становление собачьей давалки

Остальные дни течки Чонгук провел дома, без конца мастурбируя на воспоминания о том, как его трахали собаки, и засовывая в свою текущую дырку всё, что попадется под руку. Когда течка закончилась, омега был уверен, что теперь все вернется на круги своя. Он снова вышел на работу и, проводив коллег, пошел раздавать питомцам вечернюю порцию корма. Большинство собак больше не проявляло к Гуку повышенного интереса, но Чонгук все равно не мог перестать невольно смотреть на меховые мешочки псов, в которых спрятались их пенисы. Ведь каждый из этих собачьих хуев побывал в его нежной киске… Он вспомнил, как твердые поршни трахали его дырку, и от этих мыслей омежье влагалище судорожно сжалось. Горячая влага потекла из вагины и намочила трусы. Чонгук обругал себя за возбуждение и продолжил выполнять свою работу. Течка закончилась, на этом всё. Больше у него нет повода позволять тупым псам ебать его в свое сокровенное местечко. Накормив всех остальных, Чонгук направился к метису мастифа. Но этот пес, в отличие от других, сразу признал свою сучку для траха и, не обратив внимания на еду, наскочил на Гука и начал к нему пристраиваться. Под весом пса Чонгук чуть не упал, но все же устоял на ногах. Опустив взгляд, омега увидел, что собачий член начал выбираться из своего мехового мешочка. Именно этот пенис так хорошо трахал Гука прямо в его матку. Влагалище омеги сладко содрогнулось, и он снова позволил похоти переубедить себя. В конце концов, никто не узнает. Все происходящее останется только между ним и собаками. Так почему нет? И он повел пса за собой в комнату для персонала. Содрав с себя одежду, омега улегся на диван так, чтобы его задница была у самого края, раздвинул ноги и подхватил их под коленями, выставляя напоказ свою мокрую киску. Пес не заставил себя долго ждать и начал тыкаться уже полностью вылезшим возбужденным членом Чонгуку между ног. Но как назло, у него никак не получалось толкнуться куда нужно. Гук уже не мог терпеть и, обхватив собачий пенис ладонью, самостоятельно направил кончик в свое раскрытое влагалище. Почувствовав тепло, пес надавил, и крупный хуй погрузился в омежье лоно. Чонгук застонал. Как же ему было хорошо! Вот почему люди занимаются сексом аж каждый день, даже без течки или гона. Собачий член приносил ему такое блаженство, что омега понял, что он больше не сможет от этого отказаться. Нужно будет в следующем месяце взять как можно больше ночных смен, и тогда он сможет постоянно подставлять псам свою ненасытную дырку. Метис мастифа грубо сношал свою самку, толкаясь резко и глубоко. Течка закончилась, поэтому матка больше не была раскрыта, и псу все не удавалось войти до конца, но Чонгуку ужасно хотелось, чтобы пес снова трахнул его в матку, и он обхватил животное ногами и с силой прижал к себе. Под давлением матка приоткрылась, впуская в себя кончик собачьего члена. От наслаждения из уголков глаз омеги потекли слезы. Он никогда не чувствовал себя так прекрасно, как в те моменты, когда отдавался псам. Когда пес входил до конца, Чонгук ощущал его большой пенис глубоко внутри себя. Кожа живота натягивалась, и кончик члена заметно выпирал. Гук положил руку себе на живот и с восторгом почувствовал, как собачий член толкается ему в ладонь. Толкнувшись еще раз, пес начал кончать, заливая матку Чонгука своей спермой. Узел снова неимоверно растянул тугие стеночки, и собачья давалка оказалась крепко повязанной. Довольный пес начал вылизывать омежье лицо, обильно слюнявя его. Гук открыл рот, и собачий язык проскользнул внутрь. Это был первый поцелуй омеги. Пес облизывал губы Чонгука и проникал языком ему в раскрытый рот, поя своей слюной. Потом пес начал вылизывать шею своей суки, пока наконец не добрался до маленьких сисек. От ощущения мокрого собачьего языка, соски Чонгука напряглись и встали. Омега застонал. Пес лизал его грудь, и Гуку не хватало последнего для того, чтобы кончить. — Хороший песик, умница, ты же хочешь пописать? Давай, мой любимый, наполни меня своей мочой! Твоя тупая сучка очень хочет, чтобы ты наполнил ее! Горячая струя ударила в матку Чонгука, и он сокрушительно кончил, пачкая шерсть пса в своих выделениях. Моча все продолжала наполнять его матку, и живот омеги снова немного вспух. Когда узел спал, пес вышел из влагалища и убежал к себе, наконец принимаясь за еду. Затраханный Чонгук опустил ноги и начал засыпать. Он ощущал себя очень хорошо, когда его матка была наполнена. С того дня Гук каждую смену позволял кому-нибудь из псов трахать себя, благо что директор приюта с удовольствием пошел омеге навстречу и в следующем месяце отдал Чонгуку все ночные смены и даже похвалил за такое рвение к работе.

***

Со дня на день должна была начаться очередная течка, но в этот раз Чонгук не брал отгулы, больше не собираясь мучаться самоудовлетворением. Теперь у него было множество любовников, которые могли помочь омеге. Гук отчасти даже предвкушал течку, думая о том, что может быть в этот раз выпустит сразу двоих псов и позволит им одновременно трахать себя. Чонгуку нравилось быть общей собачьей сукой. Он в жизни не был так удовлетворен и счастлив, как теперь, когда регулярно подставлял свою дырку под собачьи пенисы. Однако течка так и не наступила. Сначала Чонгук подумал, что это просто небольшая задержка, потом — что возможно регулярный секс как-то повлиял на его цикл. Пока однажды, собираясь на работу, он не смог застегнуть штаны. Недавно он заметил, что они стали узковаты, и сел на диету, чтобы немного сбросить вес. Неужели это не помогло? Более того, он кажется поправился еще сильнее. Нахмурившись, Чонгук разделся и подошел к зеркалу. Все его тело в отражении оставалось таким же стройным, как и было, за исключением заметно округлившегося живота. Гук огладил рукой набухшее пузико и со смехом подумал, что он похож на беременного. А потом застыл. Не может быть! Неужели он и правда беременный? В его последнюю течку десятки псов накончали ему в матку, но разве может омега понести от псов? Это казалось бредом. К врачу обращаться было нельзя, ведь если он правда залетел от псов, будет катастрофой, если кто-нибудь об этом узнает. Так что по пути на работу Чонгук купил тест на беременность и, дождавшись, когда все уйдут, тут же сделал его. Результат оказался положительным, и Чонгук похолодел. Он понес от псов! Тупые кобели обрюхатили его, и теперь внутри его живота росли щенки… Как ему теперь быть? Аборт делать было нельзя, ведь врачи узнают, что плоды внутри него это не человеческие дети. Единственным вариантом было выносить щенков и родить. Когда живот станет невозможно скрывать, он скажет людям, что стал суррогатной матерью для пары, которая не может зачать самостоятельно. Тогда не будет никаких вопросов про отца ребенка и его последующее исчезновение. Придумав решение, Гук немного успокоился. Интересно, какой именно пес смог оплодотворить его? С потаённой надеждой Чонгук подумал, что это должно быть метис мастифа, его любимчик с большим членом. Омега любовно огладил живот. Внутри него растет жизнь… Теперь он не просто сучка, а настоящий собачий инкубатор. Беременной самке захотелось быть желанной для своих самцов, так что Чонгук полностью разделся и нагим пошел кормить питомцев, давая всем любимым кобелям полизать свою киску, а после как обычно выбрал одного и подставил свою дырку под собачий член на диванчике. С беременностью либидо омеги возросло, и чем больше рос его живот, тем больше секса ему хотелось. Через пару месяцев он уже не мог удовлетвориться одним членом за ночь. Он выпускал нескольких псов и они по очереди сношали беременную самку в ее мокрую разъебанную дырку. Иногда он вставал на четвереньки и, пока один собачий хуй ебал его во влагалище, второй Чонгук брал в рот и позволял псу трахать свою глотку. Готовясь производить молоко, сиськи Гука выросли и набухли, превратившись в крупные висящие бидоны. От мощных толчков беременное пузо и большие дойки омеги тряслись и качались вперед-назад, что особенно нравилось директору приюта. Мужчина с восторгом наблюдал за тем, как один из его сотрудников становится все сильнее и сильнее зависим от собачьих хуев.