Искусство падения

Чёрный костюм с жёлтыми линиями по всем швам очерчивали подтянутое тело фигуриста. Его агрессивный стиль знали все. Он излучал ауру плохого парня, способного заворожить сердце любой девушки своей гибкостью, стремительностью, высокими прыжками и неистовыми кручениями. Так было до тех пор, пока Фалк не связался с подругой детства и волей случая не начал выступать чаще в парных, а не одиночных выступлениях, разбивая сердца многих фанаток, на которых ему всегда было плевать. Он стремился к вершине, ему важны были только его способности. Он желал превзойти всех. Особенно его, своего главного соперника. Однако в этом соревновании ирония судьбы сыграла с ним злую шутку: именно в тот момент, когда он выбил себе право выступить в одиночку, Стефан решил попробовать себя в парном выступлении. И не абы с кем, а в паре с подругой детства Фалка, Амели. От злости Фалк стачивал зубы, крепко стиснув челюсти, стоя за бортом и глядя, как двое не последних для него людей купались в аплодисментах. Насколько важна для него была Амели, Фалк ещё не осознавал, однако нежные касания Стефана к талии, соприкосновения пальцев рук вызывали лютое чувство ревности. А то, что из-за этого ещё и личное состязание один на один сорвалось, особенно выводило из себя. Плавная мелодия, изящные движения. Стефан и Амели были полностью поглощены друг другом и танцем. Скользили по льду, видя только друг друга, будто мира за бортом не существовало. Фалк не заметил в них ни капли напряжения даже тогда, когда они проезжали мимо него. Музыка ускорялась, гневный стук в висках Фалка тоже. Движения пары на льду становились сложнее и запутаннее, будто отношения их становились напряжённее. Амели плыла за Стефаном, незначительно отставая. Четверной тулуп от Стефана, затем тройной от Амели, словно персонаж её пытался угнаться за партнёром, но он всегда был впереди. И вот, гоняясь друг за другом, выровнявшись в линию и с силой оттолкнувшись ото льда, они словно зависли в воздухе в тройном акселе без единой ошибки. От картины Фалк аж рот открыл в удивлении, забыв закрыть. — Клауд, помоги мне отработать движение, — вспомнил Фалк, как на него умоляюще смотрела Амели. — Делать мне больше нечего, бессмысленно тратить время, — окатил он её тогда презрением. — Как с твоими параметрами ты вообще умудрилась стать фигуристкой? Амели обладала соблазнительной фигурой: внушительной грудью и широкими бёдрами. Мечта любого мужчины, кроме тренера Амели, долгое время не дававшему девушке шанс проявить себя. Не воспринимавший всерьёз, как и Фалк. Однако Амели не сдавалась, словно не замечая отношения друга к её стараниям. Раз за разом она обращалась за помощью, без спросу каталась рядом, копируя движения. Тем самым и подвела, поселив в голову тренера идею буквально сплавить неуклюжую бракованную фигуристка на голову Фалка. Теперь же она, словно в насмешку, каталась в паре с двукратным чемпионом мира, раз за разом ворующим у него титул. Грудастая фигуристка и любитель падать на ровном месте синхронизировались в страстном порыве, раскручивая друг друга, держась за руки. Стефан даже умудрился поднять вес этих двух бидонов с прилагающим телом над головой, помогая Амели воспарить, а затем перейти во вращение, едва коньки коснулись льда. Мелодия достигла своего пика, а затем вновь вернулась к плавному темпу, знаменуя конец выступления с красивым поклоном. Стадион взорвался аплодисментами, оглохнуть можно было. На лёд полетели мягкие игрушки. Стефан одарил все своих поклонников лучезарной улыбкой, а Амели просто была счастлива, глубоко прерывисто дыша. Стефан поднял для неё одну из игрушек и вручил в руки — девушка сразу крепко обняла подарок. От звёзд в её глазах можно было ослепнуть. Выступай она в паре с Фалком, его бы стошнило, но видя такие эмоции, вызванные выступлением с соперником, он испытывал совершенно иное чувство. Фалк проследовал взглядом за парой. Как ни странно, накрывшись полотенцем с головой, Стефан не выглядел счастливым. Их выступление прошло без изъяна, они твёрдо удерживали позиции лидеров. Он был лучшим, отчего у Фалка челюсть сводило. Настолько нехорошо ему было, что он даже подумать не мог о причине печали Стефана. Да и времени толком не было: нужно было готовиться к своему выступлению. Лёгкая разминка, попытка сконцентрироваться. Эмоции брали своё, потому Фалк сильно разогнался, чтобы рассекаемый воздух хоть как-то освежил его, выветрил дурь из головы. Тщетно. Одиночная программа началась с выступления Фалка. Быстрая музыка и активные движения не позволяли отвлекаться. Своим танцем Фалк нападал. На соперников, на зрителей, на все свои пороки. Вместо защитных лирический отступлений он предпочитал действовать сразу и грубо. При этом движения его не были угловато-резкими. Его гибкость завораживала, напор и целеустремлённость заставляли трепетать сердце. Аксель. За ним второй, переходящий в кручение. Затем борьба и погоня за тенью. Агрессивный лутц после разгона. Фалк не жалел себя, не давал покоя телу. Максимальная концентрация — попытка в четверной тулуп… Фалк сам подвёл себя: его взгляд невовремя упал на ложе Стефана и Амели. Девушка смотрела на него, замерев и прижав к сердцу руки. Стефан внимательно изучал. Фалк всего-то увидел их краем глаза, но этого хватило, чтобы сбиться и упасть. Ободряющие аплодисменты вывели из себя ещё сильнее. С такой злостью он встал, словно падение было частью выступления. Своим настроением и взглядом, выбросами и прыжками он отгонял любую жалость к себе. Ему не нужна была поддержка: он всегда совершенствовал себя сам. Он в одиночку добивался своего, какие бы преграды не вставали у него на пути. Фалк всегда твёрдо стоял на ногах, падения были недопустимы. Досадное недоразумение не могло повлиять на его волю. Головокружительное кручение — кончилась музыка, а Фалк раскрыл руки, будто бы приглашая весь мир атаковать его, твёрдо уверенный, что от любого удара судьбы отобьётся. Зрители оценили его выступление оглушительными аплодисментами. Для Фалка они были слабой наградой. Как и бесполезные игрушки, которые только мешались под ногами. Одну даже пришлось поймать в полёте, чтобы не приземлилась на лицо. Впервые он взял в руку игрушку, да и то только потому, что у него не было выбора. Настоящий подарок ждал Фалка на его месте. Не Амелия, прыгнувшая ему на шею, поздравляя с отличным выступлением. Пришлось её оттолкнуть мягкой игрушкой, которую она посчитала подарком. — Это мне? — вновь засветились её глаза. — Да забирай! — едва не предложил он ей подавиться. В такие моменты его порой пронимала дрожь до костей. — Это так мило, Клауд! Ты никогда раньше не дарил мне подарков. — Фалк, — напомнил он. — Когда ты уже привыкнешь меня звать Фалк? — Я и не собиралась привыкать. Фалк испытал острое желание потянуться рукой к лицу, однако нашёл в себе силы выдохнуть и встретиться взглядом с настоящей наградой. Стефан пришёл к нему сам. Дождавшись, когда пара договорит, он протянул Фалку руку для рукопожатия. — Поздравляю! Это было отличное выступление. — Я упал, — напомнил Фалк. — Именно! — воодушевился Стефан. — И сделал это так, как никогда не получалось у меня. Естественно и артистично. А как встал! Зал аж вздрогнул, как и моё сердце! Мне есть чему у тебя поучиться. Я буду внимательнее за тобой наблюдать, — улыбнулся Стефан, оставляя друзей наедине. «Верно, — вспомнил Фалк, — он за своё выступление ни разу не упал. Вот отчего он выглядел таким подавленным. Однако…» Фалк не знал, радоваться ему или плакать, когда его соперник наконец признал его. Но не в том, в чём хотелось бы…