече. На следующий день Четин отправился к месту, которое обозначил Парс для обсуждения одного крайне важного для них обоих дела. Суть заключалась в том, что перевозкой товара через границу занималась исключительно одна транспортная компания, но так как директор фирмы сейчас был под следствием новая поставка наркотиков рисковала быть разоблаченной. — По разговорам отправка будет крупной, - говорил Парс, стоя между старых вагонов пассажирских поездов на железнодорожных путях. Это место парень выбрал неспроста, он когда-то тут и с Салихом тайно проводил встречи. — Только вот загвоздка, что контролировать её некому. Ариф вроде хочет перенести сроки, но афганцы на него давят. Им нужно как можно быстрее провести сделку. — Это действительно странно, - Четин в задумчивости сдвинул брови и прикинул парочку вариантов дальнейшего развития. — В таких вещах даже самая ничтожная ошибка может привести к необратимым последствиям. Значит они рассчитывают, что внимание властей будет устремлено не на них. Я попробую узнать что-нибудь через своих знакомых в парламенте, а ты пока следи за тем, что происходит на улицах. — Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить, - в этот момент и без того озабоченное выражение лица Парса приобрело угрюмый оттенок. — Несколько дней назад, прямо перед самым арестом, Эрсоя кто-то ранил. Один из его парней весьма красочно описал нападавшего… Парс слишком затянул со своей мыслью от чего Четину пришлось его несколько грубо перебить. — Ну, что ты медлишь?! Говори, если это так важно! - хотя по большому счету Четин не совсем понимал зачем ему эта информация. — Твой водитель, - наконец сказал Парс, внимательно следя за реакцией брата. — Мерт. От чего Четин даже весьма громко усмехнулся. В его понимании это был полнейший бред. — Ну мало ли кто под чье описание подходит... Парс, я понимаю твое недоверие ко всем, но не впутывай сюда Мерта. Он уже много лет со мной и не лезет в бандитские разборки. — На твоем месте я бы всё же проверил, потому что на руке того парня заметили рубец от сведенной татуировки. На сей раз Четин ничего не ответил, лишь долго и задумчиво будто изучал Парса взглядом. Хоть его слова до сих пор казались какой-то несуразицей, упоминание о рубце, который навсегда остался у Мерта на внешней стороне кисти руки вселили в Четина подозрения. Неужели ему и вправду уготовано судьбой разочаровываться во всех людях, которым он привык доверять? — Нужно расходится, - только и смог сказать он. — За нами тоже может быть слежка. Сев в машину Четин думал о их с Мертом утреннем разговоре. Тот как обычно явился в особняк рано, в ожидании каких-либо поручений. В последнее время Мерт Четину был без надобности, поэтому он сказал ему чтобы помог Айше в её сборах - съездить по магазинам и купить всё, что понадобиться ей в поездке на Юг страны. Ничего подозрительного Четин за ним и не заметил даже. «Бред какой-то…» - мысленно он пытался себя успокоить. Головной боли и без этого хватало. Чтобы немного отвлечься Четин включил радио и направился в офис. Нужно было подписать некоторые документы и встретится с комиссаром, с которым у них теперь был уговор. Однако, срочная новость по радио о том, что в Генштабе началась перестрелка, а его глава был взят в плен из-за отказа возглавить переворот, подвергла Четина в ещё большее состояние тревоги. Съехав на обочину, он прибавил громкости и уставившись куда-то вдаль через лобовое стекло слушал о том, что сейчас происходило в столице: «Мы все ждём скорейшего обращения президента к народу»; «Из военной базы Акынджи в воздух поднялись шесть истребителей и нанесли удары по Главному авиационному управлению, число жертв устанавливается»; «Более трёхсот военных захватили государственный канал TRT.» Взволнованные голоса дикторов по любому информационному источнику сообщали о каждом шаге путчистов. Если учитывать сколько военных предателей образовалось в одной из самых лучших и дисциплинированных армий мира, можно не сомневаться, что к завтрашнему утру Турция уже не будет прежней. В кармане пиджака завибрировал телефон. Это был комиссар Мехмет. — Слушаю, - напряженно ответил Четин и выехал обратно на трассу. Сзади образовалась колонна полицейских, которые перекрывали движение. — Нам с тобой встретиться, увы, не получится, - комиссар говорил очень бегло. — В стране назрела очередная катастрофа. — Я уже это понял, - Четин обреченно вздохнул, но не только из-за происходящего. Если Мехмет действительно нашёл улики, ведущие к тому ужасному вечеру, когда Эфсун похитили и убили руками отца, вряд ли Четин узнает о них в ближайшее время. — Что мне необходимо знать прямо сейчас? — Бахар Сайер, племянница Пекера. У неё с Арифом был сговор. По телу Четина прошлась волна леденящего ужаса. Бахар. Та самая Бахар, которая каждый раз при встрече обнимала Эфсун, как родную. — Где она? Знаешь? – тон его голоса стал непроницаемым. — Здание швейной фабрики в Фатихе. Найдешь её там. Мехмет повесил трубку. А Четин в этот момент понял, насколько ему всё осточертело: — Будь всё проклято, чёрт возьми! - выругался он, ударив со всей силы по рулю. Из-за большого потока машин, которые в срочном порядке освобождали дорогу образовалась пробка. Общий гул действовал и на без того расшатанные нервы. Тогда Четин вспомнил о седативном препарате, которое он обещал сам себе больше никогда не принимать. Его взгляд упал на бардачок, именно туда Четин закинул в последний раз таблетки.

***

В ожидании Берка, Селим решил разобрать старенький радиоприёмник, который вечно барахлил, мешая парням слушать музыку или новости при ремонте машин. Когда-то в далёком детстве Селим посещал радиотехнические курсы, но не добился на этом поприще особых высот. Да и мысли его были заняты другим. Успела ли эта Бахар натворить дел или всё ещё только впереди - загадка. А может и Берку не стоило верить? Но как тогда Селим разузнает хотя бы что-то, если не он? Мотнув головой, Селим предпочел сосредоточиться на тоненьких проводах. Определённо Берка сначала стоило выслушать, а уже потом принимать решение. В этот раз одному. Берк не заставил себя долго ждать. Он пришёл в мастерскую ровно к одиннадцати, как они и договаривались. — Что даже не удосужились здесь сделать ремонт после смерти дяди Халиса? - вместо приветствия Берк решил начать с язвительных замечаний. — Вопрос в данном случае не ко мне, - отложив приёмник, Селим насуплено посмотрел в сторону бывшего друга и подождал пока тот сядет напротив. — Эх, я бы навел порядок!.. - оказавшись в стареньком, помятом кресле, у Берка проскользнула грустная улыбка на лице. — Давай сразу к делу. Зачем эта девица трётся возле моего друга? — Не волнуйся, Бахар с ним не спит. Пока, - заметив, что Селим нахмурился ещё пуще, Берк его пожалел и не стал говорить загадками. — Кое-что поясню: у Бахар есть чу́дная бабуля, жаждущая мести за свою семью настолько, что готова подложить единственную уцелевшую внучку в постель врага. Этим самым старушка думает отвоевать недвижимость Тарбалаши обратно. Сначала Селим даже не нашёлся, что сказать. Ему нужно было некоторое время - осознать серьезность слов Берка. — Всё это звучит, как какой-то долгоиграющий мыльный сериал… Который хочется забросить уже с первых серий… — Согласен, - Берк хмыкнул и откинулся на спинку кресла, вытянув длинные ноги. — Чего только этим женщинам на ум не придёт. А разруливать всё как обычно нам - мужикам. — Постой-ка, а какой у тебя в этой ситуации интерес? - так как соображать приходилось весьма быстро у Селима разболелась голова. Все эти интриги с распрями - не его тема. Он тут же вспомнил, как очень давно Эфсун пыталась втянуть его в свою игру. — Наивно предполагаешь, что бабушка и тебе жирный кусочек отчекрыжит? — Было бы славно, - Берк продолжал улыбаться, будто обсуждал со старым другом всякую ерунду. — Но я для этой стервы всего лишь расходный материал. Меня приставили к Бахар, чтобы следить издалека. Однако, девушка меня заметила и попыталась откупиться. Я думаю, она замышляет вовсе не то, что от неё требует бабка. По всему поведению Берка можно было сделать вывод, что он очень даже в курсе дел Бахар, но молчит - набивая себе цену. А может быть вообще пытается сбить Селима с толку, так как заодно с ней. — Зачем ты мне всё это рассказываешь? Денег хочешь? Придётся тебя расстроить: у меня их нет. А Керем, если даже и выйдет в ближайшее время, то навряд ли будет выслушивать твои бредни. — Не нужны мне ваши деньги, - судя по всему Берка обидели слова Селима, и он пронзил его враждебным взглядом. — Их у меня предостаточно. Чтобы я не особенно возмущался за смерть отца и дяди, Салих Полат отвалил мне столько, сколько тебе и не снилось, Селим. Я хочу лишь одного – то, что, итак, принадлежит мне по праву. Дальше он мог не распинаться, конечно же речь шла об автомастерской, которую изначально создал родной дядя Берка - Халис. Селим уже было хотел послать его ко всем чертям в ответ на наглость. Берк даже ничего толком и не сказал полезного, а плату хотел огромную. Да и к тому же веры к нему, откровенно говоря, не было никакой. Но Селим и рта раскрыть не успел, как в комнату отдыха ворвался Кыво и чуть ли не закричал: — Брат, включай телевизор! Быстрее! — От поведения парня Селим оторопел и не сразу понял, что тот от него хотел. — Ты чего кричишь? - первым нашелся Берк. — Третья Мировая началась что ли?! — Нет, но скоро начнётся! - Кыво быстрее сам отыскал пульт среди бумажного хлама на столе и включил первый попавшийся канал. С экрана на них всех смотрел президент Турецкой Республики - Тойгар Эругван. Он выступал с обращением к своему народу прямо через скайп - доказательство того, что случилось что-то из ряда вон выходящее. В комнату забежали остальные парни и замерли перед экраном. Президент сообщал о том, что утром в столице прогремели три мощных взрыва, один из которых пришёлся на здание парламента. Два других на генштаб и аэропорт. Военные предатели, что служат Западу подмяли под себя один из центральных каналов и твердили, что госпереворот произошёл удачно. Руководство страны, конечно, опровергло захват власти, но призывало всех турков, которым не безразлична судьба государства выходить на улицы и противостоять предателям Родины. На центральной площади Анкары уже собралась огромная толпа с флагами и громкими возгласами остановить путч. В следующий кадр попал мужчина пожилого возраста, он лег прямо под гусеницы танка, что-то крича. Танк же не остановился и кадр сменился на следующий. — Да чтобы вас!.. - от увиденного Селим пришел в настоящий ужас. Впрочем, как и все, кто его сейчас окружал. Тем временем на улицах Стамбула прозвучали первые выстрелы. — Кажется на мосту, - тихо произнес Берк, после очередного залпа. Выстрелы из военной техники действительно были произведены с моста, разделяющий Европейскую и Азиатскую часть города. В этом можно было не сомневаться после прихода Эдже и Дефне. Девушки появились у ворот мастерской с одышкой, весь путь от дома сюда они проделали бегом. — Эдже, Дефне, вы целы?! - Селим тут же ринулся к ним. — Не совсем, - Дефне поддерживала Эдже за локоть, то и дело озираясь по сторонам. — Селим, на нашу улицу въехали военные! - Эдже всю трясло от паники, когда она вцепилась в руки брата. — Они стреляют по всем, кто оказывает сопротивление! - вдруг её ноги подкосились, и она вскрикнула от боли. Селим в испуге сразу начал ощупывать спину Эдже. — Бедро, - слишком уж хладнокровно произнёс Берк, что стоял всё это время неподалёку. — Там рана.

***

В следственном изоляторе место для нахождения на свежем воздухе разделялось несколькими асфальтированными площадками с высоко натянутой рабицей. Делать здесь было нечего от слова «совсем», одни лишь лавочки, сколоченные на быструю руку из паллетных досок. Кто-то сидел, читая поучительную литературу, что была предложена заключённым. В основном таковой являлся уголовный кодекс Турецкой Республики. А остальная часть просто шаталась из стороны в сторону в ожидании заседания суда. Керем находился здесь вторую неделю. Казалось бы, так мало, потому что обычно проходят месяцы перед первым судом, однако, каждый день тянулся кошмарно долго. Здесь у него будто мозги плавились. «И как Селим выдержал целых пять лет?..» - всё думал Керем, сидя на асфальте, прислонившись к забору спиной. Он не поднимал головы, пытаясь думать о чём-то, кроме того, как бы не загреметь за решётку на пожизненное. С тяжестью его обвинения никакой начальник полиции не поможет. На Арифа Керем в этом плане не надеялся изначально, скорее всего старик тоже приложил руку к тому, чтобы он оказался здесь. Иначе как ещё можно объяснить отсутствие у того интереса. На соседней площадке поднялся гул. Два бородатых мужика о чём-то спорили между собой достаточно громко, чтобы охрана рявкнула на них и увела обратно в камеру. — Тебя обсуждали, - хмыкнул пожилой мужчина, сидя неподалеку от Керема, только на лавочке. В руках он держал чью-то фотографию, но не показал никому, кто был на фото. Керем понял, что тот обращался к нему. Он уже давно заметил его пристальное внимание к своей персоне. — Почему-то я не удивляюсь, - спустя некоторое время ответил Керем, так и продолжив сверлить взглядом асфальт, на котором сидел. — Да-а, - со вздохом протянул мужчина. — Наделал ты шума, парень. И как тебя угораздило ввязаться в это дерьмо? — Я детьми не торговал, - обозленно сказал Керем, устав повторять одно и тоже каждому, кто интересовался этим вопросом. — И уж тем более никого не насиловал. — Знаю, - тот кивнул и судя по тону был абсолютно искренен. — Для такого дела нужен человек с пустотой в глазах. Кто-то вроде Джалиля Ассада. Керем тут же резко повернулся в его сторону, округлив глаза и нервно сглотнул. — Знаешь этого типа? - его вопрос прозвучал несколько неуверенно. — Достаточно, чтобы сделать подобные выводы. Как назло, продолжить разговор им не удалось из-за приказа разойтись по камерам. Где-то через три площадки Керем и на Джахангира взглядом наткнулся. На нём живого места не нашлось до какой степени Джихангир был избит. Видимо, в той камере, где он находился в его невиновность особо никто не верил. Так, что Керему ещё повезло с сокамерниками, половина из которых его знала если не лично, то на слуху. В этом скорее посодействовал начальник Левент. Вечером явился адвокат. Атеш был достаточно молодым юристом, но уже со своей конторой. Выросший в Фатихе у семьи Атеша, как и у многих не хватало денег на обучение. Керем однажды ему здорово помог с финансами и теперь Атеш счёл своим долгом защищать его интересы. Новости у парня были довольно положительные. — Я разговаривал с госпожой Суной. Женщина побаивается, но в принципе готова дать показания в твою пользу. — Хорошо, - Керем воспринял эту информацию без особых на то эмоций. Он больше ждал, что Атешу удалось выяснить что-то по недавней зацепки на имя загадочного Османа. — В другом деле я пока никак не продвинулся, - Атеш пожал плечами, как бы извиняясь. — Зато нашёл ещё одного свидетеля. - парень слегка улыбнулся, собираясь сказать следующее: — Точнее некая госпожа по имени Бахар сама меня нашла и попросила включить ее в список. — Зачем ей это? - Керем искренне недоумевал какой у Бахар интерес после всего, что с ней случилось. Ей бы стоило залатать свои раны и не высовывать головы, пока люди Арифа её не снесли. — Моя задача сделать так, чтобы присяжные поверили в твою невиновность, а про всё остальное можешь потом спросить у самой Бахар, - не переставая лыбиться ответил Атеш. Он не понаслышке знал какой эффект производит его клиент на женщин. Младшая сестра Атеша несколько лет назад, несмотря на строгий запрет родителей то и дело искала с Керемом встреч. Однако, сам Керем не стал больше задумываться над мотивом Бахар. В последние минуты встречи с адвокатом он спросил о том, что беспокоило его всё это время: — Атеш, ты с Эдже виделся? Как она? - адвокат тут же опустил взгляд и как-то нервно дернул уголками губ. — Что произошло? - Керем понял по его реакции, что с Эдже на самом деле не порядок. И это было логично, учитывая то, что ей приходится переживать. И всё же ему очень хотелось услышать что-нибудь приятное. Например, что она держится молодцом и надеется на его скорое освобождение. — Атеш, ради Бога, не тяни! — Братец, ты, конечно, извини меня, но я думаю тебе эта женщина не нужна, - говорил Атеш натянуто, как будто каждое слово давалось ему с трудом. — Правда, что ли? - Керем злобно усмехнулся, понимая, что его нервная система скоро совсем умрёт. — Не хорошо всё это, - Атеш не знал, как бы ему помягче выразиться и решил рубить «правду-матку» после того, как ему сообщили о всех передвижениях подружки Керема. — Пока ты здесь, твоя женщина с другим мужиком шляется по ресторанам. Её видели в Бююкчекмедже несколько дней назад. Парни сказали вроде с ней был бывший. - на этом Атеш притих в ожидании реакции. Он ожидал, что та не заставит себя ждать и Керем пошлёт куда подальше вероломную подругу. В их кругу с такими женщинами продолжать и дальше отношения было позором. Керем же сдерживал себя как мог, его выдавали только глаза, зрачки которых от злости и ярости расширились до предела. Кисти рук, всё также сцепленные наручниками, сжались в кулаки так, что на его смуглой коже костяшки сейчас казались неестественно светлыми. — Время вышло, Атеш, - процедил Керем, подгоняя того уйти. — До встречи. Атеш молча встал с пластикового складного стула и вышел из небольшого помещения, за дверью которого стоял охранник. В тот самый крохотный промежуток, когда адвокат ушёл, а надзиратель ещё не зашёл Керем в буквальном смысле почувствовал, как земля уходит из-под его ног. Где была та самая контрольная черта, переступив, которую Керем полностью перестал контролировать свою жизнь и жизнь тех, кого он любил всем сердцем? Как Эдже вообще могла с ним так поступать после всех её эмоциональных выбросов с названием «Я не могу быть без тебя»? Видимо, всё же могла, раз и на свидание не пришла, предпочтя общество другого. А этот Четин… Какого чёрта он вообще полез с Керему? Из-за своих предположений и отношения к покойной Эфсун, Керем не хотел иметь больше проблем с Полатом младшим. Если бы над ним нависла угроза в лице Арифа, то возможно, Керем его даже защитил бы. Но, видимо, Четин решил идти путём сопротивления, будто и без их конфликта было мало проблем. — Сукин сын! - прикрикнув, Керем со всего размаху ударил руками по столу и раненное плечо больно заныло. Теперь он был уверен, что от сынка Салиха пришло время избавиться. — Доигрался ты, Четин… Я тебя из-под земли достану… Охранник зашел внутрь и лишь закатил глаза. На каких он только не насмотрелся за время своей службы. — Пошли обратно в камеру, буйный. До следующего утра Керем так и не сомкнул глаз. Грешным делом, он даже подумал вдруг это всё было обманом со стороны Эдже, и она действовала вместе с Четином. Тогда в чем состояла её роль? Добиться потери бдительности с его стороны? От этих мыслей Керему подурнело в буквальном смысле. Встав с кровати, он подошёл к раковине, что висела рядом с дверью и включив воду стал умываться, при этом делая глотки. На вкус вода была ужасна и Керем выплюнул обратно последнюю горстку из рук. Нет, Эдже не могла так поступить. Она его никогда не предаст. Это же Эдже. Ближе к восьми часам утра, когда из коридора в камеры разносили завтрак, Керема позвали на встречу с начальником отдела организованной преступности. Левент стоял всё в той же комнате для допроса, повернувшись к столу спиной. Руки его были в карманах брюк. — Спасибо, можешь идти, - сказал Левент охраннику, заступившему на смену рано утром. Керем был без наручников, он сел за стол и дожидался пока Левент скажет ему какую-нибудь новость. Желательно хорошую. Однако, тому нечем было порадовать. — Я разговаривал с людьми из Анкары. Мне жаль, но тебе придётся ждать суда здесь. Примерно от трёх до пяти месяцев. Единственное, что мне обещали это посодействовать с приговором. Благо, эта выскочка Бану Бельген больше не прокурор, на её месте человек, с которым можно договориться. Но скостят тебе совсем малость. Ты и не заметишь разницы. — Говоришь так, будто совсем вариантов не остаётся… — Я не привык лгать в таких вещах, - Левент наконец обернулся к нему. Выражение лица было слишком озабоченным. — Есть люди, которые не хотят твоего освобождения. И они имеют весьма огромный вес, с ними трудно бороться. — Ассад, - задумчиво произнёс Керем фамилию человека, которого подозревал в первую очередь. — Этот афганец всего лишь пешка. А вот за его спиной стоит тот, кого даже Ариф Фейман боится. Думаешь почему он не спешит к тебе на помощь?.. — Плевать я хотел на старого ублюдка. Мне сейчас самое главное выбраться отсюда. От Арифа я избавлюсь позже, у меня как выясняется есть враг поинтереснее, - на последних словах Керем хмыкнул, а Левент сразу понял о ком шла речь. — Если размышлять логически у Четина Полата есть веская причина тебя подставить - с твоей помощью Ариф дотянулся до его отца и убрал с пьедестала. Но тут кое-что не сходится. Тем, кому ты перешел дорогу сын Салиха не нужен и подавно. Вы для них, как клопы, от вас им толку нет. Керем нахмурился. Если Четин в одиночку решил повоевать с ним, то он точно сумасшедший. Хоть Керем и ненавидел его, но должен был признать, что скудоумие к тому не относилось. — Но ведь и Ариф уже не может держать планку. Не сегодня-завтра он помрёт и кто тогда останется вместо него? - если версия о том, что старик спелся с Четином отпадала, то Керем вообще уже ничего не понимал. И вдруг его будто осенило: — Ты думаешь Джалиля готовят? - пристально смотря Левенту в глаза, спросил Керем. — Ну Ариф же предполагал, что тебе потом вести дела с афганцем. А получилось, что ты его подвел и теперь с него требуют моральную компенсацию. Керем, я больше чем уверен, что в скором времени этим людям не понадобятся турецкие посредники. Они заполонят всё своими. Единственное, что тебе остаётся - исчезнуть навсегда. - Левент говорил настолько серьёзно, что у него на лбу проступили капельки пота. Видимо, его участь была не лучше. — Если, конечно, хочешь остаться в живых. Например, я собираюсь поступить именно так. Керем ожидал от этой встречи иного вывода, однако, теперь он наконец понял, насколько заигрался в жизнь, где его жизнь как раз не стоила абсолютно ничего. Ахмет был прав: им не удастся ничего изменить и убийства во имя власти и денег не прекратятся никогда. Так стоило ли класть себя на плаху, когда на другой стороне было как раз всё иначе? «Как можно отказаться от такой мечты?» - в голове Керема доносились слова Селима, когда тот напомнил ему о Эдже с домиком у моря и вишневом саду. Керем вернулся в камеру, где снова и снова размышлял о предложении Левента. Оно заключалось в похищении Керема из-под стражи Арифом Фейманом. Левент договорился с Анкарой перевести задержанного в следственный изолятор столицы и назначить ему государственного адвоката, дабы подсудимый не смог через него оказывать давление на свидетелей. Ответственными за трансфер выступала бригада полицейских, в число которых входил бывший комиссар Мехмет. Таким образом на нерадивого полицейского спихнут всю вину: мол, он то и поведал Арифу о планах законников. Всё выглядело максимально естественно, а самое главное у Арифа после этого возникнут новые проблемы, гораздо глобальнее, чем есть сейчас. Оставалось только решится на аферу. — Джихангира Олмеза беру с собой, - сообщил Керем в следующую их встречу. Левент покосился на него исподлобья и немного поразмыслив ответил: — Это слишком рискованно. Он может нас сдать. — Не сдаст, - Керем был весь на нервах из-за предстоящего, однако, своим единственным шансом необходимо воспользоваться по полной программе. — Если он покинет это место со мной - накину ещё сорок процентов. Так как деньги являлись основным рычагом для начальника Левента, тот не смог отказаться от дополнительного куша. — Пятьдесят. — Сорок пять. Я не Бен Ладена у тебя выкупаю. Закончив торговаться, Керем вновь вернулся в камеру, на свою койку. Только теперь на матрас своего соседа сверху он смотрел с надеждой в глазах. Конечно, было очень волнительно от предстоящего, все-таки после этой выходки придётся быть ещё более осторожным, не говоря уже о том, что из города Керем исчезнет. Скорее всего навсегда. Несмотря на то, что Левент объяснил какие у Керема могут возникнуть последствия, если тот всё же решит высунуть нос, мысль о том, что Ариф останется безнаказанным заставляли чувствовать себя предателем по отношению к Эфсун и ребёнку. Этот подонок заслуживает той же участи и желательно, если с Арифом он поквитается лично. Но в тоже время Керем не мог игнорировать того, что продолжи он сейчас зацикливаться на своей мести к Арифу, Эдже можно потерять навсегда. Да и Селима, кстати, тоже. Если Ариф не пощадил родную внучку, что же говорить о людях, которые вообще были ему никем. Принять решение помогли новости, что транслировались по маленькому телевизору с выпуклым экраном, он работал редко и то лишь на политические темы. Хоть Керем никогда не стремился вникнуть в игры властей, сообщение о смерти Тургута Чавушоглу всколыхнуло его сознание. Того убили прямо в СИЗО, не успел он дождаться приговора. — Он даже и этого не заслужил, - гневно сказал один из сокамерников Керема, сидя перед крохотным экраном телевизора. — Подонка четвертовать нужно было, - с ним согласился и другой мужик. Керем лишь подозрительно покосился на них со своей койки. Его с самого начала напрягало слишком уж лояльное к себе отношение в камере. Особенно, учитывая тот факт, что в другой камере на Джихангире живого места не осталось. Да и слова Левента насчёт людей, которым Керем не нужен был вовсе не давали покоя. Возможно, тактика заключалась именно в том, чтобы он потерял бдительность. А может это была всего-навсего паранойя. Ясно одно: отсюда нужно было выбираться как можно быстрее. Во время завтрака телевизор так и не отключили. В завершение утренних новостей появился экстренный выпуск. Мужчины даже о еде забыли, когда один из журналистов вёл съёмки на центральной площади Анкары. Творилось там что-то невообразимое: куча протестующих людей в военной форме, с которыми пытается совладать полиция, но у вторых это выходило не очень. В этот момент Керема снова потащили на встречу с Левентом. — Для нас всё может закончится или очень хорошо, или совсем плохо. Шансы пятьдесят - на пятьдесят, - спешно говорил начальник. — Действовать нужно немедленно.

***

— Да, я поняла тебя, - сосредоточено произнесла Бахар в трубку телефона и отключившись, ругнулась: — Черт возьми, этого ещё не хватало… Для Бахар новость от Бану Бельген сулила огромными неприятностями. Дело заключалось в том, что комиссар Мехмет лишился на почве своих неудач в поимке мафии рассудка и натравил Четина Полата на Бахар, утверждая, что это она была заказчиком Эфсун. Рухнув на диван, она взялась за голову и потирала виски. Ей нужно было как можно быстрее убраться из лофта, в котором пришлось жить последние две недели. Но таким образом их с Бану план обречён на провал. Всё началось с того момента, когда обе столкнулись на свадьбе дочери банкира, которого в итоге там же и пришили. «Я знаю, что это сделал твой дружок» - угрожающем тоном сказала Бану после того, как полиция оцепила банкетный зал. Не сразу, но Бахар удалось поймать за руку, когда полиция при помощи хакеров взломала её ноутбук и нашла подтверждение соучастия в гибели Эфсун Полат. Естественно, что вариантов отказываться в расследовании против мафии у Бахар не осталось никаких. С планом прокурора Бахар была очень даже согласна, кроме одного: ей вовсе не хотелось вредить Керему и уж тем более быть той из-за которой он может оказаться в тюрьме. Хотя с этой миссией Керем и сам прекрасно справлялся. «Он начал ворошить прошлое Арифа, - однажды сказала Бахар прокурору. — Керем не собирается участвовать и дальше в его делах». Таким образом Бахар хотела отсрочить неизбежное и уговорить полицию на то, что Керем Эрсой будет им полезен в борьбе против криминального синдиката. Она ради этого попыталась проникнуть в его окружение, согласилась быть свидетелем. «Не нужно строить ложных иллюзий, - ответила ей Бану. — Настоящее правосудие никогда не оправдывает преступников.» А потом прокурору удалось докопаться до невероятной правды насчёт Арифа Феймана и его семьи. Такого Бахар уж точно не ожидала, но правда заключалась в том, что старшего сына Арифа убил никто иной как Салих Полат, помог ему в этом деле Седат Пекер. Их конфликт был обусловлен не только борьбой за власть, но и тем, что дочь Арифа сбежала с Салихом. У Арифа был и третий ребенок, младший сын. Своим поведением он напомнил Бану Четина, точнее его отношение к криминалу. Только вот разница заключалась в том, что Четин не подставлял под удар жизнь своей семьи в надежде избавится от шлейфа преступности. Путем кропотливой работы и собранных документов из архивов сомневаться в том, что Четин и Керем приходятся друг другу кузенами, сомневаться не приходилось. Однако, Бану предупредила Бахар строго молчать, потому что обычно такие вот новости и становятся роковой ошибкой в погоне за справедливостью. В данный момент Бахар и сама огромно рисковала. Если этот сумасшедший комиссар наговорил Четину черти что, о реакции последнего нетрудно было догадаться. Покидав в спортивную сумку пару вещей, которые удалось купить, Бахар направилась к выходу, но на пороге поняла, что было слишком поздно. — Ч-четин?.. - смотря на него снизу вверх, Бахар попятилась назад. — Как неожиданно видеть тебя здесь… Он лишь молча захлопнул за собой тяжёлую железную дверь. Сделал несколько шагов к Бахар. Все действия сопровождались пугающим взглядом чёрных глаз. Невольно Бахар сравнила его со взглядом Керема. У того тоже глаза казались почти чёрными в приступе ярости. — Могу сказать тоже самое, - Четин подошёл слишком близко. Нагнул голову вбок. — Как дела, Бахар? - ответа он не получил. Бахар поежилась и хотела сделать ещё один шаг назад, но в ту же секунду была схвачена за горло и прижата к стене. — Так значит, это ты мою сестрёнку убила? Что-то как-то не верится… - Четин держал её шею одной рукой, но достаточно крепко, чтобы Бахар начала задыхаться. — Пусти! – она закряхтела, вцепившись в его руку и пыталась вырваться. — Дай мне всё тебе объяснить. — Что именно, а?! – в этом случае Четину не удалось сдержать свой праведный гнев на тех, кто лишил его семьи. И насчёт Бахар он почему-то не сомневался. У той, к сожалению, тоже были причины мстить. Жаль, что Четин попал в замкнутый круг, где все друг друга хотят извести, но иначе не получалось. — Давай, расскажи мне о том, как ты с этим ублюдком Феритом похитила Эфсун! Чья идея была соединить пистолет и дверь контейнера?! Кто ещё в этом принимал участие?! К слову, Четин не столько хотел сейчас услышать ответы на свои вопросы, как ему нужно было выплеснуть весь свой негатив, что копился долгие месяцы. И сделать это на убийце сестры не было чем-то противозаконным, в его случае уж точно. Он оттянул Бахар от стены, чтобы с силой приложить её туда ещё раз. Бахар почувствовала резкую боль на затылке, где и прошлые следы побоев не сошли. Больше всего она боялась, что Четин приставит к её голове пистолет, который был заправлен у него за пояс. И возможно, он бы сделал это в качестве доказательства своих намерений на её счет, только его самого через несколько секунд схватили и оттолкнули от Бахар. — Отойди от неё! – голос за спиной был очень даже знакомым. Перед тем как встретиться с Керемом взглядами, Четин успел получить серию ударов в челюсть и голову. Тот наносил удары быстро, не позволяя сопернику опомниться между делом, но через какое-то время Четин умудрился гасить их в стойке. Под испуганный крик Бахар, Керем только чувствовал, как давнее, дикое желание навалять Полату младшему начало сбываться. Повод к тому же был наипрекраснейший. «В итоге проиграешь ты» - в голове сидела фраза, что Четин обронил в одну из их встреч. Керем начинал раз за разом промахиваться, даже самые удачные из выпадов терпели фиаско. Руки пульсировали и ныли, когда Четин забирал у него право нападать. Однако, Керему удалось вновь попасть по скуле и подхватив дезориентированного Четина, он швырнул его вместе с собой на стеклянный журнальный столик. Тот с грохотом проломился под двумя габаритными мужчинами. Быстро поднявшись на ноги, Керем хотел ударить, но не успел. Острая боль проходила по позвоночнику, когда Четин, всё еще лёжа ударил ему прямо в живот. От неожиданности Керем отлетел в сторону и снова бросился вперед, выставляя перед лицом кулаки, но движения Четина слишком точные и к тому же беспощадны. Сейчас он точно пёс, сорвавшийся с цепи, разве что ярость в его глазах более сдержанная, чем у противника – укол от бешенства. Керем понимал, что если не соберется, то Четин стальной ладонью перекроет ему дыхательные пути. Его пальцы вцепились в кожу, оставляя на ней багровые следы. Четин потянул Керема за собой и отшвырнул на пол. Керем успел сгруппироваться, лишь потому что схватил Четина за ногу и выиграл несколько секунд. Одно мгновение и они снова бьют друг другу ту часть тела, до которой дотягиваются. Всё это время Бахар пыталась сориентироваться и главное – самой не попасть в их месиво. Её взгляд падает на пистолет, который выпал у Четина во время драки. Четин нанёс локтевой точно в печень. Воздух из груди Керема вырывается глухим кашлем, он бессмысленно замотал головой и получил ещё один удар. Нагнувшись к нему, Четин схватил его за ворот футболки и потянул вверх. Они оба встретились взглядами. В этот самый момент Бахар ухватилась за пистолет и навела его на Четина. Руки у неё дрожали, но девушка крепко сжимала рукоять пистолета. Керем и Четин обернулись только, когда услышали звук выстрела.