***
По выходным в городе можно было встретить много знакомых лиц из Спрингвейла, кто-то продавал стейки, овощи или фрукты, а кто-то шкуры или украшения. Единственные дни когда Оливия могла почувствовать себя в своей тарелке, ведь можно было поздороваться и поговорить с кем-то помимо обладателя пиро глаза бога или пьянчуг. По просьбе Дилюка для таверны надо было сделать заказы у разных продавцов, но не грех будет закупиться и для себя, например, на зарплату можно купить себе новую одежду или украшения. Конечно, стоило идти сразу к Марджори за такими вещами, но и на рынке хотелось прогуляться. Перед лицом Оливии возник букет из лилий калла, травы светяшки и сесилий. А за ними появилась улыбчивая мордашка с повязкой на глазу: — Вы? — девушка совершенно не была готова к этой встрече. Совершенно не хотелось встречать его в свой выходной, от этих мыслей одна часть губы скривилась, бросив такой же холодный взгляд каким когда-то он одарил ее. — Какая неожиданная встреча. Увидел вас издалека и решил подарить букет, не каждый день можно встретить принцессу, — капитан вложил букет ей в руки, проведя вскользь ладонью по ее. — И правда неожиданная встреча, спасибо, мне пора. — Оливия, — он преградил ей путь коснувшись плеча, — не желаете прогуляться за стенами, у меня есть разговор. Она не могла верить такому человеку как он, но очень хотелось. Это было странное чувство. Мужчина очевидно не искренне улыбался, у любого нормального человека в голове прозвенело бы, что девушке без родных не стоит идти за малознакомым человеком за стены. Это был тот самый случай когда страшнее больших митачурлов и его маленьких собратьев был именно человек. Но так же он являлся капитаном рыцарей, если не он защитит, то кто.Часть 3
31 июля 2022 г., 01:12
Прошла неделя, работа казалась с каждым днем становилась сложнее. Иногда приходилось работать две смены подряд, иногда и вовсе не покидать таверну, разгружать привезенные тяжеленные бочки или продукты, которые приходилось тащить в одиночку в смену Чарльза. Такие дни всегда были сущим кошмаром: сухие фразы, настороженность и вечные упрёки. Очарование, что действовало на гостей способно было раздражать его до покраснения. Вот смены Дилюка наоборот были отрадой для официантки, казалось она его и вовсе не видела во время работы. Часто приходилось вставать за барную стойку, так как хозяин таверны вечно куда-то пропадал.
Сегодня была пятница, большие чаевые, приятная компания, танцы, аккомпанементы бардов. Почему-то самый сложный день оборачивался для нее небольшой отдышкой в кругу забавной компании. Сегодня они с Дилюком открывали таверну раньше и все приготовления начинали с полудня. Дилюк отошел принести ящик вина, когда в таверну пришел первый посетитель:
— Простите мы ещё закрыты, — Оливия, до этого протиравшая стол у входа, хотела прогнать вошедшего, но вместо этого впилась взглядом в небесной красоты мужчину, — ой.
— Хах, а мне говорили, что ты милая. Не думал, что мастер Дилюк когда-то возьмет на работу девушку, еще и такую молоденькую, - виновника рассмешила такая детская реакция.
Она всегда обращала внимание на глаза, представить на столько прекрасные даже в самых смелых мечтах не могла. Но сейчас перед ней этот мужчина со столь экзотической внешностью чьи глаза со зрачками в форме звезд сияли тысячью мерцающих искр в голубой, холодной и притягательной радужке. Глаз правда был один, второй скрывался за повязкой, но менее привлекательным обладатель крио глаза бога не становился. Кажется она смотрела на него слишком долго, послышались шаги и жар обдал всë ее тело, но в тоже время стало холодно до дрожи.
— Что ты тут забыл.
— Ой, да ладно тебе, Дилюк, просто решил поздороваться с новой звездой города. А тут оказывается самая настоящая принцесса, — мужчина подошел к девушке, взял за руку и поцеловал костяшки нежной руки, обхватив тонкие пальцы, — Кэйя Альберих, капитан Ордо Фавониус, если вам что-то понадобится обращайтесь.
— Не обращайся, особенно к этому.
— Как грубо, — засмеялся новый знакомый.
— Да, мастер Дилюк, как грубо, капитан лично пришел познакомиться, а вы его прогоняете, — хозяин таверны хотел что-то сказать официантке, но пока подбирал слова его уже перебили, ничего не оставалось как вздохнуть, и поставить ящик с вином за стойку, — чего желаете?
Проведя рукой по его предплечью, предложила сесть за барную стойку пока сама начала подготавливать ингредиенты для коктейля.
— Хм, а принцесса мне уже нравится, где ты нашел такое золото?
— Вы смущаете, капитан, зовите меня просто Оливия, — она подала ему полуденную смерть. Кэйя молча принял напиток, на секунду лицо помрачнело, но тут же улыбнулся официантке прищуривая глаза.
— Откуда ты узнала, что я пью?
В голове девушки на секунду проскользнуло: «Вот черт».
— Скажем так, предчувствие, — она сощурила глаза ему в ответ, со стороны казалось будто две лисы сошлись в ожесточенной игре в гляделки. Дилюк смотрел на эту картину крайне недовольно, как-будто про него забыли.
Остальной вечер прошел относительно спокойно, ровно в такой же непринуждённой и веселой обстановке, только новая яркая личность в лице Кэйи притягивала к себе всë внимание. Многие подходили целыми компаниями, что-то обсуждали, затем подходили другие, но все хоть и были дружелюбными было в них что-то гадкое. Дилюк прожигал его взглядом и приказал не обслуживать своего завсегдатого или наливать виноградный сок. Хотя кто его послушал? Девушка часто перекидывалась парой фраз с капитаном. Вечер был прекрасный, царящая атмосфера празднества, знакомые счастливые лица и казалось ничего не могло омрачить этот день.
В очередной раз подливая капитану кавалерии полуденной смерти, сзади девушку за талию обхватил пьяный искатель приключений. Он был крупнее в два раза и одна его ладонь полностью перекрывала половину талии хрупкой девушки.
— Пошли танцевать, — еле-еле пролепетав короткую фразу он сжал до боли, утягивая перепуганную девушку от стола капитана, что просто наблюдал за происходящим. Она не отрывала от него перепуганных глаз, пока за толпой людей не перестала видеть его безразличного застывшего лица. Оливия чуть ли не плакала: «Почему он даже не пытается помочь?». Эта мысль крутилась в голове пока она смотрела в этот глаз полный звезд, не просто холодного синего цвета, а леденящего душу зимнего глубокого озера.
— Господин мне кажется вы недостаточно выпили, — выпутавшись из грубого объятья пьяницы, что почти поцеловал ее за ухом, она отошла.
— Чего? — рука схватила ее за бедро и грубо прижала ко всему его телу, а рука начала скользить ниже. Ужас охватил с еще большей силой, озноб пробил тело. Но собравшись она сделала, то чего сама не ожидала.
— Господииин, вы только посмотрите на себя, — она коснулась его щеки, затем провела рукой и коснулась кончика носа при этом одарив его нежной улыбкой, — вы чего такой грустный? Давайте станцуем после парочки бокалов, вот тогда вы повеселеете и танец со мной будет особенно удивительным, я сейчас же принесу вам бутылочку лучшего вина!
На секунду пьяница оторопел, но расплылся в счастливой улыбке и отпустил ее.
«Это сработало! Черт, сработало!». Оливия подошла к Дилюку, что из-за толпы ничего не видел.
— Господин Дилюк, смешайте самую крепкую полуденную смерть.
— Я же сказал, ему не налью.
— Это не ему, а мне, — абсолютно побледневшая с покрасневшими и разъяренными глазами она проработала остаток ночи, а к столику Кэйи никто так больше и не подошел.
Все равно еще до встречи с Кэйей она твердо решила верить ему каким-бы жестоким он не казался на первый взгляд.
— Хорошо, но только не долго.
Они стояли возле дерева Венессы, до этого они болтали ни о чем, не смотря, что Оливия изначально не собиралась с ним говорить не по делу. Этот удивительный рыцарь и правда, мертвого разговорит. Теплый ветер обволакивал, словно шелк и в устоявшейся тишине был слышен лишь шелест листьев.
— Я должен извиниться перед тобой. Было глупо с моей стороны строить теории на твой счет.
— Какие теории? — девушка больше не хмурилась, ее охватило любопытство. Она надеялась на извинения, но не за это.
— Почему первое что ты подала, была полуденная смерть? — он говорил абсолютно серьезно, но она лишь хмыкнула как-будто ответ был очевиден.
— Потому что полуденную смерть в таких количествах может выпить не каждый, поэтому когда Чарльз рассказывал про коктейли так же говорил кто какой предпочитает. Велика вероятность, что это отложилось в памяти, — на секунду Кэйя даже перестал моргать, ему и правда стоило переварить, что это всего лишь совпадение, — А вы что подумали?
Раздался бархатный и немного басистый голос: «Тогда я полностью ошибался. Думал ты шпион». Солнце бесщадно палило, поэтому капитан пригласил девушку присесть с ним на корень под деревом.
— Думал, ты собирала информацию о рыцарях, а лучшим местом для этого как нельзя лучше подойдет именно таверна. Лично я так бы поступил, — он посмотрел на девушку в ожидании ответа, надеясь, что она простит его, но на ее лице не было ни намека на прощение, — Всë еще злишься?
— Я ожидала извинений не за это, — Оливия отвернулась.
— На самом деле я хотел помочь, но будь ты шпионом это был бы идеальный случай раскрыть себя, — он хмыкнул, — у тебя было два исхода: до последнего делать вид, что ты жертва привлекая внимание рыцарей, либо отвести мужчину подальше и свернуть ему шею.
— И вы даже не берете в расчет, что я правда могла быть в опасности не в состоянии, что либо сделать?! — она уже срывалась на крик и подскочила с корня сжимая кулаки.
— Нет, ведь Дилюк не взял бы на работу ту, кто не может за себя постоять. А ты явно такой не кажешься.
Оливия подумала: «Как же, не кажусь, я думала обосрусь от страха».
— Принцесса, я очень виноват перед вами и готов сделать, что угодно ради прощения, — абсолютно не искренние слова, приправленные улыбкой фальшивого сожаления. Официантка развернулась и посмотрела на него сверху вниз. Она ведь и правда могла попросить все что душе угодно.
— Вы называете меня принцессой, а принцессе положен рыцарь. Отныне я хочу чтобы вы защищали меня.
Кэйя рассмеялся от ее слов: «Мне стоило быть внимательнее когда издевался над тобой таким прозвищем».
Ветер холыхал листья на деревьях и темные волосы девушки, отчаянно заправлявшей их за ухо. Она хохотала уже со своим рыцарем, ведь не могла не простить такого скрытного, с красивой фальшивой улыбкой и готового принимать свои ошибки.