Хоть тронь его и я устрою здесь пожар

Как так вышло - хорошо бы знать им всем. Хаширама нервно улыбается, пытаясь сдобрить присутствующих едой и хорошим алкоголем. Мадара гневно дышит, скрестив руки и смотря на Тобираму пронзительным взгляд. Тобирама сжимает руку Изуны под столом, оглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони. Изуна… Изуна просто пьет воду и ведет носом, когда чувствует запах алкоголя, бросая взгляд на всех поочередно. Хаширама хлопает себя по колену, когда рассказывает шутку, которую в итоге слышит только он и так же нервно переводит дыхание, вскидывая брови на мгновение, не ситуация - пиздец. - Ну, может мы обсудим причину, по которой все же собрались тут? - его веселья не разделяет никто, особенно Тобирама, что медленно переводит взгляд с еды на него, будь у него третья рука, он бы непременно провел большим пальцем по своей шее, как бы отсекая ее и себе и Хашираме. Изуна так и застывает с поднесенным к губам стаканом, бросает короткий взгляд на Мадару, который только сильнее сжимает свое собственное плечо - так бы сжались пальцы на шее Изуны, понимает Учиха, узнай Мадара об этом во время тренировки. - Бросьте, нам же не по пять лет, никто не будет бросаться в друг друга камнями. - Да, камни заменят кунаи, - Тобирама говорит это в собственный стакан, и чувствует как Изуна сжимает его ладонь чересчур сильно. Не встреча, а натуральное поле боя. - Да, Тобирама же чертов эксперт по использованию оружия, мы это давно запомнили, - теперь Изуна переводит такой же взгляд на Мадару. Весь этот обмен бессловесными любезностями накалял и без того напряженную обстановку, вот только Мадара на это не ведется, берет свой собственный стакан и, поднеся к губам, как бы невзначай произносит. - До сих пор раны зализываем, как собаки. - Почему “как”? Теперь в ход идут ногти, так что Сенджу едва не шипит, выдергивая ладонь. Мадара открывает рот и вот, все понимают, что фитиль оказался зажжен. - Почему младший Сенджу открывает свой рот в присутствии старших и пытается издавать какие-то звуки? - Ты хочешь послушать, какие звуки может издавать мой рот? - Слушайте, а давайте лучше выпьем! - перебивает их начавшуюся перепалку Хаширама и Изуна бодро кивает, поддакивая. - Чего нам грызться? Почти как… родные друг другу! - Да, Тобирама, слушай своего брата, лучше займи свой рот чем-нибудь, чтобы не бесить меня лишний раз. - Я тебе потом расскажу чем занят мой рот в свободное время. - Закрой свой рот, - Изуна мило улыбается, после того как прошипел эти слова в лицо младшего Сенджу, и поднимает свою пиалу с саке. - Давайте выпьем, и вправду. - Вот-вот! - Тебе нельзя! - в унисон говорят Мадара с Тобирамой и Изуна смотрит на них удивленно, даже оскорбленно, после чего ставит пиалу на место, а Мадара смотрит на Тобираму не менее оскорбленно, поднимая брови. - Почему этот засранец знает больше слов, чем ему положено? - Мадара, пожалуйста… - взмолился Хаширама. - Давай просто выпьем. Мы с тобой - выпьем. Попробуй - холодный саке значит хороший саке, правильно? Вон закуски сколько, не пропадать же ей. Пока будем болтать все остынет! Учиха качает головой, хочет было что-то сказать, но под умоляющим взглядом Изуны просто закатывает глаза и делает медленный глоток. Особенно долгий, по меркам того, как долго умеет молчать Мадара в подобных ситуациях. Изуна насчитывает ровно десять секунд, прежде чем Мадара начинает вновь. - Сенджу и Учихи должны быть порознь. - Война давно закончилась, если ты не заметил. - Да, а помыслы все те же. - Какие помыслы, что ты несешь? - Недобрые, - отчетливо произносит Мадара, прежде чем стрельнуть глазами в сторону Изуны. - Враждебные и честно, я бы хотел чтоб ты держался от моего брата подальше. - А может это мне решать, а не вам двоим? - слова Изуны остаются без ответа и он возмущенно смотрит на Хашираму, который просто разводит руками и качает головой. - Я твоего брата как зеницу ока охраняю от всякого дерьма, в которое он вляпывается. - А может он бы в него поменьше вляпывался, если бы тебя не было рядом. - Ты не знаешь своего брата, - усмехается Тобирама и Изуна понимает, что если конец близок, то именно в этот момент, он закрывает лицо ладонью, делает глубокий вдох и надеется, что одному из них просто надоест спорить. - Раз ты о наших отношениях не знал, то и его не знаешь. - Я своего брата знаю лучше, чем ты свои пять пальцев, щенок. - Он мои пять пальцев знает лучше, чем я, согласен. Хаширама закрывает глаза, Изуна пытается понять есть ли в сказанном пошлый подтекст, но с успокаивающим для себя выводом приходит - что нет, он и вправду знает этого придурка как облупленного и порой ему действительно казалось, что знает Тобираму даже лучше, чем он сам. Вот только Мадара понимает его слова не так, и вскакивает, хватая Тобираму за воротник. Изуна вскакивает вслед за ним, на уровне каких-то инстинктов, ведь пробужденный шаринган дает по глазам легкой размытостью. - Мадара, хватит! - Что ты себе позволяешь?! - Хочешь подраться? - подначивает Тобирама. - Давай выйдем, набьем друг другу морды, раз ты так любишь своего брата. - Я устрою здесь пожар! - в этот раз Изуну слышат, все переводят на него взгляд и он облегченно вздыхает. Обстановка накаленная до предела, поднеси спичку и все точно вспыхнет, взлетит на воздух и поминай как кого звали. Он хватает Тобираму под локоть, поднимает с титаническим усилием из-за стола. - Это мы выйдем. Поговорить. Вдвоем! - Мадара остается на своем месте, исподлобья смотря на них двоих и вот уж в ком Изуна не ожидает найти поддержку, так это в Хашираме, который повторяет его действия, поднимая старшего Учиху. - Вы оставайтесь, это мы, пойдем, Мадара, покажу что мы тут настроили за время твоего отсутствия! Дети пока поговорят! Стоит ему произнести это “дети” Тобирама возводит глаза к потолку, а затем переводит взгляд на Изуну, который и сам вот-вот взорвется, поэтому протянутую к нему руку Сенджу поспешно опускает. - Хочешь подраться? - повторяет его фразу Учиха и гневно сжимает кулаки. - Ты совсем обалдел? Что ты ему наговорил? - Правду? - усмехается он и Изуна яростно рассекает пальцами воздух. - Брось, Изуна, это же твой брат, с ним невозможно по-другому. - Ну он-то ладно - это Мадара, но ты то куда лезешь? Ты его не знаешь что ли? Зачем ты его подначиваешь? Он меня любит, я все таки его брат, на кой черт говорить ему все это? - Твой брат, напомню, Учиха Мадара. - А то я не заметил! Двадцать лет с ним живу, представляешь? - Как ты выжил? - деланно удивляется Тобирама и просто смеется, когда Изуна делает шаг ему навстречу. Тобирама делает два назад, выставляя перед собой руки - вот оружие, способное заставить дрожать самого Тобираму Сенджу. Не бешено вращающийся шаринган, а любой всей жизни, что гневно дышит. - Я сейчас все тут на воздух подниму, посмотрим, как ты тогда отшучиваться будешь! - Да брось, Изуна! Изуна следует за ним по всей комнате, как хищник, преследующий свою жертву, Тобирама только улыбается, перемещаясь короткими прыжками. В конце концов он останавливается, когда Изуна вдруг резко поддается в его сторону и Тобирама сам ловит его, устраивает руки на чужой талии и парень только делает вид, что пытается вырваться, на деле устраивая руки на чужих плечах. - Ты самый большой придурок, которого мне только довелось повидать. - Да ладно, - тянет Тобирама, проводя ладонью по чужим волосам. - Больший придурок - это твой брат. Изуна обреченно вздыхает, громко, со страдальческим стоном, так что мужчина улыбается только еще шире, устраивая голову на чужом плече. Он так и покачивается с ним, не прекращая обнимать. - Когда скажешь ему, что хочешь перебраться сюда? - Как только перестанешь вести себя как ребенок, - что правда, то правда - подумал Сенджу, наедине с Изуной он становился совершенно другим человеком и чья именно была в этом заслуга ему оставалось только гадать, даже с братом у него не было такой связи, как с Изуной. Впрочем, он не лгал, когда говорил что Изуна знает его пять пальцев лучше, чем он сам. - Через неделю скажу, иначе такими темпами еще одна война начнется. - Не надо нам еще одной войны. - Да, тебе она точно не нужна, иначе я тебя точно прикончу. Тобирама смеется в его узкое плечо и кусает за шею, не романтично, а буквально, разевая челюсть так, что Изуна взбешенно дергается, но не вырывается, просто уклоняясь. - И все-таки, Хаширама к этой новости отнесся более спокойно. - Просто он знал, что за него все выскажет Мадара. - Что верно, то верно…