Преступление, наказание и поощрение

— Сукин сын. Поломанный Бонни медленно поворачивается к Игрушечному Бонни. Тот осёкся, с ужасом смотря на старого аниматроника. Он прикрыл рот руками и покачал головой. — Повтори, — фиолетовый кролик склонил свою голову в бок, подходя ближе. — Я ничего не г-говорил… — пролепетала игрушечная версия. — Возможно, Вам послышалось «скоро» или что-то в этом роде… — Я старый, — сказал Поломанный Бонни, пронзая его своим взглядом из двух красных точек. — Я старый, но не глухой. Повтори то, что ты сказал. — Нет, Вам послышалось… Я очень Вас уважаю… Честно… — он всхлипывает. — Да? — Бонни подошёл к виновнику. — А ты знал, что я слышу уже в какой раз? Игрушечный Бонни ахнул и зажмурился, понимая, что ему придётся несладко. — За моей спиной… Ты смеёшься надо мной… Оскорбляешь… А я ведь очень добрый, ты знаешь… Всё тебе простил. Я проигнорировал эти оскорбления… Потому что, я не хочу причинить кому-либо боль или вред. Но ты… — Простите! Простите! Такого больше не повторится! — взмолился Бонни. — Я не отпущу тебя, — поломанный аниматроник положил руку на макушку младшей версии, надавливая. — Сядь. Бонни рухнул на колени, подняв жалобные глаза на своего «предка». — Позволь мне отучить тебя перечить старшим, — сказал Старый Бонни. — Ты получишь не самое лучшее наказание. Игрушечный Бонни потупил взгляд, всхлипнув. — Что Вы собираетесь делать?.. — робко прошептал он. — Ничего более, чем заставить тебя уважать чужие недостатки, — Поломанный Бонни присел на одно колено перед телом нового аниматроника. — Ложись. Я буду выбивать из тебя всё твою дурь. — Только не порка! Только не порка! — в ужасе закричал Игрушечный Бонни. — Пожалуйста, сэр, только не это! — Оставайся спокойным, хватить ёрзать, — Поломанный Бонни встал и пошёл в кладовку. — Оставайся здесь. Игрушечный Бонни снова заскулил, не решаясь ослушаться более главного. «Ублюдок! Да как он смеет?! Разве я похож на ребёнка?» — возмущается он, но остаётся неподвижным. — «С чего бы ему быть главным здесь?» Игрушечный Бонни невольно хмыкнул, прорабатывая план действий. Однако в помещение заходит Поломанный Бонни, держа в руке шланг. Можно сказать, большая часть, что осталась от этого шланга. Аниматроник подошёл ближе, снова садясь к Бонни. — Будешь считать сам, ясно? — Угу, — прогундосил Бонни. — Можешь начинать, — послышался негромкий свист и конец шланга ударился о место под декоративным хвостом. Бонни вскинул бёдра от резкого удара и заёрзал, всхлипывая. — Где начало отчёта? — Один! — выпалил виновник, вскинув голову. — Продолжай, — старый аниматроник снова хлестнул Бонни, вырывая из него болезненные стоны. — Д-два! Три, четыре, пять, шесть… Отчёт пошёл до тридцати. Поломанный Бонни откинул шланг в сторону и встал. — Можешь идти. — Благодарю, — Игрушечный Бонни вытер лицо руками, зарыдав. Он подошёл к двери и кинул гневный взгляд на того, кто наказал его. — Сукин сын, — и дал дёру. Поломанный Бонни удивлённо моргнул. Он сжал кулак до хруста эндоскелета, задрожав всем телом от растущей ярости. — Да как он смеет? Нос не дорос, — прошипел аниматроник, выходя из помещения, чтобы поискать свою наглую версию. — Чтобы показывать на того, кто похож на суку! Иди сюда, сопляк! Я клянусь, что сегодня ты уйдёшь без своих конечностей!!! Поломанный Бонни сорвался на бег, в поисках Игрушечного Бонни. Насколько далеко он смог убежать? Недалеко. Это точно. Он спрятался где-то в пиццерии, никак иначе. Быстрые шаги были слышны ещё с одной из комнат для вечеринок, значит там этот засранец и прячется, догадался Старый Бонни, направляясь прямо туда. В комнате для вечеринок было темно, но не настолько, чтобы не заметить подозрительного движения под столом. Разноцветная скатерть шевелилась так, как будто там кто-то действительно был. «Ну вот и всё», — Бонни ухмыльнулся, вставая на четвереньки. — «Покойся с миром, Бан-Банни». Он заполз под стол, стараясь опускаться на колени как можно тише. Пятки Бонни были прямо перед ним. Рука потянулась к лодыжке, и Игрушечный Бонни взвизгнул, рефлективно хватаясь за пол. — А-ааа! Отпустите! — Бессовестный! Сосунок, как ты вообще смел грубить мне, а?! — он сильно вытолкнул игрушечную версию из-под скатерти, и полез за ним. — С-сэр, такого больше не повторится… — на глазах собрались слёзы. — П-пожалуйста. — Я не разрешал тебе говорить, — поломанная версия встала над голубым кроликом и резко села на его бёдра. — Подлый, мерзкий, жалкий… Да как таких ещё Земля носит?! Бонни захныкал в ответ, дрожа от страха. — П… П… — МОЛЧАТЬ! — он резко дёрнул Игрушечного Бонни за руку и потянул на себя. Тот издал тихий, болезненный стон, запрокидывая голову назад. Пластик стал трескаться и «кожа» руки покрылась паутиной из трещин. Послышался хруст, схожий на хруст стержня ручки, когда на него наступают, и рука полностью потрескалась, обнажая её эндоскелет. — Возможно, ты можешь почувствовать, что чувствовал я, — прорычал Поломанный Бонни, откидывая руку в сторону; оставляя только эндоскелет. — Ты поймёшь, какого мне было, когда многие смеются над твоей инвалидностью. Такие, как ты. Бонни лишь кричал, снова вертя головой из стороны в сторону. Это было ужасно, потому что его эндоскелет тоже удачно выдернули из предплечья, оставив лишь пустое место вместо руки. — Это послужит тебе хорошим уроком, — Поломанный Бонни взял его за щёки и потянул на себя, пытаясь оторвать его лицо. И снова хруст. Пластик треснул. Глаза игрушечной версии расширились, чувствуя, как его лишали лица и глаз. Искры полетели во все стороны, когда лицо наконец оказалось в руке Поломанного Бонни. — С-сэр… — Игрушечный Бонни закашлял, чувствуя, как он теряет сознание. — Это слишком жёстко… Х-хотя бы не оставляйте меня в таком состоянии… Прошу… — Ты ищешь наглости просить меня о чём-то?!! — Бонни встал и схватил свою версию нижнюю часть лица. Жёлтые точки, которые стали глазами для бедняги, дёргались, ища пощады. — Открой свой рот. — Ч-что? — испуганно прошептал Бонни. — То, что осталось от твоего рта, — сказал он, возясь со своей нижней части костюма. — У тебя до сих пор осталась глотка. Пока что. Бонни захныкал снова; слёзы всё ещё продолжали течь, но только уже на эндоскелет своего лица. Он покорно открыл свои пластиковые челюсти, принимая весь член в свой рот. — Чёрт… Учти, что на этом ничего не закончится, понял? — Поломанный Бонни схватил свою молодую версию за основание уха. — Только вздумай кусаться, — он грубо дёрнул бёдрами в рот Игрушечного Бонни, и тот в очередной раз недовольно и плаксиво гмыкнул, позволяя своему горлу принять всю длину. — Да, да, вот где ты пользуешься своим языком правильно, грязносучий! Прими уважение к старшим, и помогай руками! Уцелевшая рука, дрожа, робко коснулась бедра, надавливая, чтобы втолкать член глубже. — Такой ублюдок, как ты… К тому же и шлюха, что скажешь? — спросил старый Бонни сквозь свои вздохи. — Боль приносит удовольствие, я вижу по тебе. Не так ли? Бонни отрицательно покачал головой, но взгляд мягко скользнул вниз. — Грязный, непослушный мальчишка, — прорычал аниматроник. — Представь, насколько ужасно ты бы выглядел, если бы был человеком. Жалкое зрелище… — Сэр! — Бонни выплюнул член изо рта. — Вы причиняете мне боль не за что, а сами оскорбляете меня! Я только один (два) раза сказал о Вас плохо, а Вы оскорбили меня, как настоящую потаскуху! — Вот как? — Поломанный Бонни грубо оттолкнул голову своей версии назад. — Ты хочешь сказать, что ты не сказал ничего плохого для меня! — Именно! — Хочешь сказать, что я вру? Я тот ещё грёбанный лжец? Плохой парень? А ты мягкий и пушистый зайка, да? Невинная девчушка? Само очарование и эталон правды! — Нет, я не это… — Да как ты вообще смеешь разговаривать так со мной! — Поломанный Бонни схватил Игрушечного Бонни за лоб и потрёс его голову. — НЕ. СМЕЙ. ПОВЫШАТЬ. ГОЛОС. НА. СТАРШИХ. Понял?! — П-понял, сэр… — Бонни кивнул. — Возможно, я сменю гнев на милость, — вдруг сказал старый аниматроник. — Если ты ответишь на мой маленький вопросик. — Я отвечу, сэр… — Тебе действительно нравится боль? — Что? Нет, сэр, никогда… — Что ж, я проверю это, — Поломанный Бонни схватил свою версию за руку, поднимая. — Становись к стене. Игрушечный Бонни послушно прислонился к стене животом, став ждать произойдёт дальше. Поломанный Бонни приподнял виновника под бёдра, уткнув свой член ему под хвост. — Угадай, что произойдёт, — прорычал он, прижимая нового аниматроника к стене крепче. — Вы трахните меня? — Если это и так, то ты слишком пошлый, как я вижу, — он хлопнул его по затылку. — А если бы я собирался сделать что-то иное? — Я… Не подумал… — Как будто ты умел думать… После этого последовал вскрик. Поломанный Бонни стал двигать бёдрами верх-вниз, входя в Игрушечного Бонни, как можно глубже. — Нравится?! — он сильнее вжал Бонни с стену, заставляя эндоскелет лица скрежетать и царапать стену. — Сэр… Быстрее… Прошу, — тихо просит тот, тяжело дыша. — Мне нужно это… — Как ты… — Поломанный Бонни схватил свою версию за шею одной рукой. — Что ты себе позволяешь?! Это твоё наказание, а не секс за бесплатно, шлюха! — Я понял, прошу, продолжайте… — Ты идиот, — он вздохнул и толкнул Игрушечного Бонни в сторону, заставив того упасть на пол. — Я не для того здесь, чтобы приносить удовольствие какому-то уродцу. Он наклонился над чужим, дрожащим ухом. — Хотя… Это сошло бы тебе с рук, если бы ты умел держать язык за зубами. — Сэр, я прошу прощения… — Засунь свои извинения в себе в задницу! — гневно зарычал Бонни и с силой топнул по спине, вырывая очередной стон. Он надавил на свою ступню, чтобы раскрошить «кожу» спины. — Сэр, Вы сломаете меня! — завизжал Игрушечный Бонни. — Прошу! Остановитесь! — Раз ты не умеешь молчать, терпи это! И снова треск. И снова крик. Поломанный Бонни сел на одно колено перед чужими лодыжками. — Ты не уйдёшь от сюда. — Сэр, оставьте хотя бы ноги! — взмолился Бонни. — Как я ненавижу, когда ты болтаешь. Он дёрнул за колено, отрывая его от шарнира. Нога заискрилась от новой порции вырванных проводов и перестала работать окончательно. Поломанный Бонни откинул то, что осталось от голени и встал. — Спокойной ночи, — и развернулся. — Постойте! — крикнул Игрушечный Бонни. — Что тебе, сосунок? — он повернул голову. — Не оставляйте меня в таком виде… Прошу… — С чего бы я помог тебе, после того, как чуть не разобрал на части? — Я… Я люблю Вас, сэр, — выпалил Бонни, жалобно смотря на старшего аниматроника. — Люби дальше, — он развернул голову и пошёл дальше. — Это невзаимно. Если ты мне снова не лжёшь. «Ложь, это ложь, ублюдок», — подумал Игрушечный Бонни. — «Просто отнеси меня в Мастерскую, козёл». — Я боюсь темноты, сэр… — Меня не волнует это, — Поломанный Бонни тихо фыркнул. — Спокойной ночи.