Тойфель

      Если открыть совершенно любой гримуар, там чёрным по белому — хотя чаще бурым по желтоватому — будет написано: «Нет таких обстоятельств, при которых вызов демона — хорошая идея». Однако в некоторых, или — если быть точнее — в гримуаре Тойфеля, первые пять слов этого предложения таинственным образом затёрлись, так что их было не прочесть. Так что Лидеръян именно так и прочитал: «Вызов демона — хорошая идея».       Тойфеля демонологи относили к демонам высшего круга, поскольку сила его была столь разрушительной, что была способна уничтожить весь мир. По крайней мере, в прошлый его призыв мир оказался на краю конца света. Доподлинно, правда, не известно, потому ли конец света подкрался, что его призвали, или его призвали, потому что он подкрался. Но поскольку с его исчезновением и проблема рассосалась, было решено всё валить на демона. Люди всегда так поступали — всё зло было от бесов, а добро от бога. Иначе и думать было нельзя.       Однако Лидеръян не читал демонологических хроник и потому понятия не имел, кто такой Тойфель. Для него это было просто имя демона, в гриумаре которого было чёрным по белому — или точнее бордово-серым по жёлто-грязному — было написано, что вызвать его хорошая идея. Эти книги писали демонологи, так что можно было не сомневаться в том, что в них достоверные сведения. Лидеръян пролистал описание способностей демона, поскольку то, что ему надо было, мог бы исполнить совершенно любой даже самый хилый бесёнок, и добрался до главы с описанием вызова. Он даже не стал читать о том, какую плату потребует с него Тойфель, решив, что с ним можно будет просто договориться.       Лидеръяну пришлось некоторое время подождать, чтобы выбрать подходящее время для проведения ритуала. Наконец наступила подходящая ночь: ещё с вечера начали собираться тяжёлые грозовые тучи, плотно затянувшие небосвод. Вдобавок было новолуние, когда землю после заката освещали одни лишь тусклые звёзды. Гроза разразилась, когда солнце уже село, и то, что молнии чаще всего били вблизи графского замка, говорило о том, что гроза эта ведьмовская, а не сама по себе началась. Лидеръян решил, что более идеального момента он может больше за всю жизнь не застать, а потому бросился в подвал своего дома, где уже была начерчена краской по камню сдерживающая пентаграмма, а в небольшой клетке сидела тощая чёрная курица.       Лидеръян надел чёрный, с красным подбоем, балахон, опустил на лицо капюшон, взял в одну руку истерически орущую птицу, в другую — гримуар, и торжественным голосом, под чудовищный раскат грома, прочёл:       — Их хаб хейт нахт ден Тойфель гезин, их хабе ин гезин!       Закончив, он швырнул курицу внутрь пентаграммы. Рисунок на полу засветился синим, и птица — к собственному удивлению летящая — оказалась поймана большой багровой ладонью, едва пролезшей в нарисованную печать. Курица издала ещё одно изумлённое: «Ко-ко-ко», — и была означенной ладонью сжата и утянута куда-то вниз. Ещё через несколько секунд в сдерживающей пентаграмме появился Тойфель. Демон принял вид, похожий на человека, насколько это было возможно: ростом он был на голову выше Лидеръяна, хотя его мать-природа с этим точно не обидела — возможно, все её дары именно в рост и ушли. Он был мускулист, чего не скрывал халат нежного персикового оттенка, кое-где как будто влажный. Ноги его были видны из-под халата только ниже колен, и это были козлиные ноги, оканчивающиеся мощными копытами. А на голове Тойфеля вместо волос красовались огромные витые рога. Демон задумчиво огладил бородку и окинул Лидеръяна взглядом.       — Я принимал душ, знаешь ли, — изрёк он.       — Я... э... Не знал, — растерянно отозвался Лидеръян, но тут же встряхнул головой и заговорил увереннее: — Я призвал тебя, демон...       — Тойфель, — перебил его демон.       — Я призвал тебя, Тойфель, дабы ты исполнил мою волю! — исправился Лидеръян. — Отринь же тьму и...       — И как я, по-твоему, это сделаю? — снова перебил демон. — В смысле, ты же понимаешь, что я и есть тьма? Если я отрину тьму, то самого себя отрину. И тогда я не то что твою волю, я уже даже свою собственную исполнить не смогу.       — А ты можешь её как-то не всю отринуть? — склонил голову набок Лидеръян.       Тойфель расхохотался. Он прекрасно помнил, как его призвали в мир людей в прошлый раз — демонолог посчитал, что его сила могла бы спасти мир. Он тоже требовал отринуть тьму. Тогда, правда, надвигался конец света из-за этой самой тьмы, так что Тойфель отринул именно её, а не то, что требовалось и что, собственно, составляло основу его существования. Но теперь-то такой тьмы не было, так что выполнить требования призывателя возможным не представлялось.       — Не всю? — переспросил Тойфел. — Как это не всю?       — Ну, — протянул Лидеръян. — Только ту часть, из-за которой ты стал бы творить зло.       — Я есть тьма, — отозвался демон, почёсывая острыми когтями голову промеж рогов. — И я понятия не имею, из-за какой части себя творю зло — руки, или ноги, или хвоста. И творю ли я его в самом деле.       — Но ты же демон? — решил уточнить Лидеръян.       — С утра был, — кивнул Тойфель.       — А все демоны расположены творить зло, — увереннее изрёк призватель.       — Ага... — протянул демон, снова поглаживая бородку. Он смотрел на Лидеръяна долго, и временами даже казалось, что он прикидывал, с какого края начинать его есть. — А если я тебе пообещаю, что не буду творить зло, это сойдёт?       Лидеръян пожал плечами и внезапно вспомнил, что у него в руках был гримуар этого демона, в котором о нём было всё написано. Он запоздало подумал, что надо было прочитать его до того, как начинать призыв, чтобы не оказаться в такой вот дурацкой ситуации. Лидеръян стоял довольно близко к кругу, и Тойфель подошёл к самой границе — выйти за её пределы он не мог, пока призыватель не выпустит. На первой же странице демон увидел пятно, скрывшее несколько слов. Он взмахнул рукой, очищая страницу, и Лидеръян увидел полное предложение в самом начале.       — Я так понимаю, ты ничего не прочитал, — вздохнул Тойфель. — Ты у нас такой дурак лишь сегодня, или как?       — Я... Э...       — Я сейчас вернусь домой, — хмыкнул демон. — Закончу принимать душ, выберу приличное платье и буду ждать вызова. А ты триста раз подумай, так ли ты хочешь увидеть меня снова.       Тойфель исчез. А Лидеръян опустился на пол здесь же, принявшись за чтение. На этот раз слова о том, что вызов демона не может быть хорошей идеей здорово насторожили его, и он был внимателен к каждому указанному слову. В первой главе автор довольно подробно описывал наружность демона, но это как раз Лидеръяну интересно не было — он сам его только что лицезрел. Третью главу он и так читал — она была про вызов. А вот вторая — и это Лидеръян отметил особо — была написана особенно пляшущим почерком, будто автор смущался и волновался, когда выводил строки. Впрочем, скоро стало ясно, почему. В отличие от всех остальных демонов, что в качестве платы брали души или жизни, Тойфель готов был выполнить одно совершенно любое желание — даже, или особенно, вечную жизнь — за сущий пустяк: любовь до самой смерти. Лидеръян закрыл книгу и уставился на пентаграмму, глубоко погрузившись в вопрос, так ли он хочет снова увидеть Тойфеля, чтобы найти ещё одну чёрную курицу и повторить слова вызова. Птицу, впрочем — слегка соловую и потерянную — демон выбросил обратно в пентаграмму.