Фигуры на льду

— Я знаю, о чём ты мечтаешь! — перекрикивая шум арены, проорал Фёдор в самое ухо стоявшей у бортика ледовой арены Оле. — Ты хочешь быть, как они, — и он пальцем указал на фигуристов, репетирующих какой-то номер в самом центре арены. — Чушь, — она чуть скривилась, — что бы быть как они, нужно едва ли не с младенчества тренироваться. Нет смысла мечтать о том, чего не можешь достигнуть. — А я хочу, — встряла Диана, стоявшая за бортиком в шаге от Фёдора, — представьте, как это здорово! Ты в красивом костюме катаешься на арене, тебя носит на руках прекрасный партнёр, — она красноречиво уставилась на Фёдора, но тот её едва ли слушал — всё его внимание было обращено на тренирующуюся пару, — и овации, овации, овации! Оля скептически взглянула на неё. Ну-ну, пусть думает что душе угодно. Правду не спрячешь, как ни старайся — каждому дураку известно, что за тремя минутами славы стоят месяцы тренировок. Загубленное здоровье, подорванная психика — не такую цену она хотела платить. А вслух сказала лишь: — Да уж, куда нам, простым смертным, отрабатывающим часы на физру. Фёдор хихикнул. Диана досадливо отвернулась. Её можно было понять — ведь не каждый покупался на лесть и красивые глазки. — Эй компания! — резко тормозя около них, воскликнул Иван. — О чём судачим? Олю, да и Федю тоже, стоявших около бортика с наружной стороны, обдало воздушной волной, правда, совсем слабой. — О смысле жизни, — буркнула Диана. — Ну вот скажи, Ваня, — обратилась к нему Оля, указывая на пару в центре катка, — ты бы хотел оказаться на их месте? — Я? — растерянно пробормотал Иван, проследив взглядом направление её руки. — Не знаю даже… — Ну скажи ей, Ванёк, — ткнул его рукой в локоть Федя. — Да блин, — раздражённо буркнула Оля, — скажи, что ты просто им завидуешь! — Вот именно, — мстительно добавила Диана. Она была не в духе. — Я думаю, — начал Ваня, — что у каждой стороны, как и у всего, есть две медали. И каждый выбирает свою сторону, забывая о другой. — Эй, ты так и не ответил на вопрос, — буркнул Фёдор, избегая смотреть на Олю. Кажется, той удалось его задеть. — Хочу, конечно, а кто не хочет? — сказал Иван, сдаваясь. — Вот! — торжествующе воскликнула Диана. — Я, господа, на ваших глазах только что обрела союзника! Иван бросил на неё быстрый взгляд. «Ага» — крякнула про себя Оля. — Ну ладно, — произнесла она, сдаваясь, — а что делать с другой стороной медальки? — Не знаю, — искренне пожал плечами парень, — я же сказал, что возможно выбрать лишь одну сторону. Как ты думаешь, какую сторону выбрали те фигуристы, которые сейчас катаются здесь? — Не знаю, — ответила девушка, — но я могу у них спросить. Эй, господа! — воскликнула она, обращаясь к паре в центре арены, выполнявшей какой-то особо сложный трюк. Фёдор с воплем закрыл ей рот ладонью. Диана и Ваня расхохотались. — Ну ты, брат, даёшь, — сквозь смех только и проговорила Диана. — Ты чего? — в голосе Феди явно слышалась опаска. — Не ну, он сам сказал, я-то пыталась установить истину опытным путём, — веско произнесла Оля. — Ну, вообще-то, скептик ты наш, у фигурного катания и плюсов немало, — сказал Ваня. — Ну и какие же, кроме ежедневного вкалывания на благо родины… — начала было девушка, но была бесцеремонно перебита Дианой: — Да дай же ты ему сказать, — раздражённо тряхнула кудрями она, — ты вообще умеешь выслушивать мнение другой стороны? Оля промолчала. Упрёк был обоснованным. — Так вот, — продолжал Иван, — из очевидных бонусов: закалка характера — ну, понятно, у тех, кто выдержит, плюс хорошее физическое развитие и развитое чувство ответственности. Из неочевидных — развитие дисциплинированности, а это стопроцентно пригождается в жизни. — Стоп, мы же не о детях говорим, ведь так? — спросил Федя. — Так эти аргументы работают для любых возрастов, встать на лёд при особом желании можем даже мы, — сказал юноша, поочерёдно кивая на каждого из собеседников. — Правда? — неуверенно спросила Диана. Слова Вани вызывали у неё сомнение. — Ну конечно, — подмигнул ей Иван, — ты даже олимпийской чемпионкой можешь стать. Лет через семь или восемь. — Да ну его, — отмахнулась Диана, — у меня нет желания становиться олимпийской чемпионкой, а вот своих будущих детей я бы отправила. Хотя бы попробовать. Оля улыбнулась, а мальчишки явно смутились. Они не ожидали, что девушка на втором курсе экономического способна думать о детях. — Но ведь и минусов немало, — вновь заупрямилась Оля, — это и колоссальные нагрузки, и чудовищная травмоопасность и много чего ещё. Лично мне повезло, а в скобочках нет, заработать пару сотрясений мозга, просто катаясь на коньках. Мне на них вот страшно смотреть — кажется, что они вот-вот сваляться на лёд, — призналась она, указывая на центр ледовой арены. — Ааа, вот оно что, — глядя на неё, задумчиво произнёс Ваня. — Значит, для тебя минусы перевешивают пользу, — заключил Фёдор. — Эх, не стать тебе всемирно известной фигуристкой, — хохотнул Иван, шутливо задев её плечом. — Вообще же, — начала Диана, — мы вернулись всё к той же печке, от которой начинали танцевать — каждый выбирает свою сторону медали. — Ладно, — проворчала Оля, терпя явное философское поражение, — кто как, а я кататься. Перерыв закончился, — она кивнула на большие часы, висевшие над ареной. Остальные проводили упрямо скользившую вдоль бортика фигурку взглядами…