Осколки разрушенной любви

-Да, Маш, понимаешь...я просто хотела, чтобы мы поговорили об этом и вместе приняли решение о том, как нам быть дальше, — женщина натянула на себя одеяло и села, серьёзно глядя на собеседницу -Ты имеешь в виду, нам надо расстаться? — Маша поджала губы и тоже села -Боже мой, да почему сразу расстаться, Маш?! — Лаура чуть повысила тон -Ну, а что ты тогда хочешь? — блондинка скрестила руки на груди и посмотрела на женщину -Маша, поговорить! -Говори. Что тебя не устраивает? -Ну...понимаешь, всё это уже переходит любые допустимые границы, — женщина опустила взгляд и начала нервно теребить край одеяла, — Они...эти...люди пишут моей дочери, пишут моему мужу. Понимаешь? -Угу, — промычала блондинка без тени заинтересованности, глядя в стену -Маша, я каждый день с ужасом жду, что ко мне подойдёт мой сын и скажет, что он...он что-то видел в интернете, или его друзья... — дрожащим голосом пыталась объяснить Лаура, — Я не хочу, чтобы моя семья оказалась втянута в это всё... -В это всё что? — перебила блондинка, — В это...дно? — она тоже повысила голос и со злостью посмотрела на собеседницу -Третьякова, ты дашь мне сказать-то?! — Лаура уже начинала злиться, — При чём тут дно, боже, что с тобой не так... -Ах, да! Ты лучше скажи мне, Лаурочка, — ядовито выделила она обращение, — А что со мной "так"? Всё не так, да?! Не как... — Маша осеклась, не закончив фразу -Что...? — у Лауры округлились глаза от удивления -Ничего. — Маша так сильно сжала губы, что они побелели -Говори, что хотела, давай, — Лаура посмотрела на неё с вызовом и тоже скрестила руки на груди -Ну, конечно, во мне всё не так. Не то что в твоём Сашуле! — Маша буквально выплюнула имя мужа Лауры, и глаза её горели недобрым огнём -Что, прости...? — чуть слышно прошептала ошарашенная женщина, не веря своим ушам -Да вот то самое! — Маша понимала, что ей опять начинает срывать голову, но уже не могла ничего с собой поделать, — Муж-то у тебя весь такой классный, весь такой положительный! Всё-то у него ладно! -Мария...что ты несёшь... — тихо произнесла Лаура, с мольбой глядя на Машу, — Прошу тебя, успокойся -Да я спокойна. Ты же всегда выбирала его, я уже привыкла. -Маша, он мой муж! — Лаура резко встала с кровати, прикрывшись одеялом -Ох, блять, спасибо тебе, дорогая, что ты никогда не уставала мне об этом напоминать! — Маша тоже вскочила с кровати и снова повысила голос -Что...да что ты такое говоришь... — Лаура не могла поверить в то, что слышит сейчас. Кровь стучала в висках так сильно, что отдавалась гулом в ушах -А что такое? — Маша сделала наигранно удивлённое лицо, — Кстати, Лаура, а кто лучше трахается? Сашуля или Машуля? Третьякова усмехнулась так ядовито и зло, что у Лауры болезненно сжалось сердце. -Маша...не смей...пожалуйста... — прошептала женщина, не находя в себе больше сил, чтобы повышать голос и ругаться. От переживаний и эмоций у Лауры закладывало уши, и казалось, что комната вокруг плывёт. Каждое слово собеседницы отзывалось острой болью в сердце. -Не сметь что? Говорить о твоём святом муже? — Маша продолжала ядовито ухмыляться, — Под которого ты сначала стелешься, а потом приходишь ко мне и так же стелешься под меня? Как же круто ты придумала! Понравилось тебе? Третьякова усмехнулась и с вызовом посмотрела на женщину. Лаура смотрела на Машу широко распахнутыми глазами и всё ещё не верила, что это происходит на самом деле, что её прекрасная Маша способна на такое. Казалось, это какой-то дурной сон. Мерзкий, угнетающий и вгоняющий в оцепенение сон. -Что ты...как ты можешь...? -Как я могу?! — Маша снова повысила голос, — Ну, я, в отличие от некоторых, не изменяю своему мужу с коллегой по работе, а потом не сижу и не сокрушаюсь, что в интернете что-то про нас пишут и компрометируют мой брак! Как только я поняла, насколько ты мне важна, я сразу развелась со своим мужем! Мне было противно даже от того, что он просто находился рядом! Я хотела видеть и чувствовать только тебя! А ты... — Третьякова на секунду задумалась, — Ну, видимо, ты решила поработать на два фронта. Сегодня попрыгала на члене мужа, а завтра для разнообразия поразвлеклась со мной. Хорошо устроились, Лаура Альбертовна. Лукина стеклянным взглядом смотрела сквозь Марию. Слёзы горести и разочарования стекали по щекам. Она не привыкла их кому-то показывать, но сейчас ей было всё равно. Она не могла их остановить, да и не хотела. Сейчас уже всё это было неважно. Она медленно сфокусировала взгляд на Маше и внимательно посмотрела ей в глаза, стараясь увидеть в них ту самую любовь, что видела на протяжении последних двух лет. Но теперь она её не видела. И эти огромные тёмные глаза, всегда дарящие ей утешение и тепло, больше не грели. Это больше не её Маша. И в этот момент она почувствовала, как внутри неё будто что-то оборвалось. Ей захотелось просто исчезнуть и забыть всё это, словно этого никогда не было. И Маши тоже не было. И их чувств не было. -Заткнись..., — еле слышно прошептала Лаура на выдохе, — Какая же ты тварь... Это было единственное, что она смогла произнести севшим от волнения голосом. -Тогда что ты делаешь в моей спальне абсолютно голая? Раз я такая тварь? М? И в секундной тишине, воцарившейся в комнате, Лауре показалось, что она где-то в отдалении услышала звук бьющегося стекла. Она молча схватила свои вещи и пулей вылетела из комнаты, на ходу натягивая белье. Быстро одевшись, она выскочила из квартиры, на бегу подхватив сумку. Маша медленно села на кровать и зарылась пальцами в волосы, склонив голову. Только сейчас к ней вернулась возможность трезво мыслить, и постепенно начало приходить осознание того, что она наговорила. Кажется, она только что растоптала свою единственную любовь. -О господи... — прошептала она в ужасе, когда в голове начали всплывать фрагменты их разговора, словно кадры из дурацкого фильма, — Лаура! Кровь застучала в висках, а грудь сдавил ужас от осознания произошедшего. Третьякова вскочила с кровати и выбежала в прихожую. И в эту же секунду она услышала, как закрылись двери лифта, и он уехал. -ЛАУРА! Последнее, что из последних сил смогла крикнуть Мария, прежде чем рухнуть на пол в немых рыданиях.