Навсегда моя

По телу Виктории пробежала дрожь, и она поняла, что плачет только, когда ощутила влагу на щеках. Непрерывный поток слёз вкупе с громкими всхлипами насильно вырывались из недр эмоций, что так сильно пыталась скрыть девушка. Она не хотела казаться слабой, но у Вик в голове не укладывалось как можно было пойти на такое крупное предательство, отказавшись от родной дочери? Голос отца по ту сторону телефона был совершенно неузнаваемый — сухой и сломленный. Возможно, ему тоже было тяжело; возможно, ему серьёзно угрожали. И после этого Дамиано смеет спрашивать чем именно испортил жизнь Виктории? Уткнувшись лицом в подушку, она оставила на ней всю свою боль и разочарование. В голову лезли мысли о жизни с чистого листа, но это было чрезвычайно сложно. Что вообще подразумевалось под этим понятием? Простить Дамиано и дать ему возможность взять полную власть над ней? Вскинув голову, Виктория посмотрела на время и, тихо выдохнув, поднялась с кровати. Нужно было привести себя в порядок — совсем скоро ужин, и ей не хотелось бы, чтобы Давид лицезрел следы слабости на её лице. Холодная вода слегка ободряла. Вик смотрела на себя в зеркало минуту или около того, вглядываясь в покрасневшие глазные яблоки, что с потрохами выдавали её состояние. Плевать. Может, хоть так у Дамиано совесть проснётся и он соберётся с силами на извинения. Пусть даже неискренние. Закончив с «водными процедурами» в ванной, Виктория подошла к двери, что вела на выход из её комнаты. Та оказалась незаперта, что было довольно странно. Она предполагала, что будет сидеть в четырёх стенах, как зверушка, за которой переодически присматривают. Будучи неуверенной в своих действиях, Вик выверяла каждое своё следующее движение, боясь, что Дамиано выскочит откуда-то из-за угла и отчитает за напускную вседозволенность. Перед глазами стояли почерневшие в правлении гнева радужки, из-за чего у девушки невольно потели ладошки, а тело сковывал страх. Не было ещё человека, которого она боялась. Очевидно, теперь до определённого момента. Спустившись на первый этаж, она сразу же заметила Дамиано, выходящего из прихожей. Плечи Вик мгновенно напряглись — она переживала, что ему не понравится такая самовольность в похождениях по дому. К её удивлению, заметив Викторию, Давид лишь свёл брови к переносице, осматривая её лицо. — Юная леди, ты плакала? — проигнорировав его вопрос, она пристально вглядывалась в каждую ссадину на лице Дамиано и пыталась понять куда уже успел влезть парень. — Я могу помочь обработать раны. Вик тут же прикусила язык, словно фраза вырвалась совершенно не по её воле и была сказана совсем другой личностью, что жила глубоко в недрах сознания. Возможно, в какой-то степени так и было, и Виктории приходилось корить себя за сочувствующую всем натуру, что всегда стремится помочь каждой живой душе. Брюнет качнул головой и обошёл её, держа путь к лестнице. — Я сам. Постояв немного, обдумывая, Вик всё же пошла следом за ним вверх по ступенькам. Такому порыву поспособствовали минимум два желания: узнать, где находится его комната (если он пойдёт именно туда) и поговорить с ним на интересующие её темы. Одна из последних бесед у Давида в кабинете прошла не так радушно и большинство скелетов в шкафу оказалось не открытым. Заметив, что Дамиано зашёл в одну из комнат, она тут же юркнула за ним, и в ответ на такую вседозволенность она услышала только нарочито громкий вздох. — Кажется, я сказал, что мне не нужна помощь. — А я не спрашивала разрешения. Давид подошёл к рабочему столу и выудил из верхнего ящика небольшой пластиковый контейнер с медикаментами. Поставив его на деревянную поверхность, он выжидающе уставился на Викторию, следя за каждым её действием. Специально медленно она доставала средство для дезинфекции, пластыри и ватные диски. Обернувшись на Дамиано, что сел на стол в ожидании, Вик выдохнула. — Мне казалось, что подобные действия не подобают этикету, — в ответ парень усмехнулся и пожал плечами, слегка поморщившись. — Видимо, есть во мне что-то неидеальное. Закатив глаза в ответ на неприкрытую самовлюблённость, Виктория поднесла заранее смоченный ватный диск к мелким и более глубоким царапинам на лице Давида. Вторая её рука лежала на столе, невесомо соприкасаясь с холодными пальцами Дамиано. Казалось, что так близко к нему она не была ещё никогда. Расстояние, что сокращалось с каждой секундой всё больше, сковывало лёгкие Вик колючей проволокой, не позволяя сделать и малейшего вдоха. Рука еле заметно тряслась, пока она протягивала её к чёртовому идеальному лицу Давида. Увлёкшись обработкой ран, она положила руку на грудь итальянца и тут же одёрнула её, взглянув на окровавленную ладонь. С испугом посмотрев в карие глаза, Виктория перевела взгляд на чёрную рубашку, где, предположительно, была рана. — Какого чёрта? Что там? — Не твоего ума дела. — Нет, покажи! — она уже протянула руки к пуговицам, — желая сильно дёрнуть ткань — дабы те посыпались на пол, но запястья оказались перехвачены мгновенно и сила их сжатия была настолько сильной, что кровь отлила от ладоней. — Мне больно! — Я сказал, что мне не нужна помощь. Вали отсюда, — толкнув Викторию в сторону двери, Дамиано сильно стиснул зубы. Видимо, рана не позволяла совершать подобные резкие движения. — Вали, что смотришь? Сомкнув челюсти, чтобы не выдать их дрожания, Вик тут же умчалась в свою комнату, что оказалась совсем рядом со спальней хозяина дома. Она сделала несколько коротких вдохов и выдохов, и почувствовав лёгкое головокружение — сосредоточилась на нём. Боль, что пронзала запястья, заставляла обращать на себя внимание, а кожа покраснела так, что наверняка останутся синяки. Виктория села на кровать и уткнулась взглядом в пол, анализируя каждое своё действие и ненавидя свою привычку сожалеть и помогать. Вспоминая потемневшие карие радужки, она содрогалась, как от холода. В тот момент Дамиано был воплощением ярости и девушка не понимала была ли она причиной такого настроения. Может, он злился на себя за то, что позволил приблизиться так сильно, напрочь нарушив личные границы, так аккуратно выстроенные им самим?

***

Взяв в руки телефон, Вик в первую очередь обратила внимание на неимоверное количество уведомлений из общего чата с подругами. Перейдя в мессенджер, она стала читать каждое новое сообщение. В основном девочки переживали об её отсутствии в социальных сетях. Написав банальную фразу о том, что с ней всё нормально и, что она всё расскажет в ближайшее время, Вик заблокировала телефон. Сейчас ей хотелось лишь самой смириться с мыслью о том, что она находится взаперти, практически без единой возможности спасения. Девушка даже не пыталась звонить в полицию, предполагая, что и там найдутся люди, знакомые с Дамиано, которые пойдут на поводу его ослепительно-невинной улыбки. Бросив очередной взгляд на часы, Виктория была готова заплакать, ведь время близилось к пяти. Снова пересекаться с Давидом не хотелось, но он явно не оценит, если пропустив завтрак и обед, она не явится ещё и на ужин.

***

Спустившись на первый этаж, Виктория медленным шагом вошла в столовую, где уже находился Дамиано. Она отметила, что тот сменил одежду и теперь на нём были светлые брюки и чёрная майка, из-под которой проглядывала окровавленная повязка. Местами алый бинт тянулся от правой ключицы дальше под ткань одежды, поэтому Вик точно не смогла оценить масштаб «катастрофы». — Садись, — Дамиано указал на стул напротив него и Виктория послушно опустилась на тот, не отводя заинтересованного взгляда от мелких ранок на плечах и шее парня. — Прекрати меня рассматривать. Я спустился на ужин, а не на выставку. — Я бы хотела завтра увидеться со своими друзьями. Он отпустил смешок и поставил ладонь под подбородок, делая вид, что невероятно заинтересован в просьбе Вик. — Расскажешь всем какой я плохой мальчик? — в ответ она промолчала, потому что ей очень хотелось сделать именно так, как он озвучил. — Ты поедешь только со мной, чтобы я мог контролировать твой нефильтрованный поток слов. И встреча с твоими друзьями случится только когда буду свободен я. Услышав тихие шаги, Виктория обернулась и заметила Марию, что несла тарелки с ужином. Теперь на столе перед ней стояла порция со стейком из мраморной говядины и несколько тарелок с различными гарнирами на выбор. Одна из работниц, имя которой Вик ещё не успела запомнить, поставила перед Дамиано бокал с вином. — Юной леди гранатовый сок, — в ответ женщина кивнула и быстро удалилась на кухню, откуда буквально через несколько секунд вышла со стаканом и графином сока. — Приятного аппетита, Виктория. Вновь оставив пожелания проигнорированными, она принялась резать стейк. — Миледи, если тебе говорят «Приятного аппетита», то ты должна ответить либо тем же, либо поблагодарить. — Я знаю. — Тогда покажи мне свои навыки этикета. Вновь пропустив слова Дамиано мимо ушей, Вик закинула в рот кусочек говядины. — Я жду. — Ещё одно слово — и этот вкуснейший кусок мяса окажется на твоём нахальном лице! — Как. Некультурно, — улыбнулся парень, специально выделяя каждое слово, и всё же занялся своим ужином, оставив терпение препирательств на потом.

***

Закончив с треклятым ужином, от которого хотелось растечься лужицей, — настолько он был сытным — Виктория поднялась со стула, порываясь уйти, но остановилась. Тешить своё эго и испытывать нервы Давида на прочность скоро войдёт в её привычку, поэтому сейчас самое время насладиться очередной перепалкой. — Я хочу на пляж. Отвези меня к воде. — Прямо по коридору будет лестница, которая ведёт на нулевой этаж. Там есть бассейн. С трамплином и даже с небольшой горкой. Также в помещении есть мини бар, куда тебе заглядывать категорически запрещено, и шезлонги. А, ещё есть дверь, которая ведёт в душ, — Дамиано улыбнулся и выпрямился, глядя на Вик сверху вниз. — Удачного плавания. Он сделал несколько шагов в сторону лестницы, но обернулся, видимо, забыв сообщить что-то ещё. — Можешь даже не пытаться утопиться. В помещении есть камеры, по которым за тобой будет следить Лео. Поднявшись по ступенькам, Дамиано скрылся в одном из коридоров, оставляя Викторию наедине со своим недовольством. — Синьорина, Вам что-то нужно? Вик дёрнулась от испуга, оборачиваясь на Марию, что сохраняла на лице привычную вежливую улыбку. Отрицательно качнув головой, девушка ушла в свою комнату, чтобы переодеться. На нижних полках шкафа она видела некоторые купальники и сначала даже не представляла зачем они ей нужны; думала, что Давид распланировал своё похищение вплоть до поездки за границу куда-нибудь в Дубай. Раскрыв одну из дверц, Виктория достала простой чёрный купальник, состоящий из трусиков и лифа. Завязав волосы в небрежный пучок и надев поверх оверсайз толстовку без капюшона фисташкового цвета, она пошла на нулевой этаж в поисках бассейна.

***

Вик считала плавание в одиночестве неимоверной силы скукой, но всё оказалось не так ужасно на самом деле. Раздумывая о каждом предстоящем шаге в отношениях Дамиано (в какой-то степени даже романтического плана), она провела в бассейне не меньше часа. Если честно, первое, что сделала девушка, зайдя в огромное помещение — показала средние пальцы в камеру. Потом же она позволила себе расслабиться в чуть прохладной воде и даже попыталась напугать охрану: надолго задержав дыхание под водой, Виктория ждала пока за ней придут и спасут. Так и случилось — Леонардо пулей нырнул в воду и вытащил её на поверхность. Вик лишь рассмеялась. Сейчас же, почувствовав, как тянут мышцы в руках и ногах, она наконец вылезла из бассейна, устроившись на шезлонге. Возможно, были какие-то плюсы в такой жизни, где Виктория могла ни в чём себе не отказывать, но так просто попрощаться с родными, забыв об их предательстве она тоже не могла. В груди что-то отзывалось болью, когда де Анжелис прокручивала в голове слова отца о том, что она ошиблась номером. Он даже не пытался её увернуть из оков какого-то маленького мальчика. Она позволила себе вынырнуть из мыслей, услышав оповещение о новом уведомлении и, взяв в руки телефон, смогла немного отвлечься от раздумий на нужно-ненужные темы. Марта написала о том, что видела «того красавчика из ресторана» в торговом центре и жалела о том, что не смогла с ним познакомиться, ведь у входа в магазин стояла охрана. Вик усмехнулась, когда увидела сообщение о том, что «он наверняка выбирал подарок его девушке-шлюхе». Она написала, что целыми днями сидит дома, зная, что девочки даже не подозревали насколько тот был огромным. Они о таком даже не мечтали. Аделина спросила о встрече — могут ли они все её организовать. Вик отмахнулась. Ей пришлось соврать о том, что она сильно занята некоторыми делами, связанными с поступлением, и пообещала написать позже. Марта написала о том, что находится недалеко от её дома и может зайти поболтать. Виктория отказалась, ссылаясь на головную боль от мороки с документами, но — естественно — ей никто не поверил. Девушки начали подозревать, что та находится в приятной компании парня и пообещали не мешать их «мороке с документами». Выключив телефон, Вик выдохнула. Ей просто необходимо добиться расположения Дамиано, дабы скорее встретиться с девочками. Если она сильно постарается, то он наверняка отложит некоторые дела на потом, отдав всё внимание Виктории. Такой расклад её вполне устраивал.

***

Девушка шла по лестнице наверх, замотанная в полотенце, когда пересеклась с Давидом. Взгляд его карих глаз бегло осмотрел внешний вид Виктории и недовольство сразу отразилось на лице в виде нахмуренных бровей. — Почему ты ходишь по дому в полотенце? — он засунул руки в карманы, глядя на блондинку сверху вниз. Тон звучал строго и она чувствовала себя нашкодившим ребёнком, которого отчитывает родитель. — Почему я не могу это делать? — Потому что здесь мужчины, — Дамиано пожал плечами и махнул рукой, обводя пространство вокруг. Он выглядел так, словно говорил самую очевидную вещь в мире. — Они верны тебе. Разве нет? — Верны, — кивок. — Но я не знаю как они отреагируют на полуголую девчонку, свободно расхаживающую по дому. У всех свои тараканы в голове и не каждый в силах держать свой член в штанах. Ты же понимаешь о чём я? Вик еле заметно кивает в ответ, отводя взгляд в сторону — она больше не могла выносить пронзительность карих радужек, но привычно прохладные пальцы заставляют вернуть голову в прежнее положение, лишь слегка надавив на одну из скул. — Помнится мне, ты хотела увидеть подруг? Встреча состоится завтра в обед в том же ресторане, где мы впервые встретились. Я поеду с тобой и это даже не обсуждается. Виктория возмущённо вскинула брови и только открыла рот, чтобы начать выговор, но оказалась перервана. — Не обсуждается. — Я не хочу, чтобы они знали о тебе! — Миледи, неужели ты забыла о том, что можешь обрести свободу только после «да» у алтаря? Я делаю тебе поблажки в виде незапертой комнаты, возможности иметь при себе средства связи и даже разрешаю выезжать в город без меня. Ты должна быть благодарна за то, что не тухнешь в подвале, питаясь остатками обедов. — Ты само милосердие, — прошипела Вик и обошла Дамиано, чтобы продолжить путь в комнату. Грёбанный самодовольный индюк, который... — Я ещё зайду к тебе, поэтому, до встречи.

***

Виктория с особым интересом смотрела фильм «Во всё тяжкое» с участием Джонни Деппа, и яростно пыталась предугадать концовку этой истории. Было очевидно, что та не будет хорошей, но всё же ей хотелось оценить степень трогательности. "Извините, мне нужно немного изменить своей жене," — раздалось из динамиков ноутбука, и в момент появления сцены интимного характера дверь в комнату Вик распахнулась. Девушка резко обернулась и встретилась с уже надоевшими карими глазами, что отливали янтарным блеском в тусклом свете лампы на прикроватной тумбочке. — Стучаться не учили? — вскинула бровь Виктория на манер парня напротив и в ответ получила лишь ухмылку. — Мне казалось, что ты паинька, юная леди. В действиях сексуального характера я имею в виду. — Просмотр фильма с единственной недетальной постельной сценой не означает, что я увлекаюсь частым просмотром порно. — А что насчёт реального секса?