Шабашата: Истории

1) Ориентир Кира знала правила этой игры. Каждый раз, стоило Нокс загадать желание о вечной ночи, мир сна погружался в непреодолимый мрак. — Где ты? Непреодолимый, но только не для Киры Делакруа. Девушка фыркает, резким движением руки отбрасывая тёмно-синие хвостики за плечи. Радужка левого глаза светится в полной темноте точкой, сверкая оранжевым огнём. Ответа не последовало. "Я сама тебя найду," — думает Кира, продвигаясь вперёд, когда глаза уже привыкают к отсутствию света. Этот мир был смехотворно хаотичен и нелеп. Мало было нарушенных законов физики, так ещё и реальность наслаивалась друг на друга — точно текст на вымокшей книжной странице. В очередной раз она находит четыре факела — хотя в прошлый раз это были подсвечники, — разбросанные по запутанным чертогам собственного сознания и обнаруживает, что совершенно вымоталась. "Камень воду точит," — в сумраке на водной глади пруда мерещится ухмыляющееся выражение Нокс, — "Мало-помалу, но ты мне уступаешь." Ничего кроме брошенного в воду камня тень этим не добьётся. Кира продолжает двигаться дальше. Стоит зажечь последний факел, и мир сноведения снова получает свое "солнце" — тьма наконец расступается. Как могут четырё факела, один из которых вообще парит на стелле в невесомости, осветить что-то такое больше, как "мир"? Кира не думает об этом, зарываясь лицом в мягкий чёрный мех. Большой кот, словно тёмное пушистое облако, воздушным змеем тянется по закатному небу. Здесь можно ожидать чего угодно, но на каждую выдумку найдётся управа. Главное — не терять решимости. Такое объяснение происходящему в мире сноведений Делакруа давно нашла для себя. Чёрный кот достиг большой высоты, на просторах которой уже раскинулись парящие острова. Здесь было полно облаков. Но ни одно из них не является пушистым сородичем того, кто подвёз Киру до закусочной на одном из островов. Ведьма спрыгивает на землю, тщетно отряхивая платье от кошачьей шерсти. Слишком пушистый. Внутри слышится смех и разговоры. Дверь дёргает нитку колокольчика, и продавец-статист механическим голосом приветствует нового посетителя. — Добро пожаловать. — Сис! — Кира! До сих пор во время скитаний на лице девушки застыло суровое выражение. Она осматривалась в поисках факелов со взглядом человека, которому давно осточертело уже блуждать по своему сну — да ещë и в то самое время, когда в реальности ей следует заслуженно отдыхать. Но сейчас Кира наконец могла расслабленно улыбнуться. Она молча проходит и занимает на диванчике своё место — да, именно там она сидела весенним днём когда они ели пиццу в очередной, только что открывшейся закусочной. Воспоминание яркое, тёплое как майское солнце — легло на душу солнечным зайчиком и радует до сих пор. Ведьма улыбается, прикрывая глаза и молча слушает разговоры брата с фамильярами. По внутреннему ощущению они почти что настоящие, живые и родные. Кира говорила что найдёт Нокс, но она не спешит. Тень подождёт, всегда ждала — и неважно, понравится ей это или нет. В каждом сне должно быть что-то хорошее: и сейчас это друзья, перемежающие весёлую болтовню с поеданием пиццы, вкус которой Кира всё равно не чувствует. Просто воспоминание, которое всплыло из глубин памяти и материализовалось, — и которое с пробуждением рассеется сизым дымом. Кира не замечает взгляда Юи, сидящей напротив. Енот молчит, подпирая голову рукой — странно, а ведь в тот день она была разговорчивее обычного. 2) Брат Кира положила голову братишки на свои колени и взъерошила ладошкой светлые волосы Крота. Это её брат... Двоюродный. Какая разница? Она не очень понимала различие родственных связей, да это и не сильно было нужно. Достаточно просто знать, что Крот теперь часть её семьи. Будет жить с ней, Вишесом и папой, чему она несказанно рада. Гладя его по голове Кира думала о том, что теперь должна быть ответственнее ради младшего братца. Наверное, это называют "взрослением"? Очевидно, с самого детства Кира слышала что должна вырасти достойной звания своего отца, в будущем стать Великой Хранительницей всех ведьм... На самом деле ей было всё равно на чужое мнение, но ради папы она готова была постараться и поскорее стать достойной титула. А потом причин постараться стало больше. Папа, Вишес и... — Братик. "Это тот, о ком ты должна позаботиться." "Я постараюсь." Теперь она точно решила, что будет надежной и очень ответственной. Очень-очень! Остальное неважно, если так она станет для близких поддержкой и опорой. Девочка в это трепетно верит. Крот смешно морщится во сне, прежде чем проснуться, и Кира не может сдержать улыбки. "Нет, ну прелесть же!" Светловолосый ребёнок открывает заспанные глаза и первым делом после пробуждения видит сестру. Она мягко улыбается в ответ на его растерянный взгляд. И так нежно-нежно, что ему становится аж не по себе. Кажется что сейчас, лёжа на её коленях, Крот провалится сквозь землю или испарится под взглядом серых глаз-льдинок. Ну и зачем она так смотрит..? — С добрым утром! — улыбается сестра ещё шире и смеётся, а Крот торопливо поднимается чтобы сесть на садовую скамью рядом с Кирой, — потому что это хотя бы не так неловко, как спать на её коленях.