Любовь против страха

Как только они оказались в квартире, Харриет осознала, что от волнения буквально не может стоять, ноги подгибались, дыхание сбивалось. Все тело томилось и словно горело, она впервые в жизни поняла значение выражения " любовная лихорадка ". Они сейчас вдвоём, неужели это произойдёт сегодня? Она чувствует его безумное желание, и от этого сама загорается. Что за мужчина! Никогда раньше она не думала, что можно так хотеть и терять голову. Каин, видя ее затуманенный взгляд, приблизил свое лицо к ее лицу, провел ладонью по щеке, губам, затем привлёк за талию совсем близко к себе - Моя роза, моя девочка, моя богиня - он говорил тихо, но от этого не менее страстно, Харриет буквально лежала в его объятиях, стараясь хоть как-то унять сердцебиение. Смотритель начал целовать ее сначала медленно, словно пробуя на вкус, а затем более страстно, но не грубо, иногда проникая языком в ее рот. Девушка стонала, она обвила его за шею руками, прижималась и льнула, Каин через одежду чувствовал, как затвердели ее соски. Значит, она тоже хочет его, она возбуждена, ее поцелуи не обманывают, ее руки скользят по его плечам, груди, несмело, но так приятно. Он опустился на ее шею, обжигая нежную кожу своим дыханием, постепенно переходя на ключицу, а затем его руки скользнули вверх, и он быстро , но аккуратно избавил ее от лёгкой шёлковой блузки. Теперь только тоненькая кружевная ткань скрывала ее чудесную грудь, но Каин и так видел, что это само совершенство - округлая, мягкая, чуть каплевидной формы. Она сводила его с ума, поскорее снять с Харриет остатки одежды и насладиться ее телом. Он подхватил девушку на руки и понёс в спальню, где бережно опустил на кровать. Харриет закрыла глаза, подставляя всю себя под ласки мужчины - губы, шею, плечи, вот он медленно снимает ее лифчик, она чувствует горячее дыхание на своей коже, Каин легонько касается ее сосков кончиками пальцев, затем полностью кладёт ладонь на грудь, начинает гладить и сжимать Девушка ахнула и выгнулась, настолько интенсивными были ощущения, она никогда не испытывала ничего более прекрасного - руки мужчины на ее обнажённой груди. Дыхание опять сбилось, Харриет понимала, что это от возбуждения, и громко стонала. Каин никак не мог насытиться - он ласкал грудь языком, целовал, гладил и сжимал, он видел, насколько это приятно любимой. - Ты такая... - говорил он полушепотом - никогда не видел ничего более совершенного. Затем он остановился, чтобы Харриет могла отдышаться, одним движением сбросил рубашку. Девушка не могла отвести взгляд от его тренированной, мускулистой фигуры в татуировках. Как он красив, словно молодой бог, шея, плечи, руки, и... все остальное...наверное, потрясающее, он дышит страстью и сексуальностью, она так хочет отдаться ему, неужели у нее получится? Каин осторожно полулег на девушку, продолжив целовать ее грудь и опускаясь постепенно на живот, он снял ее юбку, и теперь сжимал ее бедра, постанывая от удовольствия. Вдруг Харриет ощутила его явную, сильную мужскую реакцию, она не могла ошибиться, такое уже было тогда, в тот раз, он сейчас разденется полностью и будет пытаться взять ее... Страх, панический, не поддаюшийся контролю охватил девушку. Сейчас у него не получится войти в нее, она опять боится и не может расслабиться, и Каин рассердится и сделает это силой! Он ведь так заведен, с его страстью, порывистым нравом, разве он сможет остановиться... А что, если он поведёт себя, как ее бывший?.. Сердце бешено стучало, оно сейчас выпрыгнет, перед глазами моментально возник Ден с перекошенным от ярости лицом, его тяжелый кулак: - С..ка! Дрянь! Я сказал, ноги развела быстро! - удар, боль, ужас, привкус крови... Харриет в ужасе закричала - Нет! Нет! Не надо! Она с такой силой оттолкнула смотрителя, что он ничего не успел понять. А девушка забилась в угол кровати, как раненый зверёк, она не просто плакала, она рыдала, трусилась, закрывалась одеялом - Господи, роза, что с тобой? - Каин ничего не понимал, чем он мог ее так напугать? - Не надо! Умоляю! Не бей меня, пожалуйста! - всхлипывала Харриет, в глазах у нее был такой дикий страх, что смотрителю стало жутко.