Седьмой подарок удачи

      Музыка в здании напротив будто раскачивала его из стороны в сторону. Из массивной двери клуба с небольшим промежутком вываливались разукрашенные, полуобнаженные, полупьяные посетители, или пытаясь поймать такси, вернувшись в серую жизнь, или просто освежиться под порывами не по-летнему холодного ветра.       От очередных пьяных выкриков с другой стороны улицы Ким Тэхен, сидевший на самом краю скамейки автобусной остановки, встрепенулся и, поежившись, сжался ещё больше в совсем легкой рубашке.       – Ожидай на остановке на третьей линии, – сказали ему тогда.       Мужчина и сидел, понимая, что его в этом мире больше нет. Да и никому нет до этого ровным счетом никакого дела.       – Только почему так холодно? – только и успел прошептать Тэхен, как у остановки из ниоткуда появился вполне себе обычный автобус третьей линии, каждый день возивший его на работу.       – Следующая остановка – Ад, – веселым голосом бросил водитель в открывшуюся дверь, и в оскале, блеснувшем в свете уличного фонаря, добавил, – Не боись, проезд бесплатный. Пока что...       – А я и не боюсь, – вполне спокойно поднимаясь со скамейки, проговорил Ким. – Я фактически туда каждый день и ездил, вряд ли что изменилось... – и, блаженно вздохнув от тепла, которое обволокло его, стоило зайти в автобус, добавил, – Разве что проезд бесплатный. Это приятно...       Чонгук подкинул конфету в воздух. Рядом с ней на лету появился красный прозрачный кубик, игриво переливаясь в лучах солнца и выставляя свои грани с черными точками на показ. Подхватив ладонью оба предмета и потряся в руке, легким движением Чон выбросил оба предмета на поверхность стола и уперся о его край, с азартом наблюдая.       Шесть.       Снова.       Конфета сначала раздвоилась, заполняя пространство вокруг магического кубика, потом каждая – ещё раз, и ещё. «Подарки удачи» – так назывались мелкие предметы, помноженные на выкинутое на кубике – древнем развлекательном артефакте демонов – число.       Собрав получившийся улов, демон довольно прицокнул языком и усмехнулся:       – Похоже, и сегодня мой день, – и растворился в воздухе.       – Гук, Перекресток твой был на выходных? – Намджун привычным жестом хлопнул младшего коллегу по спине.       – Мой, – Чонгук потер ушибленное место и недовольно оскалился.       – Не человек – золото! – как-то невпопад вклинился Сокджин, только что материализовавшийся рядом с коллегами. – Ты сам-то видел, кто с твоего участка прибыл?       – Хмурый мужик какой-то, – с сомнением проговорил Чонгук, перебирая в кармане «подарки удачи». – А чего?       Удача, вдруг улыбнувшаяся Чону в тот день, не шла у него ни из головы, ни из кармана, где с каждым днем прибавлялись его любимые сладости. Кубик, подаренный боссом на повышение и за особые заслуги перед отделом, каждый раз показывал неизменно наивысший результат.       Прикинув, что могло измениться, получалось, что единственным таким моментом в жизни демона, была встреча именно с этим «хмурым мужиком каким-то» по совместительству «золотом» в глазах других.       Слухи разошлись быстро – схватывает все на лету, ответственный, доброжелательный по необходимости, инструкции новоприбывшим дает четко и понятно. От такого новичка в восторге были не только безалаберные демоны, на разных частях тела вертевшие установленные правила, но рьяно им следовавшие, чтобы не получить от начальства, но и непривыкшие пока к новой атмосфере прибывающие из мира живых люди. Обе группы чувствовали в новом сотруднике «своего».       – Сходи что ли, познакомься, – предложил Сокджин. – Говорят, он плюс ко всему еще и умопомрачительно красив…       Чонгуку нечего было терять, тем более что этот человек – Объект на Перекрестке, суббота, 19.55 – оказался его личной Фортуной.       – Чон Чонгук, подразделение Равновесия, – демон заглянул за стойку, пытаясь привлечь внимание будто прятавшегося там сотрудника.       – Протоколы на стойке справа, письменные принадлежности – слева, – на автомате ответил тот, продолжая изучать толстенную должностную инструкцию.       – А твоя улыбка в какой стороне?       Рука Тэхена, перелистывающая очередную пыльную страницу, замерла в воздухе. Тот выдохнул с легкой усмешкой и медленно поднял голову, озаряя все вокруг своей обворожительной улыбкой.       Внутри Чонгука что-то загорелось, будто паяльником выжигая представившуюся ему картину на давно остановившемся сердце, а глаза стали цвета того самого кубика удачи с черными точками расширившихся зрачков.       – Эм, простите?..       Демон резко обернулся, чуть не сбив с ног слишком близко подошедшего к нему со спины, по всей видимости, почти слепого старичка. С невероятной скоростью рядом материализовался Ким, подхвативший новоприбывшего и помогающий ему устоять на месте.       – Добрый день, уважаемый, – учтиво проговорил тот, вернув профессионализм в голос и на лицо, – Идемте, я все Вам покажу…       – Говорил же красавчик, – рядом возник Сокджин, с любопытством наблюдавший за происходящим, и с ядовитой ухмылкой добавил, – Берешь?       – Заверните два, – чувствуя, как от ответной улыбки сводит скулы, ответил Чон, оставляя на стойке Регистратуры прибывших самую вкусную конфету из своих удачных запасов…       Тэхен аккуратно поставил небольшую стеклянную вазочку, которую одолжил у коллеги из другого отдела, на свой теперешний рабочий стол.       Кто бы мог подумать, что в Аду тоже нужно будет работать? Хотя Кима все устраивало более чем. Такое представление о структуре «подземного мира» больше походило на правду, подходило для правды, так как люди – везде одинаковые.       Послышался легкий звон заполняющейся стеклянной посуды мелкими твердыми карамельками.       – А у таких как мы может быть кариес? – все еще витая в своих мыслях, поинтересовался Ким у сотрудника, сидящего за соседним столом.       – Не думаю, – слегка улыбаясь, ответил тот. – Но предполагаю, что этот демон или любит попухлее, или хочет подсадить тебя на сладости, чтобы ты уже никуда не мог деться от него.       – Я и в прежней жизни любил сладости, – подхватил Тэхен. – Будешь?       – Спасибо, не откажусь. Здесь редко можно ухватить что-то такое.       – Ты закончил? – голова демона снова повисла над Тэхеном, взгляд метнулся на полупустую вазочку, глаза довольно сузились. – Понравились?       – Очень, – вежливо ответил Ким. – Спасибо еще раз.       – Да не за что, – протянул Чонгук, про себя добавив, – Тем более что это все твоя заслуга.       О стенки вазочки прозвенели еще несколько конфет. Тэхен отвлекся на звук и тихонько засмеялся.       – Что смешного?       – Любишь попухлее? – Ким поднял глаза на демона, не перестающего разглядывать симметричные черты лица, разбивающие о разный разрез карих глаз.       – Не понял? – очнулся Чонгук. – Кто? Я?       – Значит, все-таки хочешь подсадить на сладкое, – кивнул своим мыслям Тэхен, продолжая искренне улыбаться.       – В общем заканчивай, хочу тебе кое-что показать…       – Мне туда можно? – уточнил Ким, точно зная, что в Аду есть секции, куда не рожденным демоном вход строго запрещен, конечно, в целях безопасности.       – Не волнуйся, – бросив недовольный взгляд на все еще лежащий на столе талмуд с инструкциями, ответил Чонгук. – Все в пределах этой макулатуры.       Беседа плавно перетекала с одной темы на другую, перемежаясь небольшими паузами, когда оба собеседника были заняты поглощением конфет. Здесь не было ни внезапной зубной боли, постоянного спутника любимого Тэхеном сладкого, ни сильного желания запить приторные конфеты. Осталось только чистое удовольствие от текстуры и сладости, согревающей и тело, и душу, какими они были доступны в Аду.       Чонгук впервые похвастался своими сокровищами, аккуратно разложенными в большой коробке с множеством отделений. Демон с гордостью расхваливал конфеты, будто сам их делал, рассказывал, откуда какую взял, чем одна примечательнее другой. Казалось, что за каждым шоколадным шариком или обычной карамелькой в прозрачной шуршащей обертке таится целая история, забавная или не очень, познавательная или пустая, как съеденный ими на очередной «рекламной паузе» их разговора шоколадный кролик.       – Если бы я был человеком, – мечтательно протянул Чонгук, опьяненный количеством съеденных конфет, – Я бы делал сладости…       – А я бы стал стоматологом, – шутя ответил Тэхен, – Чтобы лечить тебя и иметь связи для себя.       – Тебе здесь нравится? – вдруг спросил демон, серьезно глядя в глаза напротив.       – Да, – честно ответил Ким. – Здесь есть работа, которая не бесит и не выжимает все соки, здесь нет боли или других неприятных ощущений в теле, есть сладости, и есть ты, Чонгук.       На последних словах глаза Чона расширились, проявляя еле заметную складочку на лбу, очаровательно подрагивающую от прилива эмоций.       – Я покажу тебе кое-что, – сказал он и материализовал в воздухе кубик.       Тот плавно опустился на раскрытую ладонь с любопытством наблюдающего за всем происходящим Тэхена.       – Теперь возьми конфету, которая понравилась тебе больше всего, да, так, потряси и брось.       Ким повторил указанные действия. Кубик, простучав пару раз по твердой поверхности, остановился, упиревшись шестеркой в потолок. Конфета, пролетевшая вместе с кубиком, привычно раздвоилась, потом еще и еще.       – Ого, – восторженно выдал Тэхен, надкусывая одну из сладостей. – Повезло.       – Это мне повезло, – ответил Чонгук.