Страшный сон

Грустный автобус. Пустой и такой обычный. В голове прокручиваются больные воспоминания, они режут будто лезвием, оставляя тонкие, но глубокие порезы в памяти. Когда ты ехал здесь, в этом жёлтом элморском автобусе в школу со своим братом, пусть даже и не с родным, просто с братом. Ведь, наверное, чужие могут стать родными? Ведь так? Навсегда? Хотя о чём тут говорить, родные не всегда такими остаются, что говорить о чужих, которые стали родными. Но как показал «эксперимент», даже кот с рыбкой могут сладить... Выходя из автобуса, таким лёгким, но одновременно таким тяжёлым, медленным шагом, смотря на города и дома, они кажутся такими знакомыми, где-то в далеко памяти, оставляющие новые порезы в сердце лезвием. А где собственно все те люди? Почему я не вижу никого знакомого, да не то что знакомого, на улицах почти никого нету. Да уж, Элмер уже успел стать практически мертвым городом. Все давно разъехались из этого маленького местечка, но как так, что почти все бросили свой родной город? Легко. Также как и все остальные. По одному человеку никого не осталось. Может зайти в старую школу, посмотреть что там? Оранжевый снова зашёл в следующий автобус, надеясь увидеть там старого доброго видителя Рокки... А нет. Не сегодня. И вот, можно выйти на своей остановке прямо в школу. Воспоминания... где же мистер Браун, эта сумасшедшая мартышка и одноклассники? Всё так изменилось... Даже не верится, что прошло столько лет... Старые коридоры, та самая лестница, классы..и самое трогательное - шкафчики! Где же были наши? А вот! Вот! Это они! Этот был Гамбола, а этот мой. Эх... Ностальгический вздох и выдых В голову взлетает совсем сумасшедшая идея. Прийти домой.. домой!!! Дом, фига сколько воспоминаний. Это точно будет самое больное. То, что лезвие разрезало сердце мне так, что чувствовалось как внутри я весь обливаюсь жаркой кровью, я даже говорить не буду. Тем более это ещё когда я просто на крыльцо вышел, а я ещё даже внутрь не зашёл. Но когда я зашёл в дом, произошло то, чего я точно не ожидал - я стал холодный. Как камень. Чувства застыли. Просто удивляться было выше уже некуда, может это такая реакция. Однако смотря на старые фотографии с семьёй, меня тянуло на улыбку. На ней все: мама, папа, Гамбол, Дарвин, Анаис. И все та счастливые... Я зашёл на второй этаж, в ванную, к родителям, к нам. Просто всё уже давно не так...: Прошло десять лет. Сейчас мне двадцать, Гамбола двадцать два, а Анаис всего четырнадцать. Она сейчас, насколько я знаю живёт с родителями. Их местоположение я примерно знаю, но связь мы не поддерживаем, как и с Гамболом. С ним всё ещё хуже. Мы вообще не общаемся, уже давно. Я не знаю где он живёт, и жив ли вообще... Это сложно понять, и принять мне до сих пор, но наши пути разошлись очень сильно. Когда ему было лет так 14, а мне 12, мы начали гораздо чаще спориться, начали друг друга не понимать, нас начало разносить по разным компаниям, всё меньше время мы проводили вместе, перестали после школы вместе ехать домой, да и вообще разговаривать после уроков. Могли даже быть лучше по одиночке, но вместе быть перестали. Появлялось ощущение, что мы друг друга игнорим, к примеру: идет из нас кто-то рядом друг с другом, и мы не обратим, внимания на друг друга так, как будто мы друг друга не знаем. Гамбол уехал жить отдельно от нас в 16 лет ( у нас ему делать было нечего), мне тогда было 14. Я сам съехал в 17, и мы оставили 11-ти летнюю Анаис одну. Кстати, с ней мы тоже перестали общаться, а она сильно приставать не стала, скорее всего обиделась на нас, за то, что мы оставили одну и были безразличны, не пытались не написать, не позвонить. Сейчас я чувствую перед ней вину особенно, мы были такие дружные, так друг друга любили, а потом просто забыли и сделки вид, что нас не существует. Мама говорила, что это возрос, что это пройдёт, перерастет и всё будет как прежде, но не переросли, не выросли, и теперь как раньше уже не будет... (Закончила пока здесь, 3:30)