Кукловод и марионетка

Он здесь. Он здесь чтобы покончить с этим раз и навсегда. Раненый столп беспомощно жмется к стене, а демон нависает над ним, злощаво улыбаясь. – Бежать некуда, Кеджуро. Перестань мне противиться. Поверь, так будет лучше для всех. – Говорит Аказа, неотрывно смотря в наполненные страхом глаза хаширо. Они оба знали, о чем он говорит. И от этого Ренгоку пережимается к стене еще сильнее. Этот человек сейчас словно крыса, загнанная в клетку. Такой маленький, испуганный зверек, который будет пытаться грызть прутья клетки или ворошить подстилку под лапами, в жалких попытках освободиться, но продолжать упорно не замечать почти открытую дверцу клетки. А ведь нужно лишь сказать... – Я не собираюсь повторять одно по одному. Ты никогда не заставишь меня принять твое предложение! Он серьезно? Это ведь буквально подарок судьбы! И как он может отказываться от него? Какой глупый человек этот Кеджуро. И Аказа наклоняется к правому уху Ренгоку, шепетом спрашивает: "Ты ведь знаешь, что будет дальше?" Угроза? Нет, скорее попытка окончательно сломить столпа. Выбить из него весь боевой дух, как воздух из легких, заставить почувствовать страх, отчаяние, безысходность, ослабить его морально, чтобы не смел оказывать даже малейшего сопротивления. Кеджуро  впивается ногтями в стену, загнанно дышит. Прекрасно. Аказа накрывает его губы своими, холодными руками оглаживает спину  мужчины. Убить его? Нет, он не будет спешить. Демону охота показать, в каком положении сейчас находится истребитель. Кеджуро начинает бить Аказу по спине. Не хватает воздуха. Но Третья Высшая Луна и не думает разрывать поцелуй, лишь углубляет его, и только по истечению нескольких долгих, очень долгих секунд, отрывается от губ Ренгоку. Хаширо падает на пол, глубоко дышит. – Ну ты чего, сладкий, уже устал? – С притворной заботой спросил Аказа. – Мы же только начали. Демон берет Кеджуро за подбородок. В глазах страх, руки столпа дрожат. Чудесно. Ренгоку сейчас словно марионетка в его руках. Немощный, слабый. Он обязан подчиняться демону. А если не захочет, то достаточно будет просто потянуть за правильную нить, и эта кукла начнет плясать только по его команде. – Хочешь продолжить? – Аказа ухмыляется. Он знает ответ. Они оба знают ответ. – Нет. – Тогда просто прими мою кровь. – Никогда. Демон наклоняется к лицу человека, и вновь тихо шепчет: "Знаешь, я бы мог сейчас быстро сходить и убить того мальчишку с серьгами..." Он издевательски тянет каждое слово, наблюдая затем, как от остатков решительности его марионетки вообще ничего не остается. На замену приходит ужас, звериный ужас, громкое "не смей!" и провальные попытки оттолкнуть демона. Кажется он потянул за нужную ниточку... – А еще у тебя такой хорошенький братик. – Продолжает Аказа. – Не смей! Не смей их трогать, грязный демон! Третья Высшая Луна прикрывает рот мужчины своей рукой. Он давно, еще тогда, в битве понял, что Кеджуро плевать на физическую боль. Даже под самыми ужасными пытками он бы не согласился стать демоном. А вот душевная боль... Ренгоку чувствует ее. Слишком отчетливо, слишком ярко. И Аказа сейчас надавил на самое больное. Все эти привязанности к людям, любовь к ближним и страх их потерять делают Кеджуро таким открытым, таким слабым и уязвимым для Аказы. – Мне будет достаточно пары секунд для того, чтобы тело этого парня превратилось в окровавленное месево из мяса и костей. И ты ничего не сможешь сделать, Ренгоку. Ты никак не сможешь помешать мне. Разве что... Демон искусно играет на чувствах этого человека, так ловко дергает за ниточки его любимой куклы. Ну так танцуй же, милая марионетка! – Я согласен. Аказа улыбается. О как прекрасен танец этой куклы! И как же мастерски исполняет свои обязанности кукловод. Они вышли из поместья. Кукловод и его любимая кукла. Одной маленькой капли крови будет достаточно. – Пообещай мне, что после этого ты не тронешь их. – Конечно. И вот проходит пара секунд. И раздается ужасный вопль. Крик молодого демона. А на утро были слышны человеческие крики. Эти крики раздавались сразу в двух местах. Поместье бабочки, где на кровати лежал окровавленный Камадо, и дом Ренгоку с мертвым мальчиком и мужчиной в нем. Но Аказа сдержал свое обещание, он не трогал никого из них. Ему было достаточно лишь дергать за нужные ниточки, дабы молодой демон, его личная марионетка, сделал все за него. Кукловод же предпочитал наблюдать со стороны...