чудеса хрустальной свободы

Александр вскочил с кровати весь в холодном поту.Что это было? Сон? Или видение? Что бы то ни было, последние слова Каспара здорово напугали принца."Вы обречены провести здесь вечность» — что могла значить эта фраза? Да и тем более, где провести эту вечность? Принц невольно встал с кровати.Рубашка, в которую Александр был одет, была довольно свободной, а шорты, его самые любимые, белые, дополняли образ обычного сонного паренька. Александр вышел со своих покоев и медленным шагом направился на кухню.Мысли о Каспаре занимали всю его голову, ни уходя ни на миг.Даже сейчас ему было интересно где Каспар, как он и что он делает.Но сегодня Шульц по воле Александра покинул стены дворца раньше положенного времени, желая провести больше времени с дочерьями. Принц успешно дошел до кухни и выпил стакан воды что уже лежал на столе.Мучительная жажда тут же отпала, принцу стало в разы легче.Собираясь пойти обратно в покои, ему в мысль взбрела идея погулять по саду дворца.Ночью там никого нет, да и вид на небо оттуда замечательный. Александр побежал в покои, и переоделся.Ночную рубашку принц поменял на чёрную водолазку, надел самые обычные темные брюки и по пути в сад накинул на себя сиреневое пальто. Погода над Великобританией была такой же тусклой, как и настроение принца в последние дни.Делинда умерла, больше никакие оковы не мешают ему своевольничать, но что-то все равно держит его в клетке.Или кто-то.Тот, о злодеянии которого принц даже не догадывается.Тот, кто вершит судьбой издалека, в тени.Кто-то, чье существование здесь ничтожно, словно пёрышко, падающее на землю.Но он все равно крутит принцом, да и возможно не только им. Тут Александр задумался: кто мешает ему своевольничать, кто держит его в клетке, словно дрессированную птичку? Кто вершит им как хочет, а потом со злорадной ухмылкой на лице наблюдает за страданиями принца, далеко, в тени? Пока принц Каннигем витал в собственных мыслях, некто человеческих очертаний проскользнул к принцу, сев на траву, напротив него, пока тот, в раздумьях качался на качеле. И вот, ответ всех его раздумий медленно, но так зачаровывающее произнес: –Луна сегодня прекрасна, не так ли, братец?