А на пути только крылья мёртвых бабочек

Волнение и шок Хёнджина зашкаливали, медленно поднимая давление, когда парень вошёл в дом друга. Огромная территория первого этажа, соединенная с кухней гостиная и большой мягкий диван посреди зала. А в углу ещё и лестница, значит точно есть второй этаж. К сожалению, почти вся мебель была старой и нуждалась в замене или ремонте, но от этого впечатление огромного замка в котором живёт принц Минни совсем не исчезало. —Я дома! - громко крикнул Ким и закрыв за ними дверь прошёл дальше. Почти сразу же в коридор подошла кузина, о которой говорил его друг. В ее руках было полотенце и выходила она из кухни, и по всему дому разносился яркий аппетитный аромат еды. Видимо она действительно замечательно готовит. —Ах Сынмин, что за чудо. Ты друга привёл, ну неужели. Почему ты не рассказывал о таком красавчике. - говорила она широко улыбаясь парням. - Проходите, на кухню ну же, вы, не голодны?. Парень вопросительно посмотрел на Хёнджина, а тот отрицательно кивнул. —Нет, не голодны, мы пойдём в комнату, хорошо? —Ну, может уже скажешь хотя бы как его зовут. Твои друзья это такая редкость. —Его зовут Хёнджин. Мы недавно познакомились, в унике. —Ну, так бы сразу. Идите, если что я внизу - сказала кузина и повернувшись вновь ушла на кухню. Юноши поднялись на второй этаж и вошли в комнату младшего. Сбоку стояла кровать с чуть скомканной одеялкой и мягкой игрушкой пингвина рядом. У другой стены расположился стол, на котором лежали учебники и тетради, также наброски неудачных рисунков. А вот посреди комнаты—огромное окно с подоконником, на нём стояла пятилитровая стеклянная банка, полная сушенных в гербарии бабочек и кажется на некоторых из них что-то написано.. —Чувствуй себя как дома, не стесняйся. —У вас такой огромный дом.. Извини что спрашиваю такое но, он вам достался в наследство от отца? —Нет, от прадеда, он скончался ещё до того как кузина родилась, но почему то переехали в этот дом мы только после того как мать покончила с собой. Почему мы раньше этого сделать не могли, я не понимаю.. Сынмин положил сумку рядом с кроватью, подошёл к окну и потянувшись к ручке приоткрыл его на проветривание. —Нормально, не жарко больше? —Нет, не жарко. Ты как вообще заметил, я ж не говорил. — Ну так по тебе видно же, в кофте паришься стоишь. Чего бы не снять просто. Хён, послушавши друга, растегнул замок и снял кофту. А затем повесил ее на угол кровати. —А..бабочки? - парень указал на банку с вопросительным взглядом —Ожидал этого вопроса больше чем зачёта. Ну, помнишь я рассказывал по звонку о моем отце. В детстве мы с ним очень хорошо ладили и он во многом меня поддерживал. Но после смерти мамы, он не хотел видеть меня печальным, поэтому очень много внимания уделял мне. И так как друзей у меня практически не было, гуляли мы вместе, ловили бабочек, а затем сушили их в гербарии. Но их становилось всё больше и больше, блокнотов уже не хватало, и папа предложил мне складывать сушёных бабочек в банки. Мы переложили всех за стекло и вышло две пятилитровых банки. Они стояли у нас как память о наших тёплых взаимоотношениях, одна у отца в комнате, а другая у меня. Но когда отец попал в несчастный случай, врачи не успели его спасти и банку бабочками, которая хранились у него в комнате, закопали вместе с гробом. А вторая, как видишь стоит на подоконнике и греет мою душу. — Вот это история, мало кто поверит. А почему некоторые из них с надписями.?- вновь поинтересовался тот. —Знаешь, этого вопроса я ждал не меньше, но не думал что так быстро разглядишь. На них написаны имена и фамилии дорогих мне людей. Отец говорил, что если запечатлить на крыле бабочки значимого для тебя человека, и хранить её в целости, то вы всегда будете рядом. Но если бабочку специально в порыве ярости разорвать, то ваши отношения будут разорваны так же, как крыло бедного насекомого. Конечно, я в это не верю, ведь таким способом он пытался объяснить смерть мамы, но привычка записывать любимых людей осталась. Всё, вопросов больше нет? Можем приступать к проекту? —Ага.. Думаю если начнём сейчас, то сможем закончить уже через несколько часов. Уйдя глубоко в работу и заболтавшись, парни совсем не заметили, как на часах уже был самый жаркий обед. —Вау, а в этот раз мы закончили так быстро, я даже почти не устал.. Правда, глаза болят чуток. - говорил Сынмин. - не хочешь вздремнуть а.. А то я вот сейчас отрублюсь. —Справились мы то быстро, но можешь даже не врать о том что не устал, по тебе видно... - ответил ему парень и потерев Минни по голове вновь сказал, —Я думаю тебе стоило бы вздремнуть, только недолго, а то ночью не уснёшь. Я тебя разбужу. - развернувшись, промолвил он закрывая этот несчастный сохранённый файл с проектом на ноутбуке. Сынмин, ничего не ответив, лишь кивнул увалился на кровать, и закутавшись в простынку, провалился в глубокие мысли. Да, парень действительно нуждался в отдыхе. С его то слабой сетчаткой глаза, так долго за компьютером работать нельзя совершенно. Ну что уж тут поделаешь, работа совместная, соответственно и выполняться должна вместе. Ни о каких слабостях глаз речи идти и не может. Голова тоже шла кругом, а в горле будто стоял огромный ком от сухости. Пролежав на кровати с закрытыми глазами ещё пару минут, парень осознал, что уснуть у него совершенно не получается. Оттого он и брыкался чуть ли не каждые пять секунд. —Хён, я не могу уснуть. Солнце на улице, спать совсем не хочется. - все в возмущениях говорил он, ведь состояние было явно не очень, а сон все никак не приходил. Хёнджин повернулся в сторону кровати и оглянулся на парня. Лицо его было красным, то ли от жары, то ли от усталости, ну а глаза полузакрыты, такое чувство что он болен. Растрепанные волосы хаотично лежали на мягкой просевшей подушке. Резко в груди что-то защемило, и тут же отпустив, это чувство быстро рассеялось по всей комнате маленькими частицами. Хван тихо вздохнул и оперевшись ладонями в холодный пол встал с него, —Ну раз не хочешь спать, значит вставай с кровати бодрячком. —Хоть бы чуть чуть сожаления проявил. Можешь принести таблетку от головной боли, спросишь у кузины, если что где она.. Мне вставать влом. Хван вышел из комнаты закрыв за собой дверь. Спустился на первый этаж по дряхлой лестнице. Спросивши у кузины про таблетки, и заполучивши их невероятно быстро и беспрекословно, парень вновь направился наверх. В комнату Сынмина. Только он открыл дверь, как услышал усталый голос парня. —Хё-ё-ён, открой.. —Ага, я понял. - прервав его быстро подошёл к окну и аккуратно отодвинув банку с бабочками, открыл окно нараспашку. —Да как бы это делаешь, я же не договорил. С полу-слова буквально. —А вот так. Таблетку я принёс. Вот стакан воды, пей и вались спать. Постарайся уснуть все таки. Я думаю у тебя переутомление. - присевши на кровать рядом с Кимом говорил тот. Ким же, в свою очередь кивнув, взял таблетку в ладонь, закинул её за щеку и запил холодной водой из стакана —Спасибо. Кажется мне действительно нужен сон. Почему ты замечаешь вещи, которые не замечаю даже я. Слишком внимательно, слишком бесит. - возмущаясь говорил парень, словно маленький щенок. Хён задвинул шторы, что бы в комнату попадало меньше света. И подойдя к юноше, прикоснулся рукой ко лбу. Сынмин горел, и снаружи и внутри, а в его голове путаница, все кругом. —Ну сладких снов, что ли. Будить тебя не?. - уткнувшись взглядом в пол спросил юноша. —Нет, не буди. - Ким развернулся лицом к стене и закрыв свои горящие от жара веки, услышал, что дверь в его комнату со скрипом открывается. —Хён. Я ещё не все сказал, среди этих бабочек есть твоё имя. Ну, теперь все. -повернулся тот с довольной хитрой улыбкой, растянувшейся чуть ли не до ушей. То самое чувство, разлетевшееся по комнате минут десять назад, вновь собралось у Хвана в груди огромным комом, и ощущался этот ком словно бушующая буря чего то непонятного, сердце слегка покалывало, а на лице медленно растянулась сладкая, лёгкая улыбка. Но не подав виду на происходящее изнутри, улыбнувшись, юноша вышел из его комнаты, тихо закрывши за собой дверь.