Причуда? - Пушки!

      Мидория стоял, подбоченившись, и с вызовом глядел на гигантскую дверь перед собой, на поиски которой он угробил минут, наверное, десять, благо парень додумался прийти в первый учебный день немного пораньше, как раз для предотвращения подобных ситуаций.       Первого апреля, как и было написано в письме, юный стрелок прибыл в академию Юэй, чтобы наконец приступить к воплощению своей мечты и начать обучение геройскому ремеслу, однако оказалось, что просто прийти в школу было недостаточно. В огромном лабиринте из множества коридоров, лестниц, переходов и различных подсобных помещений найти один единственный нужный класс было той ещё задачкой.       Изуку не знал, был ли это какой-то скрытый тест на умение быстро ориентироваться в незнакомой местности, чтобы отсеять самых тупых учеников, поступивших в школу на чистом везении или "по блату", или конкретно он такой "не особо умный", но для него этот пранк (а ничем иным с такой бешеной планировкой это быть не может) от архитектора здания оказался реальной проблемой. Подобный неожиданный сюрприз с утра пораньше заставил юношу попотеть от физических нагрузок в лице скаканий с этажа на этаж и самую малость понервничать, пока, в конец не задолбавшись носиться по всей школе, как в жопу ужаленный, Изуку не заприметил в конце одного из многочисленных коридоров какого-то старшеклассника, куда-то задумчиво брёдшего, и, что самое главное, брёдшего вполне осмысленно, не наугад.       Не желая провести свой первый учебный день в бесплодных попытках выбраться из долбанного лабиринта, мальчик, не раздумывая ни секунды, схватил старшего товарища-ученика за галстук, опустил его лицо на уровень своих глаз и стал убедительно втолковывать незнакомцу, что его истинно геройская миссия - провести бедного первокурсника до дверей класса 1-А. Пока многострадальный третьекурсник (или это был второкурсник?) что-то пытался лепетать в свою защиту, Мидория, не желая снова разочаровываться в своих топографических способностях, лишь сильнее давил встречному на совесть, заливая, что самые известные герои всегда начинали с малого, что дети - цветы жизни и им надо помогать, что он, гад такой, хочет бросить милого маленького мальчика один на один с проблемой чуть ли не планетарного масштаба, что это геройская школа, а какой из него герой, если он даже помочь отказывается, и ещё бесчисленное множество аргументов в подобном ключе. Мидория настолько увлёкся, что минуты через четыре, к концу небольшого импровизированного монолога, старший ученик был и сам абсолютно уверен в наличии у себя явной злодейской натуры, невероятного греха на душе и огромного долга перед потерявшимся из-за него(!) пацана, так что вскоре Изуку крайне быстро был отведён к нужному месту и оставлен в гордом одиночестве.       И сейчас, когда заветная аудитория была найдена (ладно, когда Мидория был доведён прямиком до неё), а старшеклассник был отпущен на все четыре стороны, Изуку слегка подзавис, замерев на одном месте и втыкая в огромную дверь, за которой слышался шум, гам, смех и другие признаки присутствия там людей. Мальчик задрал голову: метрах где-то в двух над землёй блестела заветная табличка "1-А".       Время шло, близилось начало урока, и требовалось уже зайти и занять своё место, так что Мидория глубоко вдохнул и уверенно толкнул массивную дверь, которая для своих-то габаритов распахнулась на удивление легко.       В классе наблюдался типичный для старшей школы хаос: группа из нескольких девочек, успевших сдружиться за столь короткий срок, о чём-то живо щебетала в углу, два парня, один с красными, другой с жёлтыми волосами, соревновались в армрестлинге под подбадривающие крики нескольких зрителей, какой-то очкастый парень активно отчитывал Бакуго, без зазрений совести закинувшего ноги на парту и в таком положении огрызающегося на нравоучителя (на последнюю картину Мидория только хмыкнул: зря старается, читать Кацуки мораль было делом априори безнадёжным и обречённым на провал). Изуку хотел было окрикнуть давнего знакомого, но потом здраво рассудил, что пусть уж лучше Бакуго сидит себе спокойно и наслаждается промывкой мозгов, а то шанс увидеть тихо сидящего и не быкующего по мелочам блондина был крайне, крайне редок, так что пусть уж весь класс насладится этими редкими моментами затишья.       Что примечательно, количество людей, находящихся в помещении, определённо было меньше количества парт, хотя до урока оставалось меньше десяти минут.       "Видимо, топографическим кретинизмом болею не я один. Это радует!" - констатировал парень, улыбаясь краешками губ и, напоследок ещё раз пробежавшись по классу глазами, делая шаг в аудиторию. Взгляды всех в помещении тут же скрестились на новом действующем лице и стали оценивающе изучать новоприбывшего одноклассника. Изуку, самую малость смущённый от такого обильного внимания к своей скромной персоне, продолжил движение к своей парте, даже почти не сбившись с шага. Он дошёл до своего учебного места и начал методично раскладывать писчие принадлежности на поверхность, готовясь к предстоящему занятию, но спокойно дождаться начала урока ему, разумеется, не дали.        Девчонки-болтушки во главе с Миной Ашидо, тихо шушукающиеся в дальней части аудитории, не могли упустить шанса обсудить новую личность, поэтому вскоре по классу поползли их шепотки: - Эй, это же тот самый парень, да? - Какой? - Не говори, что не помнишь! - Хватит меня бесить, просто скажи уже! - Ну, блин, который "преграду" подорвал! Ну, на экзамене, помнишь? Его потом ещё еле откачали. - А, точно, похож же. - Ух ты! Он, говорят, первое место на испытаниях по очкам занял. - А он ничего такой. Кудрявые нынче в моде. Смотри, он ещё и с веснушками! - Милота! - Надо будет познакомиться!       Всё бы ничего, но восторженное шушуканье и периодическое хихиканье дошли и до Бакуго, который в лёгкой полудрёме, закинув ноги на парту, ожидал начала грёбаного урока и порой посылал прилипчивого очкарика в разные красивые места на экскурсию и постоянное место жительства.        Лениво витающий где-то в облаках мозг блондина вернулся в действительность, уловив кодовые слова: "подорвал" и "первое место". Проанализировав ситуацию и не беря в расчёт остальную ненужную болтовню, сознание Кацуки мгновенно выдало самый адекватный и самый очевидный сценарий происходящего: девчонки обсуждают его. Подрывник, внутренне наслаждаясь планами, уже начал было продумывать, как он сейчас гаркнет на них или нет, лучше просто фыркнет и брутально отвернётся, чтобы окончательно утвердить свою крутость, когда через пелену мечтаний совершенно случайно пробилось два слова. Всего два каких-то слова, морально убивших, истоптавших и станцевавших твист на хорошем настроении парня. Слова "кудрявый" и "веснушки". Три-четыре секунды на осознание, и где-то глубоко в черепной коробке мальчика, где резко стало абсолютно тихо и не проносилось больше ни одной мысли, раздался одинокий хруст. Это под напором жестокой действительности трещала надломленная гордость подростка.              Чувствуя невероятное желание убивать и жаждая отомстить за растоптанное самолюбие и испорченное настроение, Кацуки рывком принял нормальное положение тела и замотал головой. На поиски цели ушло меньше двух секунд. Мощный рывок, и Иида продолжает вещать в пустоту, а Бакуго уже нависает над Мидорией, схватив того за грудки одной рукой и подставив ладонь со сверкающими на ней взрывами к лицу врага другой рукой. Изуку, не ожидавший такого резкого нападения, дёрнулся и инстинктивно постарался отодвинуть лицо от опасного жара и искр. Блондин, почувствовав своё превосходство над оппонентом, хотел было перед всем классом доступным языком объяснить зеленоволосому подростку его неправоту и ничтожность, чтобы раз и навсегда утвердить свою кандидатуру на посту лидера, чтобы доказать, что номер один может быть только один и он уже выбран, чтобы никто не смел даже подумать, что кто-то может быть на одном с ним уровне, но абсолютное превосходство взрывного парня над стрелком длилось недолго.       Несколько секунд у Мидории ушло на осознание ситуации и анализ происходящего, и вот уже в нижнюю челюсть блондина упирается заряженный Desert Eagle, отчего блондин, ошарашенный резкой сменой поведения бывшей жертвы, сглотнул и маленько подрастерял пыл (будем объективны: пистолет у головы - это, мягко говоря, не очень приятно).       За доли секунд между подростками воцарился паритет. Бакуго не мог подорвать лицо Мидории без опасения получить пулю в лоб, а Изуку не мог спустить курок, если не хотел ходить с перелопаченной физиономией. Пат.       Тем временем класс бесновался. Все забыли про свои дела и с интересом, а кто-то со страхом наблюдали за разворачивающимися событиями. Иида превратился в ветряную мельницу. Он с жуткой скоростью размахивал во все стороны руками и так быстро говорил про недопустимость драк в академии, что, наверное, побил рекорд Эминема по скорости произношения слов в минуту. Каминари и Киришима, напрочь забыв про своё соревнование, бегали по классу и собирали у всех желающих ставки.       Надо заметить, что опасный холод металла значительно остудил пыл Кацуки, ну а Мидория изначально не был настроен на конфликт, так что настроение, царившее сейчас между ними, можно было даже назвать чуть менее воинственным, чем обычно. От неожиданной потери инициативы блондин слегка сбился с изначальной мысли. Мидория же просто улыбался краешками губ, дожидаясь первого хода оппонента (чтобы хотя бы понять, что тому надо на этот раз), так что несколько секунд между ними прошли в тишине. - Что, набрал столько же очков, сколько и я, и теперь можешь строить из себя крутого? - прошипел через некоторое время подрывник, - Запомни, уёбок, тебе просто повезло. "А, так вот в чём дело. Самолюбие задели." - догадался наконец Изуку о природе гнева блондина. Он, конечно, ожидал, что Бакуго просто так не оставит ему потерю первого места, но чтоб с кулаками, да в первый же учебный день... Да, недооценил он характер соперника! - И тебе привет, Кацу, - даже как-то устало вздохнул Мидория. - В очередной раз бесишься, что я тебя уделал? Ну, тебе не привыкать. - Я занял первое место! Не ты, не мы! Я! Я один, блять! - Хер там плавал, читай письмо внимательно: "делят первое место". Так что смирись и иди к чёрту, Кацуки. Учись проигрывать, тебе это пригодится в ближайшее время, - ввернул шпильку Мидория, ещё сильнее раззадоривая оппонента. - Может, мне просто поджарить тебе лицо, и дело с концом? - оскалился блондин, заметно напрягаясь. Эта ситуация, как и собеседник, его бесили. - Ну попробуй. Проверим, что быстрее: твой взрыв или моя пуля! - отзеркалил диковатую улыбку зеленоволосый подросток.       Два парня, дико скалясь, смотрели друг другу в глаза и ждали малейшего повода, чтобы сорваться. Когда напряжение между ними начало нарастать, искры с рук блондина посыпались чаще, а Изуку уже приготовился снимать предохранитель со второй пушки, спрятанной под партой и направленной на колено оппоненту, произошло то, что не ожидал никто: маленькие взрывы с рук подрывника неожиданно пропали, а дигл оказался обёрнут в какие-то ленты и рывком отброшен в сторону. Пока Кацуки ошарашенно смотрел на свою ладонь, тряс ею и пытался понять, чего вообще произошло (в этот момент все в классе отчётливо услышали возмущённое "какого хуя?!"), Мидория, открыв рот, смотрел на дверной проём.       Там стоял самый необычный человек, которого всему классу когда-либо приходилось видеть (хотя первые несколько секунд Изуку абсолютно был уверен, что в коридоре стоит гигантская человекоподобная гусеница, и было отчего).       Весь закутанный в кислотно-жёлтый спальный мешок, мужчина буквально являлся олицетворением слова "усталость". Гигантские мешки под глазами, щетина, космы длинных волос создавали впечатление крайне побитого жизнью человека. Обычно создавали, потому что сейчас же волосы, наполовину прикрытые капюшоном от спальника, отринув силу тяжести, парили, словно наэлектризованные, как бы создавая вокруг мужчины ореол. Чёрные, сверкающие, чуть ли не горящие глаза напряжённо всматривались в лица зачинщиков потасовки, отчего те чувствовали себя максимально некомфортно под пронизывающим взглядом человека. Вокруг него, словно живые, танцевали длинные белые ленты, которые мужчина держал в руках (видать, спальник был сшит на заказ, раз в нём были отверстия для рук).       Подобное сочетание абсурдно смешного прикида и до дрожи пугающей личности буквально вызвало в головах младшего поколения короткое замыкание, так что весь класс, замерев, словно перед хищником, и боясь лишний раз пошевелиться, молча рассматривал колоритного незнакомца.       В этой давящей тишине в голове Мидории проносился бешеный поток мыслей: "Ленты, у Бакуго пропали взрывы, пугающий взгляд. Вероятно, герой, но сразу его не вспомнил, значит в СМИ попадает нечасто. Какой герой редко показывается на публике и может убирать причуды? Кто это...? Кто...? Стоп, да это же..." - Сотриголова! - едва слышно пролепетал подросток, взбудораженный неожиданной догадкой, но, находясь во власти эмоций, не рассчитал, что в помещении стояла звенящая тишина, так что этот шёпот раздался, словно раскат грома среди ясного неба. У мужчины дёрнулось нижнее веко.       Медленно-медленно, как в замедленной съёмке, он повернул голову в сторону источника звука и упёрся взглядом, казалось, прямиком в душу мальчика, ещё сильнее сощурив свои глаза. Изуку, уже искренне сожалеющий о своём всплеске эмоций, хорошенько взмок и попытался куда-нибудь деть свой взгляд, только бы не встречаться с пугающими глазами мужчины. Не особо помогло. Куда бы ни смотрел мальчик, он прямо-таки чувствовал на себе тяжесть незримого давления. Когда Мидория был близок к тому, чтобы уже просить мужчину о пощаде, Сотриголова заговорил, так тихо, что, наверное, в любой другой ситуации его бы не было слышно, но сейчас, когда в комнате не раздавалось ни звука, смысл слов прекрасно дошёл до всех: - Вы... (мужчина сделал едва заметную паузу, но буквально всем было прекрасно понятно, что тут подразумевалось слово "дебилы") умудрились устроить драку в первый же учебный день, - мужчина говорил медленно, делая отдельный акцент на каждом слове, будто бы говорил с умственно отсталыми (по его мнению, так и было), - Если вы поступили в Юэй только для того, чтобы месить друг другу лица, то я с огромной радостью помогу вам исправить с это глубочайшее заблуждение и исключу вас прямо сейчас, потому что есть у меня подозрение, что вы перепутали геройскую академию с бойцовским клубом.       Каждое слово Сотриголовы было пропитано таким количеством яда, что виноватыми и крайне придавленными чувствовали себя даже те, кто к произошедшему не имел ни малейшего отношения. Атмосфера в классе заметно накалялась. Изуку и Бакуго уже почти залезли под парту, только бы спрятаться от тяжёлого взгляда мужчины, когда он вдруг перевёл взгляд на весь остальной класс, который начал было оттаивать и потихоньку шевелиться, но под взором Сотриголовы все снова замерли, как мыши перед змеёй.       Незнакомец хотел было сказать что-то ещё, но, видимо, резко передумал и на несколько секунд замолчал, что-то тщательно продумывая, после чего довольно хмыкнул и сказал: - Раз уж вам так не терпится показать себя, то я вам с этим помогу. Пять минут на то, чтобы переодеться и построиться на спортивном поле. Выполнять. Вас это тоже касается, - бросил Сотриголова себе за спину, и Мидория только сейчас заметил толпу подростков, толпящихся в дверном проёме, переминающихся с ноги на ногу и не решающихся войти. "Вот, видимо, и опоздавшая часть класса" - мелькнула у Изуку одинокая мысль. Закончив свою речь, мужчина напоследок обвёл впечатлённую публику ещё одним суровым взглядом, вылез из спального мешка, развернулся на пятках и решительно вышел из комнаты. Когда он скрылся из вида, класс почувствовал почти осязаемое облегчение. Кода Коджи выдохнул так сильно, будто не дышал всё это время.        Со всех словно сняли окоченение, и подростки нерешительно зашевелились и в абсолютной тишине взяли спортивные костюмы и направились в раздевалки. Конкретно так контуженные, драчуны, словно в тумане, последовали общему примеру и побрели к раздевалкам. Чтобы в полной мере осознать их коматозное настроение и показать, насколько страшным может быть Айзава, если захочет, лишь отмечу, что, когда парни растеклись по раздевалке, Мидория по инерции поправил у Бакуго торчащий воротник спортивной куртки, а тот в ответ благодарно кивнул(!) и пропустил в дверях Изуку вперёд на полигон. Думаю, это говорит о многом. Состояние зеленоволосого, отмечу, было не лучше.       Через четыре с половиной минуты все двадцать учеников переминались на поле перед школой. Подростки выстроились в шеренгу перед Сотриголовой, который сейчас, слегка сгорбленный, стоял, засунув руки в карманы и спрятав нижнюю часть лица в бинтах. Мельком взглянув на циферблат наручных часов, он заговорил: - Раз уж вам всем так не терпится показать себя, то ваш первый урок мы начнём с тренировочного боя, - взбудораженные услышанным, ученики возбуждённо зашевелились, но приподнятых буквально на сантиметр волос мужчины хватило, чтобы восстановить абсолютную тишину, и он продолжил. - Вашим противником буду я. Против всех вас. Одновременно. Правила просты: необходимо заставить противника сдаться или сделать так, чтобы он не мог продолжить бой.       Пока дети переваривали услышанное, Сотриголова надел очки и без отсчёта или какого-либо без предупреждения крикнул "Начали!" и мгновенно перешёл в атаку. Ошеломлённые дети, потерянные от слишком резких переходов, на некоторое время растерялись. Надо ли говорить, какие люди из класса первыми пришли в себя и приготовились дать достойный отпор? Думаю, вы и так это понимаете.       Создавая из царапины на пальце HK UMP, Изуку думал, что, несмотря на не самое лучшее начало, день ожидается великолепный. Один учитель против двадцати подростков, лучших на вступительных испытаниях. У них определённо есть шанс! "Пришло время доказать Сотриголове, что я чего-то стою!" - оскалился парень и бросился в атаку. Урок ожидает быть интересным.