Чем меньше дети, тем больше глупости

      Близилась полночь, а дождь, начавшийся вечером, продолжал барабанить по кронам деревьев и крышам домов. Трандуил склонился, чтобы поднять на руки мокрого насквозь эльфëнка. Фисэмар рядом требовательно протянул руки двум другим. Подумать только: стоило Леголасу, Тауриэль и Сэллиану подрасти и поумнеть, как на смену им пришли Амариэль, Сварн и Тауртирит — младшая дочь короля и очередные лишившиеся родителей эльфята, жившие в его семье. Смена получилась более чем достойная.       — А Тауртирит нас от варга спас, — пробормотала Мари и прижалась к отцу, пачкая белую рубашку. — Не надо его шлёпать. Он вообще идти не хотел.       — Надо, надо, — покачал головой Фисэмар и почти сочувственно взглянул на поникшего эльфëнка. — Как бы то ни было, вы здесь все трое. И вы все трое надолго запомните наше неудовольствие. Поверьте.       Ни у кого из детей не было поводов ему не верить.       — Ещё и вы… — под строгим взглядом короля старшие дети опустили головы.       — Милорд, — из дома, на крыльце которого стояла, спасаясь от дождя, честная компания, выскользнула его хозяйка — Иримэ. — У Тауриэль царапина. Идите в дом, погрейтесь, а я обработаю.       — Только если ты правда не возражаешь против нашего общества, — вздохнул Трандуил. Иримэ рассмеялась и молча поцеловала его руку — самое высокое место, до которого могла дотянуться сейчас. — А-а, вот как, спасибо… Дети, вперёд.       На самом деле, дом этот, небольшой и крайне нелепой конструкции, принадлежал также и Ципоре. Но Ципора исчез сразу же, как только вытащил шестерых эльфят из передряги, и никто не мог сказать, где он находился, не спрашивая деревья.       — Честно говоря, я была бы рада, если бы вы остались у нас, — заметила Иримэ, пока её гости снимали мокрые плащи. — Думаю, Галион сумеет присмотреть за дворцом одну ночь.       — Это королевство вообще стало бы лучше, если бы им правил Галион, — усмехнулся Фисэмар и, увидев вошедшего Ципору, посерьёзнел: — Вы действительно не возражаете? Потому что у нас к эльфятам есть важный разговор и, боюсь, он не может ждать долго.       — Мы слишком давно не виделись, милорд, — мягко сказал Ципора. — Ну… В неформальной обстановке. Мы скучаем. Иногда.       — О, мы тоже, — кивнул Трандуил, сосредоточенно вытаскивая листья из волос дочери, — иногда.       Все сели за массивный круглый стол у окна. Тауриэль с удивительной покорностью позволила Иримэ обработать царапину на запястье, хотя, делай это кто-нибудь не из великолепной шестёрки, его ждало бы яростное сопротивление. Леголас и Сэллиан вопросительно косились на занятых младшими родителей до тех пор, пока Фисэмар не сказал им:       — Хватит. Мы вас не накажем по той простой причине, что уследить за этими эльфятами невозможно, но в следующий раз, пожалуйста, спасайте их от беды, а не от нас.       — Ага, сэр…       — Но мы были там, где нам можно было быть, — осторожно вставила Мари.       — Да, определённо, — сказал Фисэмар, хмурясь. — Вам можно находиться в этой части леса когда хоть кто-нибудь об этом знает. Не поздно вечером. И совершенно точно не в такую погоду.       — Но дождь не…       — Дождь — это дождь. А когда началась буря, вы были обязаны вернуться во дворец.       — Но…       Фисэмар встал, подошёл к Трандуилу, на коленях которого сидела Мари, и в свою очередь взял её на руки, глядя прямо в мятежные зелёные глаза:       — Ты знаешь, что вы могли легко пораниться в такую погоду и не поранились лишь чудом. Пожалуйста, не заставляй меня шлёпать тебя ещё до того, как это сделает твой Ada.       Под его тяжёлым взглядом она замолчала, наконец.       С одежды Мари по-прежнему капало.       — Можно мы воспользуемся ванной? — вздохнул Фисэмар, обречённо глядя на перепачканных с ног до головы эльфят.