Произнести - значит поверить...

В первый раз он слышит эту фразу, когда Шерлок снова уходит в Чертоги. Очередное дело закрыто. Они сидят в кафе недалеко от Бартса и ждут сообщение от Лейстреда. Удивительно, что в этот раз Шерлок сам не сорвался с места и не побежал ловить убийцу самостоятельно, даже не предупредив никого. Джону хотелось верить, что тот прислушался к нему наконец-то и поэтому не стал устраивать очередную погоню, рискуя вновь потревожить только начавшую заживать рану от ножа, полученную недели две назад. Его собственные мысли были далеки от дела и результата. В кафе было оживленно. За соседним столиком группа студентов спорила о чем-то, постоянно переругиваясь друг с другом. Джон не обращал внимания на то, о чем они говорили, предпочитая ковыряться вилкой в своей тарелке, то и дело бросая задумчивые взгляды в окно, за которым моросил дождь. — Произнести — значит поверить, — прорезав гул голосов, донеслось до ушей доктора. Он даже на секунду решил, что это было обращено к ним, но Шерлок все так же сидел с отсутствующим видом, смотря на поверхность затертой столешницы. Джон повернул голову, но кроме компании студентов никого не увидел. Те замолчали, следя за тем, как одна из девушек, — молчавшая до этого, как припомнил Ватсон, — поднялась, накидывая на плечи ярко-красное пальто и беря черный зонт в руки. Джон не знал ее и никогда ранее не видел, но что-то в немного надменном изгибе губ, холодном взгляде черных глаз и презрительном изломе тонких бровей показалось ему знакомым. Даже прямая спина и идеально-выверенные движения, заставили доктора засомневаться, а не забыл ли он эту особу? Хотя раньше на память он не жаловался и был уверен, что если бы когда-нибудь увидел ее раньше, то сто процентов бы не забыл. — Нет, ничего, что заставило бы вас поверить во что-то, как ваши собственные слова, произнесенные вслух. Насмешка, звучавшая в ее тихом голосе, почему-то напомнила Джону Майкрофта и Шерлока. И сейчас все встало на свои места. Что-то в ней было такое, присущее лишь Холмсам. Его мысли прервал телефонный звонок. Ватсону ничего не оставалось, как обернуться к Шерлоку, понять, что тот совершенно никак не отреагировал на это, и самому полезть в карман его едва влажного пальто, висевшего на спинке диванчика рядом с курткой самого Джона. Холмс так и остался безучастным к такому. Хотя в этом не было для них ничего необычного. Грег, даже не удивившись, сообщил Джону, что они поймали убийцу и дело закрыли. И стоило только сбросить звонок, как Шерлок резко «ожил», схватил свое пальто и, не говоря ни слова, вылетел на улицу. Джону только и оставалось, что последовать за ним, благодаря себя, что выработал привычку оплачивать заказ сразу после того, как его им подадут. Но перед тем, как выйти под дождь, он окинул взглядом кафе. Студентки ожидаемо уже не было.

***

Второй раз фраза всплывает в разговоре с женой недавно убитого бизнесмена. Миссис Коллинз ужасно, даже на взгляд Джона, пыталась изобразить горе от утраты, вытирая белым платком несуществующие слезы. Шерлок даже не прокомментировал это. И Джон прекрасно понимал почему. Вряд ли детективу было сложно заметить тщательно скрываемые побои на теле миссис Коллинз и ее семилетнего сына. «Несчастный случай», которым заинтересовался Шерлок, на деле оказалось скучным убийством при попытке защититься от очередного избиения. И если бы раньше Шерлоку было плевать, и он как есть рассказал бы всю правду, то теперь он легко, словно это так и есть, поведал Лейстреду о том, что «Скотланд-Ярд совсем обленился, раз подсовывает ему скучные несчастные случаи, не дотягивающие даже до единицы». А потом развернулся на пятках и быстрым шагом покинул дом. Если Лейстред ему и не поверил, то явно был солидарен с тем, чтобы закрыть это дело как «несчастный случай». Джон устало вздохнул и сделал пару шагов в сторону выхода. Офицер в ярко-желтой куртке подошла к миссис Коллинз и, обняв ту за плечи, повела вглубь дома, пытаясь успокоить «горюющую» вдову. — Я понимаю, что произнести — значит поверить, но вам станет легче… — слова произнесенные мягким, успокаивающим тоном, были совершенно не похожи на те, что он услышал в кафе, но проверить Джон не успел. Шерлок раздраженно окликнул его, и ему ничего не оставалось, как последовать за другом, оставляя свои сомнения без ответов.

***

Рядом с Шерлоком Холмсом никогда не было совпадений. Никогда. Естественно, что, когда Фраза — да, с большой буквы — была вновь произнесена никем иным, как миссис и мистером Холмс, Джон начал думать, что что-то идет не так. Он ее и читал, и слышал на улицах, в газетах, по телевизору. И черт ее побери, но встречаться эта Фраза стала все чаще и чаще. Пару раз Джону казалось, что он видел в толпе людей темную макушку с медным отливом и это ярко-красное пальто. Кажется, у него начинала развиваться паранойя. Но когда эти слова неожиданно были произнесены в доме Холмсов, доктор Ватсон решил, что перестанет зацикливаться на этом. В конце концов эта мысль имела место быть и, наверное, была неким распространенным фактом, о котором он ранее не слышал. — Мамуля, — хором протянули оба брата и почему-то поспешили отвернуться. Миссис Холмс тут же что-то быстро заговорила, но Джон не особо вслушивался. Рядом с Холмсами невозможны совпадения!

***

— Доктор Ватсон? — Джон неловко обернулся. Последние месяцы были ужасными. Тихими. Спокойными. Смерть Шерлока стала ударом для него. Что уж говорить? Для многих. Майкрофт так вообще затих. Хотя Джон не мог представить, чтобы он скорбил по брату, которого подставил. Но в какой-то момент были мысли, что все не так просто, как казалось. И думать об этом было трудно. Джону ничего не стоило сорваться хоть днем, хоть ночью вслед за детективом. Ему ничего не стоило пожертвовать собой ради Шерлока, но мог ли себе позволить это Майкрофт? Человек, в голове которого было огромное количество информации способной погрузить не только Британию, но и мир в хаос. Он вообще старался не думать об этом. Проще сделать из Майкрофта злодея, чем понять его. Хоть это и не было правильно. — Доктор Ватсон, — к нему подбежал мальчишка. Кажется, он был одним из сети бездомных Шерлока. Джон не был уверен, что его раздражение не вызвано усилившейся болью в ноге, которой не было несколько лет. — Извините, сэр. Но меня попросили передать вам. Мальчишка протянул небольшой клочок бумажки и, прежде чем Джон успел спросить хоть что-то, убежал. Мужчина огляделся. Почему-то подумалось, что тот, кто передал эту записку, мог наблюдать за ним сейчас. Но улица была на удивление пустынной. Медленно разворачивая вдвое сложенную бумажку, Джон душил в себе надежду, что записка будет от Шерлока, что сейчас он появится как обычно в своей яркой и эгоцентричной манере, назовет большинство людей идиотами и сорвется с места, совершенно не объясняя зачем и куда они бегут. Сердце на мгновение замерло. Дыхание прервалось. И Джон разочарованно выдохнул. Каллиграфия почерка была идеальной. Совершенно не те скачущие маленькие буковки Шерлока. Кто бы ни написал эту записку, он явно постарался вывести каждую буковку аккуратно. «Произнести — значит поверить. Останется лишь принять», — глупость. Джон не хотел, не мог произнести то, что уже почти два года вертелось на подкорках его сознания. Даже написать об этом не мог. И откуда этот кто-то вообще понимает о чем говорит? Кто этот загадочный человек, вот уже два года склоняющий его к раскрытию правды перед самим собой? Какую игру он ведет? На ум приходил только Майкрофт, но какое ему дело до Джона теперь? Правая рука затряслась. Ну, конечно, еще тремора ему не хватало. Досадливо стукнув каблуком об асфальт, Джон смял клочок бумаги в кулаке и сунул руку в карман, чтобы никто не видел его слабости.

***

— Произнести — значит поверить… — Прости, что? — Джон посмотрел на замершего посреди гостиной Шерлока. — Глупость, — будто не услышал вопроса детектив. Он стоял полубоком, поэтому Джон с кухни видел, как напряглись мышцы лица. В руках Шерлок держал его куртку и кажется что-то еще. — Шерлок! — недовольно воскликнул доктор, быстро подходя к соседу и выдергивая из его руки свою вещь. — Ты что, снова роешься в моих карманах?! — Откуда у тебя это? — как обычно проигнорировав недовольство друга, спросил Шерлок, покачал зажатой между пальцами помятой бумажкой и внимательно всмотрелся в лицо Джона. — Ты мне скажи. Это ведь кто-то из твоей сети бездомных дал мне месяца два назад, — привычно игнорируя изучающий взгляд, Джон повесил куртку и вернулся на кухню, чтобы наконец заварить чай. — Хочешь сказать, что это я тебе отправил? Джон, я был в Чехии в этот момент! — доктор проигнорировал эту интонацию «снова ты говоришь что-то глупое», беря чашки в руки. — Ну значит твой брат. Хотя зачем Майкрофту это? — фыркнул Ватсон, представив, как тот выписывает эти буковки. — Я и так поверил, что ты мертв. В гостиной стало как-то слишком тихо, и Джон обернулся, смотря, как Шерлок, устроившись в своем кресле, сканирует несчастную бумажку. И что в ней так зацепило Шерлока? — Она адресована не тебе, — спустя долгое молчание тихо пробормотал детектив. Джон оторвался от газеты, которую до этого читал, сидя в своем кресле, и удивленно посмотрел на друга. — Что? — Я люблю тебя…