Любовь случается по осени

Когда ты понимаешь, что влюбился? Как распознать, что это не просто симпатия и интерес, а любовь? Вы знаете? Вот и Антон не знал. Он боялся, что это и вправду любовь, но в тоже время хотел ее. Любить… это ведь такая большая ответственность. Но что делать, если его нельзя любить, ведь он твой преподаватель? А вообще, с чего все началось? *** — Шастун! Если ты сейчас не поднимешь свой зад с кровати, то я вылью на тебя ведро воды! — кричал друг на всю комнату. Громко простонав, я еле принял сидячее положение. Наверное, минут пять я тупо смотрел в пустоту, пока в комнате громко не хлопнули дверью. Дима. — Вставай, придурок. Занятия начинаются через пятьдесят минут, а ты до сих пор не собран, тебе еще туда и добраться надо, — говорил друг. Сам он уже был полностью собран и, закинув рюкзак на плечо, направился к двери. — Ждать тебе не буду, я ушел, — и опять хлопок дверью. — Предатель, — сонно пробормотал я уже в пустоту и снова лег на кровать, прикрывая глаза на минуту. Под ухом что-то противно жужжало, и только спустя несколько секунд я понял, что это мой телефон. Звонил Дима. Громко вздохнув, я ответил: — Что тебе, Димазавр? — Шастун, блядь, ты где? Пары начнутся через десять минут, надеюсь, ты уже в пути? — сука, пары. Я же только на минуту глаза прикрыл. Я вскочил с кровати и начал метаться по комнате, как кролик. Нашел какие-то мятые штаны и толстовку, натянул на себя. Сойдет. — Да, Дим, я уже подхожу, скоро буду, — я запутался в одеяле, и с грохотом полетел на пол, чудом не задевая своим лбом угол стола. — Хорошо, кстати, у нас новый препод по истории. Наталья Игоревна ушла в декрет, — говорил друг в трубку, пока я все так же метался по комнате в поисках своих вещей. Закинув рюкзак на плечо, побежал обуваться. Черт, носки! Нашел их под кроватью. Дима все так же что-то рассказывал, но я его не слушал. Времени нет! Мне еще туда добираться около получаса. — Дим, я отключаюсь, скоро буду, — сбросил вызов и побежал на улицу. Черт, я даже нет умылся. Найдя в кармане жвачку, быстро закинул ее в рот. Интересно, как я сейчас выгляжу со стороны. Наверное, как проспавший учебу студент. Хотя, похуй. Достал пачку синего Winston и закурил сигарету. Кайф. Какая-то бабушка, проходящая мимо, с укором посмотрела на меня и покачала головой. Я лишь пожал плечами и пошел дальше. На улице было прохладно, а я шел в одной толстовке. Деревья стояли почти голые, вокруг лежали опавшие листья. Пахло сыростью и озоном. Идеально. Город просыпается, все куда-то спешат. Но я не обращал внимание на окружающих, шел на своей волне. Мир вокруг меня был спокоен. Легкие приятно жгло от дыма сигарет, серое небо нависало надо мной, грозясь обрушить ливень. Было начало октября — мое любимое время года. Но все вокруг исчезло в один момент, когда я услышал звук сообщения. Снова от Димы. Его слишком много этим утром. Димазавр ты где, придурок? пара уже идет минут 10. Тащи сюда свою задницу! Черт, посмотрел на время и понял, что я серьезно опаздываю. Иду блин, листики рассматриваю. Дальше я побежал. Мои длинные конечности помогали мне передвигаться быстро, но не дыхалка, я чуть не сдох уже на третьей минуте бега. Надо бросать курить. В аудиторию я влетел без стука, пара уже шла двадцать пять минут. — Наталья Игоревна, извините за опоздание, можно я пройду, — протараторил я на одном дыхании, и поднял глаза на преподавательницу. — Не Наталья Игоревна, но здравствуй, — на меня смотрели синие, как океан глаза. А-ху-еть. Я попал в другую вселенную, где были только эти глаза и голос. — Фамилия, — спокойно сказал преподаватель, но я ничего не понял, до сих пор пялясь на него. — Фамилия, — прикрикнул учитель, и я немного отвис. — Шастун, — ответил я, смотря на него. — Шастун значит, — хмыкнул он, — что ж, Шастун… — он посмотрел в журнал, — Антон, почему ты опаздываешь? — уже строго смотрел он на меня. — Ну, это, проспал, — сказал я, и почесал затылок, — так пустите? — спросил я и чуть улыбнулся. Уголки его губ немного приподнялись, но тут же он снова сделал строгое лицо. — Проходи, — вздохнул он, — а мы продолжаем. Так, на чем мы остановились? — продолжил учитель. Кажется, теперь история — мой любимый предмет. Он был довольно высок, но не худощав, как я, хотя, я, кажется, выше. Тело было подтянуто, на котором отлично сидел синий костюм, который хорошо подчеркивал его глаза. И лицо. Нереальные глаза, ровный, немного вздернутый нос, высокие скулы. Красиво. Стоп, что? ЧТО? Это я сейчас про мужика так сказал? Блять. Помахал голой из стороны в сторону, приходя в себя. Надо отвлечься от этого. Рядом сидел Димка, который все внимательно слушал и что-то записывал. Зануда. Толкнул его в бок, он повернулся: — А где Наталья Игоревна? — спросил я. — Тох, я же тебе по телефону говорил, что она ушла декрет. Ты вообще слушал меня? — спросил друг, смотря на меня с подозрением. — Конечно слушал. Просто из головы вылетело, — нагло соврал я, смотря ему в глаза. Да, я немного пиздабол. Но с кем не бывает? — А это кто? Получается, новый препод? — Ага, Арсений Сергеевич, — ответил Димка и отвернулся. «Арсений Сергеевич. Арсений. Арсенька. Арсюша. Сеня. Арс…» пронеслось у меня в голове. В пизду все. Я лег на парту и прикрыл глаза. Так и пролежал до конца пары.