Лед, боль, воспоминания и надежда.

      Я лежу в кровати. В той, что была в моей комнате в поместье. Лежу в холодном поту и со сбитым дыханием. Мне опять приснился кошмар. Я уже минуту не сплю — пытаюсь отдышаться. Ты, как обычно, чувствуешь, что мне плохо, и тихо заходишь в комнату с подсвечником в руках. — Опять вам кошмар приснился?       Это вопрос, который я слышал уже много раз, но все равно по моему телу растекается тепло. Я успокаиваюсь и опять ложусь спать. — Побудь со мной, пока я не усну.       И это ты слышал много раз. И опять остаёшься в моей комнате.       Стоит мне полежать с закрытыми глазами какое-то время, как ты садишься рядом со мной и гладишь меня по голове, перебираешь своими длинными пальцами мои волосы. Я чувствую, что ты улыбаешься, и улыбаюсь в ответ. Я засыпаю под твоей рукой, а наутро мы опять делаем вид, что ничего не произошло.

***

      Опять воспоминания нахлынули. Я потягиваюсь и встаю со своей небольшой кровати. Она даже не моя, сейчас я живу в отеле. Я завариваю себе свой любимый Эрл Грей — настоящий, я так и не научился за эти два века доставать еду из воздуха, как это делал ты. Я вообще не научился многому, что умел ты. Например, огонь мне почему-то неподвластен. Может потому, что я уже потух душой и мыслями, потому что я живу, ибо не могу умереть? Ну вот, опять чувства. Интересно, а у тебя они есть?       Как и во многие прошлые ночи, я выпиваю чашку чая, наливаю остаток в термос, беру большой рюкзак и выхожу из комнаты.       Я больше не похож на себя. Моих демонических способностей не хватает и чтобы менять свою внешность, но я сделал все, что мог без «магии» — отрастил и перекрасил волосы, надел линзы. Хотя они не всегда скрывают пентаграмму. Не знаю почему, но иногда она загорается ярче. Напоминает о тебе. Всё напоминает о тебе и о прошедшем времени. Очень грустно.       Моё поместье снесли и построили там бизнес-центр. Я прихожу туда, где были могилы моего отца и матери — там же похоронены, кстати, Элизабет и некоторые другие люди, которые ценили меня, и я сам должен лежать там. Сейчас на том месте какое-то кафе. Его владельцы, наверное, принимают меня за сумасшедшего. Каждый день я прихожу туда и просто сижу на земле, глажу рукой холодный асфальт.

***

      Когда меня, как сейчас, охватывают мысли о тебе и о прошлом, я иду на каток. Я занялся фигурным катанием. Знаешь, это помогает мне. С каждым прыжком на замерзшем озере как будто остаётся по одной моей тоскливой мысли. Радости это не прибавляет, но становится не так больно.       Итак, я пришёл опять. Надеваю коньки, включаю музыку в наушниках и становлюсь в эффектную позу на лёд.       Лиззи бы сказала, что я выгляжу мило. Она прожила не многим дольше меня — не смогла пересилить одиночество.       Разгоняюсь и бегу по льду. Началось.       На самом деле, я не был готов к свадьбе. Лиззи — моя любимая сестра и не больше. Мне так жаль ее. Она любила меня, любила по-настоящему. Наверное, ее ярко-зелёные глаза, ее милое личико, ее золотые локоны потемнели от осознания, что я умер.       Разбег. Прыжок. Минус одна мысль.       Я был так привязан ко всем, кого знал тогда. Даже сам этого не понимал, но очень ценил вас всех, что бы я не говорил. Как я хочу вернуться в прошлое, чтобы опять хотя бы один день прожить в той большой новой семье, которая появилась у меня после заключения нашего контракта. А теперь от неё остались только мы двое.       Опять прыжок, на этот раз с поворотом. Я даже не споткнулся ни разу — слишком часто я так прыгаю. — Итак, Себастьян, мы договорились? — Да, милорд. — Тогда я приказываю тебе больше никогда не возвращаться ко мне. Приказываю тебе, оставь меня! Ты просто молча послушался приказа и ушёл. Не сказав ничего и не показав ни одной своей эмоции. Идеальный дворецкий.       Опять разбег. Опять прыжок, теперь уже с двумя поворотами. Чем тяжелее мысль, тем сложнее элемент я делаю. Ну а чего я ожидал? Что ты скажешь, что не оставишь меня? Да, я надеялся на это. Да, я полюбил тебя и привязался к тебе за все прожитое вместе время. Но мог ли я рассчитывать на ответ? Ну, может быть и мог. Где-то в глубине души я ждал, что мои чувства будут взаимны. Но ты обязан был уйти. Я же приказал. А зачем тогда я отдал приказ, о котором уже в тот момент сожалел? Зачем, если после той фразы внутри меня как будто разрушился хрупкий карточный домик любви и надежды? Все просто — страх и чувства. Тебе, как древнему демону, наверное не известно ни то, ни другое. Да и я же видел, как удивленно и озлобленно полыхнули красным твои глаза, когда ты понял, что не сможешь забрать мою душу. Ты оказался в ловушке, а я был приманкой. Я не хочу тяготить тебя своим присутствием.       Два быстрых прыжка почти подряд. Элементы, которые я делаю, становятся все сложнее. Я надеюсь, что теперь ты живешь настолько свободно и счастливо, насколько позволяет наша ситуация. А если нет, то тогда для чего все мои страдания? Пентаграмма на глазу вздрогнула и заблестела. Ты знаешь, что это значит? Наверное, это от того, что я думаю о тебе. Хотя, мои мысли всегда возвращаются к тебе. К твоим глазам, к твоему лицу, к твоей улыбке. Но если пентаграмма блестит, это значит, ты не умер, так ведь? Пожалуйста, пожалуйста, если ты жив, подай хоть какой-нибудь знак. Любой. Хоть приди и попробуй убить меня. Дай мне то, что нужно всем людям — надежду. Сейчас я просто хочу верить и надеяться, что ты жив. Что мы ещё встретимся. Пожалуйста. Сейчас я первый раз прошу, умоляю тебя — пожалуйста, приди ко мне. Хотя бы на минуту. Это не приказ, я же пообещал, что не буду больше приказывать тебе. Это самая человечная моя просьба. Пожалуйста, вернись.       Самая тяжелая мысль, за ней последует самый трудный элемент. Опять прыжок, но после приземления нужно присесть и…       Не получилось. Никогда не получается. Но только в этот раз я упал не самым удачным образом. Нога сильно болит — как минимум вывихнута, надо надеяться, что не сломана. Что же мне делать? Ходить так я не смогу, а с регенерацией у меня проблемы — даже небольшие раны затягиваются минимум за час, что уж там говорить про сломанную или вывихнутую ногу. А ты ведь мог спокойно залечивать раны от пуль, от которых человек умер бы сразу же. Да уж, что сказать. Не быть мне сильным демоном. Я ведь обращённый. Но всё-таки, что мне делать? Нога очень сильно болит, я не могу и с места сдвинуться, а регенерирует мое тело очень медленно. Я даже не могу сменить позу. Что же мне, так и сидеть в одном и том же положении всю ночь и ещё полдня? Эх, делать здесь совсем нечего, значит, те мысли, от которых я так усердно пытался избавиться, вернутся. Все это долгое время я буду думать о тебе. Обо всем нашем проведённом вместе времени, о том, что я не замечал в тебе до этого и как себя вёл.

***

      Прошло несколько часов. Я вспомнил и представил перед собой твой образ, твои чёрные, цвета вороньего пера волосы, твои глаза цвета чая или коньяка, которые становились красными когда что-то угрожало моей жизни и когда ты немного издевался надо мной, твою хитрую улыбку, обнажающую заострённые клыки, твою гладкую бледную кожу.       Наверное, я слишком часто думаю о тебе. Я уже почти схожу с ума. Стоящий у другого берега озера мужчина в чёрном мне кажется тобой. Я расслабляюсь и ухожу в мир розовых грёз. В своих фантазиях представляю, что ты подходишь ко мне.       Я точно сошёл с ума. Я слышу голос. Твой голос. Ты спрашиваешь: — Господин, вы в порядке?       Мда, слишком глубоко я зашёл в свои фантазии, я слышу, как ты опять зовёшь меня. Не хочу открывать глаза, ведь тогда все сладкие видения рассеются. Но кое-что заставляет меня вернуться в реальность. Прикосновение. На секунду мне кажется, что это ты, и я открываю глаза с надеждой, но готовый опять ее потерять.       Наверное, сейчас я выгляжу очень странно и забавно. Моя нога изогнута под странным углом, сквозь линзу ярко блестит клеймо печати, мои глаза округляются до размера чайных блюдец, а на лице появляется улыбка. Но ты не смеёшься над этой ситуацией. Ты просто обеспокоено смотришь мне в лицо, заглядываешь в глаза. И спрашиваешь таким же обеспокоенным голосом: — Милорд, что с вами? Я пытаюсь побороть накативший порыв радости и облегчения. Если бы не нога, я бы кинулся обнимать тебя, забыв про свою гордость. Знал бы ты, как я соскучился. Я пытаюсь подвинуться в твою сторону, но нога болит, и потому я просто отвечаю: — Мне кажется, я вывихнул ногу. — Вам кажется. Вы ее сломали. Вы сидите тут уже больше двух часов. Да уж, регенерация у вас достаточно медленная.       Меня не интересует то, откуда ты знаешь, сколько времени я тут. Важно сейчас только то, что мы снова вместе.       Ты аккуратно усаживаешь меня поудобнее на лёд — было больно, но эта боль не идёт ни в какое сравнение с радостью от нашей встречи. Как же давно я тебя не видел! Я и забыл, как красиво ты выглядишь. Забыл, как поблескивают алым твои глаза. Откуда-то ты берёшь бинты и перевязываешь мою ногу. Я жмурюсь от боли. Конечно, ты заметил это. Заметил и стал действовать еще осторожней.

***

      И вот, когда первая помощь оказана, ты подхватываешь меня на руки. У меня перехватывает дыхание. Я уже и забыл это чудесное ощущение близости. Забыл, каково это, когда ты носишь меня вот так. Я рассматриваю тебя, не стесняясь. — Ты совсем не изменился, Себастьян. — Приятно слышать, господин. А вот про вас такого же сказать не могу. Что вы сделали со своей внешностью? — ты прикрываешь глаза и качаешь головой, всем своим видом показывая преувеличенное неодобрение.       Этот вопрос ставит меня в тупик. Ты, как обычно, знаешь, что спросить. — Ну я… Я хотел…       Ты оценивающе и изучающе смотришь на меня. Хоть я и стал демоном, ты все равно читаешь меня, как открытую книгу. — Я вас понял. Не хотели, чтобы что-то напоминало о прошлой жизни? — Да.       Один твой щелчок пальцами — и я снова выгляжу, как много лет назад. У меня опять сизая челка и голубой и лиловый глаза.

***

      Ты несёшь меня куда-то, так же, как и два века назад. Знал бы ты, как хорошо мне сейчас. Создаётся шаткая иллюзия, что мы опять будем вместе. Старые, выцветшие, пыльные и раскиданные по углам моего сердца карты заново складываются в домик.       Твой размеренный и четкий шаг укачивает меня. Я начинаю засыпать. Ловя остатки сознания, я утыкаюсь носом в твои волосы. Я и забыл, как ты пахнешь — темным шоколадом, вишней и немного сажей. Я так и засыпаю, вдыхая твой запах. Я же чувствую, что ты улыбаешься своей самой тёплой улыбкой, а твои глаза поблескивают алым. И улыбаюсь, зная, что ты тоже почувствуешь. — Я тоже скучал по вам, милорд.       После этой фразы мой мир переворачивается в обратное, в нормальное состояние. Я зарываюсь носом ещё глубже в твои волосы и ещё сильнее прижимаюсь к твоему телу. И ты обнимаешь меня в ответ. Теперь я тебя никогда-никогда не отпущу. Ни за что.