Место за столом

Глава 13 «Конкурс плохих решений»

«Если у Поттера есть настолько умные союзники, есть ли у него и правда шанс победить?» — именно эту мысль гонял в голове Драко уже несколько дней. Он думал об этом, когда завтракал, когда чистил зубы, когда заполнял отчеты и отправлял сов владельцам лавок в Косой аллее. Он думал об этом, когда вечером в баре собрал старых школьных друзей за бокалами огневиски и пива. Драко думал об этом, когда Гойл случайно резко развернулся и опрокинул целый бокал темного пива прямо на колени Блейзу Забини. Ладно, на пару мгновений он отвлекся от этих мыслей, ведь Блейз так уморительно взвизгнул и вскочил из-за стола, опрокинув сразу два бокала: собственный и Панси. Драко размышлял о настоящих масштабах и возможностях Сопротивления, даже когда извинялся перед собственной невестой за то, что оставил ее на балу и не составил компанию на просмотре фейерверков. А когда Малфой не думал о Сопротивлении, он думал о чертовом Роне Уизли. Слизеринец потратил просто тонну времени, выискивая в архивах Аврората, закрытых архивах невыразимцев и даже в отчетах Пожирателей хотя бы малейшее упоминание о Роне. Хоть строчку, хоть в статусе тела. Оставалось только спросить напрямую у участников той самой свадьбы, на которой погибли все Уизли. Ладно, почти все. Согласно отчетам, младшей дочери удалось сбежать. Но там не было ни слова о Роне. Это было очень подозрительно. Словно кто-то намеренно вымарал все упоминания об этом человеке. Драко стало интересно забраться в архивы Хогвартса, вдруг и оттуда все пропало. — Мистер Малфой, — женщина в круглых очках постучала в дверь именно в тот момент, когда слизеринец заперся в кабинете, перебирая архивы, к которым у него не должно быть доступа. — Мистер Малфой, извините, но это срочно. — Заходите, — быстро смел он несколько самых подозрительных свитков в верхний ящик стола. – Алохомора! Крупная женщина в строгом пиджаке положила перед Драко толстую стопку бумаг: — Со следующей недели вводится запрет на продажу Оборотного зелья, нужно, чтобы вы подписали и поставили печать. И поручили проверить выполнение поручения, — прогнусавила она, не глядя ни на бумаги, ни на Малфоя. — Не слышал о разработке такого запрета, — нахмурился Драко. Он терпеть не мог чего-то не знать в своем собственном отделе. — Спустили сверху? — Да, вчера вечером принесли, сказали закончить до следующей недели. И чтобы строго. Не хочу вас пугать, но говорят, с самого верха. Самого, — чтобы подкрепить свою мысль, она выразительно показала пальцем в пол. Если Темный Лорд и появлялся в Министерстве, то в собственном кабинете на самых нижних уровнях здания. На верхнем этаже сидел Толстоватый, нынешний Министр магии, а в кабинете снизу — Он. Бюрократы со всех этажей очень быстро поняли, где именно сосредоточена вся власть. — Понял, Дороти. Позови Забини, пожалуйста, — улыбнулся Драко одной из своих самых сдержанных улыбок. Блейз прибыл быстрее, чем Драко успел вытащить последний свиток из ящика. — Закрой дверь, — не отрываясь от исследования, произнес Малфой. — Справа на моем столе лежит документ. Нужно вычитать и исправить до конца дня. Почти уверен, там осталось больше орфографических ошибок, чем в эссе Уизли. — Уизли? Что это тебя потянуло про покойников вспоминать? — удивился Забини, устраиваясь поудобнее на гостевом диване напротив стола. Он только начал читать и тут же воскликнул. — Оборотное зелье?! Они что, все узнали? Драко пригвоздил его уничтожающим взглядом. Блейз вздрогнул и вжался в спинку, сообразив, что и где он только что сказал. — Узнали что, Забини? Что ты превращаешься по ночам в Гойла и подкатываешь к Миллисент? Давно я тебе говорил, оставь это и найди другую невесту. Ведешь себя как ребенок! — сказал как можно громче Малфой, косясь на дверь. — Д-да, я понял. Драко, извини, я… — Если не прекратишь, я все расскажу Гойлу, и тебе придется извиняться уже перед ним! Пристыженный Забини углубился в чтение, периодически что-то поправляя пером, взятым со стола патрона. Как бы ни был легкомыслен Блейз, во всем, что касается документов, он был прилежен не хуже второкурсницы с Рейвенкло. Драко же продолжил свое исследование, ощущая, как кровь стучит в висках. Больше Блейза нельзя посвящать в проблему Поттера. Он невнимателен, он беспечен, еще пара таких промахов — и об успехе революции можно забыть. «Успех. Успех революции. Мерлин всемогущий, какая невероятная глупость», — убито подумал Драко, осознав, что в собственной голове все вновь перемешалось.

* * *

— Малфой, а ты после дуэльного клуба еще тренировался? — поинтересовался Поттер, делая глоток эспрессо. При одном взгляде на этот напиток кишки внутри Драко сворачивались в трубочку. Такая кислятина могла понравиться только мазохистам вроде экс-героя всей магической Англии. Впрочем, он и сигары курил не морщась. Наверняка ему просто нравится причинять себе страдания. — Это твой ответ на новость про Оборотное зелье? — Ну, похоже, что-то начинается, — загадочно улыбнулся Гарри. Драко очень хотел обидеться на Поттера за их последний разговор, но снисходительно простил оскорбления. Кто знает, когда наступит час, и ему понадобится доверие этого олуха. По крайней мере, он это себе объяснил именно так. — Ты же понимаешь, что запрет на Оборотное зелье означает, что они поверили мне, а не Нотту? — аккуратно спросил Драко. — Они верят мне на слово, упаси Мерлин тебя расплескать мой драгоценный лимит доверия! — Да, это правда очень полезно, что тебе верят на слово, — согласился, проигнорировав все угрозы, гриффиндорец. — Когда, говоришь, введут запрет? — На следующей неделе. Думаю запастись Оборотным на всякий случай. — Ой да брось! — отмахнулся Гарри. Он не выглядел хоть сколько-нибудь встревоженным этими новостями. — У нас есть запасы, не трать деньги. А если потребуется, сварим еще. — Сварим? — навострил уши Малфой. Вот и заветный шанс узнать как можно больше о возможностях Сопротивления. Нужно только действовать аккуратно. — Ты же в курсе, что это очень сложное зелье, и для него требуются редкие ингредиенты. Кабинета зельеварения больше нет, чтобы украсть их. К тому же оно требует внимания и опыта. — У нас все есть, — нахмурился Поттер, сообразив, к чему клонит собеседник. — И люди, и способы все найти. Ты задаешь вопросы лучше, чем Рон. — А он все еще пытается у тебя выведать о Сопротивлении? — «Выведать». Господи, Малфой, то, что ты такой изворотливый лжец, не значит, что все такие. Он хочет помочь. Драко демонстративно закатил глаза. Этот подозрительно воскресший из мертвых Уизли продолжал жить в одной из квартир его семьи, в магловском районе. Но пока его не допустили ни к каким секретам. Впрочем, как и самого Малфоя. Звание изворотливого лжеца могло бы прозвучать гордо, но Драко было обидно, что Поттер не оценил то, как сильно Малфой рискует. Да и об отце он его предупредил. Драко уже разменял и ладью, и слона. В ответ же получил едва ли что-то крупнее пешки. — Мне кажется, что наше сотрудничество не совсем честное, Поттер. Я не могу помочь, если не знаю, как ты планируешь свой следующий шаг и кто твои союзники. Мерлин, да я могу только догадываться, что в этом Сопротивлении есть кто-то, кроме тебя! — Джинни была, она… — Передавала послания через газеты, — закончил Малфой. — Скорее всего, потому что вам было небезопасно встречаться. Я расшифровал ваш код, это было непросто. Вообще-то к этой мысли меня подтолкнул Амикус Кэрроу. Этот болван — любитель теорий заговоров, но оказался полезен. Хотя его сука-сестра приносит одни проблемы. — О, не знал, что ты догадаешься, — улыбнулся Гарри. Его порадовали явно не умственные способности Малфоя. Но что именно подняло настроение Поттеру, оставалось только предполагать. — Это был надежный способ. Но теперь, когда она… — тут Поттер запнулся, но быстро взял себя в руки, — вышла из игры, я не могу рисковать. И раньше не мог, а сейчас тем более. Ты должен понять. Разве, защитив Забини, ты не сделал то же самое? Вопрос застал Драко врасплох. Гриффиндорец сравнивает спасение задницы Блейза от агрессивного колдуна, явившегося с ультиматумами и угрозами, с попыткой узнать информацию почти союзника, который уже дважды рискнул собственной шеей. Он впервые осознал, как многим пожертвовал для этого неблагодарного Поттера. — Тогда в следующий раз, когда тебя окружат Пожиратели или когда тебе нужно будет кого-то вытащить из-под конвоя авроров, надеюсь, ты тоже меня поймешь, — ядовито ответил Малфой. — Ничего личного, я просто защищаю отличного волшебника и великолепного… — Да понял я, — перебил его Гарри. Он задумался и, как и всегда делал, пытаясь принять сложное решение, потер кожу у переносицы. — Я правда верю тебе больше, чем раньше, Драко. И правда ценю, что ты помог похоронить… Черт, да ты правда рисковал и рискуешь. Но цена слишком высока. Если бы это решал только я, никого бы не втягивал. Это между мной и Томом. Он захватил целую страну, в одиночку его не победить, — казалось, что признавать это было Гарри очень нелегко. Он запустил пятерню в иссиня-черные волосы. — И это правда для всех безопаснее — знать как можно меньше. Не думай, ты не один такой не имеешь на руках полной картины. Со временем, возможно, я смогу рассказать тебе больше. — Когда пару раз в меня швырнут убивающим заклинанием? Тогда я буду достоин вашего королевского доверия, аврор Поттер? Или для этого мне нужно разочек умереть? — Отлично, собирайся! — вспылил Гарри. Он вскочил на ноги и шагнул в сторону Драко, приглашая к камину. — Раз ты так хочешь, проверим вас с Роном на лояльность. Сегодня же. Сейчас. Малфой сделал шаг назад и интуитивно скрестил руки на груди. Проверка на лояльность. Это даже звучит дерьмово. «Чем меньше ты знаешь, тем меньше скажешь под пытками», — слова Поттера сами собой всплыли в памяти очень не вовремя. Драко поморщился. Интересно, как часто сам Поттер подвергал кого-то пыткам, раз так легко о них говорил? Мысли сами собой побежали, цепляясь друг за друга, как вагоны Хогвартс-экспресса. Раз проверять будут и Рона Уизли, едва ли Поттер планирует пытки. Своего лучшего друга он будет беречь. Тогда сыворотка правды? Драко уже не раз заставляли ее пить, когда Лорду вздумалось проводить чистки в рядах сторонников. Малфой всегда с блеском проходил эту проверку на преданность. Интересно, что теперь другая сторона тоже не могла отказать себе в таком удовольствии. Хорошие ребята. Благородные гриффиндорцы. — И как проверять будешь? Круцио или сыворотка? — усмехнулся Драко, стараясь изо всех сил скрыть, что его руки подрагивают от нервного напряжения. Усмешка вышла жалкая. — Узнаешь. — Я думал, вся суть твоей революции в том, чтобы убить Лорда, а не стать новым Лордом. Поттер, ты бы подружился с Фаджем. Жаль, у вас не вышло сотрудничества. — Твой хозяин публично вывесил его тело в холле Министерства, — Гарри уже взял себя в руки и достаточно хладнокровно ответил на этот выпад. — Знаешь, тяжело дружить, когда твой друг попахивает. — Ну у тебя же так хорошо вышло с Уизли. Малфой не хотел ссориться. Он не планировал проходить никакие проверки на лояльность, но чувство обиды захлестнуло с головой. Драко прикусил губу, осознав, в какое бедственное положение сам себя загнал. Уже много лет он не позволял эмоциям брать над собой верх, особенно в настолько важных делах, как спасение собственной шкуры от безумного террориста. Или как организация отчаянной и самоубийственной революции. Гарри лишь презрительно фыркнул, проигнорировав этот выпад. Драко вглядывался в его лицо, стараясь разобраться, планирует ли Поттер тащить его силком. Еще со школьной скамьи Драко учился распознавать эмоции и предугадывать действия окружающих. Нередко отец давал полезные советы или рассказывал, как мыслят и что ценят разные типы людей. Малфой-младший к своим годам мог похвастаться множеством побед, одержанных только благодаря умению осознать реальные потребности собеседника и считать его настроение. И только один-единственный Поттер оставался даже не закрытой книгой, а запаянным сейфом. Драко судорожно сглотнул, ворот белоснежной рубашки внезапно врезался в шею. Расстегнув верхнюю пуговицу, Малфой начал закатывать рукава по локоть. Эти естественные движения всегда помогали потянуть время, чтобы прийти в себя и дать время эмоциям схлынуть. Ни пытки, ни сыворотку правды он не обхитрит. Нужно было любыми способами избежать этой проверки. Еще одним своим достоинством Драко считал хладнокровие и умение сохранить лицо в любой ситуации. Даже когда давно погибший Рон Уизли возвращается к жизни и оказывается в двух метрах от тебя. Даже когда отец раскрывает твои самые страшные тайны. Даже когда нужно солгать всему миру, что именно ты убил Дамблдора. Хладнокровие, внимательность и острый ум всегда помогали выбраться из любой передряги. — Что, испугался, Малфой? — Поттер подошел к камину и зачерпнул полный кулак летучего пороха. Взгляд смешливых, чуть прищуренных ярко-зеленых глаз чуть не пригвоздил Драко к стене. — Мечтай! — выплюнул слизеринец и первый шагнул в камин. Ярко-зеленое пламя известило, что Драко Малфой только что совершил глупость, подобную разве что той, которую он совершил еще на третьем курсе. Спустя время он сам рассудит, что в конкурсе на самое глупое решение с опасными последствиями этот поступок обгоняет насмешку над агрессивным трехметровым гиппогрифом. Он бы с удовольствием раздразнил еще пару этих тварей, но ни за что бы не шагнул в этот камин снова.