возвращение

      Сидя по-турецки прямо на старом дощатом полу, покрытом толстым слоем пыли с птичьим помётом и кусками перьев, Вэйл с интересом наблюдал за человеком. Он уже внимательно рассмотрел помещение — небольшая комната в явно заброшенном здании ничем особо воображение не поражала. Хотя само сооружение веяло стариной: сырость, прохлада, толстые стены, потемневшие внушительные балки под крышей. Запахи соответствующие, над ними довлела вонь въевшегося того самого голубиного помёта и плесени, но Вэйл чутким носом уловил позабытые ноты ладана. Заброшенный собор? Иронично, бывший ангел оценил. Как и кривовато начерченную пентаграмму, на совесть отлитые чёрные свечи и старательно намалёванные знаки на пересечениях линий. Некоторые из них оказались перевёрнуты — вверх ногами лист человек держал, что ли? — что позволило Вэйлу не проявляться. Выйти из пентаграммы он, к сожалению, не мог, но и показываться не спешил. Любопытно же.       — Не получилось, — бормотал между тем человек, бегая от стены к стене. — Точно не получилось. Стереть? Написано, что обязательно нужно стереть. Или подождать? Вроде ритуал можно проводить до третьих петухов, значит время ещё есть? Он подбежал к покосившемуся окну и высунулся наружу. Створка рамы скрипнула, стекло в ней опасно зазвенело, грозя на человека выпасть и покалечить. Эй, болезный! Поаккуратнее с нашим имуществом! — следил за метаниями Вэйл, рассматривая смельчака, что его вызвал. Среднего возраста — это хорошо, зачем ему юнец, который ничего в жизни не пробовал? Не красавец, но и не урод, с приятным тембром голоса — это Вэйл отметил особо. Голос — это важно. Гнусавит немного, но сие поправимо. Не низшего сословия, тоже в плюс. Наверняка рылся в архивах, разыскивая возможность поправить финансовое положение. О том, что его нужно поправлять заявлял не самый презентабельный внешний вид. Обувь вообще ужасная, штаны мятые. Он что, под мостом ночует? — скривился Вэйл. Впрочем, это тоже вполне можно подправить.       — Daemon, esto subjecto voluntati meae… — между тем начал сызнова зачитывать с листа человек и Вэйл скривился. Что, выучить нельзя было? Там не такой уж и длинный текст. А особенно наизусть надо знать вторую часть, с помощью которой демона следует отправить назад в преисподнюю. Пока он видел у человека только один лист бумаги, любопытно: второй у него вообще имеется? Впрочем, всё равно не пригодится.       — Quid opus est tibi homo? — утробным голосом начал было Вэйл и чуть не закашлялся. Давно не практиковался. Вот точно надо было повписывать своё имя с формулой призыва в учебники по латыни в каком-нибудь университете, как сделал Астарот, любитель поотвечать на всякие каверзные вопросы. С одной стороны — был бы повод появляться на Земле почаще. С другой, как-то мелко это для Короля Ада да и недосуг. Человек между тем начал пятиться и едва не свалился, не зная, за что хвататься: за сердце или шаткие перила лестницы, по которой явно собирался удрать. Куда?! А пентаграмму стереть? А формулу в обратном порядке прочесть, чтоб отправить меня обратно в ад? Вот бестолочь. Сочтя, что выполнил все положенные ритуалы, Вэйл сменил облик с огромного чудовища (ну там, всё, как полагается: рога витые под потолок, сам огроменный, крылья кожистые, аля летучая мышь, очи алые, из ноздрей дым, на ногах копыта), на более скромный, почти человеческий. Глаза с алыми искрами оставил, для эффектности.       — Чего надо тебе, человек? — повторил без трубного гласа. А то свалится с лестницы, чего доброго, оно нам надо? Нет. Вызыватель приободрился, бумажку спрятал в карман и подошёл ближе.       — Я Стивен Рэйс, повелеваю тебе, исчадие ада, именуемое Ваал, повиноваться моей воле. Вот незадача то, — хмыкнул Вэйл. — Бормотал чего-то, бормотал, а имя толком не выговорил. То ли Ваал, то ли Ваалберит, то ли Валафар? Не уходить же теперь, в самом то деле. Хотел человек, как водится, много и сразу. Денег, особняк, власть, жену начальника, Lamborghini последней модели (это что?) ну и так, по мелочи. Мельчает народец, мельчает, — качал Вэйл головой. Раньше то хотели знать, как устроено мироздание, соперничать с богами, двигать светила небесные и повелевать океанами, а сейчас? Пьфу. Даже уговаривать долго не пришлось, что вдвоём (в одном теле) они смогут достичь и власти, и Lamborghini гораздо быстрее, чем если Вэйл так и будет сидеть на чердаке в заброшенном храме.       — Чтож, — Вэйл, похрустел шеей и потянулся. Ощущалось, как слегка поношенный пиджак. Комфортно, нигде не топорщится и сидит ладно. Неплохо, весьма неплохо. Этот самый, как его, Стив, явно следил за своим телом. Вэйл расположился, а бывшего владельца загнал в дальние углы сознания — совсем уничтожать пока не стал. Пригодится, когда придёт надобность ознакомиться с тонкостями мира и эпохи. А здание действительно оказалось старым собором. Спустившись по лестнице, Вэйл полюбовался на облупившиеся фрески, живописующие победу архангелов над низвергнутыми серафимами.       — Ну и рожи, — оценил бурную фантазию художника. И шагнул было за порог, благо огромные двери оставались приоткрытыми, а за ними виднелось серое осеннее небо, очертания деревьев, как… Упс. Наткнулся на невидимую преграду. Знакомо так откинуло назад и даже шерстью палёной завоняло — уже в его бурном воображении, память и не такие штуки подкидывает.       — И что у нас тут? — с интересом прищурился Вэйл, внутренним зрением оценивая суть и размеры преграды. А ничего так, впечатляет. Вторая — внешняя пентаграмма — охватывала весь собор, вплеталась в силовые линии культового здания, звенела силой. Весьма и весьма неплохо. И кто же так старательно подготовился к его встрече? Вэйл обернулся, всматриваясь в сумеречные тени — по собору пролетел ветер, закружилась пыль и старые перья, промелькнула по стенам тень огромных чёрных крыльев павшего серафима. А вот и он. В углу неподвижно стоял человек в просторном чёрном одеянии. Его нахождение скрывали защитные амулеты, именно так, во множественном числе, но сейчас они крошились один за другим.       — Приветствую тебя, Повелитель, — торжественно и с довольством в голосе произнёс чародей и поклонился. Это как понимать — испытание было? — мелочное раздражение искривило губы Вэйла, вернее его нового тела. Надо будет порепетировать перед зеркалом, как смотрятся те или иные эмоции в данном варианте.       — Подойди, колдун, — «протрубил» Вэйл. Маг снова покланялся — впрочем не очень низко, отметил Вэйл, — и приблизился.       — Я вижу, тебе понравился наш подарок, повелитель, — снова намёк на поклон. Теперь, когда амулеты разрушились, Вэйл рассмотрел и чёрный шёлковый полог в дальнем конце просторного зала, и тонкие фигуры за ним. Наш? Торжественная встреча? Совсем другое дело, что же вы молчали. Крылья взмахнули снова, ткань взметнулась к потолку и взгляду открылся алтарь на возвышении. Демон довольно прищурился. За объёмной серебряной чашей с кристально чистой водой возвышалась огромная куча сверкающего золота. На монетах багровели капли свежей жертвенной крови, словно драгоценные рубины. О, да, всё как он любит. Юные девы, опять же в свободных чёрных одеяниях, радовали аппетитными формами. Сбоку отирался юнец тоже в чёрной тоге. Вэйл вопросительно глянул на чародея. Тот задумчиво осматривал потолок с потемневшей росписью.       — В старинных свитках всякое пишут, о Повелитель.       — Что пишут, это хорошо, — согласился Вэйл. Приятно вернуться туда, где тебя помнят и ждут. — Чего ты просишь для вас, чародей? Не дожидаясь ответа, он мгновенно переместился к выходу и огромные двери с грохотом рухнули, открывая панорамный вид на ночной город — храм стоял на холме. Под ногами демона простиралась долина, мерцающая тысячами огней. Вэйл потянул носом, словно вдыхая аромат желанного блюда. Демон чуял присутствие тысяч душ, улавливал, как ноты приправы их страхи, злость, желание отомстить, мечты о больших деньгах, похоть и зависть. Различал сладковато-мерзкий тон гниения — другие демоны там тоже были, но что их сила против мощи одного из Властелинов Ада, старше и сильнее самого Люцифера?       — По какому из имён мы можем обращаться к тебе, Повелитель?       — Пусть будет Велиал, чародей. Как ты, говоришь, отыскал свитки с ритуалом моего призыва?       — О, наше сообщество трудилось много лет, собирая по крупицам древние знания. Лучшие из лучших, числом три раза по шесть…       — Ого, — обернулся Вэйл. — Так вас целая толпа. Значит ты уже не нужен. Демон стиснул кулак, сердце чародея остановилось, и он рухнул на пол.       — Девы, — Велиал вышел на ступени храма. — Идём, покажете мне, где в вашем поселении можно предаться разврату, выпить дорого вина и… — он глянул на удобные, но странные башмаки на своих ногах, — купить приличную обувь. Девушки молча прижались друг к другу.       — Что? — спросил Вэйл.       — Разве тебя… вас, не сдерживает пентаграмма? — подал голос из угла отрок и добавил тише. — Да нормальные кроссовки, чего неприличного-то.       — А, это, — Вэйл дунул, и множество чёрных свечей по всему старому собору погасли. — Не держит. Просто часть антуража для вызова. Люблю, знаешь ли, чтоб всё, как это у вас говорят… по красоте.       — Выдвигаемся, девы. А ты прикрой золото занавесью и посторожи, пересчитаю, когда вернусь.