Шабашата: Истории

Нет настроения слушать профессора Роуза, вещающего что-то у доски в своей привычной манере. На полях тетради я вывожу чёрными чернилами простенькие каракули, изображающие широко открытые глаза. Это почему-то расслабляет, да и хоть как-то помогает мне справиться со скукой. Я то и дело поглядываю через плечо, косясь на конспекты Рьюн. Точнее, на её исследовательскую тетрадь, закрывшую собой те самые конспекты. Она опять там что-то выводит — каждая закорючка выведена ясно, чётко, но в конце-концов почерк Рьюн всё равно невозможно читать. Думала, что он только ей самой и понятен, но Грин тоже может прочитать. Фран Грин. Я раздражённо продолжила лепить однотипные глаза на поля тетрадки, заполняя их от края до края. Профессорам было всё равно, что кто-то мог рисовать в тетрадях — лишь бы помимо этого там были и конспекты. Рьюн рисовала хорошо. Но она не считала этот навык чем-то полезным, рисуя только схемы. Хотя... В памяти всплыл черный блокнот среднего размера, усердно забрасываемый Рьюн в дальний ящик стола. Как-то раз, пока её не было, взяла его полистать. Её симпатия к Грину была неочевидной, но стоило кому-нибудь увидеть этот фолиант с тысячей портретов его унылой мины — всё становилось предельно ясно. Только мысль о том, что моя хозяйка влюблена в него, пробуждала во мне желание завыть. Подавив его, я со вздохом рухнула головой на одну руку и упала лицом в тетрадный лист. "Она достойна большего, чем это, — подумала я, всё больше раздражаясь. — Самый обычный мальчишка — пусть он и поумнее, чем некоторые. Да и вообще... Рьюн больше подходит быть замужем за работой, учитывая её страсть к исследованиям. Разве она и так не счастлива?" — Ты опять за своё? — хмуро сказала бы ведьма, одарив меня взглядом исподлобья. — Это не твоя забота, сколько бы ты не беспокоилась за меня. Неожиданно для себя, мои губы растянулись в улыбке. Даже в моём воображении Рьюн снова была права. Я не в праве решать, что для неё будет счастьем... Но как же хотелось, чтобы мой самый близкий человек никогда не знал несчастья и разочарований. Взгляд застыл на сосредоточенном лице Рьюн, сидящей справа от меня. "Ты так много для меня значишь с самого первого дня." *** — Лилит?.. — А!.. В изумлении раскрыв глаза, девочка уставилась на стоящую перед ней Рьюн. Прижав к груди какие-то книжки, она склонилась над Лилит, оглядывая её. — Ты плачешь. Что случилось? Тебя кто-то обидел? Та не смогла сказать ни слова. Застывшие в уголках глаз слёзы побежали по щекам, и Лилит невольно вцепилась в ногу Рьюн, рыдая. — Ты... эм, не волнуйся. Всё будет в порядке. Вот. Она вздрогнула, почувствовав тепло руки Рьюн на своей спине. Утешительно приобняв девочку, Рьюн ждала пока та сможет выплакаться сполна.